Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Юбилей российской прессы


Программу ведет Петр Вайль. Участвуют: корреспонденты и обозреватели Радио Свобода Владимир Бабурин, Елена Фанайлова, Елена Рыковцева и Анна Бокина; референт Союза журналистов Москвы Татьяна Кириллина, представитель Московского городского объединения архивов Людмила Смирнова, главный редактор еженедельника "Стрингер" Елена Токарева, главный редактор журнала "Среда" Алексей Панкин, заместитель главного редактора "Новой газеты" Акрам Муртазаев.

Петр Вайль: Российская пресса празднует в понедельник, 13 января, 300 лет со дня своего рождения. Принято считать, что первой русской газетой стали "Московские Ведомости", которые вышли 13 января 1703-го года. Однако, в силу современных российских особенностей, основоположницей российской прессы вдруг стали называть "Санкт-Петербургские Ведомости". Свой вклад в путаницу внес президент Путин, который официально поздравил именно это издание. С обзором газетных материалов, посвященных празднику прессы - Владимир Бабурин:

Владимир Бабурин: "Первенец русской печати, газета "Ведомости", - пишет "Российская газета", - оказался весьма качественным изданием, не уступавшим лучшим европейским аналогам. Русская газета с первых же месяцев существования обнаружила свои важнейшие качества - быть проводником, пропагандистом, а подчас и организатором общественного мнения в пользу государственных реформ, в пользу защиты национальной независимости. Удачный опыт "Ведомостей" послужил импульсом для развития отечественной журналистики, однако, - продолжает "Российская газета", - юбилей - не повод для победных реляций. Российская журналистика, несмотря на трехвековой возраст, продолжает переживать проблемы роста".

А вот "Комсомольская правда", напротив, сообщает, что первая газета "Ведомости" была из прокисших новостей. "Вообще-то историки, - продолжает молодежная газета, - утверждают, что "Ведомости" стали выходить раньше, с 27 декабря 1702-го года, но первый сохранившийся номер относится именно к 13 января 1703-го. А в конце XIX века петербургские академики взяли и провозгласили первой российской газетой "Санкт-Петербургские Ведомости", которые появились в 1728-м году. Очень уж им хотелось, чтобы именно питерской была первая российская газета. Звучит очень современно".

Ряд публикаций к юбилею российской журналистики явно цвета хаки. Журналистам дали пострелять в честь дня российской печати - сообщает "Коммерсантъ". В Таманской дивизии были проведены сборы журналистов, освещающих военную тематику. Мероприятие, отмечает газета, проводилось в первом гвардейском мотострелковом полку, именно в том, откуда в начале декабря прошлого года сбежали 16 солдат и сержантов.

В "Новой газете" публикация "Словарный боезапас". "В России называть войну войной чаще всего избегают. Войны в Афганистане не было, туда просто был введен ограниченный воинский контингент. Советский Союз как бы не участвовал в войнах в Третьем мире. Советская традиция продолжилась и в демократической России. Если во время первой чеченской кампании хотя бы иногда говорили о военных действиях, то во время второй, - пишет автор "Новой", - у нас антитеррористическая операция. В российском сознании слово "война" - одно из самых черных, и у власти есть много причин избегать этого слова, но для общества всегда лучше, когда вещи называют своими именами", - это публикация в "Новой газете".

И отнюдь не юбилейный материал о журналистской работе в издании "Газета". Милиционеры забили журналиста бейсбольными битами, за это им заплатили 1150 долларов. Убийство Владимира Сухомлина сотрудникам московской милиции и прокуратуры удалось раскрыть по горячим следам, убийц - милиционеров из Балашихи, и заказчика - директора коммерческой фирмы - удалось схватить уже через несколько дней.

