Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Путин предложил кандидатуру Михаила Фрадкова


Программу ведет Кирилл Кобрин. С бывшим министром экономики России Евгением Ясиным и с депутатом Государственной Думы Владимиром Рыжковым беседовал Владимир Бабурин.

Кирилл Кобрин: Президент России Владимир Путин предложил на пост председателя правительства кандидатуру Михаила Фрадкова, полномочного представителя России при ЕС. По завершении встречи с представителями парламентского большинства Путин заявил:

Владимир Путин: Перед нами стояла непростая задача: нам нужно было предложить стране кандидатуру председателя правительства Российской Федерации, и это должен быть человек, безусловно, высокопрофессиональный, человек порядочный, имеющий хороший опыт работы в различных отраслях государственной деятельности. Мне очень приятно отметить, что наши мнения совпали. Это Фрадков Михаил Ефимович, представитель Российской Федерации при Комиссии европейских сообществ в ранге министра.

Кирилл Кобрин: А вот что сказал о Фрадкове лидер фракции "Единая Россия" в Госдуме Борис Грызлов:

Борис Грызлов: Михаил Ефимович – экономист, юрист, я считаю, что у него есть все возможности, чтобы руководить правительством, которое будет проводить стратегические реформы в нашей стране.

Кирилл Кобрин: Госдума рассмотрит кандидатуру Фрадкова 5-го марта. Московский обозреватель Радио Свобода Владимир Бабурин попросил прокомментировать кандидатуру нового премьера известного экономиста, бывшего министра экономики России Евгения Ясина.

Владимир Бабурин: Евгений Григорьевич, предложение президента Путина выдвинуть господина Фрадкова на пост премьера стало неожиданностью и для вас?

Евгений Ясин: Да. Я должен сказать, что если президент рассчитывал добиться именно этого эффекта, то ему удалось.

Владимир Бабурин: Скажите пожалуйста, ведь называлось достаточно большое количество кандидатур, и господин Фрадков не входил не то что в "шорт-лист", а вообще, по-моему, ни разу не упоминался. Но упоминалось такое возможное назначение - "оно будет для всех неожиданным". Видимо, именно это и случилось.

Евгений Ясин: Да, у меня такое впечатление, что именно этого эффекта главным образом и добивались.

Владимир Бабурин: А зачем, как вы полагаете?

Евгений Ясин: Объяснить трудно. Можно будет это понять только через некоторое время. Но лично я знаю Михаила Ефимовича, он человек весьма неглупый, очень образованный, квалифицированный администратор, и прочее. Но за ним, по крайней мере, я не наблюдал некоей такой идейной активности, генерирования каких-то инициатив, и так далее, и тому подобное. Очевидно, от него это и не требуется.

Владимир Бабурин: Были такие сравнения, после того, как был отправлен в отставку Михаил Касьянов, с 1996-м годом - что выбор Путина - это будет выбор вектора, выбор направления движения, если будет назначен экономист, рыночник, значит, это будет один вектор движения, если же будет человек из силового блока, то это другой вектор движения. Так получилось, что назначен экономист, бывший министр торговли и внешних экономических связей, сейчас он представляет Россию в ЕС, но одновременно и силовик - он возглавлял Федеральную службу налоговой полиции. Это что получается, два в одном сразу?

Евгений Ясин: Видите, это как бы сочетание. Может, это и есть ключевой фактор, который объясняет то обстоятельство, что Владимир Владимирович Путин хотел бы иметь фигуру, которая бы не создавала конфликтов между этими двумя крыльями его самолета, а которая бы наоборот примиряла, и чтобы каждая из сторон чувствовала его своим, и могла бы рассчитывать на его поддержку. Тогда Путин был бы не одинок, и ему не приходилось бы решать эти проблемы одному. Я просто хочу напомнить вам еще одно такое, с моей точки зрения, немаловажное обстоятельство: до того, как стать руководителем налоговой полиции, Михаил Ефимович работал заместителем секретаря Совета безопасности, и, если я не ошибаюсь, как раз в то время там секретарем был Сергей Борисович Иванов.

Владимир Бабурин: Да, вы абсолютно правы. Вот вы сказали, что знаете господина Фрадкова, кто он все-таки больше - силовик или экономист?

Евгений Ясин: В то время, когда мы с ним сталкивались по работе, он не был никаким силовиком. Он был опытным специалистом по внешнеэкономическим связям, очень знающим, толковым. Как-то охарактеризовать его еще с такой точки зрения, чтобы не были известны его специфические взгляды, чтобы можно было сказать: вот, он консерватор, или либерал, и так далее – я этого сказать не могу. У меня, прежде всего, такое впечатление, что он был профессионал, на своем месте делал то, что было определено, с этим справлялся. Других характеристик я ему пока дать не могу.

Владимир Бабурин: Еще с советских времен была такая практика, что в силовые ведомства, в том числе и в КГБ, призывались работать люди из самых разных сфер, в том числе и из экономики. Можно ли сказать, что это такой пример?

Евгений Ясин: Нет, я этого сказать не могу, потому что у меня нет никаких знакомых в кадровом управлении ФСБ, и нет никаких данных, чтобы говорить, что он там работал, подвизался, и так далее, и тому подобное. Видимо, они доверяют ему и рекомендовали его Путину.

