Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Запретительные законы и профилактика подросткового курения

  • Ольга Писпанен

Программу ведет Ольга Писпанен. Принимает участие заведующий Центром медицинской профилактики наркологических заболеваний Вячеслав Ревзин.

Ольга Писпанен: Сегодня у нас в студии заведующий Центром медицинской профилактики наркологических заболеваний, главный детский нарколог Вячеслав Ревзин. Давайте вначале послушаем репортаж, который мы будем обсуждать в прямом эфире Радио Свобода.

В преддверии 18 ноября, Всемирного дня отказа от курения, в Петербурге прошел "круглый стол" "Перспективы взаимодействия государственных, общественных и коммерческих структур по предотвращению продажи табачных изделий несовершеннолетним". На "круглом столе" побывал наш корреспондент.

Татьяна Вольтская: Что делать, чтобы детям и подросткам не продавали сигареты? Общественные советы по проблеме подросткового курения думают об этом, можно сказать, день и ночь, изобретают массу программ, но дети и подростки дымят все больше, мальчики, по статистике, начинают с 10 лет, девочки - с 12. В среднем по России курят 36% мальчиков до 15 лет и 25% девочек. Идут рекламные компании, выпускаются ролики, плакаты и стикеры с предупреждением, что по новому закону лицам моложе 18 лет табачные изделия не продаются, придуман образ правильного продавца, не продающего сигареты детям. Но что-то не видно, чтобы количество неправильных продавцов от этого уменьшалось. В чем дело? Начальник второго отдела Управления милиции по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка и исполнению административного законодательства ГУВД Сергей Коротун говорит, что раньше проверять продавцов было легче.

Сергей Коротун: Приходила группа, делала контрольную закупку, предположим, с тем же подростком, наблюдая за работой торговой точки, не составляя постановления, тут же, на месте, могла составить протокол административного правонарушения. Копия протокола, по желанию тогда еще правонарушителя, ему оставлялась.

Татьяна Вольтская: Теперь процедура сильно усложнилась – необходимы постановление на проверку торгового объекта, подросток и двое понятых, а кто захочет тратить время, ожидая заполнения бесконечных протоколов и актов? "Какие бы законы мы ни писали, их исполнение терпит фиаско", - замечает депутат петербургского Законодательного собрания Наталья Евдокимова.

Наталья Евдокимова: Я специально посмотрела сегодня в кодексе законы, которые так или иначе связаны с ограничением продажи табака, в том числе и несовершеннолетним, я их 13 нашла. И что? И ничего. Почему? Мне кажется, надо признать вот какую истину, что в обществе, в котором агитируют за здоровый образ жизни люди с сигаретой в зубах, ничего не будет.

Татьяна Вольтская: "Запретительные законы нужны, но они не учитывают психологию подростка", - считает Наталья Евдокимова. В других странах потребление табака падает, в России растет, дымят все, и подростки начинают курить, чтобы скорее проникнуть в мир взрослых. Да, беда большинства российских законов в том, что нет механизма их исполнения, но у каждого ларька не поставишь милиционера. Главное – это пропаганда здорового образа жизни, негативное отношение к курению самого общества.

Ольга Писпанен: Вячеслав, как вы считаете, принятием этих законов, поправок к законам о рекламе можно ли снизить риск того, что несовершеннолетние дети будут покупать табак и курить?



Вячеслав Ревзин: Надо сказать, что здесь идут два параллельных процесса, два пути существуют снижения количества людей, употребляющих сигареты, табачные изделия, если говорить изолированно о них. Первый - это снижение спроса, второй - это снижение предложения. Как показывает история, когда мы концентрируемся исключительно на мерах репрессивного характера, запретительных мерах, это дает какой-то сиюминутный эффект, но через некоторое время мы видим еще больший рост уровня потребления, чем наблюдался до этих оголтелых кампаний. Мы были свидетелями их. Скорее всего, не в отношении табака, в отношении алкоголя. Необходимо также сказать, что если мы попробуем проанализировать ситуацию реальную общественную и элемент важнейший воздействия на массовое сознание, как рекламу, то мы не увидим там открытых примеров рекламирования табака, скажем, в средствах массовой информации, на телевидении. Однако количество подростков, приобщающихся к потреблению психоактивных веществ, табака, в частности, который очень часто является началом пути химического экспериментирования, который приводит к известным результатам, то мы увидим, что этот рост обусловлен тем, что, не рекламируя как таковой табак, не ограничив рекламу пива, не рекламируя алкогольную продукцию, мы, общество, продолжаем, используя уловки в законодательстве, рекламировать потребительское поведение или аддиктивную личность, то есть личность, зависимую от того химического продукта, который предлагают в большом количестве производители, как этих продуктов, так и рекламы.

