Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы усыновления в России

  • Ольга Писпанен

Программу ведет Ольга Писпанен. Принимает участие автор книги "Хотите усыновить ребенка?" Юлия Андреева.

Ольга Писпанен: Тема нашего разговора - проблема усыновления ребенка. У нас в студии автор книги "Хотите усыновить ребенка?" Юлия Андреева. Что вас подвигло написать книгу?



Юлия Андреева: Дело в том, что я сама усыновитель. И так получилось, что когда я прошла через весь этот ад сбора документов, сбора материала, ребенка еще не сразу мне хотели отдать на руки, я поняла, что мы ничего не знаем по этой теме. Мало того, что мы не знаем, не знают чиновники, не знают люди, которые обязаны дать нам всю информацию, как-то помочь. Вместо этого идет отфутболивание, идет сбор совершенно ненужных справок, задаются вопросы, которые можно было бы и не задавать людям, которые и так на пределе, потому что с того момента, когда человек решает, что ребенок ему действительно нужен, очень сложно уже потом ждать, а ждать приходится долго.

Ольга Писпанен: А сколько вы ждали?

Юлия Андреева: Мне повезло в том плане, что мне не пришлось еще выбирать ребенка. Я удочерила свою крестную дочь, то есть я знала этого ребенка, я знала, что у меня будет именно она в результате. Сбор справок чисто медицинских - ушло где-то недели три, может быть, чуть больше. Милицейская справка делается месяц. А потом еще существует школа усыновителей, кстати, хорошее начинание.

Ольга Писпанен: Подождите, давайте поподробнее для тех, кто нас слушает, кто нуждается в этой информации. Что значит милицейская справка? Какие в принципе нужны справки для того, чтобы прийти в какой-то детский дом, выбрать ребенка, сказать: вот, пожалуйста, у меня есть полный пакет документов, я хочу усыновить ребенка. Насколько это большой пакет, который требуется для усыновления?

Юлия Андреева: Пакет немаленький. Надо справки со всех диспансеров, включая диспансер, который просто скажет, что вы не алкоголик, то есть наркологический диспансер обязательно нужен, надо пройти врачей местной поликлиники вашей, это обязательно. Кроме того, справки из ЖАКТов. Милицейская справка просто подтверждает, что на вас нет судимости, которая бы запрещала усыновлять ребенка.

Ольга Писпанен: Какие-то судимости все-таки позволяют это?

Юлия Андреева: Насколько я понимаю, экономические преступления их здесь мало интересуют. Здесь речь идет о том, что если, предположим, человек уже брал ребенка и от него отказался, понятно, что такому уже не отдадут. Или который, скажем, совершил убийство или тяжкие телесные повреждения. Понятно, что постараются уберечь ребенка от такого усыновителя.

Ольга Писпанен: Юля, мы уже разобрались с документами примерно. Вы сказали, что существует какой-то орган, помогающий усыновителям пройти все эти препоны, объясняющий что-то.

Юлия Андреева: Центр помощи семье и детям. Именно там подсказывают, какие документы нужны, где их взять, за какой справкой сколько ходить. Кроме этого, там существует школа усыновителей. Это очень хорошее начинание, потому что раз в неделю, буквально один раз в неделю, удается пройти психолога, врача, пройти какие-то практические занятия. Всего 4 занятия. Очень полезно, потому что, действительно, людям, которые никогда не держали детей, может быть, на руках, просто нужна такая информация, она необходима. Дети очень сильно отличаются от домашних детей и нужно иметь всю информацию, потому что люди, которые берут такого ребенка в дом, им уже не могут помочь подруги, у которых уже были дети, потому что у этих детей есть своя собственная жизнь, своя карма, свой личный и, как правило, негативный опыт.

Ольга Писпанен: Давайте послушаем дозвонившегося.

