Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кого Генеральный штаб считает потенциальным противником России? Интервью Юрия Балуевского


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Юрий Векслер, который беседовал с первым заместителем начальника Генерального штаба российской армии генерал-полковником Юрием Балуевским, и профессор пенсильванского Военного колледжа Американской армии Стивен Бланк - с ним беседовал Ян Рунов.

Андрей Шарый: Россия сохранит значительные арсеналы ядерного оружия, однако не намеревается использовать эти виды вооружений против того, кого Москва теперь считает своим потенциальным противником – международных террористов. Об этом в интервью корреспонденту Радио Свобода в Берлине Юрию Векслеру заявил первый заместитель начальника Генерального штаба российской армии генерал-полковник Юрий Балуевский. В Германии генерал Балуевский, кстати, служивший в 70-е годы в Центральной группе войск советской армии в ГДР, принимал участие в международной конференции. Замечу, что шансы Радио Свобода получить интервью у столь высокопоставленного российского военного в Москве я лично оцениваю, как равные нулю. Пресс-служба, как показывает наша практика, охраняет Министерство обороны и Генштаб от корреспондентов Радио Свобода очень надежно. А за границей генералы позволяют себе слегка расслабляться.

Юрий Балуевский: Одно время российскую армию и российских военных ругали за то, что мы не занимаемся боевой подготовкой. Сегодня, когда мы активно начали заниматься, почему-то некоторые представители вашей профессии пытаются убедить и российское и международное общество - Россия готовится к каким-то войнам. Я скажу - нет, еще раз нет и нет. Мы прекрасно понимаем, что сегодня сумасшествие воевать России, к примеру, с НАТО, и в этом нет необходимости. Мы считаем, что сегодня есть достаточно правовых норм, которые определяют наше сотрудничество на перспективу, мы их успешно реализуем. Поэтому те учения, которые были проведены, это обычная плановая тренировка органов военного правления и соединений частей, входящих в стратегические силы сдерживания. Да, действительно, в ходе этой тренировки отрабатывались вопросы недопущения, как мы говорим, силового давления на Россию, недопущение любой агрессии против нашего государства. Это законное права каждого государства отрабатывать подобные вопросы. Да, в ходе этой тренировки мы провели ряд экспериментов, которые нам позволяют сказать на весь мир, что Россия может, подчеркиваю - может, в зависимости от развития технологической, технической, военно-политической ситуации, при создании перспективных систем противоракетной обороны не допустить, чтобы стратегические потенциалы России были по большому счету дезавуированы этими новыми создающимися системами.

Юрий Векслер: Когда после учений делается заявление, что технические разработки России могут обессмыслить создание систем противоракетной обороны, это - желание убедить Америку, чтобы она не создавала подобные системы?

Юрий Балуевский: Я бы сразу ответил на ваш вопрос: это не значит, что Россия против создания систем ПРО. Вы знаете, что Россия в соответствии с Договором по ПРО 1972-го года сохранила, в отличие от Соединенных Штатов, свою систему противоракетной обороны, которая была развернута вокруг Москвы. И мы оставляем эту систему, мы будем ее совершенствовать, но не в глобальном масштабе, как это делают наши коллеги-американцы. Мы считаем, что сегодня система противоракетной обороны, в частности, которую мы предлагаем строить вместе с нашими натовскими коллегами, должна обеспечивать невозможность любым террористическим организациям, в руки которых, не дай бог, могу попасть стратегические комплексы, я имею в виду стратегические ракеты, применить эти ракеты. Вот в этом одно из предназначений ПРО. Второе: не дай бог, чтобы эти системы, межконтинентальные баллистические ракеты тем более, могли стать достоянием каких-то режимов, которые считают себя выше мира сего и для которых потеря нескольких тысяч, десятков тысяч ни в чем неповинных людей не считается чем-то особым. В этом мы будем сотрудничать со всеми, кто будет готов создавать подобные системы, предназначенные для нейтрализации подобных придурков, как я бы их назвал.

Юрий Векслер: Все-таки не все на ученьях шло гладко, и эти не взлетавшие с подлодок ракеты, если не раздувать эту историю, какие в результате аналитические мероприятия проводятся, что потом происходит, как анализ произошедшего, или не произошедшего, в данном случае?

Юрий Балуевский: Я бы тоже не драматизировал ситуацию. История знает случаи, когда подобные технические сбои были и у других стран, обладающих подобным оружием. Что касается сбоя с пуском ракеты, которая вышла из шахты подводной лодки и была самоликвидирована, в настоящее время, я хочу сказать, что создана представительная комиссия из представителей военных, военной науки, промышленности, которая, я уверен, разберется в причине этого сбоя. Выводы будут сделаны, имею в виду, технические выводы. Это не значит, что кто-то будет, мягко говоря, отстранен, посажен. Если будут технические выводы, которые приведут к какой-то личной ответственности кого-то, я полагаю, тут тоже будут меры. Но я еще раз хочу сказать, что анализ будет сделан самый доскональный в причинах, ибо мы не можем себе позволить сегодня, чтобы одна из составляющих стратегических ядерных сил была не в состоянии выполнить поставленную задачу.

Юрий Векслер: Кто сегодня, с точки зрения военной доктрины России, является потенциальным противником, существует ли такое понятие - "потенциальный противник России"?

Юрий Балуевский: Очень хороший вопрос. И я сразу хочу сказать, что и та тренировка, которая была проведена, она подразумевала условного противника. То есть ни одно из государств - ни Соединенные Штаты, ни государства Европы, Азии - не подразумевалось в качестве противника. Мы исходим из того, что сегодня должны быть возможности государства, возможности армии отразить любую агрессию, откуда бы она ни исходила, так как мы считаем, что сегодня у России нет прямой физической угрозы со стороны ни одного из государств.