Европейские центры мониторинга за наркологической ситуацией предлагают обществу относить к наркотическим веществам все наркотики, независимо от того какой статус они имеют - легальный или нелегальный. К легальным вполне можно отнести табак и алкоголь, а нелегальные - всем известны. Для общественного здоровья вред и опасность легальных наркотиков порой не меньшая, а большая, чем от нелегальных. Если с нелегальными все ясно - надо бороться, надо пресекать, надо помогать, лечить, то в отношении табака, алкоголя однозначного мнения не существует. Мы видим, как общество разделяется на ярых сторонников запретительных мер и тех, кто активно выступает с позиции, что нужно предоставить обществу свободу, право выбора и тогда у него появится само собой как бы ответственное поведение. Даже есть такой термин на Западе - разумное или ответственное питье, потребление. Специалисты все ждут, когда такое разумное потребление появится в России. Мне кажется, ждут тщетно. Результатом этих разговоров стало решение Госдумы, по-моему, второго созыва, которое исключило пиво из числа алкогольных напитков. Активно стали мы переключать внимание населения, особенно молодежи, от крепких алкогольных напитков, через рекламу, к легким алкогольным напиткам.

Ольга Писпанен: И теперь получили детский пивной алкоголизм.

Вячеслав Ревзин: И получили то, что наша молодежь выпивает и то, и другое, растет число отравлений с летальным в том числе исходом, число алкогольных психозов и тому подобные последствия. Это как раз пример того, как без учета каких-то культурных особенностей, ментальности мы оголтело проводим какие-то акции лобового характера.

Ольга Писпанен: Но теперь точно также оголтело Госдума в срочном порядке принимает поправки к закону о рекламе пива и табака, и они не продуманы, не разработан механизм исполнения этих законов, непонятно, как на самом деле можно ловить за руку этих же самых несовершеннолетних, покупающих табак в киосках, и продавцов, продающих его.

Слушатель: Дмитрий. Да, пропаганда вряд ли поможет, ведь она взывает к разуму, а человек по природе своей сначала религиозен, а потом разумен. Он как бы находится в зависимости от своего духа, который религиозен, и разум со стороны часто бесполезен. Но табак ведь - наркотик, вот это главная проблема. Значит, проблема в самом человеке, а не в курении, в нем возникает тяга. И не проблема ли это образования, его слабости? Ведь люди не становятся взрослыми, раз не могут без искусственного, без соски обойтись. Здесь инфантилизм. Ведь и законы, заметьте, люди просят хорошие и ждут, хотя хорошими законы быть не могут по своей природе, они же дают свободу, инструмент, а сами не свободны, так как рукотворны и искусственны. Вот проблема-то в чем.

Ольга Писпанен: Дмитрий, у вас есть вопрос или вы просто хотели высказать по этому вопросу?

Слушатель: Нет, я как раз сказал, что надо обратить внимание на образование и что в этой области происходит.

Вячеслав Ревзин: Можно, конечно, только согласиться с тем, о чем радиослушатель сейчас сказал. Но мы как раз, не раскрывая эту тему, затронули вскользь ее, сказали о необходимости снижения, как спроса, так и предложения. Я бы не стал говорить, что снижение спроса, воспитание гармоничной личности возможно только на религиозной основе. Воспитание гармоничной личности необходимо в семье, школе, в тех институтах, которые сейчас не лучшие времена переживают в нашей стране. Была ситуация социальных переломов, катаклизмов, которые пережили, как мы, так и наши дети.

Ольга Писпанен: А у вас есть какие-то мониторинги? Вот эти социальные катаклизмы сказываются?

Вячеслав Ревзин: Безусловно, растет число людей, которых мы можем совершенно обоснованно отнести к группе риска по возникновению наркологических заболеваний вообще и по уязвимости вовлечения в любое опьяняющее удовольствие. Этому способствовала гибель всего того, что было во времена Советского Союза у наших детей в качестве альтернативы уличному образу жизни, химическим эмоциям, переживаниям, восприятию, которые сейчас им навязывается через рекламу в том числе. Раньше в качестве альтернативы были и школа, и дружный школьный коллектив, и внеклассная работа, и спортивные секции, и клубы, и военно-патриотическое воспитание. И связь между поколениями действительно была, то есть дед старался понимать внука и взрослеть вместе с ним, отец - вместе со своим сыном и так далее. Сейчас мы лишились всего этого. Естественно, что дети ищут этому альтернативу, и, к сожалению, для них скорее становятся пророками в своем отечестве друзья, потребляющие наркотики, курящие или пьющие, живущие на соседней лестничной площадке, нежели педагог, который с формализмом и дидактикой один раз в год рассказывает ему на дне здоровья о том, как плохо употреблять наркотики и алкоголь, а дети знают, что он приходит утром с запахом перегара, например.

