Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Северокорейская ядерная программа


Программу ведет Владимир Бабурин. Принимает участие Андрей Шароградский, который беседовал с бывшим российским дипломатом, специалистом по Корее Валентином Моисеевым.

Владимир Бабурин: В Пекине завершились многосторонние переговоры по северокорейской ядерной программе. Представители шести стран – Северной Кореи, Южной Кореи, США, Китая, России и Японии договорились, что следующий раунд состоится через два месяца, хотя точной даты еще нет. Северная Корея уже предупредила, что переговоры могут собраться из-за неуступчивой позиции США, Соединенные Штаты требуют от КНД немедленно свернуть ядерную программу, Пхеньян настаивает на том, что сначала США должны подписать пакт о ненападении и установить с Северной Кореей дипломатические отношения. Также Северная Корея предупредила, что, вполне возможно, в ближайшем будущем она намерена провести ядерные испытания. О тактике, которую применяет Северная Корея на переговорах по ядерной проблеме, и о результатах состоявшихся в Пекине консультаций мой коллега Андрей Шароградский беседовал с бывшим российским дипломатом, специалистом по Корее Валентином Моисеевым.

Андрей Шароградский: Валентин Иванович, на переговорах в Пекине тактика северокорейской делегации выглядела, мне показалось, как тактика шантажа. Скажем, в последний день было заявлено о том, что Северная Корея намерена провести испытания ядерного оружия. Насколько типична такая тактика для Северной Кореи?

Валентин Моисеев: Мы не раз уже говорили о том, что, в принципе, ведь вся эта северокорейская проблема, или проблема ядерного урегулирования в Корее, она является, по существу, тактикой шантажа. И, в первую очередь, садясь за стол переговоров, или начиная переговоры по этой теме, КНДР и стремится заработать для себя какие-то очки, добиться, в первую очередь, подтверждения легитимности своего существования. И для того, чтобы, так сказать, подтвердить свою тактику, чтобы ее утвердить, КНДР и заявляет о наличии у нее ядерного оружия и намерении провести его испытания. Мы помним, что вначале, когда этот ядерный кризис только обозначился, в начале 90-х годов, КНДР всячески отрицала не только наличие у себя ядерного оружия, но и намерение его разрабатывать. Сейчас тактика поменялась, потому что поменялось и время.

Андрей Шароградский: А вы верите, что Пхеньян уже в состоянии производить ядерное оружие?

Валентин Моисеев: Я не специалист в области ядерного оружия, но, насколько я знаю, сама технология уже давно не представляет из себя никакого секрета, и, при наличии государственной воли на это, это вполне возможно. С другой стороны, нужно ли это корейцам? И зачем им это нужно при такой маленькой территории использования ядерного оружия на Корейском полуострове? По-моему, с точки зрения здравого смысла это невозможно, это самоуничтожение.

Андрей Шароградский: А вот, на ваш взгляд, Ким Чен Ир и его окружение не опасаются, что США применят силу, чтобы закрыть раз и навсегда вопрос о северокорейской ядерной программе?

Валентин Моисеев: Я думаю, что мы должны рассматривать вообще и сами переговоры, и саму ядерную проблему, как одну из составляющих проблемы корейского урегулирования. Ядерный кризис - он и возник в рамках корейского урегулирования. И потому утверждать о том, что КНДР боится, или не боится - она явно боится, конечно, США, и в них она видит угрозу своему существованию. Потому корейцы и ставят вопрос о заключении соглашения или пакта о ненападении, об установлении дипломатических отношений - тем самым они хотят обезопасить себя.

Андрей Шароградский: А в контексте переговоров, которые состоялись в Пекине, как вы оцениваете дипломатическую активность России в урегулировании этой проблемы?

Валентин Моисеев: Россия всегда была и остается одной из основных заинтересованных стран в корейском урегулировании, хотя бы в силу общих границ с Кореей и нашей исторической вовлеченности в корейские дела. С одной стороны, наша роль в 90-е годы ослабла, из-за свертывания связей с Пхеньяном, с другой, она стала более сбалансированной в результате установления полноценных связей с Сеулом. Роль России в связи с этим как раз и заключается в том, чтобы способствовать выработке взвешенного и сбалансированного решения по корейской проблеме, с учетом и интересов Пхеньяна, и интересов Сеула, и интересов своих собственных, и, разумеется, всех остальных стран. У нас большой опыт сотрудничества с Пхеньяном во всех сферах, и это опыт не может не быть востребованным. Тем более, что в последнее время предпринимаются значительные усилия по восстановлению, по мере возможности, естественно, наших двусторонних связей с Северной Кореей. Так что, Россия полноценно участвует и должна участвовать в программе корейского урегулирования, как бы ее ни называли, пусть это будет на сегодняшний день и "ядерный кризис".

XS
SM
MD
LG