Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Эдуард Лимонов отмечает 60-летие в тюрьме


Ведет программу Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Ольга Бакуткина, Дмитрий Волчек беседует с адвокатом Эдуарда Лимонова Сергеем Беляком.

Андрей Шарый: В Саратове завершается судебный процесс по делу лидера Национал-большевистской партии Эдуардом Лимоновым, начавшийся в середине прошлого года. Названа дата оглашения приговора – 15-е апреля.

С подробностями из Саратова – Ольга Бакуткина.

Ольга Бакуткина: Процесс над Эдуардом Лимоновым, начавшийся в Саратове в середине лета, практически завершен. Названа дата объявления приговора – 15-е апреля. В последнем слове писатель напомнил суду. Что на скамье подсудимых личность незаурядная и оценку происходящему даст история. Трудно сказать, каким будет приговор лидеру национал-большевиков, обвиняемому в тяжких преступлениях – попытке свержения государственного строя, создании незаконных вооруженных формирований и организации покупки оружия. В ходе судебного следствия наиболее аргументированным выглядело лишь последнее обвинение, но и оно строилось ан показаниях одного свидетеля, который, собственно, и организовал покупку оружия. На этом основании сторона защиты потребовала оправдания подсудимого. Государственный обвинитель настаивает на 14 годах лишения свободы с отбыванием срока в колонии строгого режима. Позиция стороны обвинения вызвала резкую оценку губернатора области Дмитрия Аяцкого, заявившего: "Не надо пытаться залезть свинцом в глотку писателя". В целом процесс по делу Эдуарда Лимонова выглядел на редкость демократично. Судья терпеливо выслушивал речи писателя, зачастую более похожие на политические памфлеты, чем на выступления подсудимого. В ключевые моменты процесса Эдуард Лимонов в перерыве между заседаниями свободно общался с прессой. В ходе суда ему было позволено за руку здороваться с его другом, редактором газеты "Завтра" Прохановым. Снисходителен был суд и к репликам, которые подсудимый зачастую отпускал в адрес свидетелей, дававших против него показания. Впрочем, внешняя доброжелательность судьи Владимира Матросова может оказаться обманчивой. Саратовские журналисты говорят, что коллеги называют его "Ворошиловским стрелком", на счету Матросова наибольшее число расстрельных приговоров. Саратовская пресса и просто любопытные горожане, рвавшиеся на заседание суда вначале, к концу процесса утратили интерес к происходящему, и заседания шли в полупустом зале. Провокационные стычки местной молодежи с нац-болами прекратились еще в сентябре, да и вообще молодые национал-большевики вели себя на редкость скромно, хотя без скандала все-таки не обошлось. 4-го февраля на завершающей стадии процесса у члены НБП Ольги Шариной в зале суда была изъята сумка, в которой лежали научаки. На основании этого Шарину обвинили в ношении холодного оружия и попытке нападения на государственного обвинителя. Саратовская интеллигенция охотно покупала все эти месяцы новые книги Эдуарда Лимонова, написанные в Лефортово. В местном СИЗО писатель работать не смог, много времени уходило на подготовку к судебным заседаниям. В одном из выступлений Лимонов вспоминал о написанном им в 68-м году пророческом стихотворении "Саратов", оно заканчивалось словами: "Сильно был в Саратове замучен и после смерти тщательно изучен". Чтобы реабилитировать родной город в глазах писателя, творческая молодежь Саратова решила провести литературный вечер 22-го февраля в день рождения Лимонова. А местные художники создали авторские открытки и отправили их с поздравлениями на тюремный адрес писателя.

Андрей Шарый: С адвокатом Эдуарда Лимонова Сергеем Беляком беседовал Дмитрий Волчек.

Дмитрий Волчек: Как себя чувствует Эдуард Лимонов. Какие условия содержания в тюрьме, какие отношения у него складываются с другими заключенными?

Сергей Беляк: Эдуард Лимонов чувствует себя плохо относительно того, где он находится и в какой ситуации он находится. И возраст, и питание – суп из селедки, сил не прибавляет, но, тем не менее. Он держится стойко и мужественно, держался все это время. Писать он в Саратове не пишет, нет условий, он находится там либо в наручниках, либо в таких условиях, что писать невозможно. В камере вместе с ним сидят еще три человека, до недавнего времени это были: человек, обвиняемый в убийстве, человек, обвиняемый в разбое, и человек, обвиняемый в грабеже. Недавно одного из этих людей перевели и к Лимонову посадили в камеру бывшего министра правительства Саратовской области по культуре, который взял взятку. Лимонов сейчас в тюрьме саратовской, несмотря на то, что он не пишет, работать ему не удается, в отличии от Лефортово, где ФСБ создавало все-таки условия, он мог писал, сейчас он этой возможности лишен, темно и людей много, но, тем не менее, он освоился и, что называется, командует сокамерниками. Они к нему хорошо относятся, он старший, распоряжается, то есть он как бы почувствовал себя в шкуре зэка. Берут у него постоянно автографы и тюремщики, и зэки.