Ольга Писпанен: А как вы считаете, если бы вот на этом дне здоровья учитель, рассказывающий о вреде алкоголя и табакокурения, показывал бы, например, снимки печени циррозной и легких поврежденных, это бы как-то поспособствовало страху перед употреблением этих препаратов?

Вячеслав Ревзин: Конечно, поспособствовало, неплохо было бы, если бы он показал.

Ольга Писпанен: А почему тогда он этого не делает?

Вячеслав Ревзин: Потому что, если на самом деле вы спросите мое мнение, я скажу, что это не совсем правильный подход.

Ольга Писпанен: А как словами ребенку в пубертатном периоде, с юношеским максимализмом, объяснить, что это плохо, это может навредить, на пачке тоже написано предупреждение Минздрава?

Вячеслав Ревзин: К сожалению, в 11-12 лет, когда впервые происходит некое реальное знакомство с миром психоактивных веществ - первая проба сигареты, пиво на перемене большой около школы, еще что-то, ребенок в этом возрасте ничего не боится и считает себя неуязвимым, это знает любой, кто занимается детской психологией, кто работает с детьми. Поэтому исключительно на запугивании строить эту работу совершенно бессмысленно и даже вредно. Ребенок моментально видит любые клише, штампы, лицемерие.

Ольга Писпанен: А на чем строится тогда работа?

Вячеслав Ревзин: Вот это некий комплекс. Надо, конечно, показать отрицательные последствия, но и, кроме того, необходим личный пример не только учителя, всего общества.

Ольга Писпанен: Но, согласитесь, все общество сейчас не возьмет и не откажется от курения или алкоголя...

Вячеслав Ревзин: Достаточно будет, если общество перестанет насаждать психоактивный образ жизни, который мы пропагандируем, не только в отношении курения, пива. Если мы пиво перестали рекламировать, например, до 11 часов вечера, это не значит, что дети не видят этой рекламы. Если мы пишем правильный закон о том, что нельзя продавать алкоголь, табачные изделия вблизи образовательных учреждений, лечебно-профилактических учреждений, вообще в местах массового скопления людей, но эти законы не исполняются, дети видят это лицемерие и принимают наш стереотип поведения. Они говорят правильные вещи, кивают головой: да, вредно, - а дальше выходят и принимают, и пробуют, и дегустируют, и экспериментируют. По опросам российских экспертов, в 2002 году из 5 000 детей в возрасте от 11 до 24 лет более 80% знают вкус алкоголя и сигарет. Это не значит, что все они регулярно употребляют, но это показатель.

Слушатель: Алексей. Господин Ревзин так хорошо и правильно говорит о табакокурении, но почему-то не поднимает вопрос о курении марихуаны. Сейчас ужасная ситуация, масса подростков, детей курит марихуану, и вместе с тем масса людей, включая некоторых из околодепутатских кругов, лоббирует разрешение курения марихуаны. Как уважаемый господин нарколог считает, кто должен пропагандировать моральный облик тех же наркологов, которые выступают красиво с такой пропагандой? Известна сейчас история с господином Тихомировым, наркологом, который обвинялся в том, что он пытался организовать заказное убийство. На этот вопрос, пожалуйста, ответьте.

Ольга Писпанен: История с Тихомировым - это не тема нашего утреннего эфира, это тема работы прокуратуры.

Вячеслав Ревзин: Вопрос очень хороший, потому что очень актуальная для наркологов тема - это тема легких наркотиков, прежде всего курение марихуаны. Вопрос прозвучал так: отношение. Отношение крайне отрицательное. Вообще, легких наркотиков не существует, это мнение любых наркологов, такого понятия для нас нет, это категория условная, она намеренно вживляется в сознание молодежи и общества для того, чтобы подвинуть его к каким-то шагам, к либерализации антинаркотического законодательства, абсолютно необосновенной и неуместной для нашего общества сейчас.

Ольга Писпанен: Потому что оно просто не готово? Почему-то в Голландии все-таки легализованы легкие наркотики и там никто еще пока особо не бьет в набат, что все общество уже голландское...

