Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Конфликт в Либерии и позиция США


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Юрий Жигалкин и Ян Рунов – он беседовал с политологом из нью-йоркской организации "Freedom House" Арчем Паддингтоном.

Андрей Шарый: Министры из нескольких западно-африканских стран прибыли в пятницу в столицу Либерии. Их цель - убедить нынешнего президента Либерии Чарльза Тэйлора уйти в отставку и подготовить почву для введения в Монровию африканского миротворческого контингента. Но успех попытки остановить один из кровопролитнейших конфликтов на африканском континенте, скорее всего, будет зависеть от решений в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке и в Белом Доме. О ситуации рассказывает наш нью-йоркский корреспондент Юрий Жигалкин:

Юрий Жигалкин: Почти десятилетняя война в Либерии, стоившая стране несколько десятков, если не сотен тысяч жизней была одним из тех конфликтов, которые западные столицы предпочитали не замечать, особенно после сомалийского фиаско 1993-го года, где миротворцы столкнулись с неожиданно для них жестким и решительным противником. Гибель полутора десятка американских солдат и телевизионные трансляции сцен надругательства толпы над трупом одного из американцев породили в общественном сознании Соединенных Штатов то, что политологи называют сомалийским синдромом, безоговорочный отказ вмешиваться в конфликты на далеком, малопонятном и не представляющим интереса для национальной безопасности континенте. Сам Джордж Буш во время предвыборной кампании отчитывал своего конкурента Билла Клинтона за его осторожные попытки миротворчества в Африке.

Но не исключено, что Либерия может стать антидотом сомалийскому синдрому. К удивлению многих наблюдателей, американский политический истеблишмент, по большому счету, воодушевленный успехами в Афганистане и Ираке, с неожиданным сочувствием отнесся к просьбам либерийцев и генерального секретаря ООН о помощи. Редакционные полосы ведущих американских газет заполнены комментариями о том, что у США есть исторические обязательства перед страной, созданной полтора века назад освобожденными американскими рабами, страной, скопировавшей американскую Конституцию, флаг, многие понятия, союзником в мировых войнах и холодной войне, народом, считающим американцев своими близкими родственниками.

Эта смена настроений явно затронула и Белый Дом. Президент Буш, недавно совершивший тур по пяти африканским странам, теперь считает, что для США жизненно важно обеспечить стабильность на африканском континенте, хотя бы для того, чтобы он не стал питательной средой для террористических организаций.

И ныне Вашингтон явно готов предпринять новый эксперимент миротворчества на африканском континенте, хотя на этот раз Белый Дом пытается предотвратить ошибки 1993-го года. Несколько дней назад президент Буш отдал приказ о переброске к побережью Либерии нескольких кораблей с двумя с половиной тысячами морских пехотинцев на борту. Пока, правда, неизвестно, ступят ли они на либерийскую землю, поскольку Соединенные Штаты предпочли бы, чтобы миротворческую операцию взял на себя ооновский контингент и африканские страны, соседи Либерии. В четверг США представили Совету Безопасности проект резолюции, согласно которому основную миротворческую роль на себя возьмет контингент из западно-африканских стран – полторы тысячи нигерийских солдат должны вступить в Либерию в понедельник, а к 1 октябрю он будет расширен за счет так называемых стабилизационных сил из других стран. Себе пока Соединенные Штаты отводят вспомогательную роль, Вашингтон готов финансировать миротворческую операцию

Андрей Шарый: Критики Президента Буша говорят, что он не должен был вводить войска в Ирак, но в Либерию должен. Чем руководствуется американский президент, принимая решение о вторжении в ту или иную страну? Об этом с американским экспертом беседует наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов:

Ян Рунов: Вот что думает об этом политолог из нью-йоркской организации "Freedom House" Арч Паддингтон:

