Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Антиамериканские настроения в России и мире после войны в Ираке


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют корреспонденты Радио Свобода Джованни Бенси, Евгений Бовкун, Юрий Жигалкин и Вероника Остринская, профессор Мичиганского университета Владимир Шлепинтох, социолог, президент компании "РОМИР" Елена Башкирова.

Андрей Шарый: Война в Ираке углубила противоречия между США и странами Западной Европы, и вызвала негодование в мусульманском мире. Таков главный вывод исследования, проведенного все независимой компанией "Пью Ресерч Центр". Эксперты проанкетировали около 16 тысяч человек в 20 странах и на территории Палестинской автономии. Подробнее о результатах исследования Вероника Остринская:

Вероника Остринская: В большинстве стран мира отношение к США за год заметно ухудшилось. Социологи делают такой вывод, сравнивая результаты нынешнего и аналогичного прошлогоднего опросов. Наиболее сильны антиамериканские настроения в мусульманском мире, причем не только в странах арабского Востока, но и в Азии, и в Африке.

В Индонезии положительного мнения о США ныне придерживаются всего 15 процентов населения, в то время, как в прошлом году эта цифра составляла более 60. Возросло негативное отношение к США в Нигерии - 36 процентов против 11, 99 процентов иорданцев, 98 процентов палестинцев, 8 из 10 турок и пакистанцев, 7 из 10 ливанцев и две трети населения Марокко негативно настроены по отношению к США. Население Индонезии, Иордании, Марокко, Пакистана и Палестинской автономии одним из трех политических лидеров, достойных наибольшего доверия, называет Усаму Бин Ладена.

В Европе антиамериканские настроения более сдержанны. Во Франции, Германии и Испании, где в преддверии войны в Ираке прошли крупные уличные акции протеста, позитивное отношение к США сохранили менее половины опрошенных, во Франции - 43 процента, в Германии - 45 процентов, в Испании - 38 процентов.

Эти данные сильно разнятся с прошлогодними, но социологи отмечают и позитивную тенденцию: в Германии, например, в марте этого года положительное мнение о США имели чуть больше 20 процентов населения. То же произошло во Франции: с марта этого года количество позитивно настроенных по отношению к США возросло более чем на 10 процентов.

Одной из основных причин резкого ухудшения отношения к США эксперты считают падение популярности президента Джорджа Буша. Именно в этом большинство опрошенных видит главную проблему. Так считает 74 процента немцев и французов, около 70 процентов итальянцев, 59 процентов британцев и 43 процента россиян.

Андрей Шарый: В Германии не утихают общественные дискуссии о причинах необычайно устойчивых антиамериканских настроений. По мнению социологов и политологов, нынешняя форма антиамериканизма представляет собой смесь социальных страхов и националистических настроений, усиленных распространением популизма. Рассказывает корреспондент Радио Свобода в Бонне Евгений Бовкун:

Евгений Бовкун: Группа деятелей культуры ФРГ опубликовала письмо в поддержку позиции канцлера Шредера по Ираку. Представители левой интеллигенции защищают резкие заявления в адрес президента Буша, сделанные в течение последних месяцев ведущими политиками правящих партий ФРГ. В письме подвергается сомнению авторитет Америки в вопросах международной безопасности. Отвергая упреки в антиамериканизме и защищая Шредера, левые интеллектуалы критикуют Америку с позиций просвещенного пацифизма и антиглобализма.

Казалось бы, канцлер в такой защите сейчас не нуждается. Лидеры СДПГ постоянно находят поводы подчеркнуть незыблемость германо-американской дружбы, отметить потепление двусторонних отношений. А, между тем, общественность и печать продолжают жаркие дискуссии об антиамериканизме. Упомянутое письмо, по сути дела, - ответ на недавнее публичное выступление бывшего восточногерманского диссидента, знаменитого барда Вольфа Бирмана. Он опубликовал статью под названием: "Почему я поддержал войну в Ираке". Бирман считает неуместными чрезмерные пацифистские эмоции в тех случаях, когда речь идет о свержении кровавого диктатора и его преступного режима. С другой стороны, неоправданный всплеск пацифизма, поддержанного сверху, индуктивно усилил антиамериканские настроения в германском обществе. А лидеры левых партий во главе со Шредером и Фишером поддержали эти настроения тем, что расшатывали авторитет Америки в глазах сограждан. Такую связь между предвзятыми оценками американской внешней политики и антиамериканизмом видит, в частности, известный германский философ - профессор Стенфордского университета Ханс-Ульрих Гумбрехт. Полемизируя с другим крупным философом - Юргеном Хабермасом, критикующим американский гегемонизм, Гумбрехт приходит к выводу: временная коалиция Германии, Франции и России, выступая под флагом морали, руководствовалась специфическими национальными и внутриполитическими интересами и тем самым нанесла большой ущерб интересам ООН. И это обстоятельство способствовало усилению антиамериканских настроений в ФРГ.