Юрий Векслер: Когда мы говорим об асимметричной угрозе, о терроризме, существуют ли у армии специальные, специфические задачи, разработки в этой борьбе? Потому что это борьба не только армии как таковой.

Юрий Балуевский: Я согласен с вами. Мы вынуждены были, наверное, раньше, чем вооруженные силы других государств, внести уточнения в программы подготовки наших вооруженных сил, мы начали готовить их к выполнению специальных задач, в том числе это и борьба с терроризмом, выполнение миротворческих задач. Считаем, что это направление правильное. И сегодня в рамках совета Россия-НАТО мы ведем большую работу по так называемой оперативной совместимости наших вооруженных сил с армиями других государств. Понимая под этим словом то, что подразделения российской армии и подразделения других армий НАТО должны быть готовы и должны успешно решать совместные задачи в миротворческих операциях и в операциях по борьбе с терроризмом.

Юрий Векслер: Долгое время мир жил в разного рода понимании стратегии ядерного сдерживания. Сегодня ядерное оружие постепенно распространяется в другие страны, оно может попасть в руки вообще непонятных групп. Какую роль играет ядерное оружие с точки зрения вообще сдерживания?

Юрий Балуевский: Очень хороший, на мой взгляд, вопрос. Действительно, мы в свое время, еще во времена холодной войны почему-то не говорили о ядерном оружии как непосредственном инструменте поля боя. К сожалению, в последнее время на фоне борьбы с терроризмом произошла определенная адаптация, в первую очередь ядерной стратегии наших партнеров - Соединенных Штатов, и начинают проскальзывать мнения о необходимости применения проникающих ядерных боезарядов, боезарядов малой мощности для борьбы с тем же Бин Ладеном и ему подобных. Я считаю, что это крайне опасная позиция. Опасная в том, что мы даем повод Бин Ладену и ему подобным иметь, создавать что-то подобное, если не создавать - украсть, захватить. Мне кажется, сегодня надо максимально поднять планку применения ядерного оружия, сделав его именно оружием политического сдерживания, но никоим образом не инструментом поля боя.

Юрий Векслер: Сегодня появилась публикация секретного американского доклада экспертов, которые предрекают будущие войны в связи с фактором неожиданным, как потепление климата и вообще с изменением гео и биоструктуры Земли, связанным с тем, что человек делает, может быть, война за пресную воду... История научила тому, что мир без войн не живет, к сожалению. Тех войн, к которым вы готовились, наверное, уже не будет. Думаете ли вы иногда о каких-то войнах, которые неожиданно могут возникнуть?

Юрий Балуевский: Если мы сегодня во главу угла будем ставить проблему жизнеобеспечения населения Земли и будем подталкивать население, что завтра у одной части населения не хватит пресной воды, поэтому она должна уничтожить другую часть населения, я полагаю, это не наш путь. Хотя, действительно, я с вами согласен, существовали целые теории, что через определенные промежутки времени происходит естественный отбор, который унесет часть неадекватного населения, выживут сильнейшие и так далее... Мы сегодня вышли из понимания того, что сильнейший должен владеть миром. Я уверен в одном, и это подтвердили события 11 сентября, что ни одно государство, даже самое сильное, не способно решить те проблемы, с которыми мы столкнулись в начале XXI века.

Андрей Шарый: Прокомментировать некоторые высказывания российского генерала наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов попросил профессора пенсильванского Военного колледжа Американской армии Стивена Бланка.

Стивен Бланк: Балуевский и другие российские военные выражают недовольство американским интересом к так называемому мини-ядерному оружию уже в течение двух лет, то есть с тех пор, как этот интерес стал известен. В замечаниях Балуевского по этому поводу нет ничего нового, и они отражают опасения российских военных, что такого рода оружие может быть использовано и против России, тогда как у российской армии нет защиты от этого. К тому же военное командование России не хочет развития ядерного оружия в США, да еще при новых американских ракетах, потому что американский военный перевес при этом возрастет еще больше. Что бы генерал Балуевский и другие российские военные ни говорили, они, к сожалению, продолжают ориентироваться на то, что их главными противниками являются США и НАТО. Из речей министра обороны Иванова становится очевидным, что США и НАТО остаются главными врагами... Россия вольна проводить такие военные учения, какие считает нужным, и здесь США ничего не могут сделать. Некоторые международные соглашения о предварительном уведомлении не были полностью соблюдены. Но в США никто не воспринимает Россию и российскую армию как угрозу Америке, тем более при нынешнем состоянии российской армии, которое остается катастрофическим последние 13 лет. Такая армия пока не может реально обезопасить страну, не может защититься от террористической угрозы на юге.

Ян Рунов: Значит, по-вашему, российской армии не удалось своими крупномасштабными учениями убедить Запад, что Россия способна не только защитить себя, но и стать достойным и равным в военном отношении партнером НАТО и США?

Стивен Бланк: Я бы не удивился, узнав, что военное командование втайне хотело бы немного напугать США и НАТО своими военно-техническими достижениями. Тогда Запад понял бы, что Россия – сильный военный партнер. Такие же методы и с той же целью применял еще Советский Союз. Психологическому давлению и методам устрашения российское командование по-прежнему уделяет большое внимание. Недавние военные учения – из той же категории. Но я не думаю, что это даст России какие-то козыри в глазах европейцев и американцев. Даже наоборот, это может напомнить, почему нельзя до конца доверять России.

XS
SM
MD
LG