Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Возможные последствия "дела Ходорковского" – дискуссия российских политологов и журналистов


Программу ведет Кирилл Кобрин. Над темой работала Марьяна Торочешникова.

Кирилл Кобрин: Возможные последствия "дела Ходорковского" обсуждали сегодня за "Круглым столом" российские политологи, экономисты, правозащитники, журналисты. На заседании "Круглого стола" побывала Марьяна Торочешникова:

Марьяна Торочешникова: Дело Ходорковского - назидание не только представителям российского крупного бизнеса, но и обществу в целом. Таковы общие выводы участников "Круглого стола", в заседании которого, несмотря на предварительную заявку, не приняли участие ни представители прокурорских органов, ни чиновники ( в числе приглашенных были и заместитель генерального прокурора России Юрий Бирюков, и председатель президиума совета по внешней и оборонной политике Сергей Караганов). А потому, дискуссии не получилось. Тем не менее, каждый из участников стремился дать свою оценку делу Ходорковского. О юридических последствиях этого дела для России говорит руководитель Центра содействия международной защите Карина Москаленко:

Карина Москаленко: Думаю, что это будет очередное признание нарушения права обвиняемого. Россия начинает привыкать к этому, а это очень дурная привычка. И я думаю, что Европейский суд может иметь все основания, я не утверждаю это, но он может иметь все основания для того, чтобы ужесточать санкции, именно потому, что власти не делают для себя никаких выводов. Коль скоро практика необоснованного и незаконного содержания по стражей каждый раз, не только по делу Гусинского, но и по делу Смирновых против Российской Федерации, по делу Калашникова против РФ, каждый раз эта практика необоснованного содержания под стражей вызывает у Европейского суда реакцию в виде санкции и признания этих граждан жертвой нарушения прав, власть, конечно, должна реагировать. А отреагирует ли? Не знаю.

Марьяна Торочешникова: Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин, считает, что дело Ходорковского уже повлекло множество отрицательных последствий для российской экономики.

Михаил Делягин: У нас нет прецедентного правосудия, но есть прецедентное поведение. Создан прецедент, что можно судить дезертира за воровство, а вора за дезертирство, это нормально. Каждому лейтенанту, не только милиции, но и других служб, показали, что если генерал смог сделать это с Ходорковским, то ты сможешь со всем, что шевелится. И у нас очень сильно выросли поборы с бизнеса, причем до такой степени, что приходится снижать налоги, чтобы выросшие поборы не остановили бизнес вообще. Нас через какое-то время ждет экономическая микро-контрреволюция, когда предприятия столкнутся с тем, что рост поборов, а аппетиты растут безотносительно к реальной жизни, превысит просто возможности бизнеса физически, и это будет фактором, тормозящим экономический рост.

Марьяна Торочешникова: А как это отразится на обычных гражданах?

Михаил Делягин: Меньше рабочих мест, ниже доходы у жителей богатых регионов, и главное - произвол в отношении бизнесменов естественным образом перехлестывается в произвол в отношении граждан. Дело Ходорковского дало толчок безнаказанности и насилию в отношению людей. Если бы вы ко мне подошли, и я бы сказал, что за интервью с вас я беру 10 долларов, это была бы коррупция, но это не было бы произволом в отношении вас. А когда я к вам прихожу и говорю: "Вы знаете, я вас посажу в СИЗО, просто так, мне захотелось, но вы можете отмазаться, если мне заплатите", - это уже произвол, и это страшнее коррупции.

Марьяна Торочешникова: Отчасти с этим мнением согласен президент института национального проекта Общественный договор Александр Аузан:

Александр Аузан: То, что вокруг "ЮКОСа", началось с июля 2003-го года означало, во-первых, совершенно другой сигнал бизнесу. Бизнес устрашен, потому что законы позволяют силовым службам вмешиваться в дела бизнеса. Виновность по законам 90-х годов существует для огромного количества юридических и физических лиц, никакого исправления законов задним числом произвести невозможно, и амнистии никакой не было. В итоге бизнес получил сигнал: не надо заниматься гражданскими делами, не надо заниматься глобализацией, не надо раскрывать данные о своих компаниях. Для общества в целом наступил час испытаний. Потому что нельзя сказать, что Ходорковский - ангел, а "ЮКОС" - дом призрения. Это не так. Но когда людям инкриминируют одно, обвиняют в другом, а публика думает третье, если мы соглашаемся с тем, что так можно, это означает, что правового принципа в государстве нет. Потому что судить нужно за то, что совершил. Положительным моментом кризиса стало то, что гражданское общество и бизнес стали взаимодействовать друг с другом. И хочу добавить, что не считаю нашу судебную систему совсем безнадежной, потому что существует Конституционный суд, и существует Страсбургский суд, который процессуально включен в нашу судебную систему. Сейчас наступил судный час российской судебной системы. Сейчас это главный вопрос. Она себя в этом деле, так или иначе, проявит, и после этого мы будем решать главный вопрос: мы вообще можем жить с такой судебной системой, или в ней надо что-то менять?

Марьяна Торочешникова: Известный российский правозащитник Сергей Ковалев пошел несколько дальше и помимо общих выводов о последствиях дела Ходорковского рискнул сделать некоторые прогнозы.

Сергей Ковалев: Дело Ходорковского – очень важный эпизод в государственной политической стратегии. Что это за стратегия? Наша новая власть имеет в виду следующие приоритеты. Первый приоритет – сама власть, ее безграничные возможности. Если у вас есть задача строить управляемую демократию, как это было сказано, для этого нужно расставить всех по своим стойлам, указать каждому границы, в которых он еще может принимать самостоятельные решения. Все понимают, что процесс Ходорковского чисто политический, и, с моей точки зрения, я совершенно убежден, что этим способом дается урок бизнесу. Он уже воспринят, Ходорковский наказан абсолютно логично, это как раз тот человек, который провозгласил прозрачность в бизнесе, начал вводить прозрачность в бизнесе, мало того, он потребовал прозрачности власти, а это уж слишком. Еще два слова о будущем. Кто следующий? Кто следующий в бизнесе – не знаю. А вот кто следующий в социальном смысле - знаю точно, и не побоюсь пророчествовать, потому что это уже началось, следующий - это общественные организации.

Марьяна Торочешникова: А в это время президент России Владимир Путин зачитывал ежегодное послание Федеральному собранию, в котором в частности отметил. Цитата: "В нашей стране существуют и конструктивно работают тысячи гражданских объединений и союзов, но далеко не все они ориентированы на отстаивание реальных интересов людей. Для части этих организаций приоритетной задачей стало получение финансирования от влиятельных зарубежных фондов, для других - обслуживание сомнительных групповых и коммерческих интересов, при этом острейшие проблемы страны и ее граждан остаются незамеченными". И дальше "думаю, что подобные издержки не безвестны и носят временный характер".

XS
SM
MD
LG