Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

О чем смогут и о чем не смогут договориться Америка и Россия?


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Виталий Портников, Татьяна Ваксберг и Вероника Остринская, и российский политолог Андрей Пионтковский.

Андрей Шарый: Вопросы стратегической стабильности и борьбы с терроризмом, проблемы двусторонних отношений - главные темы переговоров в Москве государственного секретаря США Колина Пауэлла. Пауэлл, который прибыл в Москву из Тбилиси, встретился с президентом России Владимиром Путиным, а также с российскими министрами обороны и иностранных дел. За ходом переговоров следил корреспондент Радио Свобода Виталий Портников:

Виталий Портников: Главными событиями сегодняшнего дня пребывания государственного секретаря США Колина Пауэлла в российской столице были его встречи с президентом России Владимиром Путиным и с министром иностранных дел Игорем Ивановым. О том, насколько содержательными были эти переговоры, свидетельствует хотя бы время, которое они продолжались. С президентом Российской Федерации Владимиром Путиным Колин Пауэлл беседовал около двух часов. Переговоры министра иностранных дел России и государственного секретаря США продолжались около 3 часов, и, разумеется, это были не протокольные беседы, и не только дружеские рукопожатия и улыбки. Но на публике все было весьма замечательно. Стороны обменивались любезностями. Вот как приветствовал Колина Пауэлла президент Российской Федерации Владимир Путин.

Владимир Путин: То, что мы наметили в качестве первоочередных шагов, тот список вопросов, которые мы посчитали с президентом Бушем приоритетными, этот список постоянно в поле зрения наших специалистов.

Виталий Портников: Колин Пауэлл также сказал, что даже в тех областях, где есть разногласия, крепость российско-американских отношений помогает обсуждать спорные вопросы откровенно и честно, и передал своему российскому собеседнику наилучшие пожелания от президента США Джорджа Буша. Однако фоном переговоров достаточно неожиданно стала инаугурация президента Грузии Михаила Саакашвили. Как известно, Колин Пауэлл посещает российскую столицу сразу же после своего визита в Тбилиси. Там Колин Пауэлл, как и впрочем министр иностранных дел России Игорь Иванов, были участниками церемонии приведения к присяге нового президента Грузии. И министр иностранных дел России, и госсекретарь Соединенных Штатов беседовали о ситуации в Грузии, и Колин Пауэлл специально отметил, что его страна не собирается создавать в Грузии военные базы. Игорь Иванов подчеркнул, что Москва заинтересована в сотрудничестве с Тбилиси.

Игорь Иванов: Президент Грузии господин Саакашвили, в том числе во время инаугурационного выступления, подчеркнул заинтересованность нового грузинского руководства в нормализации отношений с Россией. Это полностью отвечает интересам России.

Виталий Портников: Колин Пауэлл, в свою очередь, также подчеркнул, что приветствует желание России развивать отношения с Грузией, и что ему особенно было приятно слышать слова Игоря Иванова по отношению к российским базам. "Я приветствую гибкость, которую проявляют Владимир Путин и Игорь Иванов по этому вопросу", - отметил госсекретарь США, а затем еще раз подчеркнул: американских баз в Грузии не будет, по крайней мере, в ближайшее время.

Колин Пауэлл: У США нет каких-либо планов создавать базы в Грузии. Мы просто хотим иметь хорошие отношения с Грузией, с грузинским руководством, такие же нормальные отношения, какие у нас существуют и с другими странами мира.

Виталий Портников: США не хотят строить базы по всему миру. Для этого нет никакой необходимости, заявил госсекретарь США своим российским собеседникам.

Андрей Шарый: В прямом эфире Радио Свобода известный московский политолог Андрей Пионтковский. Андрей Андреевич, сколь крепки по вашему мнению отношения Москвы и Вашингтона, о которых говорят сейчас министр и президент, могут ли раскачать эти отношения те тенденции, которые все явственнее проявляются в российской внутренней политике? Речь идет об отходе от демократической практики.

Андрей Пионтковский: Вы знаете, бросается в глаза все-таки контраст определенный между очень благостной атмосферой вот тех официальных картинок, пресс-конференций министров иностранных дел и обороны, репликами президента и Колина Пауэлла, и неожиданно жестким тоном интервью государственного секретаря, которое опубликовано в сегодняшней газете "Известия", где он говорил о недоумении, которое вызывают в США определенные аспекты российской внутренней и внешней политики. Мне кажется, что суть все-таки трудностей в российско-американских отношениях не столько во внутренней политике России, сколько в наших двусторонних отношениях. Внутренние вопросы всегда поднимаются, когда что-то не согласуется на внешнем поле. Вы помните, что во время такого пика как бы стратегического партнерства российско-американского Вашингтон совершенно был не склонен поднимать вопрос о Чечне, а вот если говорить о внешних отношениях, то тут имеет место определенное столкновение позиций на постсоветском пространстве.