Петр Вайль: По случаю юбилея российской периодической печати в течение всего года будут проводиться различные акции. Первая из них - открытие в Новом Манеже выставки под названием "300 лет российской прессе". Рассказывает Елена Фанайлова:

Елена Фанайлова: 13 января 1703-го года в Москве вышел первый номер газеты "Ведомости", лично отредактированный императором Петром Первым. Этот номер, который считается краеугольным камнем российской журналистики, размером всего с ладонь, и он в качестве главного экспоната лежит в витрине Нового Манежа, равно, как и первые экземпляры легендарных "Колокола", "Полярной Звезды", "Отечественных записок" и "Современника". Российская пресса как была организована государем, так из под государственного контроля и не выходила - свидетельствует выставка. В XVIII веке за лояльность прессы отвечали просвещенные монархи. В XIX цари уже полностью запретили вольнодумство. При большевиках газета превратилась в коллективного организатора и пропагандиста, чему свидетельство - дореволюционные экземпляры "Искры" и "Правды", а также декрет о печати 1917-го года на стендах Нового Манежа. Референт Союза журналистов Москвы Татьяна Кириллина о русской прессе:

Татьяна Кириллина: Долго она была под колпаком, но при всем при этом можно посмотреть, сколько даже сатиры в то время печаталось. У нас представлены здесь где-то газеты, где-то 1912-й и потом 1917-й год, как карикатуры даже в то время в "Правде", и на большевиков, и на меньшевиков.

Елена Фанайлова: Выставка "300 лет российской прессе" показывает: в 20-е году большевики рисовали уже карикатуры исключительно на буржуев, в 30-е обложки женских журналов украсили портреты вождя, а передовицы газет начинались обращениями к товарищу Сталину. Газета "Комсомольская правда" на выставке в Манеже представляет архивные материалы о первом редакторе Александре Слепкове, ученике Бухарина, репрессированном и расстрелянном в 30-е годы. О фотографиях, которые иллюстрируют историю российской печати в ХХ веке, говорит

Татьяна Кириллина:

Татьяна Кириллина: Фотохроника ТАСС показала много работ от Союза фотохудожников. Работы уникальные, вот даже сзади вас портреты, и Маяковский, и Горький, те, которые раньше нигде не были показаны. Много причем показано плакатов тоже очень интересных, 50-х и 20-х годов.

Елена Фанайлова: На фотографии Максима Горького лица сопровождающих его военных заретушированы. Как известно, так делалось после того, как человек подвергался репрессиям. На снимках классиков советской фотожурналистики Гринберга, Шохета и Халдея представлены будни самой читающей в мире страны. Столпы перестроечной и независимой журналистики "Огонек", "Новая газета", "Независимая газета", "Аргументы и факты" и "Коммерсантъ" демонстрируют этапы своего исторического пути. Фото Сталина на журнальных обложках 30-х годов сменяются фотографиями Путина в кимоно. Издательский дом "Коммерсантъ" представляет две огромных фотографии - символы эпохи - Владимир Путин и Алла Пугачева. Как сказала о современной русской прессе представитель Московского городского объединения архивов Людмила Смирнова:

Людмила Смирнова: Каждый выбирает из большого объема всех новостей, которые представляют газеты, журналы, радио и телевидение, я думаю, каждый выбирает то, что ему нужно, в соответствии со своими вкусами.

Петр Вайль: Празднику российской прессы целиком была посвящена сегодня наша программа "Читаем газеты". В ней участвовали ведущие российские журналисты и слушатели Радио Свобода. Ведущая программы - Елена Рыковцева:

Елена Рыковцева: "Поздравьте нас, у нас праздник", - обратилась сегодня к своим читателям газета "Московский комсомолец". 300 лет назад по царскому указу в России появилась первая печатная газета. С того самого дня, как свежий номер "Московских Ведомостей" сошел с печатного станка, процесс российской журналистики приобрел необратимый характер, от "Колокола" к "Современнику", от "Искры" к Правде. За минувшее столетие изменилось многое, и техника печати, и формы изданий, и жанры, и сама журналистика, но многое осталось прежним. Что именно осталось прежним - поведал сегодня министр печати Михаил Лесин: как бы ни менялось техническое оснащение средств массовой информации, политический и общественный климат в стране, как и 300 лет назад неизменными остаются три фундаментальных признака качественной журналистики - талант, совесть и ответственность перед обществом. Итак, сегодня, по случаю праздника, у нас в гостях руководители российских изданий: главный редактор расследовательского еженедельника "Стрингер" Елена Токарева, главный редактор журнала о медиа "Среда" Алексей Панкин и с нами на связи заместитель главного редактора "Новой газеты" Акрам Муртазаев. У нас в студии еще один гость: студентка факультета журналистики МГУ Анна Бокина, которая обычно принимает ваши звонки по телефону. Но сегодня Аня сама готова обратиться с вопросом к нашим слушателям. Аня, пожалуйста:

