Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Саммит ЕС в Брюсселе


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Евгений Бовкун и Алексей Дзиковицкий – он беседовал с руководителем Центра исследований варшавского Института Международных дел, редактором журнала "Европа", Славомиром Дембским.

Андрей Шарый: Главная европейская новость дня - открытие в Брюсселе саммита стран ЕС. В центре внимания этого высокого форума - Конституция ЕС. Документ, как известно, регулирует деятельность основных структур ЕС после его расширения в мае будущего года. Дебаты продолжаются. Франция и Германия заинтересованы в том, чтобы влияние стран на принятие решений ЕС зависело от численности их населения. Польша и Испания считают, что подобные поправки были бы несправедливы по отношению к малым странам. Как известно, представители Германии и Польши пытались договориться еще накануне открытия совещания в Брюсселе, однако, этого сделать не удалось. Не очень успешно, судя по тому, что нам известно о ходе совещания, начались переговоры и в самой столице Бельгии. Принятие Конституции ЕС может быть отложено до следующего года - заявил в пятницу премьер-министр Италии Сильвио Берлускони - если согласие по этому документу достигнуто не будет, лучше продолжить консультации - заявил он.

Сильвио Берлускони: Мы попытаемся найти компромиссное решение, которое удовлетворило бы все заинтересованные страны и пошло на благо Европе, европейцам, такое решение, которое сделало бы Европу способной действовать. Если же компромисс не удастся, если переговоры не дадут результатов, то лучше продолжать межправительственные консультации, чем принять плохую Конституцию.

Андрей Шарый: На совещании в Брюсселе Германия согласна на достижение компромисса по вопросу принятия Европейской Конституции при строго определенных условиях. Делегация ФРГ добивается, чтобы участники саммита учли ее настоятельное требование, которое поддерживает и Франция - о введении так называемого принципа двойного большинства в совете министров ЕС. Подробнее об этом - корреспондент Радио Свобода в Германии Евгений Бовкун:

Евгений Бовкун: Трудные вопросы участники саммита Европейского Союза отложили на конец дня, не питая особых иллюзий на то, что их удастся решить сегодня. Достаточно и того, подчеркивают члены германской делегации, что девяносто два вопроса из ста уже согласованы. Самый спорный из оставшихся – распределение голосов в Совете Министров ЕС. ФРГ не может смириться с тем, чтобы получить в этом органе всего на два мандата меньше, чем Польша, хотя по численности населения Германия после объединения в два раза превосходит Польшу. Герхард Шредер, правда, подчеркнул, что главная задача встречи – утвердить новую Конституцию сообщества. "Мы хотим Конституцию, и эта Конституция должна иметь субстанцию", - сказал канцлер, демонстрируя осторожный оптимизм.

Перед началом саммита глава германского правительства провел сепаратные переговоры с президентом Франции Шираком и британским премьером Блэром. Они вместе позавтракали, но отказались обсуждать с журналистами повестку дня своих закулисных переговоров. По сведениям, просочившимся в германскую печать, речь шла, однако, о том, каким образом сломить сопротивление Испании и Польши, твердо настаивающих на договоренности, достигнутой в Ницце. Кроме того, Герхард Шредер надеялся в последнюю минуту склонить на свою сторону британского премьера, чтобы упредить возможные инициативы Польши в том же направлении. Для Германии введение принципа двойного большинства важно прежде всего потому, что новый проект Конституции ЕС предусматривает значительное расширение практики принятия решений путем достижения большинства. Поскольку после принятия новой конституции Европейский Союз должен стать более прозрачным и демократичным, ответственность членов совместного Совета Министров сильно возрастает, и Германия не может уклониться от этой ответственности, аргументируют члены делегации ФРГ, защищая свою жесткую позицию по двойному большинству. В то же время Германия нуждается в компромиссе, поскольку не хочется заслужить репутацию "разрушителя европейского единства". В конце концов, она претендует на то, чтобы посадить своего человека - желательно Йошку Фишера - на пост министра иностранных дел Европейского Союза.

Андрей Шарый: Нынешняя система голосования в руководящих органах ЕС была разработана три года назад на саммите во французском городе Ницца. Эта система голосования устраивает многие страны ЕС, в том числе, например, Польшу, которая тогда не участвовала в саммите, поскольку не была членом ЕС. Однако сейчас Польша пытается защитить эту систему и делает это очень настойчиво, угрожая и блокадой действий ЕС. О позиции Польши на саммите в Брюсселе наш корреспондент Алексей Дзиковицкий беседовал с руководителем Центра исследований варшавского Института Международных дел, редактором журнала "Европа" Славомиром Дембским.

