Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Пресс-конференция Иосифа Кобзона и Асламбека Аслаханова

  • Карен Агамиров

Карен Агамиров, Москва: Иосиф Кобзон поделился вначале своими впечатлениями от переговоров. "Мы - смертники, - заявил ему Мовсар Бараев, - мы все здесь смертники".

Иосиф Кобзон: "Более того, тысячи смертников ждут нашей команды, они находятся не здесь, и по нашей команде они устроят акции может еще покрупнее, чем эта... Вы, - говорят, - учтите, что нам умереть больше хочется, чем вам жить. Вы можете попросить, вы же сказали, что вам радиостанцию спецслужбы дали, да? Можете попросить, чтобы они нас штурмовали?" Я говорю – зачем? "А мы хотим показать, кто они, кто мы. Мы не курим, мы не пьем, мы не наркоманы и нам ничего не нужно, и наши женщины - тоже смертницы. Хотите посмотреть на женщину-смертницу?" Выходит, небольшого росточка, тоже в маске, женщина. Он говорит: "Зуля, ну-ка покажи нашему гостю, какая ты богатая". Она открывает ладонь, у нее в руке пульт, вот, говорит, она в любую секунду нажмет кнопку и все это взлетит. Я говорю, ребята, ну а сколько это может продолжаться? Они говорят: "Мы собираемся здесь пробыть максимум неделю, но если через три дня мы не увидим и не услышим от нашего командира, что движение началось, если за это время раздастся хотя бы один выстрел, или одна "зачистка" на чеченской земле, или одна военная акция - мы будем уничтожать заложников сразу".

Карен Агамиров: Иосиф Кобзон удручен освещением конфликта российскими средствами массовой информации:

Иосиф Кобзон: Постоянная ложь и необъективность средств массовой информации. По телевидению сегодня задают вопрос, по ОРТ, а был ли кто-нибудь у родственников и близких заложников – нет, никто у них еще не был. Вранье, там постоянно у них кто-то находится... Правительство Москвы, ночью мы были с Лужковым у них, беседовали с ними долго, они мне вручили петицию. Ротом я хочу сказать, я не буду называть фамилию одного журналиста, который проник вчера прямо в штаб, потому что я на улицу не выхожу, и говорит - можно интервью. Я говорю, если быстро - я готов. "Вот, расскажите, о своем посещении этого обезьянника". Я говорю - вот из за таких, как вы, и происходит то, что происходит, какие обезьянники – трезвые, нормальные люди, они фанатично настроены. Вы называете, они оскорбляются, раздражаются, принимают адекватные меры, это не касается и вас здесь, на свободе, это будет касаться тех людей, которые сейчас там. Я просто таких людей не видел. Это образованные люди, достаточно сдержанные, абсолютно не обкуренные. "И так о них говорить, - Ирина Александровна Хакамада сказала, - это просто создавать образ замечательных парней". Нет, они, конечно, боевики, все что угодно, но нельзя врать.

Карен Агамиров: Я спросил Иосифа Кобзона, как бы он поступил на месте президента.

Иосиф Кобзон: Никогда об этом не думал, что бы я сделал на месте президента, на то мы и избрали президента, пусть он думает. Чтобы я сделал как гражданин – во-первых есть решение верховного главнокомандующего, вывести войска, оно должно быть в тот день захвата согласовано... Раз решение есть, просто можно сказать: господа хорошие, вы опоздали с акцией, потому что это решение мы приняли, можете спокойно расходиться по домам. Я бы сказал, ребята, смотрите телевизор, смотрите на уходящие БТР-ы, войска, и так далее, мы покидаем Чечню. Вот вам самолет, кто вас принимает - Саудовская Аравия, или кто-то еще, пожалуйста, вот вам самолет, чтобы успокоить народ, отпустите заложников, улетайте.

Карен Агамиров: Депутат Государственной Думы от Чечни Асламбек Аслаханов предложил:

Асламбек Аслаханов: Показать просто по телевидению, как загружается техника, вагоны вывозятся, спутниковыми суперсовременными средствами связи будут передавать: вагон выехал из такого-то подразделения, но нужно, себе представьте, что такое просто неосуществимо.

XS
SM
MD
LG