Владимир Бабурин: В современной России есть такая лакмусовая бумажка - это дело "ЮКОСа" и Михаила Ходорковкого. Довольно широко была распространена информация, что в свое время огромное досье на "ЮКОС" по всем эпизодам, связанным с налогами, собрал именно глава Федеральной службы налоговой полиции Михаил Фрадков. И поскольку в России подобные досье живут по закону сохранения энергии, то энергия никогда не исчезает, а переходит из одного состояния в другое. Вот вы можете сейчас предположить, в какое состояние может перейти дело "ЮКОСа" в связи с новым назначением?

Евгений Ясин: Я думаю, что господин Фрадков как бы к этому делу имеет очень и очень косвенное отношение. Во всяком случае, та информация по налоговым нарушениям, - я имею в виду нарушения "ЮКОСа", - которой общество у нас располагает - для нас она свидетельствует о том, что это очень слабое обвинение, и это, как представляется, если бы был нормальный, не "Басманный", а я бы сказал, справедливый суд - открытый и состязательный - то в этом суде аргументы, которые были выдвинуты, были бы отвергнуты. По крайней мере, мой анализ показывает, что в основном, за исключением малости, эти все действия укладывались в существующее законодательство. Претензии к существующему законодательству прежде чем к Ходорковскому. А во-вторых - претензии к чиновникам, которые соглашались с той практикой, которую он осуществлял. Грубо говоря, известен факт, что "ЮКОС" в закрытом административно-территориальном образовании "Лесное" платил налоги своими векселями. Это противозаконные действия. Но кто-то же их принимал. Как я понимаю, если это было во времена Фрадкова, то принимали его подчиненные. В данном случае, всегда презумпция невиновности на стороне бизнесмена, потому что это в природе бизнеса - использовать все возможности для уменьшения налогового бремени, которые допускаются законом и чиновниками. Можно сколько угодно выдвигать эти обвинения, и я не думаю, что здесь что-то изменится для Ходорковского в связи с появлением Фрадкова. Думаю, что позиция предыдущего премьер-министра ему не помогла, а Михаил Ефимович и не станет по этому вопросу занимать какую-то самостоятельную позицию.

Владимир Бабурин: И последний вопрос: Евгений Григорьевич, как вы полагаете, в мае, после того как Владимир Путин переизберется на второй срок, а в этом, естественно, никто не сомневается, он снова предложит Думе кандидатуру Фрадкова?

Евгений Ясин: Думаю, да. Думаю, что фигура Фрадкова сохранится на этом посту, по крайней мере, где-то около двух лет. На то время, пока у Путина будет открыто окно возможностей для последнего рывка. А потом – потом посмотрим.

Кирилл Кобрин: А вот что по поводу кандидатуры Михаила Фрадкова думает депутат Государственной Думы Владимир Рыжков:

Владимир Бабурин: Для вас кандидатура Фрадкова также стала неожиданностью?

Владимир Рыжков: Абсолютной. Я, как и все мы, внимательно следил за всеми обсуждаемыми кандидатурами, которые обсуждались, их к сегодняшнему дню уже набралось около полусотни. Но ни разу не упоминалась кандидатура Михаила Фрадкова. Это лишний раз доказывает, что в России меняется все, но не меняется ничего. Потому что стиль принятия решений - что в царской России, что в советской, что в нынешней путинской России - остался ровно тот же – внезапный, непредсказуемый, спонтанный и абсолютно иррациональный, и алогичный. Я не сомневаюсь, конечно, что Дума проголосует за эту кандидатуру, как она проголосовала бы за любую кандидатуру, я даже думаю, что если бы Владимир Путин внес кандидатуру Березовского, то и в нем депутаты нашли бы положительные черты за несколько дней, оставшихся до голосования. Но это вовсе не означает, что все, кто будут голосовать за эту кандидатуру, в душе понимают, что происходит. Я думаю, что большинство как раз не понимает и не одобряет происходящего.

Владимир Бабурин: У вас были, в том числе и очные, дискуссии с вашими оппонентами, сторонниками президента Путина, например, в конце прошлой недели на телевидении с госпожой Нарусовой. Она, пожалуй, выразила мнение всех сторонников президента: что президент, пойдя на такой шаг, показывает избирателю, что он идет на выборы не один, а он идет в связке с премьер-министром, поэтому избиратели увидят, по крайней мере, его экономическую программу. Вы увидели экономическую программу?

Владимир Рыжков: Вот сегодня, я думаю, те, кто с этих позиций защищал Владимира Путина, сами оказались в нокдауне. Потому что как раз фигура Михаила Фрадкова никому ничего не объясняет, потому что он просто стандартный классический чиновник, сановник высокого ранга, который в последние годы сменил много мест работы, от либерального Министерства внешнеэкономических связей до репрессивной налоговой полиции. Сам он в момент номинации на премьера находился в Брюсселе. Думаю, что для Михаила Ефимовича для самого это предложение было как гром среди ясного неба. Поэтому, конечно, ничего эта фигура никому не объясняет. Невозможно понять заранее - то ли он либерал, то ли он силовик. Он просто всегда был хорошим, добросовестным, порядочным и честным исполнителем. В этом отношении, как мне кажется, вместо того, чтобы дать обществу ясный сигнал перед выборами, Путин дает сигнал совершенно другой - кого хочу, того и ставлю, а вы все равно никуда не денетесь и за меня проголосуете, и ваше голосование - чистая проформа и формальность. Поэтому, мне кажется, этот аргумент разрушен самим президентом.

XS
SM
MD
LG