Алексей Дзиковицкий: Господин Дембский, имеет ли смысл настолько твердая позиция Варшавы по вопросу об изменении системы голосования в Совете Министров Европейского Союза? Ведь в этой борьбе Польша осталась практически один на один с наиболее сильными европейскими государствами – Германией и Францией?

Славомир Дембский: Защита своих интересов при помощи серьезных аргументов всегда имеет смысл. Осталась ли Польша один на один с Германией и Францией или нет, выяснится в течение ближайших дней – это пока не известно. Система голосования, которая была разработана и принята в Ницце еще без участия Варшавы, расценивается как выгодная для Польши. А то, что для нас выгодно, мы должны защищать. При этом нужно понимать, что это абсолютно нормальная ситуация для Европейского Союза. Там каждая страна-участница ЕС всячески отстаивает интересы. А для нас это в диковинку, ведь Польша впервые участвует в такого рода переговорах на равных, как член Европейского Союза. Нужно к этому просто привыкнуть.

Алексей Дзиковицкий: Чехия и Словакия - партнеры Польши по Вышеградской группе, буквально накануне саммита в Брюсселе, практически отказались поддержать Польшу в борьбе "за Ниццу". Почему для них это не так важно, как для Польши?

Славомир Дембский: Чехия и Словакия значительно меньше Польши, и те изменения, которые предлагается внести в новую Конституцию Европейского Союза, практически никак не влияют на то, какой вес небольшие страны-члены ЕС будут иметь при принятии общеевропейских решений. В принципе, речь идет о средних странах - Польше и Испании, которые, согласно системе голосования, принятой в Ницце, получили в органе исполнительной власти ЕС влияние, близкое к влиянию больших государств. Поэтому нет ничего удивительного в том, что эти государства не хотят отказываться от своего положения. Еще один момент. До сих пор европейская интеграция опиралась на принцип, согласно которому большие европейские государства добровольно отдавали часть своей силы, своего влияния, меньшим государствам, для того, чтобы отношения в Европейском Союзе были более тесными. А теперь мы видим, что две наиболее крупные страны ЕС - Германия и Франция - хотят это правило изменить.

Алексей Дзиковицкий: Господин Дембский, а не случилось ли так, что Польша, сосредоточившись исключительно на системе голосования, пропустила другие важные положения новой европейской Конституции?

Славомир Дембский: Нет. Дело в том, что кроме системы голосования, серьезных расхождений касательно положений проекта европейской Конституции между странами нет. К примеру, полномочия национальных парламентов стран-членов ЕС, что очень важно, наконец, ясно определены. Конвент приготовил хороший проект. Проблема одна - подсчет голосов, и ее надо решить.

Алексей Дзиковицкий: Германия и Франция недовольны позицией Польши и не скрывают этого. По вашему мнению, можно ли ожидать со стороны Берлина и Парижа каких-либо санкций по отношению к Варшаве?

Славомир Дембский: Что вы, это просто невозможно себе представить! Конечно, на предварительном этапе могут появиться какие-то элементы нажима. Однако когда доходит до конкретных переговоров, нужно отдавать себе отчет в том, какие из этих аргументов можно реально использовать. Предположения, что позиция Польши может отразиться, к примеру, на экономических отношениях внутри ЕС, по моему мнению, не соответствуют действительности. Это разные вещи. Если бы их можно было объединить, то это делалось бы уже давно. Тогда Европейский Союз просто не смог бы существовать. У стран-участниц ЕС существует глубокое понимание необходимости консенсуса во всех случаях.

Алексей Дзиковицкий: Господин Дембский, допустим, что Польша воспользуется правом вето и не допустит принятия новой Конституции ЕС. Какие могут быть последствия этого?

Славомир Дембский: Я думаю, что до этого не дойдет. Угроза непринятия проекта Конституции одной из стран-членов ЕС имеет значение во время переговоров. Участники переговоров должны понимать, какие возможности для маневра имеют их партнеры. Ни одна из сторон не согласиться поставить другую сторону в безвыходную ситуацию. Ведь главное – принять проект, а не угрожать друг другу в переговорах. Если какое-либо правительство не может согласиться с проектом Конституции, то оно делает это не потому, чтобы досадить остальным, а потому, что не может этого сделать по политическим причинам; не может гарантировать, что обязательства, принятые им на саммите, будут ратифицированы парламентом и приняты народом. Таковы политические реалии. Я думаю, что в Брюсселе каждый с уважением отнесется к позиции своего партнера по переговорам, и участники саммита будут совместно искать компромисс.

XS
SM
MD
LG