Анна Бокина: Неделю назад я вернулась из Швеции и заметила, что там люди активно читают газеты, в семьях подписываются на несколько изданий, ежедневных в том числе, и газеты читают каждый день. Можно даже сказать, по моим наблюдениям, что о новостях узнают больше из газет, чем из телевизионных передач. В России сейчас газеты читают намного меньше. Речь идет, в первую очередь, об общественно-политических изданиях, и выписывают газеты тоже далеко не все. Как вы считаете, по каким причинам, кроме финансовых, газеты читают мало, а если вы все-таки подписались на какие-то издания, то на какие и почему?

Елена Рыковцева: Мы ждем ответов слушателей, а пока они дозваниваются - мой первый вопрос гостям, прошу их ответить по очереди: считается, что первая российская газета задумывалось Петром Первым как средство воздействия власти на общество, что в этом смысле представляет из себя нынешняя пресса? Пожалуйста, Елена Токарева, главный редактор еженедельника "Стрингер":

Елена Токарева: Сегодняшние газеты делятся четко совершенно на газеты сказочного характера - для отдыха, затуманивающие мозги и дающие отдых после работы, и на газеты, которые, так же, как и петровские "Московские Ведомости", рассчитаны на влияние власти на общество. Сказочных газет ощутимо больше, это можно видеть, когда ты проходишь мимо киосков и развалов. Люди наши хотят сказку, верят в нее и любят. Газеты политические худеют и хиреют. И сегодня они ни что без поддержки радио. Если их по утру не обозреют в электронных СМИ - вряд ли кто-нибудь даже прикоснется к ним днем.

Елена Рыковцева: Теперь мнение Акрама Муртазаева, заместителя главного редактора "Новой газеты":

Акрам Муртазаев: Я бы поддержал мнение Елены Токаревой, что газеты делятся на сказочные и несказочные. Просто у меня несколько другая интерпретация - какие являются сказочными, а какие несказочными. Дело в том, что власти, конечно, удобно иметь управляемую прессу, когда есть такое вот мнение, что происходит в жизни только то, что показывают по телевизору. То есть, власть рисует ситуацию, которая происходит за окном, так, как удобно ей. К несказочной прессе я бы отнес газеты и, если остались, телевидение и радио, те, которые стараются более-менее реально рассказывать о том, что происходит вокруг. Мне хочется надеяться, что я работаю в газете, которая, в общем, реально представляет, что происходит вокруг, и старается об этом донести информацию обществу.

Елена Рыковцева: Алексей Панкин, главный редактор журнала "Среда":

Алексей Панкин: Понимаете, при Петре-то все было, на самом деле, было очень просто, потому что тогда общество было абсолютно незаконным, самодержавным, и лучшим способом воздействия власти на общество было, грубо говоря, вздернуть кого-то на дыбу и таким образом решить все свои проблемы. Так что, я думаю, что Петр, в общем, эту газету замысливал как воздействие на общество, но в хорошем смысле, в воспитательном. Он все-таки пытался поднять, в общем, достаточно темную Россию, в которой грамотным-то даже, может, и боярство-то не все было грамотное, он пытался как-то его немножко просветить, цивилизовать, таким образом дать ему возможность читать о каких-то законах и постановлениях. А сейчас все грамотные, во-первых, во-вторых - огромное количество средств доставки средств массовой информации. Это вам и телевидение, и печать, и радио, и Интернет, все больше, поэтому я не знаю, может, власть думает, что она воздействует на общество, я думаю, что газеты думают, что они воздействуют на власть, мне кажется, что в значительной степени идет такой процесс взаимного охмурения, но сказать про нашу прессу и ее отношения с властью, что-то такое очень определенное я бы не мог, в условиях, когда каждый может взять, прийти, зарегистрировать издание – ну, что можно сказать о взаимоотношениях прессы и власти?

Елена Рыковцева: У нас первый звонок от слушателей, пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Спасибо большое. В силу того, что у меня как бы сегодня были, допустим, проблемы с моей машиной, и она находилась в автосервисе, я сегодня ехал в метро и в силу этого купил себе несколько, грубо выражаясь, информационных таблоидов.