Арч Паддингтон: Для президента Соединенных Штатов, да и любой другой страны первая обязанность - служить национальным интересам своего государства. Прежде, чем вступать в войну, президент должен ответить на вопрос, соответствует ли это интересам его страны. Исторически крупные политические события, происходящие в Западном полушарии, в частности, в странах Латинской Америки, могли отразиться на положении в США, и потому Латинская Америка входит в сферу наших национальных интересов. Этим объясняется, почему мы не раз в моменты кризиса вмешивались в дела стран Центральной и Южной Америки, помогали той или иной стороне в конфликтах, а то и прямо вводили свои войска. Что касается Ирака, то большинство американцев поддержали решение президента свергнуть режим Саддама Хусейна, так как считали, что это вопрос нашей национальной безопасности. Мы рассматриваем иракскую проблему как часть общей проблемы ближневосточного терроризма, распространяющегося по всему миру и ведущего к мировой войне. Таким образом режим Саддама Хусейна представлял угрозу не только для граждан Ирака и для соседним с Ираком стран, но и для Соединенных Штатов Америки. Тогда президент принял соответствующее национальным интересам США решение ввести войска в Ирак. И здесь не так важно, найдем ли мы теперь там оружие массового уничтожения. Мы знаем, что оно там было, что оно там разрабатывалось. Оружие массового уничтожения, разрабатываемое и накапливаемое в любом районе мира, особенно в странах с недемократическими или нестабильными режимами, США рассматривают как непосредственную угрозу своей безопасности. Именно так воспринимаются нами Северная Корея и Иран из-за их программ ядерного вооружения.

В отношении Либерии у США есть определенные обязательства в силу сложившихся исторических обстоятельств. Как известно, эту страну в XIX веке создали американцы африканского происхождения, бывшие рабы, вернувшиеся в Африку. Мы не обязаны помогать Либерии во что бы то ни стало. Это не вопрос нашей национальной безопасности. Это – жест гуманности. Но мы хотим помогать Либерии вместе с другими странами, прежде всего африканскими. Это так же как в военных действиях в Боснии принимали участие многие европейские страны. США были в числе других. Но здесь я хочу подчеркнуть, что во многих международных конфликтах если США не берут на себя инициативу и главенствующую роль, в том числе и основные финансовые тяготы, то кризис затягивается и ситуация ухудшается. Это мы видели на Балканах. Европейцы вели себя нерешительно, а тем временем в Боснии гибли люди. И только благодаря США сербы и боснийцы прекратили братоубийственную войну. Очень часто Соединенным Штатам приходится в такой ситуации брать лидерство на себя.

Ян Рунов: В случае с Либерией противники отправки американских солдат в эту страну обвиняют президента Буша в том, что он идет на поводу у определенной части афро-американских избирателей, что это его предвыборный ход...

Арч Паддингтон: Я не верю, что США могут ввязаться в гражданскую войну в далекой стране под давлением определённой расовой или этнической группы. Это было бы большой политической ошибкой для такой страны как США, созданной иммигрантами и населенной выходцами из всех стран мира. Мы вмешиваемся в либерийский конфликт ради спасения жизни людей, спасения этой страны. Мы хотим восстановления там порядка и нормальной мирной жизни.

Кроме того, я не думаю, что афро-американские избиратели так уж требуют отправки в Либерию американских солдат, среди которых, кстати, немало афро-американцев. На этом настаивают, в основном, афро-американские политики. Но правительство не должно руководствоваться в своей внешней политике интересами определённой этнической группы избирателей.

Ян Рунов: Вы имеете ввиду и кубинских иммигрантов, которые настаивали, чтобы США силой свергли режим Кастро?

Арч Паддингтон: Один из принципов, который сделал Америку великой демократической страной, заключается в том, что мы позволяем людям открыто выражать свое мнение по вопросам нашей внешней политики. Во многих странах, включая демократические, общественности довольно трудно влиять на внешнюю политику правительства. Этническое лоббирование по внешнеполитическим вопросам я считаю, в принципе, явлением положительным. Так, например, иммигранты из прибалтийских республик, десятилетиями настаивали на том, чтобы США не признавали включение Латвии, Литвы и Эстонии в состав Советского Союза. Вот хороший пример этнического лобирования. Кубинские иммигранты тоже десятилетиями не устают напоминать американцам о преступлениях кастровского режима. Но наше правительство никогда не шло на поводу и экстремистсткого крыла какой-либо этнической группы. В Вашингтоне всегда с готовностью выслушивали мнение американских граждан, бежавших из стран, где правила диктатура, но не соглашались ввязываться в военные конфликты, если не были непосредственно затронуты национальные интересы США, либо если того не требовали соображения гуманности и если мы здесь не были уверены в успехе.

XS
SM
MD
LG