Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Соединенных Штатах демократы обвиняют республиканцев в раскрытии имени одного из агентов ЦРУ


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Ян Рунов, Юрий Жигалкин беседует с бывшим генералом КГБ, специалистом разведывательных служб, аналитиком Олегом Калугиным.

Андрей Шарый: Чем ближе президентские выборы в США, тем острее межпартийная борьба. В рамках этой борьбы – скандал вокруг супруги бывшего американского посла в Ираке, которую журналист раскрыл как сотрудницу ЦРУ. Демократы называют это умышленной «утечкой информации» с подачи республиканской администрации и требуют расследования. С подробностями – наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов.

Ян Рунов: Имя Валери Плейм попало к журналистам после того, как её муж, бывший дипломат Джозеф Уилсон, опубликовал в июле в газете Нью-Йорк Таймс статью, в которой подверг критике администрацию Буша за плохую работу разведки в предвоенном Ираке и за просчёты в оценке развединформации. Тут же оказалось, что жена этого дипломата служит в той самой разведке, то есть в ЦРУ. Об этом известный консервативный журналист Роберт Новак сообщил в своей статье 14 июля. Тогда он назвал Валери Плейм оперативным работником в области оружия массового уничтожения. Однако в понедельник 29 сентября журналист заявил, что она простой аналитик, а не участник каких либо тайных разведывательных операций. Журналист категорически отверг сообщения, будто кто-то из окружения президента Буша просил его опубликовать имя агента. 1 июля журналист взял интервью у высокопоставленного сотрудника администрации по поводу обвинений со стороны бывшего посла и получил ответ, что посол по просьбе ЦРУ направился в Нигер, чтобы расследовать донесения о попытках Ирака приобрести в Нигере уран. На это донесение ссылался президент Буш в своё речи в январе. Позднее сведения об уране из Нигера не подтвердились и Уилсон выступил с публичной критикой Белого Дома. В своих выводах Уилсон, возможно, опирался на сведения, полученные от жены, сотрудницы ЦРУ, специализировавшейся на оружии массового уничтожения в Ираке. По словам журналиста Новака, другой высокопоставленный сотрудник администрации подтвердил, что Валери Плейм работает в ЦРУ. Роберт Новак связался с ЦРУ и получил подтверждение её сотрудничества. Однако журналиста попросили не публиковать её имя, хотя и не утверждали, что публикация может подвергнуть опасности её или кого-либо другого. Разглашение фамилии тайного агента разведки является в США государственным преступлением, за которое следует наказание до 10 лет тюрьмы. Посол Уилсон обвинил советника президента Карла Рова в умышленной утечке информации. Позднее от этого конкретного обвинения отказался. Тем не менее он считает, что появление имени его жены в печати было попыткой дискредитировать его и отомстить ему. Пресс-секретарь Белого Дома заявил, что это неправда. Нью-Йоркский сенатор-демократ Чарлз Шумер вместе с другими демократами потребовал независимого расследования, так как не доверяет внутреннему расследованию, проводимому Министерством Юстиции, возглавляемом Эшкрофтом. Белый Дом категорически отверг передачу дела в независимую комиссию, заявив, что готов сотрудничать со следствием, проводимым Министерством Юстиции, и готов передать для предварительного расследования все списки телефонных разговоров. Руководство ФБР встретилось с руководством ЦРУ для обсуждения вопроса, не был ли разглашением имени сотрудника нанесён ущерб интересам безопасности. Остаётся неясным – Валери Плейм всё же тайный оперативный сотрудник разведки или простой аналитик. Если аналитик, то разглашение её имени не связано с ущербом для безопасности. Неясно, идёт ли речь об умышленной утечке и имеет ли к этому отношение республиканская администрация. Если да, то это может нанести серьёзный урон президенту Бушу. Вот почему практически все кандидаты в президенты от Демократической партии требуют независимого расследования всей истории.

Андрей Шарый: О деле Уилсона корреспондент Радио Свобода в Нью-Йорке Юрий Жигалкин беседовал с бывшим генералом КГБ, специалистом разведывательных служб, аналитиком в этой деятельности Олегом Калугиным.

Юрий Жигалкин: Господин Калугин, исходя из того, что сейчас мы знаем, можно ли усмотреть в деле Уилсона, прямо говоря, состав преступления?