Андрей Шарый: Речь шла, как известно, о Грузии. Есть другие спорные точки в отношениях России и Америки - это слухи о поставках российского оружия в Ирак и участии России в разработках иранских ядерных технологий. Очевидно, об этом тоже говорили сегодня высокопоставленные собеседники, но, судя по благостным заявлениям, о которых и вы, Андрей Андреевич, упомянули, они либо ни до чего не договорились, либо до чего-то все-таки договорились. Скажите пожалуйста, с чем вы связываете тот контраст в оценках, которые Пауэлл давал в интервью газете российской, и в тоне его на пресс-конференции, и в оценках переговоров?

Андрей Пионтковский: Очень интересный вопрос. Я о нем весь день думаю. Есть два возможных объяснения. Первое - что, в общем, все эти серьезные и действительные разногласия обе стороны решили не выносить из-под ковра и сохранить некую иллюзию партнерства, тем более, что это вполне естественно для обоих президентов в год президентских выборов. Они не хотели бы создавать себе дополнительные проблемы, и, скажем, со стороны Буша, давать еще демократам возможность рассуждать над тем, кто потерял Россию. Вторая гипотеза – что им удалось осуществить какой-то действительный прорыв в наших отношениях, сняв все эти, как они сегодня выразились, токсические вопросы на более высоком стратегическом уровне. Мне кажется, что истина лежит где-то посередине, потому что сегодняшнее утреннее заявление - оно же не на пустом месте возникло. Почитайте нашу прессу последних двух-трех месяцев. Там ни одного доброго слова про США не сказано, а, впрочем, также и отзывается, в основном, солидная американская пресса о России. Стороны подошли к рубежу, где почти неизбежным казался уже откровенный если не разрыв, то охлаждение в наших отношениях. И в то же время, подойдя к этому рубежу, они осознали, что есть общие, объективные стратегические интересы. Это общая угроза исламского фундаментализма. Это, если говорить в долгосрочном плане, проблема поднимающейся мощи Китая, и стороны решили, в общем, сделать какую-то паузу, попробовать найти конструктивные моменты в этих тактических разногласиях.

Андрей Шарый: Правозащитная организация "Freedom House" потребовала от госсекретаря США Колина Пауэлла при встрече с Владимиром Путиным поднять вопрос об ограничении демократии в России и построении демократического общества. Беспокойство у "Freedom House" вызывают как прошедшие парламентские выборы в России, так и ход нынешней президентской предвыборной кампании. Особое внимание в своем заявлении представители правозащитной организации уделяют несбалансированному освещению в средствах массовой информации предвыборной кампании. Еще раз замечу, что, судя по тону высказываний российских и американского политиков, сегодня на пресс-конференции особых разногласий эти вопросы пока не вызвали. Политика США по отношению к России изменится, только если в самой России наступят радикальные перемены - так считает американский политолог Януш Бугайский из вашингтонского Центра стратегических и международных исследований. С ним беседовала вашингтонский корреспондент Радио Свобода Татьяна Ваксберг:

Татьяна Ваксберг: Может ли измениться политика США в отношении России? В ежегодном выступлении президента Буша не говорилось о России. Этой темы не касаются и демократы, которые завтра будут выбирать своего кандидата в президенты США в штате Нью-Хэмпшир. Большинство комментаторов считает, что крупных перемен ожидать не следует. Политолог Януш Бугайский из Центра стратегических и международных исследований считает, что политика Америки в отношении к России может измениться только если в самой России наступят радикальные перемены. По его мнению, партийная принадлежность будущего американского президента не изменит ничего в сути отношений к России:

Януш Бугайский: Я бы не столько говорил о радикальной перемене отношений, сколько о том, что Америка может переменить позиции своего сотрудничества с Россией в разных регионах. Когда мы не можем влиять на ход внутренней политики, мы можем действовать путями внешней политики. В российском случае - это позиция Америки по отношению к расширению НАТО и ЕС. Какой бы кандидат ни победил в Америке на выборах, он, вероятнее всего, сосредоточится на проевропейском развитии тех стран, которые Россия хотела бы удержать вне Европы. Я говорю, например, об Украине, Молдове, Белоруссии. Что касается собственного отношения к России, то радикальных перемен в Америке стоит ожидать только в том случае, если внутренняя политика России станет более репрессивной.