Дмитрий Волчек: В последний день заседания судья сказал, что он будет долго думать. Как вы думаете, чем закончится этот процесс, какой вердикт будет 15-го апреля?

Сергей Беляк: Судья действительно сказал, что он будет думать, долго – это он определил два месяца, сказал, что постарается уложиться в этот срок. Вполне возможно, что этот срок будет еще продлен, он может выйти 15-го числа в зал и объявить, что оглашение приговора переносится на такое-то, такое-то число. Чем это вызвано? Я думаю, тем суровым мнением, которое высказал государственный обвинитель относительно Лимонова и Аксенова, учредителя газеты "Лимонка", 14 и 12 лет лишения свободы строгого режима, соответственно, каждому. Это тяжесть предъявленного обвинения – терроризм, создание незаконного вооруженного формирования, призывы к свержению государственного строя, это тоже очень серьезные статьи. В настоящее время в России это редчайший случай. Мотивировано еще огромным количеством материалов, это материалы в основном литературного характера, такого не было давно, со времен Синявского. Там все-таки меньше было литературы, меньше было свидетелей, здесь огромное количество свидетелей, почти 50 человек заслушали, и разговор велся вокруг литературы, так называемой литературы, публикации Лимонова, других людей в его газете "Лимонка" или в бюллетене. То есть приходилось исследовать и обвинению, и защите эти материалы. Я, честно говоря, надеюсь, что будет сенсационный приговор, я надеюсь на это, в хорошем смысле сенсационный. Я думаю, что суд саратовский еще многих удивит, как он удивил уже с самого начала, сделав этот процесс открытым и рассекретив это дело. Иначе можно было вынести приговор очень быстро, так же быстро, как прочитал речь обвинительную представитель генеральной прокуратуры – все быстро, поверхностно и без анализа, что называется.

Дмитрий Волчек: Я был на самом начале процесса, и у меня создалось другое впечатление. Когда судья отклонял одно за другим ваши ходатайства, было ощущение, что он настроен довольно предвзято и поддерживает сторону обвинения. У вас нет такого впечатления?

Сергей Беляк: Нет, у меня нет. Ходатайство отклонил – ну что ж сделаешь? Ходатайство необходимо было заявить, то, что отверг суд в начале - это правильно, возможно. Он бы мог удовлетворить, если бы прокурор удовлетворил их. Но прокурор не в силах был себя перепрыгнуть, потому что за ним стоит Москва, стоит ФСБ, и даже на выступлениях прокурора присутствовали следователи, которые вели это дело, присутствовали в ходе прений. Но если бы я не заявил эти ходатайства, то я по закону был бы лишен возможности ссылаться на те или иные нарушения. А мы снова и снова на них ссылались и в итоге мы добились того, что мы хотели. Обвинение в авторстве Лимонова в написании "Теории второй России" снято прокурором, обвинение в распространении Лимонов призывов к свержению государственного строя на съезде национал-большевистской партии в феврале 2002-го года снято государственным обвинением. Обвинения Лимонова и Аксенова в распространении третьего-четвертого бюллетеня НБП-инфо, где содержались призывы к созданию национал-большевистской армии сняты государственным обвинением. Исключены те документы, о которых я говорил, сразу исключить из списка доказательств.

Дмитрий Волчек: Это был очень сложный процесс, полный ярких, драматичных моментов. Был ли какой-то момент, который поразил вас больше всего?

Сергей Беляк: Много действительно, вы правы, очень много было драматических моментов, которые просто подкашивали и меня, и Эдуарда. Мы увидели предательства близких людей, я имею в виду соратников его партии, которых он пригласил сам в качестве свидетелей защиты. Вот это, конечно, меня поразило очень сильно. Здесь больше всего меня поразила стойкость Лимонова. Потому что, несмотря на то, что он не искушен в этих юридических тонкостях, иногда мне приходилось его сдерживать или на него покрикивать, это только объясняется тем, что мы находились в суде, я понимаю, что это было бы невозможно, тем не менее, такие моменты были, и Лимонов очень стойко переносил все это и весь процесс, в драматические моменты держал удар, что называется. Вот это меня поразило. Хотя, честно говоря, в начале, в ходе следствия в Москве я был убежден, уверен, иногда даже говорил в прессе, что Лимонов творческий человек, а в силу этого как творческий человек он слабо держит удар. Но потом постепенно Лимонов освоился и стал Лимоновым, тем Лимоновым желчным, злым, драчуном, о котором мы знаем по его произведениям.

XS
SM
MD
LG