Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Благие намерения и проблемы благотворительных организаций

  • Ольга Писпанен

Программу ведет Ольга Писпанен. Гость программы - председатель некоммерческого фонда экологии и детского творчества "Эдельвейс" Лариса Киселева.

Ольга Писпанен: Беспризорных детей становится все больше, соответственно все больше благотворителей имеют возможность направить свою деятельность именно в эту сторону. Но не всегда благие намерения ведут ко благу, как, например, в случае с благотворительным фондом "Тереза". Подробности в репортаже корреспондента Радио Свобода Татьяны Вольтской.

Татьяна Вольтская: Есть в Петербурге благотворительный фонд «Тереза», усилиями которого в столовой при Мариинской больнице бесплатное питание получают ежедневно 130 беспризорных детей, а на Гродненском переулке, 16 существует приют - все это, по словам, директора фонда «Тереза» Татьяны Лужинской. Если же в столовую при Мариинской больнице прийти без предупреждения, то обнаружится обычная платная столовая без каких-либо признаков беспризорных детей. На Гродненский, 16 я пришла вчера и долго стучала и звонила в закрытую дверь с корявой надписью фломастером от руки «Семейная работа» - безрезультатно. Зайдя в дверь напротив, где находится некий офис, я спросила у работающего там молодого человека, есть ли в этом доме детский приют.

- Без понятия.

Татьяна Вольтская: Вряд ли приходя каждый день на работу, можно не заметить соседей по двору - обитателей детского приюта, если, конечно, этот приют там есть. Он здесь, действительно, был. Известный благотворитель, председатель Гамбургского клуба Герхард Вебер дал на ремонт помещения 20 тысяч марок. В октябре 2001 года немецкая делегация во главе с господином Вебером тут побывала и увидела приют своими глазами, а как только добрые немцы уехали, приют закрылся. Подарки, мебель, игрушки, поделки из глины, которые дети делали под руководством волонтера - художницы Ларисы Киселевой, все было выброшено на помойку, включая копилку, куда дети собирали деньги на празднование Нового года.

Теперь дело обстоит так. Помещение сдается неизвестно кому, а когда является проверка, директор благотворительного фонда «Тереза» Татьяна Лужинская привозит на машине нескольких беспризорников, накрывает стол, и они говорят в микрофон все, что положено. Вряд ли городская администрация не знает, что приюта на Гродненском, 16 нет, но почему-то смотрит на все сквозь пальцы. Говорит депутат 79-го муниципального округа Николай Чернышев.

Николай Чернышев: Вы прекрасно знаете, как выделяются помещения сейчас. За большие деньги. Не вижу выхода без решения федерального уровня.

Татьяна Вольтская: Неужели и впрямь без решения федерального уровня нельзя прекратить мошенничество в отдельно взятом районе и перестать, спекулируя на детской беде, выкачивать деньги у наивных немецких благотворителей?

Ольга Писпанен: У нас в студии сегодня бывший волонтер Красного Креста Лариса Киселева. Лариса, расскажите, как вы попали в эту историю? Почему она вас заинтересовала? Почему в течение нескольких лет вы пытаетесь добиться правды?



Лариса Киселева: Я хочу сказать, что я работала в Красном Кресте нашего Центрального района довольно долго, а эта столовая какое-то время была столовой именно Красного Креста. Но потом Красный Крест, обратив внимание на то, что все, что поставляется в столовую как-то испаряется, он перестал ее спонсировать и снабжать продуктами и отказался от этой истории.

Ольга Писпанен: А почему Красный Крест просто отказался снабжать продуктами, а не пытался вывести на чистую воду сотрудницу этой столовой, заведующую?

Лариса Киселева: Возможно, и пытался. Я помню, что такие были попытки, но по какой-то причине не удалось. Просто председатель Красного Креста предпочла отказаться от этой столовой, чтобы, скажем так, не пачкать свое имя участием в ситуации. Я хочу сказать, что там действительно бывает несколько человек, не каждый день (летом их вообще не бывает), бывает несколько человек беспризорных или каких-то грязных детей, которые там прикармливаются, но, как заметила председатель Красного Креста, очень некачественно. Как-то в разговоре с Татьяной Павловной, я была знакома с ней, я сказал, что если бы было помещение, можно было бы организовать занятия с этими детьми, какую-то психологическую помощь (у нас был там психолог, работавший с детьми), был адвокат, который помогал, в частности помогали художники и студентов было очень много из различных вузов, которые бесплатно занимались репетиторством с тем, кто желал этого, из детей. Когда я такую мысль озвучила, Татьяна Павловна сказала, что да, да, давай.

Ольга Писпанен: Татьяна Павловна - это Лужинская?

Лариса Киселева: Да, Лужинская.