Татьяна Ваксберг: По мнению некоторых обозревателей, нынешняя политика США в отношении России зависит в значительной мере от тех личных отношений, которые сложились между президентом Бушем и президентом Путиным. Другие считают, что она обусловлена временным совпадением интересов в области безопасности. Но никто до сих пор не утверждал, что потеплевшие отношения между двумя странами сложились естественно, на основе общих ценностей.

Януш Бугайский: Я не знаю, в какой степени речь идет о личных отношениях Буша и Путина, потому что такие отношения не устанавливаются так быстро, как нам может казаться. Президент Буш действительно пытался установить близкие отношения с Россией и искал общие области для сотрудничества. Но уже хорошо видно, что то, что Путин собирается построить, даже отдаленно не напоминает американские и западноевропейские представления о ценностях. Путин строит авторитарный режим. По многим вопросам у Америки нет общих точек с Россией, и это должно быть ясно.

Татьяна Ваксберг: Нет ли в Вашингтоне опасений, что негативные тенденции в российской внутренней политике будут развиваться бесконтрольно?

Януш Бугайский: Действительно, в последние год или два ясно видны попытки ограничить действия демократической оппозиции в России, а Америка возлагала надежды на российские реформы и именно на эти демократические структуры, но, несмотря на это, и независимо от того, демократ или республиканец придет к власти в ноябре, мне кажется, что американская администрация не будет ничего менять в своих контактах с антипутинской оппозицией. Резкие перемены в Вашингтоне можно ожидать только при резких переменах в самой Москве. Если власти в России примут более репрессивные меры по отношению к оппозиции, только тогда можно ожидать, что и администрация, и Конгресс заговорят о политической жизни в России иными словами, просто тогда на карту было бы поставлено сотрудничество и в других областях.

Андрей Шарый: Внешняя и внутренняя политика России в последние месяцы встречает все более сдержанное отношение в странах Западной Европы. Замороженными называют в кулуарах Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе отношения между Россией и западными странами. О том, как проблему видят с европейской стороны, рассказывает Вероника Остринская:

Вероника Остринская: Россия не выполняет договоренностей - указывают западные дипломаты на обещанный еще в 1999-м году вывод войск и техники из Приднестровья. Россия тормозит ратификацию важных для Европы соглашений, в частности, о дислокации совместных вооруженных сил , поскольку вывести войска из Грузии Россия обещает не раньше чем через 10 лет. Противостояние дошло до того, что Россия наложила вето на итоговый документ саммита в Маастрихте, состоявшегося месяц назад, под тем предлогом, что положения документа о Грузии и Молдове отражают исключительно западный взгляд на проблему. Согласно статуту ОБСЕ, соглашения вступают в силу только тогда, когда все 55 членов организации так или иначе согласны с содержанием документа. Попытку смягчить удар сделал новый председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Болгарии Соломон Пасси.

Соломон Пасси: Естественно, каждое государство-член ОБСЕ имеет право вето. Так что все решения организации принимаются только при полном согласии ее членов. Но, как это водится в международных организациях, консенсус достигается путем дискуссий. У нас не бывает 55 одинаковых точек зрения, напротив, эти 55 точек зрения различны. Однако в конечном счете мы стремимся создать документ, который удовлетворил бы всех.

Вероника Остринская: ПАСЕ, тем не менее, не скрывает, что договориться с Россией по наиболее острым вопросам вряд ли удастся. Один из них - возобновление работы миссии ОБСЕ в Чечне, прерванной по решению российских властей в прошлом году. Более оптимистично Соломон Пасси настроен на решение грузинской проблемы. Однако здесь глава ОБСЕ рассчитывает не столько не Россию, сколько на США, представитель которых во время визита в Грузию не исключил возможности финансовой помощи со стороны США для скорейшего вывода российских войск. Российская сторона убеждена, что подход ОБСЕ к проблемам Запада и Востока не одинаков. В употреблении двойных стандартов обвинил организацию представитель России Александр Алексеев. В качестве примера он привел регулярный мониторинг выборов в СНГ и на Балканах, в то время как выборам в Европе и США наблюдатели не уделяют столь пристального внимания. К радикальному пересмотру отношений с Россией призвал новый глава Европейского парламента, министр иностранных дел Ирландии Брайан Коуэн.

Брайан Коуэн: Самое важное, учитывая происходящее в России - пересмотреть наши отношения. Такова рекомендация Совета министров. Мы должны четко знать, из чего исходим, в каком направлении движемся, и как разработать стратегию для ведения переговоров.

XS
SM
MD
LG