Вячеслав Ревзин: Уже бьют. В течение двух лет, с тех пор, как к власти пришли христианские демократы, они идут по пути постепенного ужесточения и внесения определенного регламента во все это безобразие, которое там творилось, потому что власти Голландии, как и власти Швейцарии, других стран Европы, где либерализовано было законодательство в отношении наркотиков, они наблюдают ситуацию, при которой эти государства превращаются в своего рода европейскую клоаку, куда едут все маргиналы, все те, кто хотят таким образом химически отдохнуть.

Возвращаясь в Россию, можно сказать, что если подобное произойдет у нас, учитывая особенности национального поведения, всю ту криминальную составляющую, существующую в нашем обществе, для нас подобная либерализация будет просто убийственна. Кроме того, обратите внимание, вначале были просто наркотики, в течение 10 лет мы живем в условиях наркоэпидемии, примерно 6 лет назад мы активно начали бороться с этим злом, мы активно начали пропагандировать отказ от наркотиков вообще, заговорили о государственной антинаркотической политике и тому подобном. Это привело к тому, что за 10 лет все-таки появилось большое количество зависимых людей, кто ведет нелегкую борьбу вместе со своими близкими с этим злом. На фоне появляющихся сейчас и укрепляющихся антинаркотических настроений, в том числе и в молодежной среде наркосообщество сопротивляется, ищет какие-то неформальные новые пути решения своих целей. Цель одна - вовлечение все большего количества людей во всю эту финансовую пирамиду.

Ольга Писпанен: В принципе то же самое - табачные пирамиды, алкогольные, там завязано огромное количество людей.

Вячеслав Ревзин: Безусловно. С определенными поправками так оно и есть, учитывая, что здесь все-таки криминальная составляющая, если вы говорите о наркотиках. В молодежной среде выдвигается такая очередная сказка о легких наркотиках, которые можно применять вроде бы, как они говорят, нерегулярно, без опасности возникновения таких ужасающих последствий, которые есть при применении психостимуляторов, героина. Эта сказка предлагается, как обходной маневр антинаркотических настроений. Человеку предлагают эти наркотики в клубной среде, для начала эти. За ними следует что-то другое, потому что человек встал на путь психоактивных проб.

Надо четко сказать, что предположение, часто звучащее в средствах массовой информации, что наркомафия представляет собой довольно сложно организованную структуру, где на лечении больных зарабатываются не меньшие деньги, чем на распространении наркотиков, имеет под собой основания. Поэтому огромные деньги, которые вращаются в наркотическом бизнесе, подталкивают криминальные круги к различного рода событиям, свидетелями которых мы являемся.

Ольга Писпанен: То есть происходит постоянное вливание капитала в эту структуру. Ты начинаешь принимать наркотики, тебя начинает государство лечить, родители, медицинские службы, социальные программы, антиреклама... Все равно это деньги.

Вячеслав Ревзин: Да, в определенной степени это логика новых социальных отношений. Но я бы был против того, чтобы радиослушатели, молодые люди объединяли всех наркологов в один какой-то образ стяжателя, нечистоплотного, непорядочного человека, тем самым те, кто нуждается в наркологической помощи, отдаляли бы тот момент, когда он готовы прийти к такому человеку на прием.

Ольга Писпанен: Но смотрите, газеты, радио, телевидение пестрят объявлениями о том, что есть такой наркологический центр, есть такой. Бабка Авдотья за два дня отучит курить, пить, смотреть на сторону и все, что угодно...

Вячеслав Ревзин: Вот потому, что есть такие объявления, наверное, доверие населения к наркологам за 10 лет упало. Наблюдают люди эту некую беспомощность нашу. С другой стороны - попытки обмануть, облапошить, взять немалые деньги за помощь, которая должна быть бесплатной. В результате мы видим, что количество тех, кто нуждается в помощи, растет, а тех, кто обращается за ней, падает. Поэтому, конечно, такие события не укрепляют имидж наркологической службы, но, уверяю, что есть и те наркологи, которые достойно выполняют свою работу, и к ним можно и нужно обращаться. Чем раньше это будет сделано теми, кто нуждается, в том числе, возвращаясь к теме нашего разговора, табакокурильщиками, тем лучше. Для нарколога во всей ситуации взаимоотношений общества и психоактивных веществ, в том числе и табачных изделий, более важно, насколько это вещество опасно в плане возникновения синдрома зависимости. Совершенно полноценный синдром зависимости складывается при употреблении никотина и вот это заболевание входит в международную классификацию болезней, оно трудно поддается лечению, и мы оказываем помощь этим больным.

XS
SM
MD
LG