Ольга Писпанен: В принципе идея создать благотворительный фонд и некое место, где беспризорники могли собираться и проводить какое-то время не на улице, родилась в этой столовой?

Лариса Киселева: Да. Но не имелось в виду, что только беспризорники. Я, например, вижу очень многих детей, живущих в семье, которые очень нуждаются в какой-то психологической помощи, но они не знают, где ее получить и как. За короткое время пребывания там я выслушивала много совершенно жутких детских историй, которые не могу озвучить, потому что давала детям честное слово никому не рассказывать, честно говоря, даже не знала, куда их направить, потому что наша психолог не могла всех желающих обслужить.

Ольга Писпанен: Это все на общественных началах было?

Лариса Киселева: Это все было на общественных началах. Хочу сказать, что очень большое количество людей в нашем городе желали бы помочь и могут помочь, но, действительно, как мне сказал наш депутат в беседе, все упирается в помещение, в деньги. Все это взять практически невозможно, потому что вы сами знаете, что все что можно распродается, особенно в центре, очень активно, возможно, что и все уже распродано. А ребенок должен знать, что есть какое-то место, куда он может в любое время прийти и попросить любую помощь врача или просто психолога.

Было заседание КУГИ, на котором я очень пламенно выступила. Помещение мы получили, помещение было совершенно разбомбленное. Надо сказать, что даже бомжи участвовали в уборке этого помещения. Мы убрали очень много мусора, сами вывезли все это на свалку, все это своими силами. Я потом смотрела по смете - все это стоило 17 тысяч рублей. Естественно, все это делали не за деньги.

Ольга Писпанен: Лариса, а когда вы выбивали это помещение в КУГИ, вы выбивали именно под этот благотворительный фонд?

Лариса Киселева: Да, я выступала от имени этого благотворительного фонда.

Ольга Писпанен: И они дали полуподвальное помещение под детское заведение?

Лариса Киселева: Они дали подвальное помещение, потому что заранее, как я поняла, была договоренность какая-то об этом помещении, потому что Татьяна Павловна о нем заранее упоминала именно на Гродненском, что это очень удобно, это в центре и недалеко от столовой. Это помещение было получено. Было дано именно для детей. Был еще один претендент, который просил под офис какой-то инвалидной организации, но почему-то решили, что дети важнее инвалидов и дали этот подвал. А потом был найден спонсор - господин Герхард Вебер.

Как сейчас я вижу всю эту ситуацию, конечно, спонсор не находится на улице, все это делается через администрацию района. Администрация, безусловно, в курсе, что там никогда не было приюта. Что касается меня, то я никогда и нигде не упоминала даже слова "приют", потому что я знала изначально, что в подвале не может быть никакого приюта. Речь шла только о центре, куда бы дети приходили лепить, рисовать или заниматься какими-то уроками или совсем уж беспризорные помыться.

Ольга Писпанен: А они могли там переночевать?

Лариса Киселева: Дело в том, что когда там была я, там сначала не было ремонта. Там беспризорники ночевали, пока там был подвал. Депутат Гольман Владимир Михайлович помог там установить раковину и унитаз, это все, что там было. Грели еду на электрической плитке, а давал эту еду соседний магазин, он уже не существует, продукты в достаточно большом количестве давал директор магазина. Тогда они там ночевали. У них там были настелены коробки, потом принесен какой-то матрас с помойки. Но как только помещение было отремонтировано, Татьяна Павловна сказала: "А теперь отсюда убирайтесь. Я буду сдавать и получать деньги".

Ольга Писпанен: А сколько времени примерно до ремонта был рай для беспризорников?

Лариса Киселева: Это был примерно год – пока шла эта уборка, потом шел ремонт. Одну комнату оставили нетронутой, а в остальных сделали ремонт. Потом все это превратилось в частное помещение для склада, для сдачи частным образом. Так это все и функционировало.

Я написала письмо Веберу, потому что обращение к его секретарю в Гамбургском клубе ничего не принесло. Она сказала, что это нельзя озвучивать, что мы будем позорить нашу родину.

Ольга Писпанен: У нас есть звонок. Говорите, пожалуйста.

Слушатель: Я Бурыкина Светлана из Москвы. Мне бы хотелось рассказать свой опыт попытки волонтерства. Я обычный гражданин. По разным личным обстоятельствам у меня возникла потребность что-то отдать детям. Я стала пытаться это сделать и обратилась в ближайший ко мне детский дом. В одном оказалось, что он закрывался, потом обратилась в другой. Эта попытка продолжалась два месяца. Я предложила просто заниматься с детьми. Много было отклонений, что меня нужно проверить, и так далее и так далее. В конце концов, дошло до того, что заведующая предположила, что я психически ненормальная, решаю какие-то свои проблемы и так и не допустила меня до этого. В итоге я просто усыновила ребенка. Но потребность такая все равно есть.