Елена Рыковцева: Повезло таблоидам сегодня.

Слушатель: Да, я не буду называть названий, но мне было очень интересно, в силу того, что основную массу информации, которую я получаю, она из телевидения. Надо сказать, что как бы в любом случае газетная информация существенно отличается в силу того, что это больше аналитика, не текущие данные какие-то, а, с другой стороны, люди читают в большей степени, наверное... Все-таки я не буду называть название газеты, потому что газеты пачкают руки, так скажем, многие очень...

Елена Рыковцева: Так вы все-таки предпочтение отдаете таблоидам, или серьезной прессе?

Слушатель: Вы знаете, таблоидами я называю издания коммерсантовские.

Елена Рыковцева: Ах, вот оно что

Слушатель: Вот так вот. Это таблоиды. И дело в том, что основная масса людей, которым интересно, что реально происходит в мире, они читают в Интернете ту же самую прессу, которая газетная.

Елена Рыковцева: У нас следующий звонок, пожалуйста, вы в эфире.

Екатерина Зотова: Здравствуйте, я из Санкт-Петербурга звоню, Зотова Екатерина, "Движение за справедливость", люблю вашу программу, всегда слушаю, всегда "Свободу", значит, сама выписываю "Московскую заставу", эта газета с 12-летнгим стажем уже, районная, и "Санкт-Петербургский Курьер", потому что там есть аналитические передачи, вот Островский, потом Борис Вишневский, и она не то, что называется "желтой" прессой. Очень бы хотела выписывать "Новую газету", очень ей симпатизирую, но, к сожалению, наша интеллигенция сейчас не располагает, мягко говоря, материальными возможностями.

Елена Рыковцева: Спасибо вам за ваше мнение. Акрам Муртазаев, какие возможности может предложить тем, кто возможностями не располагает, ваше издание?

Акрам Муртазаев: У нас есть льготная подписка, можно газету читать в Интернете, и хотя здесь Алексей Панкин сказал, что каждый может взять и зарегистрировать газету, вот как раз наш читатель говорит о том, что мало зарегистрировать газету и издавать ее, надо, чтобы ее еще покупали, для этого надо, чтобы газета была не такая дорогая, а это мы, увы, сделать бессильны, за этим внимательно следит государство, чтобы газеты не были дешевыми, чтобы газеты были дорогими в производстве, за этим тоже внимательно следит наше государство, и, в общем-то, копейка есть тоже способ ограничения свободы слова, это очевидно.

Елена Рыковцева: Акрам, еще один вопрос в дополнение хочу задать почему-то вам: только что наш слушатель назвал коммерсантовские издания изданиями таблоидного типа, если по такому же принципу подходить к вашей газете – тоже, наверное, можно ее назвать изданием таблоидного типа?

Акрам Муртазаев: Я так понял, что наш читатель разделяет газеты по размерам, а у нас некое другое разделение прессы, я прессу разделяю не по размерам, а по каким-то чисто нравственным позициям, во-первых, а во-вторых, есть газеты, которые пишут на русском языке, есть газеты, которые пишут на электронном языке. У меня такой дележ газет, а по размерам я даже как-то не предполагал, что можно так разделять прессу.

Елена Рыковцева: У нас звонок, вы в эфире.

Слушатель Арсанбеков: Санкт-Петербург, Арсанбеков моя фамилия, я с удовольствием просматриваю практически ежедневно "Коммерсантъ", с большим удовольствием "Известия", и далее только спортивную прессу – "Спорт-Экспресс". Что меня заставило,честно говоря, позвонить вам – реплика, я прошу прощения, не запомнил фамилию заместителя редактора "Новой газеты".

Елена Рыковцева: Акрам Муртазаев.

Слушатель Арсанбеков: Спасибо, честно говоря, мною не сильно уважаемой, не знаю почему.

Елена Рыковцева: А почему все-таки?

Слушатель Арсанбеков: Потому что я должен, в принципе, читать, и мне должно быть там интересно. А мне неинтересно, она настолько ангажированна, точно так же, как, честно говоря, и большинство того, что печатается в "Коммерсанте", и прав тот молодой человек, который называл их таблоидами. К сожалению, то, что мне было бы интересно, преподносится совсем не так интересно, я прошу прощения за каламбур, как это делается в этих газетах.

