Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Президент Франции находится с официальным визитом в Великобритании


Андрей Шарый: Президент Франции Жак Ширак находится с официальным визитом в Великобритании. Визит приурочен к 100-летию подписания стратегического франко-британского соглашения, вошедшего в историю как Антанта.

Формально датой возникновения Антанты принято считать столетней давности визит английского короля Эдуарда VII в Париж. Однако одноименный военный союз, участвующий в первой мировой войне, сформировался много позже. На эту тему я беседовал с моим коллегой Кириллом Кобриным, историком, много лет читавшим в российских университетах лекции по новой истории стран Запада.

Почему этот союз получил такое название? Что уж такого сердечного было в намерениях Англии и Франции в 1904 году?

Кирилл Кобрин: В течение большей части 18-го века и всего 19-го века Англия и Франция были злейшими врагами. Англо-французские противоречия были очень серьезными. Первоначально они были сконцентрированы на европейском континенте, но затем с появлением новой мощной державы, такой как Германская империя, эти противоречия переместились в колониальную сферу. Англия и Франция обладали самыми крупными колониальными владениями, и они лихорадочно в самом конце 19-го века делили остальной мир, прежде всего Африку. Все это вылилось в так называемый Фашодский кризис, когда у местечка Фашода, это в верховьях Нила, столкнулись два отряда - английский и французский, которые шли как бы по ничейной территории и разграничивали, делили Африку. Чуть было не началась война. Это был самый острый момент англо-французских отношений в 90-е годы, который привел к очень серьезной оживленной дипломатической переписке. Все закончилось тем, что Франция отступила, разумно решив, что, конечно, все-таки главным противников является Германская империя, которая только что отрезала у Франции Эльзас и Лотарингию.

Андрей Шарый: Франция и Англия в большей степени дружили против Германии или это было намерение просто положить конец череде войн и открыть какую-то новую эпоху в отношениях Парижа и Лондона?

Кирилл Кобрин: То, что было в 1904 год подписано, конечно, это скорее была декларация о намерениях, нежели серьезный какой-то договор, тем более военный. Он потом был дополнен всевозможными военными конвенциями, но значительно позже.

Андрей Шарый: И когда он сформировался окончательно?

Кирилл Кобрин: Дело в том, что Антанта вообще, как военный блок, не сформировалась перед первой мировой войной в отличие от Тройственного союза, у которого были все соответствующие военные договоры кто, куда, сколько пошлет войск в таком-то и таком-то случае. Существовала Русско-французская военная конвенция, подписанная еще в конце 19-го века, существовала Морская конвенция, но всеобщего договора, который точно, четко расписывал, кто когда вступает в войну и с какими силами, не было. И неудивительно, что Германия в 1914 году была уверена, что Англия в войну не вступит.

Андрей Шарый: А Россию можно считать членом Антанты? Как назвать исторически корректно тот союз, который воевал в первой мировой войне против держав Тройственного союза?

Кирилл Кобрин: Имя "антанта" из договора 1904 года просто перекочевало в этот новый союз, где были не только Россия, Франция, Англия, но, например, Италия в 1915 году, которая до этого была членом Тройственного союза, потом в войну не вступила на стороне Германии и в 1915 году, получив предложение, уже вступила на стороне Антанты. И воевал практически весь мир. Япония воевала на стороне Антанты и так далее. Но вот договор, подписанный в 1904 году, действительно был отправной точкой формирования Антанты и, если говорить о перспективе международных отношений, в 20-м веке отправной точкой вообще очень многих процессов.

Наталья Голицына: Накануне визита в Лондон в интервью британским журналистам Жак Ширак охарактеризовал англо-французские отношения, как бурную любовь. В Англии далеко не все согласны с таким определением. В целом «сердечное согласие» выдержало испытанием временем. Британия и Франция плечом к плечу участвовали в двух мировых войнах против общего врага и более 30 лет уживались, впрочем, не всегда мирно, в Европейском сообществе, а затем и в Европейском союзе. Однако многие в Англии все еще не забыли, как генерал де Голль в 60-е годы дважды накладывал вето на вступление Британии в Европейский общий рынок. Нынешний визит Жака Ширака проходит на фоне довольно длительного периода охлаждения, вызванного, в частности, отношением Франции к войне с Ираком и к роли Соединенных Штатов в современном мире.