Я думаю, что вполне возможно, что у многих людей есть такое желание - просто что-то отдать детям, не обязательно деньги, а свое время, умение. Я работаю в школе. Я многое что могла бы сделать с ними. Но возможности такой, где-то это делать, очень сильно ограничены. По крайней мере, мне это не удалось. Мне бы хотелось узнать. Есть ли кто-то, кто занимается этим?

По роду занятий я некоторое время жила за границей. Например, в США , если у тебя есть час в месяц, ты можешь отдать его туда, куда ты хочешь. Если у тебя есть пять часов, ради бога, ты можешь отдавать пять часов каждый день. Есть масса организаций, которые принимают эту помощь. И это возможно сделать. Есть ли что-то подобное у нас? Возможно ли вообще это сделать у нас в стране?

Ольга Писпанен: Лариса, вы сможете ответить на этот вопрос?

Лариса Киселева: Я хочу сказать, что я не сталкивалась. Я не могу вам ничего сказать на это конкретного, потому что я не сталкивалась. Единственное, что могу сказать, мои знакомые студенты просто писали сами программы, обращались за границей в фонды на получение денег для того, чтобы им оплачивали занятия в детских домах. Мои знакомые девочки, которые три раза в неделю ходят и занимаются с детьми в детский дом, но платят им не в нашей стране, а платят им из фонда зарубежного.

Ольга Писпанен: Наша слушательница как раз рассказывала о том, что она пыталась помочь прийти в детский дом, но ее не приняли. Решили, что она сумасшедшая, раз хочет помогать детям бесплатно. Сейчас речь не об этом. Можно обратиться и в Красный Крест, предложив свою помощь. Думаю, что они найдут. Считаете, нет?

Лариса Киселева: Нет.

Ольга Писпанен: Есть фонд "Ночлежка", который помогает бездомным, где можно точно также прийти и предложить свою помощь.

Лариса Киселева: Где есть у нас, я знаю.

Ольга Писпанен: Все в ваших руках. Можно попробовать создать такой фонд. Привлечь всех желающих. Кликнуть клич в Интернете и найти таких же добрых людей.У нас есть еще звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Дмитрий. Мы говорим, но непонимание здесь - откуда ноги растут, ясно. Ведь чиновники допущены в рынок. Они законно хозяйничают и все распределяют. А остальное - лишь следствие их хозяйственной деятельности и мошенничество бизнеса в том числе, который с трудом выживает. Вопрос в том заключается, зачем идти постоянно по следу каких-то бед, когда надо непосредственно беду выкорчевывать. Надо у чиновников отбирать те законы, которые позволяют им хозяйничать в стране.

Ольга Писпанен: Хороший совет.

Лариса Киселева: А почему бы вам не пойти и не отобрать?

Ольга Писпанен: Кстати, Лариса, вы бьетесь над этой проблемой уже несколько лет. Куда вы уже ходили?

Лариса Киселева: Я ходила в нашу мэрию Центрального района. Такая есть у нас чиновница Ольга Борисовна Глисичкина. Она мне ответила, что это не касается чиновников, потому что если человек организовал сам фонд, то он не поддается никакому контролю. Он сам за него и отвечает. Что государственные органы не обязаны контролировать никакие ни фонды, ни благотворительные организации. Это не в их компетентности.

Ольга Писпанен: Но, тем не менее, выделяет КУГИ помещение для этого фонда.

Лариса Киселева: Это ваши фантазии, я конечно извиняюсь, по поводу выделения помещений. Помещения КУГИ не выделяет, а если выделяет, то эти помещения в таком состоянии... Я зарегистрировала организацию. Я пошла своим путем и пыталась в КУГИ получить помещение. Но эти помещения такие, на которые надо не 20 тысяч марок на ремонт, а, наверное, все 50.

Ольга Писпанен: Но все равно же выделило КУГИ помещение для фонда "Тереза"?

Лариса Киселева: Это была личная договоренность Татьяны Павловны с КУГИ через каких-то знакомых чиновников или не чиновников, но это совершенно точно. В общем-то, выдача этого помещения была предрешена. Комиссия и решение комиссии - это уже была формальность.

Ольга Писпанен: У нас есть еще звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Игорь Алексеевич из Москвы. У нас есть очень много книг, детские вещи и так далее. Мы бы хотели это отдать, но отвратительна сама мысль, что кто-то воспользуется и потом продаст и так далее. Как сделать так нам, куда бы я мог это принести, чтобы в глаза посмотрел этому человеку, которому мы это отдадим?