Слушатель: Я читал книгу правозащитницы питерской, воспитательницы из детского дома Галины Аркадьевны Крышни "Черная книга преступлений против детей". Она как раз писала про то, как обращаться, например, с детьми с задержкой психического развития. И вот дети, которые больны, у которых, может быть, не совсем правильно поставлен диагноз или у которых есть какое-то заболевание, но тем не менее их можно было бы усыновить, вырастить, тем не менее этого не происходит. И наше государство вместо того, чтобы вкладывать деньги в институт приемных семей, оно вкладывает деньги в развитие больших интернатов, не семейных домов, и вообще такая система, которую критикуют справедливо все на Западе, и у нас в стране отдельные продвинутые люди... Как вы считаете, почему так происходит? Почему декларируют, что надо поддерживать приемные семьи, а реально государство этого не делает, а поддерживает детские дома и гигантские деньги выделяет на это, хотя в этом, вероятно, нет необходимости?

Юлия Андреева: Я думаю, это вопрос, скорее, к государству, нежели ко мне. Действительно, такая проблема у нас существует, и очень жалко, что детей не отдают по приемным семьям. Я хочу просто дать понятие приемной семьи. Есть вариант усыновления, то есть когда вы берете себе ребенка домой, называете его, может быть, другим именем, меняете данные в паспорте, это уже ваш ребенок, ваш наследник прямой. Есть вариант опеки, когда вы не можете изменить данные паспорта, но при этом вы помогаете всячески ребенку, он живет на вашей площади, вы получаете небольшое опекунское пособие на него. Есть вариант приемной семьи. В этом случае мама и папа приемные или просто одна мама получают зарплату от государства и в этом случае это получается как бы маленький приемный дом, маленький детский дом, куда они могут принять несколько детей и воспитывать их как в большой семье. Естественно, эти начинания стоит поддерживать, потому что в любом случае индивидуальный подход того стоит.

Ольга Писпанен: Юля, понятно, что приемной семье помогает государство, навряд ли это большие какие-то деньги и какая-то серьезная помощь. Неужели усыновителю и опекуну совсем не положены какие-то льготы хотя бы?

Юлия Андреева: Опекуну полагаются льготы, естественно, но не самому опекуну, а опекаемому ребенку. Кроме этого, дается пособие небольшое, но этого пособия хватает на то, чтобы прокормить ребенка и устроить в не особо дорогой садик, в лучшем случае. А что касается усыновленного ребенка, он воспринимается уже окружающими, как ваш собственный, поэтому он и имеет права именно на ваше наследство. Поэтому в этой книжке я даже специально прописывала и всю юридическую сторону. Есть такой момент, что когда вы усыновляете ребенка, у которого есть, предположим, недвижимость, если вы оформили акт усыновления, ребенок ведь эту недвижимость теряет. Поэтому очень важно получить всю информацию об этом ребенке и, что самое важное, знать, в какую статью Конституции, в какую строчку можно сунуть чиновника носом, извиняюсь за выражение, чтобы ребенок не был ущемлен в правах, чтобы он потом не сказал: папа, мама, что же вы сделали, у меня от моих настоящих родителей была квартира, машина, а что предоставляете мне вы? Если вы ребенка такого выбираете под опеку, то он сохраняет свои имущественные права. Поэтому в книжке всю эту юридическую сторону я прописала просто пошагово, каждую статью, где, что можно посмотреть, потому что все-таки мы не знаем своих прав по большому счету. А также медицинскую сторону вопроса, потому что детей изначально здоровых там нет.

Ольга Писпанен: Неужели чиновник, который занимается с усыновителями тем, что подбирает, проверяет этих родителей, неужели они настолько несведущи в правовых актах, в законах российских, что сам усыновитель должен все закорючки, все тонкости этого закона знать, чтобы тыкать чиновника туда носом?

Юлия Андреева: Вы знаете, всегда лучше знать самому, потому что какие-то вещи просто для вас более важны, для вашего ребенка более важны, это ведь уже ваш ребенок получается, если вы его собираетесь усыновлять, брать к себе домой, называть своим собственным. Желательно, чтобы человек это все взял под собственный контроль и свою судьбу, и судьбу своего ребенка, и в этом во всем надо разбираться.

Когда приходишь усыновлять ребенка, такую форму, как опекунство, вообще не предложат, пока сам об этом не скажешь. А при этом есть ведь люди, которые хотят иметь детей, но они не могут набрать тот прожиточный минимум, который нужен, чтобы был, ведь нужно, чтобы был прожиточный минимум на взрослого, плюс прожиточный минимум на ребенка. Ну вот нет этих денег, что делать? А вариант приемной семьи - даже будут платить зарплату небольшую родителям, лишь бы у них там была какая-то площадь, куда можно этих детей поселить.