Накануне визита французский президент заявил, что, по его мнению, мир не стал безопаснее после падения режима Саддама Хуссейна и что Франция выступает против доминирования США, предпочитая концепцию многополярного мира. Тем не менее, несмотря на заметные расхождения во внешнеполитической сфере, обе стороны сохраняют взаимное уважением и сходное отношение к европейским ценностям, свободе и демократии. После церемонии прохождения почетного караула у здания министерства иностранных дел Жак Ширак провел переговоры с премьер-министром Великобритании Тони Блэром.

Основными темами в повестке дня переговоров были обсуждение проблем Европейского Союза, ситуация в Ираке, разногласия между Францией и США, проблемы потепления климата, франко-британское сотрудничество в разрешении политических кризисов в Африке и Афганистане. И Блэр, и Ширак подчеркнули единство взглядов обеих стран на решение многих международных проблем. Французский президент назвал Ирак единственной проблемой, вызывающей расхождения между двумя странами. Тони Блэр, в свою очередь, заявил, что, несмотря на различия позиций в отношении Ирака, у Франции и Британии намного больше общих точек зрения на международные проблемы.

Андрей Шарый: Сейчас в прямом эфире программы "Время Свободы" корреспондент нашего радио в Париже Семен Мирский.

Семен, говорят, что отношения британского лидера и президента Франции Жака Ширака далеки от дружеских, что они ведут себя довольно прохладно. Что по этому поводу пишет французская пресса, что говорят французские обозреватели?

Семен Мирский: Это действительно так. Я начну с цитаты: "Ширак был встречен в Лондоне холодно, весьма далеко от той сердечности, на которую намекает «Антанте Кардиаль"» (то есть "сердечное согласие между Францией и Великобританией"). Корреспондент французской радиостанции "Европа №1", констатировавший, что прохладные отношения между Парижем и Лондоном после приезда Ширака ничуть не разогрелись, относит это за счет продолжающихся глубоких разногласий между лидерами двух европейских государств, вызванных военной операцией в Ираке. Действительно, эта точка зрения нашла подтверждение в большом интервью, которое Ширак дал телеканалу всемирной службы BBC, в котором президент Франции заявил, что ситуация в мире ничуть не улучшилась после вторжения в Ирак, а, скорее, наоборот - планета Земля стала еще более опасным местом, чем прежде.

Андрей Шарый: Визит Жака Ширак проходит на фоне голосования в Европейском парламенте вотума доверия новому составу европейской комиссии. Сегодня возникло фактически новое правительство Европейского Союза. В какой степени это соответствует обстановке создания нового европейского единства, вот эти романтические воспоминания о событиях столетней давности, и что говорят по этому поводу во Франции, насколько сильным и серьезным может быть новое европейское правительство?

Семен Мирский: Эти два вопроса, несомненно, взаимосвязаны, и я думаю, что та прохладная атмосфера, в которой проходит визит Ширака в Лондон навряд ли таит в себе обещание успеха только что назначенной, подтвержденной сегодня в своем составе европейской комиссии во главе с представителем Португалии Жозе Мануэлем Барросо. Как мы знаем, вотуму доверия предшествовали сложные и даже драматические события, включавшие отказ парламента в Страсбурге одобрить кандидатуры ряда европейских комиссаров. Теперь Комиссия в полном составе, но, по убеждению французских наблюдателей, Комиссию ожидают самые серьезные испытания, причем в самом недалеком будущем. Вот что сообщает из Страсбурга корреспондент "Ассошиэйтед Пресс": "Мощная парламентская фракция Народной европейской партии все еще не смирилась с назначением представительницы Нидерландов Нелли Кросс на пост европейского комиссара по вопросам конкуренции. То же самое можно сказать и об отношении фракции "зеленых" в Европарламенте к европейскому комиссару по вопросам юстиции итальянцу Фраттини, которого "зеленые" упрекают в том, что он в свое время активно поддерживал итальянского премьера Берлускони, мало считаясь с принципами правосудия. Так что и здесь, конечно, прохладная атмосфера, в которой проходят переговоры Ширака с Блэром в Лондоне, обещает мало хорошего для будущего Европейской Комиссии.

XS
SM
MD
LG