Елена Рыковцева: Акрам, вы можете сейчас общаться с нашим слушателем. Может, у вас есть уточняющие вопросы к нему.

Акрам Муртазаев: Меня, во-первых, интересует, если ангажированность, то со стороны кого, мне просто интересно узнать было бы?

Слушатель Арсанбеков: Здесь очень с одной стороны легко назвать со стороны кого, с другой стороны, очень сложно. Я с некоторых пор, во-первых, мне чуть больше 40, вроде бы поколение, которое не сильно завязано на Советский Союз и все советские дела, и так далее. Но с некоторых пор я все больше и больше, в том числе и благодаря тому, как все это дело, как наша действительность преподносится "Коммерсантом", преподносится в том числе, к сожалению, и вашей газетой, я все больше и больше становлюсь тем, кого я называю державниками.

Елена Рыковцева: Акрам, пожалуйста прокомментируйте, если возможно.

Акрам Муртазаев: Во-первых, он не прояснил позицию, не сказал, кем мы ангажированы, а "державничество" - мне не совсем понятно это слово, поскольку в державе еще не выработана идеология совместного проживания, поэтому я не знаю, о какой державности идет речь и о каком патриотизме. У нас патриотизм приобретает какие-то этнические черты, поэтому, если мы не выработаем какое-то единое понятие патриотизма, то пока немножко рано говорить о какой-то "державности". Я понимаю, что человек тоскует о каком-то понятии, вот то, как было у нас - родина, государство, но мы сегодня проходим очень сложный путь самопрояснения себя, ощущения себя в новом пространстве, Россия все-таки немножко сжалась по своей территории. Эта тоска - она очень очевидна.

Слушатель Арсанбеков: Я еще раз говорю - я читаю с удовольствием, мне просто немного обидно, что та сторона, скажем так, нынешнего противоборства, оно есть у нас в России, не имеет такой хорошей прессы, хорошо оформленной прессы и хорошо преподносимой, как это делает "Новая газета", как это делают... Как это делает, в том числе и Радио Свобода. Я на 90 процентов против того, как преподносятся Радио Свобода новости, но мне интересно, что они умеют это преподносить, умеют завоевывать своих, а вот, к сожалению те, кого я называю державниками, это не умеют, и как-то руки опускаются.

Елена Рыковцева: Вот теперь, по-моему, нам абсолютно понятно, да, Акрам, теперь мы с вами поняли, что речь, в общем, идет о качестве государственной прессы.

Акрам Муртазаев: Безусловно.

Елена Рыковцева: Я хотела бы спросить у своих гостей, не можем мы подвести итоги за 300 лет, давайте подведем итоги прошлого года, какое событие прошедшего года кажется вам наиболее ярким, значимым, может быть, трагическим - случившимся с российскими газетами? Алексей Панкин, главный редактор журнала "Среда",пожалуйста:

Алексей Панкин: Вы знаете, мне проще подвести итоги, наверное, за 300 лет, чем за прошлый год. Потому что за эти 300 лет у нас появилась очень образованная, умная и грамотная публика, которая, я считаю, заслуживает той прессы, которая у нее сегодня есть, и поэтому, в целом, в 300-летней перспективе - в будущее мы можем смотреть с большим оптимизмом.

Елена Рыковцева: Елена Токарева, главный редактор еженедельника "Стрингер", пожалуйста:

Елена Токарева: Я думаю, что к числу прискорбных событий надо отнести закрытие "Общей газеты" и провал многочисленных новых проектов, которые последовали вслед за ней. "Общую газету" закрыли, пообещали вместо нее газету "Консерватор", которая просуществовала три месяца и тоже закрылась, а закрыли "Общую газеты", потому что она, видите ли, исповедовала философию шестидесятничества, что такая за философия, то общечеловеческие ценности защищала, то отдельные личности защищала, это была, по мнению новых хозяев, гнилая философия. Значит, вместо гнилой философии нам пытались подсунуть философию здоровую, консервативную - ну и ничего не получилось.

XS
SM
MD
LG