Ольга Писпанен: Но об этом просто никто не знает, что возможен и такой вариант?

Юлия Андреева: Поэтому, когда я столкнулась с этой проблемой, я поняла, что это надо просто прописать в отдельной книжке, чтобы можно было ее открыть и от начала до конца это прочитать.

Ольга Писпанен: Давайте послушаем звонок.

Слушатель: У меня возник такой вопрос: ведь семья уникальна, это как бы община, это не государство, где права индивидуума во всю ширь распространяются, и взрослые образуют семью и свое право могут потеснить для приоритета общины. А ребенок со стороны уже имеет право и он не может его потеснить, так как оно дано ему государством. Вот в чем вопрос.

Юлия Андреева: Вы имеете в виду, что ребенок, который находится в детском учреждении, имеет право получить право от государства? Но дело в том, что если этого ребенка берут под опеку или в приемную семью, то ребенок действительно, если его так и не усыновили, по достижении, я уж не помню, совершеннолетия или получения паспорта, имеет право на комнату от государства. Если же ребенок усыновлен, он имеет право получить площадь у своих приемных родителей, даже если эти родители расторгают усыновление, они от ребенка отказываются, они могут попасть и на алименты и на площадь.

Ольга Писпанен: А в случае приемной семьи?

Юлия Андреева: В случае приемной семьи родители воспринимаются как учителя, как воспитатели, они получают зарплату от государства, поэтому на их площадь ребенок не посягает.

Ольга Писпанен: То есть в принципе приемная семья - это не на всю жизнь для ребенка, они могут с ним пожить, ну, пять лет, а потом отдать его обратно в детский дом?

Юлия Андреева: Могут.

Ольга Писпанен: И такое часто случается?

Юлия Андреева: Я не знаю, насколько часто случается, я не собирала статистику.

Ольга Писпанен: Но это же в принципе травма для ребенка?

Юлия Андреева: Это огромная травма, но тем не менее такие практики существуют.

Ольга Писпанен: У нас есть звонок.

Слушатель: А сами дети все ли хотят, чтобы их усыновляли?

Юлия Андреева: Я думаю, что всех детей не опрашивали, но дети хотят, естественно, они хотят, чтобы у них были папы и мамы. Я скажу больше, когда я пришла в дом ребенка, где встретилась со своей крестной дочерью, пришла, чтобы понять, что это действительно она... Я ездила туда через день буквально, чтобы ребенок мог как-то привыкнуть. Она не разговаривала, два года, еще ребенок не говорит у них, она там целый год провела. И ребенок прежде всего подвел меня к иконе. Я говорю: да, какая хорошая картина, какая хорошая икона. Посмотрела, а потом уже подошла к директору дома ребенка и спросила: а что это означает. Мне сказали, что им рассказывают о христианстве, об иконах, им говорят, что это небесная мама и если ты будешь ее просить о том, чтобы она послала тебе маму, то мама тебя обязательно найдет. Поэтому все дети, конечно, хотят, чтобы их усыновили, чтобы их забрали в дом. По-моему, это без вопросов.

Ольга Писпанен: Давайте еще послушаем звонки.

Слушатель: Большое спасибо за тему. Очень важно. Мы с детьми слушаем. У меня вопрос такой: если у меня очень скудные условия для жизни, но трое детей, замечательный папа и, в общем, дружная семья. Мы очень хотели бы опеку над кем-нибудь нести. Просто, наверное, усыновить не получится из-за таких условий. Возможно ли, имеет ли смысл идти? Мы с мужем всегда хотели... У меня муж сирота, и когда мы пришли к семейной жизни, выяснилось, что он совершенно не знает, что это такое, просто отношения мужчины и женщины в семье для него были как иностранный язык. Это меня тогда потрясло, потому что я из благополучной семьи многодетной и я поняла тогда, что этому нужно учить заранее, чтобы не сталкивать человека с этим уже во взрослом состоянии. Согласятся ли, и что мне делать, как мне объяснить, что мы можем, что мы в состоянии нести над кем-то опеку?