Германские социологи пытаются определить, насколько глубоко укоренились эти настроения. По данным последних опросов, почти семьдесят процентов немцев плохого мнения о президенте Буше и не согласны с его политикой. В то же время более двадцати процентов населения ФРГ считают, что германо-американские отношения сильно испорчены. Отмечен также рост предрассудков в отношении американского образа жизни. Три четверти бюргеров осуждают этот образ жизни как откровенно потребительский.

Усиление антиамериканизма в ФРГ заметно невооруженным глазом. Политологи объясняют это явление комплексом причин. С одной стороны, это результат кризиса национальных государств в Европе: недовольство снизу приобретает националистическую окраску. С другой стороны, это влияние нового стиля в политике правящих элит. В 1998-м году в Германии пришло к власти поколение бывших левых бунтарей. Испытывая трудности в управлении государством, они невольно начинают искать внешнюю причину своих неудач и находят козлов отпущения. Они ругают глобализм и гегемонизм в надежде, что это принесет им очки во внутренней политике. Корни антиамериканизма в ФРГ, таким образом, достаточно глубоки, чтобы можно было говорить о временном явлении.

Андрей Шарый: Из Италии - обозреватель Радио Свобода Джованни Бенси:

Джованни Бенси: По Европе, говорят, бродит призрак антиамериканизма, опорой которого служат война в Ираке и ее последствия. Буш, мол, действовал слишком опрометчиво, хочет навязать американскую систему всему миру, причем ковбойскими методами, и так далее. Такие клише бытуют, конечно, и в Италии, но я должен сказать, что тут антиамериканизм, по крайней мере, так же силен, как и проамериканизм. Это обусловлено особенностями истории страны в послевоенный период, имею в виду - период после Второй мировой войны. Многие, возможно, об этом забыли, но в те уже далекие годы Италия была как бы приграничной страной, стоявшей на водоразделе между Западом, "свободным миром", и Востоком, коммунистическим блоком во главе с Советским Союзом.

Италия была приграничной страной не только в географическом отношении (таковыми являлись и другие страны, вроде Западной Германии или Австрии), но, прежде всего, в идеологическом отношении. В Италии существовала крупнейшая за пределами советского блока коммунистическая партия (почти 30 процентов голосов на выборах), которая, по крайней мере, до начала 70-х годов стояла горой за советскую систему и даже позже от нее никогда окончательно не отмежевалась. В частности, итальянские коммунисты ожесточенно сопротивлялись вступлению Италии в НАТО и ее пребыванию в этом альянсе. В этих условиях, естественно, все сторонники демократии смотрели на Соединенные Штаты как на поборников свободных порядков и уповали на их помощь.

Напротив, коммунисты вели упорную антиамериканскую кампанию, изображая Соединенные Штаты в качестве злых империалистов, угнетающих всех и вся и защищающих только интересы большого бизнеса.

Эти клише отчасти сохранились и по сей день. Они всплыли на поверхность в недели войны в Ираке, когда оппозиционные левые партии (среди которых еще есть две, хотя и маленькие, которые по-прежнему называют себя коммунистическими) стали говорить языком, напоминающим антиамериканские тирады пятидесятых и шестидесятых годов. С этим не могло не считаться и правоцентристское правительство во главе с Сильвио Берлускони. Ему удалось сохранить нелегкий политический баланс: с одной стороны оно сохранило верность Соединенным Штатам как союзнику по НАТО, солидарность с Вашингтоном и президентом Бушем. Вместе с Испанией и большинством восточноевропейских стран, Италия всецело поддержала англо-американскую коалицию в политическом плане, но в то же время она не отправила в Ирак ни одного солдата. Итальянские военные едут в Ирак лишь теперь, преимущественно с гуманитарной и миротворческой миссией, после того, как в игру вокруг Ирака вновь включилась Организация Объединенных Наций.

Андрей Шарый: США могут представлять прямую угрозу России в будущем - так, согласно результатам исследования проведенного компанией "Пью Ресерч Центр", считает 71 процент россиян. Почему? С этим вопросом наш нью-йоркский корреспондент Юрий Жигалкин обратился к профессору Мичиганского университета Владимиру Шлепинтоху.

Юрий Жигалкин: Чем вы объясняете такой, судя по результатам опроса, сенсационный накал антиамериканизма в России?

Владимир Шлепинтох: Я объясняю это тем, что комплекс зависти у российской элиты намного сильнее, чем у элит других стран. Российская элита до сих пор не может примириться с тем обстоятельством, что Россия не является теперь страной, равной не только Соединенным Штатам, но и, по сути, многим европейским странам. И это обстоятельство ее по-прежнему выводит из себя, и она видит в Америке и причину этой ситуации, и видит в существовании Америки, в ее мощи, в ее роли в мире четкое доказательство второразрядного положения России в мире.

Юрий Жигалкин: Но элита элитой, а такие настроения, как утверждают эксперты, характерны для среднестатистического россиянина.