Ольга Писпанен: К сожалению, мы не можем ответить на этот вопрос, потому что мы сами пытаемся сейчас в прямом эфире найти ответ на этот вопрос. Как найти вот эту жесткую цепочку, чтобы можно было понять - я хочу помочь, но не знаю куда пойти, куда обратиться, чтобы эта помощь была адресной? Вот создаются благотворительные фонды как раз для беспризорников, но никто не знает, насколько этот фонд чист, насколько чисты помыслы организаторов этого фонда.

Лариса, все-таки, возвращаясь к фонду "Тереза", вы уже столько раз писали и обращались и в муниципальный округ к депутату Чернышеву, и в Гамбургском клубе пытались открыть глаза на то, что происходит с их деньгами, что они уходят в карман определенному человеку - председателю этого фонда, а не детям-беспризорникам. Почему господин Герхард Вебер, председатель этого Гамбургского клуба, узнав о том, что черные делишки творятся, не лишил их помощи материальной?

Лариса Киселева: Когда он об этом узнал, ему было это так преподнесено, я так поняла, как некий конфликт между мной и Лужинской. Господин Вебер сказал, что его ничего не интересует, он приедет и хочет, чтобы были дети, он хочет их увидеть. И когда он через месяц приехал, то господин Зубарев Евгений, журналист газеты "Час пик", снял материал специально для господина Вебера. Лужинская подвезла трех детей или четырех, купила торт, все видели проживающие во дворе жители, дети были рассажены. Специально для господина Вебера и журналистов немецких был снят такой хэппи-энд об открытии приюта. Даже Евгений мне позвонил и сказал: "Лариса Александровна, все в порядке. Приют открылся". Я ему сказала, что мне уже звонили жители двора и рассказали как там все это открылось и как они подходили и сообщали, что все это розыгрыш. Господина Герхарда Вебера удовлетворило это новое кино. И все покатилось дальше. Он приезжал, привозил лично Татьяне Павловне деньги. При мне он отдал 5 тысяч марок, она сказала, что ей жалко их тратить, а мебель она и так получит где-нибудь. Все это стало катиться дальше. Я думаю, что, безусловно, наши чиновники района об этом знают. Но, тем не менее, они продолжают выдавать Татьяну Павловну за великую благотворительницу.

Причина - почему это происходит - в том, что администрации это выгодно. А как Татьяна Павловна получила 15 тысяч долларов в канадском консульстве? Если вы придете и попросите, вам никто не даст, администрация должна походатайствовать. Господин Вебер не верил, что она ворует, потому что ее ему рекомендовала администрация. Администрация в этом участвует. И пока она будет в этом участвовать, такие фонды будут и татьяны павловны будут чувствовать себя очень комфортно и тепло в нашей стране.

Ольга Писпанен: У нас есть звонок в эфире. Говорите, вы в эфире.

Слушатель: Галина Алексеевна из Санкт-Петербурга, участник войны. О чем вы говорите! О каких беспризорниках! Хочу сказать просто о наших детях. Я человек неравнодушный. Когда были выборы президента, я пошла на прием к представителю, так сказать, нашего президента поговорить вот о чем. Я живу там, где напротив гимназия. В наш дом постоянно ходят дети из этой гимназии на лестницу и занимаются бог знает чем. Там можно видеть все - окурки, бутылки, шприцы и все прочее. Это гимназия. Я пошла и сказала, что надо обращать внимание на воспитание нашей молодежи. Мы же когда-то, участники войны, ходили в школу и пропагандировали самые нравственные вопросы, воспитывали детей на своем опыте. После этого ко мне звонит человек из муниципального совета и говорит: "Да, вы правы, мы согласны с вами, но это невозможно. У нас такая безнравственная молодежь" и так далее. Муть. Вода. Это просто вымогательство денег от таких добрых немцев и все.

Ольга Писпанен: Об этом мы как раз и говорим. Хорошо, что есть еще люди с добрым сердцем, которые действительно пытаются помочь беспризорникам и детям, которые в неблагополучных семьях живут.

Лариса, вы в одном из писем депутату муниципального образования 79-го округа Чернышеву подписываетесь как председатель фонда экологии и детского творчества "Эдельвейс". Что это?

Лариса Киселева: Я пыталась зарегистрировать свою организацию, потому что если не зарегистрированная организация, нельзя просить помещений. Я зарегистрировала свою организацию, чтобы попробовать получить помещение в КУГИ. Но это было абсолютно безрезультатно. Через какое-то время я эти попытки оставила. Без какой-то протекции, без каких-то денег, вероятно, это невозможно сделать. В течение всей передачи люди готовы помочь, принести. А куда принести? Где позаниматься? В любом случае должен быть какой-то угол в каком-то помещении. Без этого угла ничего не организовать.

XS
SM
MD
LG