Юлия Андреева: Я думаю, что вам надо обратиться в местные муниципальные органы в отдел опеки, потому что сейчас по радио сказать, именно в вашем случае дадут возможность опекунства или нет, я не могу. Я писатель все-таки, а не муниципал. Вы обратитесь туда, вам все это расскажут и скажут, что вы должны для этого сделать.

Ольга Писпанен: Как вы считаете, почему при такой заполненности детских домов, домов малютки, ребенка, чиновники так неохотно, с таким скрипом отдают детей и в приемные семьи, и на усыновление, на опекунство?

Юлия Андреева: Я не знаю, почему так происходит, скажу честно. Мне просто рассказывали люди, которые вместе со мной проходили школу усыновителей, что когда просто женщина позвонила муниципалам, она не знала, что нужно обращаться именно в отдел опеки, она набрала просто номер муниципалов и спросила: у меня такой вопрос, я бы хотела усыновить ребенка, к кому мне обращаться? Какой-то ненормальный совершенно чиновник стал на нее кричать: а с чего вы взяли вообще, что вам отдадут ребенка, а почему такое должно быть, а вы уже ребенка себе выбрали?

Как можно выбрать ребенка, когда в детский дом просто так не допускают, надо сначала пройти центр помощи семье и детям, получить разрешение от самих муниципалов? То есть получается просто замкнутый круг. У меня была та же проблема, когда мне сказали, что это же не ваш родственник, почему вы решили, что вам дадут ребенка? Крестная мать - это сами христианские законы предписывают именно мне взять этого ребенка. Поэтому я, естественно, не знаю, почему такое происходит, но очень жалко, что такое происходит в нашей стране.

Ольга Писпанен: Давайте еще послушаем звонки.

Лидия Александровна: Есть ли какие-то ограничения при усыновлении или при опекунстве в возрасте, до какого возраста разрешается брать опекунство, либо усыновлять?

Юлия Андреева: Верхней планки возраста сейчас не существует, насколько мне известно, могут отдать и семье пенсионеров. Единственное, что в этом случае они будут уговаривать, чтобы взяли ребенка постарше, может быть, даже старшеклассника, потому что каково пенсионеру взять маленького совершенно ребенка и с ним возиться? Ладно еще грудной, он никуда не убежит, а ребенок начинает подрастать, ему же надо и на горки, и на какие-то состязания, и в поход пойти. Естественно, человеку в возрасте это уже сложно. Что же касается других ограничений, то, как я уже говорила, надо пройти все медицинские комиссии, собрать все справки обязательно. Инвалиду не отдадут. Но при этом можно очень хорошо обойти этот вопрос, если муж является инвалидом, можно оформить усыновление на жену, в этом случае они будут воспитывать вместе.

Ольга Писпанен: Существует ли какая-либо структура надзора дальнейшего? Что происходит в судьбе усыновленного ребенка? Как-то проверяют, что с ним случилось? Понятно, что бывают, наверное, не очень хорошие родители, которые берут ребенка просто как рабочую силу. Это известные факты.

Юлия Андреева: Этот контроль осуществляют муниципалы, то есть они обязаны проверять условия жизни ребенка и опять-таки они выплачивают пособия и они проверяют, естественно, на месте ли ребенок.

Ольга Писпанен: У нас еще звонок.Лидия Ивановна, Москва: Не считаете ли вы, что проблема детей - это результат социальной политики государства, которая с приходом рыночной экономики создало сверхбогатых и отбросило в нищету народ? Поэтому усыновление детей - это не решение проблемы. Решение проблемы - это решение проблемы социального благополучия родителей, граждан Российской Федерации. Спасение России - в спасении граждан Российской Федерации. А власть пока спасает наворованные капиталы.

Юлия Андреева: Совершенно с вами согласна в том плане, что содержать и одного собственного ребенка очень тяжело, что уж говорить и о приемных детях.

Ольга Писпанен: Где можно купить вашу книгу?

Юлия Андреева: Я вчера была в Доме книги, книга лежит там. Кроме этого, она поступила во многие магазины Петербурга, Москвы, некоторых других городов, так что, я думаю, проблемы с книгой не будет, она только что вышла.

XS
SM
MD
LG