Олег Калугин: Технически в деле Уилсона может быть усмотрен состав преступления в том смысле, что имя его жены, как сотрудницы Центрального разведывательного управления, было предано огласке. Это противоречит закону 1982-го года и наказуемо, вплоть до десяти лет лишения свободы. Но, насколько мне известно, ни один из сотрудников либо прессы, либо ЦРУ, либо других организаций, которые оглашали публично имена сотрудников этой организации, под суд не попали. Наиболее, пожалуй, случай такой выдающийся - это Филиппе Эйджи, я лично знаком с этим человеком. В свое время Филипп Эйджи издал книгу не без помощи КГБ, в которой привел имена буквально сотен сотрудников ЦРУ. Дело было против него возбуждено, но не получило своего завершения, и Филипп Эйджи сегодня на свободе, проживает он, правда, за границей. Других случаев аналогичного рода, когда Министерство юстиции прибегало к закону для того, чтобы назвать виновных, я таких случаев не помню.

Юрий Жигалкин: В каком случае, как вы объясняете это внезапное появление истории в центре внимания всей страны?

Олег Калугин: В данном случае я усматриваю абсолютно однозначно политические игры, причем, двух планов. Первое - это не секрет, что в администрации Буша есть люди, которые не поддерживают политику президента в отношении Ирака. Это, в частности, относится в первую очередь к Государственному департаменту. И несколько человек, как известно, ушли в отставку в знак протеста против нынешней политики президента. Но другие остались и, таким образом, вот эти внутренние противоречия в администрации остаются. Так что в этом деле можно усматривать попытку, если хотите, нанести удар по противоположной стороне, в данном случае по сотрудникам администрации президента, прежде всего со стороны тех, кто считают, что эти люди придают огласке имена сотрудников ЦРУ. С другой стороны, опять же политический аспект. Это демократы набросились на эту проблему, как будто бы больше ничего существенного в стране нет. И здесь такой хор голосов со стороны демократической партии, которая требует уже назначить независимого прокурора, по типу Кената Стара известного. То есть вот такое переплетение политических аспектов, в котором Уилсон оказался пешкой. Хотя надо отдать ему должное - он был человеком чести, если хотите, который сказал совершенно однозначно, что он не нашел никаких признаков поставки Ираку каких-то ядерных материалов. И затем придал огласке эти материалы в "Нью-Йорк Таймс", которые противоречили полностью заявлению президента Буша о том, что Ирак пользуется поставками из-за границы.

Юрий Жигалкин: Господин Калугин, но если все-таки вернуться к основе этого дела, к фактам. Согласно критикам президента Буша, таким образом якобы администрация хотела наказать господина Уилсона. Как вы считаете, каким образом подобный способ наказания уместен?

Олег Калугин: На мой взгляд, он смехотворен. Как можно наказать ответственного сотрудника Госдепартамента, упомянув факт его женитьбы на сотруднице ЦРУ? В чем же здесь наказание? Я усматриваю это прежде всего как предлог для того, чтобы свести счеты с теми в администрации президента Буша, которые занимают ястребиные позиции. Вот на них-то сейчас указывают пальцем как на источники информации, которая нарушает законы Соединенных Штатов. И это попытка избавиться, по-моему, от наиболее таких, прямо скажем, ярых сторонников продолжения жесткой линии во внешней политике и прежде всего на Ближнем Востоке.

Юрий Жигалкин: Как вы считаете, в этой истории, когда журналист рассказывает своим миллионам читателей о том, что человек работает в ЦРУ, должен ли он понести какую-то ответственность, должен ли он был почувствовать, что он преступил рамки, если не закона, то, быть может, профессионализма, профессиональной этики?

Олег Калугин: Он, как известно, что при разговорах с высокопоставленными сотрудниками Белого дома они не высказали никаких соображений относительно того, что Новак не имеет права публиковать эти материалы. Более того, Новак, насколько я помню, полагал, что эта дама занималась аналитической работой, таким образом не входила в состав оперативников, связанных с агентурой, другими более такими деликатными оперативными мероприятиями. Но в любом случае Новака здесь винить не в чем, он пользовался информацией, переданной ему высокопоставленными сотрудниками администрации президента. Поэтому неудивительно, что теперь огонь концентрируется не на Новаке, а на тех, кто упоминается, как возможный источник такой информации.

XS
SM
MD
LG