Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто станет новым премьер-министром Чечни?


Программу ведет Арслан Саидов. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Олег Кусов и Никита Татарский, который беседует с политологом Юрием Ханжиным.

Арслан Саидов: В ближайшее время станет известна фамилия нового премьер-министра Чечни. Занимающий эту должность Анатолий Попов уже не намерен возвращаться в республику. Об этом в беседе с журналистами сообщил президент Чечни Ахмад Кадыров. Сам Анатолий Попов заявил агентству "Интерфакс", что он, по всей видимости, примет участие в губернаторских выборах в Волгоградской области. Рассказывает Олег Кусов:

Олег Кусов: Из скупых комментариев президента Чечни Ахмада Кадырова трудно судить о его отношении к уходу Анатолия Попова с должности премьер-министра республики. Но, похоже, сожаления от предстоящей отставки у президента нет. О скором отъезде Попова из Чечни в связи с состоянием его здоровья говорили еще в декабре прошлого года. Обязанности главы правительства все это время исполнял ставленник Ахмада Кадырова Эли Исаев. Если премьер отсутствует в республике более пяти месяцев - это уже больше любых комментариев говорит о его непростых отношениях с президентом и его окружением.

Анатолий Попов был назначен председателем правительства Чеченской Республики чуть более года назад - 10 февраля, после публичного конфликта между Ахмадом Кадыровым и прежним председателем правительства Михаилом Бабичем. Не исключено, что противоречия между главой республики и премьер-министром, которого назначает федеральный центр, вытекают из особенностей механизмов власти в этой воюющей республике. Об этих особенностях управленческого механизма Чечни мой коллега Никита Татарский поговорил с московским политологом Юрием Ханжиным.

Никита Татарский: Что такое вообще должность премьер-министра в правительстве Чечни?

Юрий Ханжин: Формально должность премьер-министра у нас в России и в республиках России - прежде всего должность экономическая. Это должен быть крепкий хозяйственник, на него возлагается ответственность за все повседневные дела, которые государство обязано делать для своих граждан - выплата пенсий, пособий, руководство экономикой, обеспечение работой, борьба с безработицей. Если говорить о Чечне, там положение особое. Об экономике говорить не приходится, экономика лежит в полнейших развалинах, уничтожена государствообразующая отрасль экономики - нефтяная промышленность. Практически все то, что можно было разворовать, разворовано федеральной армией и ее местными ставленниками. Но должность премьер-министра, тем не менее, достаточно важна.

Кто были премьер-министры при последних ставленниках России? Это были люди, назначенные всегда из Москвы, это были люди, как правило, не работавшие раньше в Чечне. Наконец, это всегда были люди русской национальности, но никогда кавказской. Почему? Потому что, прежде всего, сегодня премьер-министр в Чечне - это своего рода наместник центра и надсмотрщик центра. Наместник, распределяющий те деньги, которые даются так называемому чеченскому руководству. Эти деньги распределяет, естественно, человек, пользующийся доверием Москвы. Отчасти можно это и понять. Здесь делаются некие попытки подлакировать неприглядную чеченскую действительность. Возьмут, например, на деньги Москвы, то есть на наши с вами деньги, на деньги налогоплательщиков, восстановят одну-две школы, один-два квартала, какую-нибудь площадь расчистят, пригласят журналистов, покажут им и скажут: вот видите, возрождается мирная жизнь в Чечне. Какие там террористы? Террористы все уничтожены, остались отдельные лица, которые совершают противозаконные акты, а в основном Чечня живет мирно и спокойно. То есть эту задачу пропагандистского прикрытия и выполняет премьер-министр.

Вторая его функция - смотреть, чтобы не слишком зарывались местные чеченские ставленники. Кто их знает, вдруг у них появятся какие-то интересы, отличные от интересов Москвы. Вдруг вздумают прикарманить слишком много, а убежать слишком рано, не выполнив возложенных на них функций. Вот и сидит надсмотрщик от Москвы, надзиратель от Москвы и ревизор от Москвы, смотрит и считает денежки.

Олег Кусов: Юрий Ханжин проводит аналогию между должностью председателя правительства Чечни и второго секретаря обкома партии республики в советское время.

Юрий Ханжин: Если люди старшего поколения помнят, как строилась советская система управления так называемыми союзными и автономными республиками, им, наверное, вспомнится вот такой интересный факт. Первый секретарь - всегда представитель коренной национальности. Это, как правило, типичный представитель местной номенклатуры, а рядом с ним был всегда второй секретарь, русский, как правило, это был специалист, довольно дельный партократ, часто назначенный из центра. Вот этот человек фактически всем и руководил, он надзирал за национальным руководством.

Никита Татарский: Юрий Алексеевич, а как, по вашим оценкам, с этой тонкой задачей справился господин Попов, и почему сегодня пришло время ему эту должность покинуть?

Юрий Ханжин: Господин Попов справился с этой должностью по мере сил и возможностей. Ему можно, наверное, отчасти и посочувствовать: трудное дело все-таки как-то распределять деньги, имея дело с такими людьми, как, например, Гантамиров и его воинство. Наверное, в чем-то он и не смог выполнить своей миссии, в чем-то, может быть, и преуспел. То есть, по крайней мере, кадыровцы при нем делали только то, что им приказывали. Свою функцию он выполнил более-менее удовлетворительно, за это вознагражден, теперь ему дают возможность стать главой администрации в спокойном российском регионе. Это не так уж плохо для господина Попова, как мне кажется. А тяжелую миссию, неприятную, возложат на очередного исполнителя воли московских руководителей. Кому-то же нужно одевать на свою шею это ярмо.

Возможно, что сыграла свою роль все-таки полнейшая неэффективность политики российских федеральных властей. Дело в том, что прогресса никакого не заметно настоящего. Вина в этом, конечно, ни Попова, ни какого-либо другого деятеля, кто бы там ни был премьер-министром. Восстановить экономику всерьез невозможно в условиях войны. Невозможно контролировать процесс какого-то возвращения к нормальной жизни, потому что и возвращения самого быть не может.

Говорят, что беженцы вернулись в родные места, что для них отстраиваются жилища. Ведь это же полнейшая чепуха. Как вы можете восстановить жизнь в сельских местностях, если там бушует война, если там находится оккупационная армия? Отстроит свой дом этот беженец, если даже ему действительно дадут ссуду, честно помогут построиться, честно его поддержат, а завтра придет отряд российских солдат, там какой-то инцидент произойдет, и это село сметут с лица земли вместе с новопостроенным домом. Что же, ему опять отстраиваться, если он останется жив и здоров? Думаю, что это вообще нелепая затея - пытаться восстановить экономику во время войны.

Олег Кусов: Премьер-министр правительства Чечни - не самая влиятельная фигура в промосковской властной иерархии республики. Его реальные полномочия распространяются в основном на финансовую сферу, но и здесь они заметно ограничены федеральным центром. В реальности судьба главы чеченского правительства зависит от президента республики и министра России по восстановлению Чечни, а также стоящих за ним властных кругов. Но не зависит судьба председателя правительства от результатов восстановительных работ и степени безопасности жителей республики. Чтобы получить приличную должность после выполнения миссии в Чечне, премьеру следует отыскать общий язык со своим руководством и вовсе необязательно думать о проблемах жителей разрушенной до основания республики.

XS
SM
MD
LG