Владимир Шлепинтох: Позиция ,так сказать, трудящихся, масс в отношении к любому иностранному государству, и, в частности, Америке полностью контролируется элитой. Если элита, в любой стране мира, включая Россию, начинает кампанию против Америки, или другой страны, она всегда найдет поддержку у широких народных масс, у которых элемент ксенофобии всегда присутствует в сознании. Этот элемент можно возбудить, можно активизировать, а можно его каким-то образом усыпить. Поэтому начать антиамериканскую кампанию в России - это дело пустяковое. Для этого достаточно двух-трех дней антиамериканских телевизионных программ.

Юрий Жигалкин: Профессор, как вы считаете, какие цели преследует элита, используя этот американский фактор?

Владимир Шлепинтох: С одной стороны, Америка - замечательный козел отпущения. С помощью злокозненной позиции Америки, с помощью ссылок на американскую внешнюю политику легче можно объяснить неудачи национальной элиты своей собственной страны, легче можно использовать ксенофобию для достижения или сохранения политической власти.

Юрий Жигалкин: Как вы считаете, насколько, если можно задать такой вопрос, безопасна для лидеров европейских стран, и особенно - России - игра с американской угрозой?

Владимир Шлепинтох: Она в какой-то степени опасна потому что сегодня антиамериканизм как бы заменяет коммунистическую идеологию, любую другую радикальную идеологию. Недавно моя коллега, профессор Франсуаза Том, опубликовала во французской "Фигаро" большую статью об антиамериканизме. Она показала, что антиамериканизм означает во Франции капитуляцию перед радикальным исламизмом, перед троцкизмом, перед другими леворадикальными движениями. И как очень точно заметил Гавриил Попов в одной из своих недавних статей, антиамериканизм, в общем, помогает коммунистам, помогает русским националистам. И в этом есть определенная угроза для существующего режима. Но я думаю, угроза не очень велика, потому что антиамериканизм полностью контролируется Кремлем, он может увеличить его интенсивность, или ослабить. Это мы знаем во время опыта 1999-го года - во время югославской войны, во время истерии по поводу Олимпийских игр в Солт Лейк Сити, и сейчас.

Юрий Жигалкин: Профессор, элита, конечно, может считать антиамериканизм приемлемым инструментарием для достижения политических целей, но не зашла она уже слишком далеко, придав США, если верить опросу, образ врага в восприятии российского общества. Больше 70 процентов считают, что Америка может представлять, или представляет угрозу России. Такой взгляд с ними разделяют лишь несколько мусульманских стран

Владимир Шлепинтох: В более общем плане это лишь подтверждает, что синдром великого государства, имперский синдром по-прежнему оказывает огромную влияние на внутреннюю жизнь страны. И пока российская элита, ее руководители не избавятся от своего имперского синдрома, прогресс России, серьезный прогресс, политический, и даже экономический, довольно сомнителен.

Андрей Шарый: Результаты исследования, проведенного компанией "Пью Ресерч Центр", не являются неожиданными - считает российский социолог, президент компании "РОМИР" Елена Башкирова:

Елена Башкирова: Эти антиамериканские настроения - они не начались вот так, с пустого места, просто так, или нельзя сказать, что они очень резко усилились в связи с войной в Ираке. Уровень антиамериканизма был достаточно высоким все эти годы, когда мы проводили исследования, а мы их проводим, по крайней мере, в течение последних 10 лет, и вот этот уровень примерно сохраняется на одном и том же месте. Когда мы задаем вопрос, какие страны вы бы могли назвать враждебными по отношению к нашей, то США лидируют на протяжении уже достаточного периода времени. В середине апреля мы задали, например, такой вопрос: кому из участников ирако-американского конфликта вы симпатизируете в наибольшей степени? Все-таки около половины, 48 процентов, сказали, что никому из них, 34 выразили поддержку и симпатию Ираку, и только 5 процентов - США. Конечно, этот уровень достаточно высокий, я еще раз хочу сказать, что в этом смысле я согласна с господином Шлипентохом. Потому что, отвечая на наш вопрос, как вы считаете, из-за ситуации вокруг Ирака отношения между Россией и США улучшились, ухудшились, или не изменились, 43 процента ответили, что не изменились, 6 процентов, что улучшились, и 43 процента, что ухудшились. Это, конечно, достаточно высокий процент для оценки взаимоотношений между разными странами. Но если мы посмотрим на динамику этого вопроса. Вот мы задавали такой вопрос, как повлияли военные действия в Ираке – получилось, что 5 процентов сказали, что отношения улучшились, 35 - остались без изменений, 55 - что ухудшилось. Это было сразу после окончания войны. Немножечко возрос этот процент, но мы должны понимать, что есть то, что мы называем ситуационный эффект. Потому что, конечно, сразу во время войны, или после войны, количество этих людей, которые высказывают негативное отношение, если они не разделяют войну, не разделяют решение правительства США воевать против Ирака, то понятно, что этот процент сильно возрастает.

Но вот я хотела бы что вам сказать: еще привести, может быть, данные из другого международного очень крупного исследования - наша компания является членом "Гэллап Интернейшенел", и вот "Гэллап Интернейшенел" проводил исследование, тоже международное, в котором участвовало 50 стран различных, и там был вот тот же самый вопрос. Данные по России я уже озвучила - каким образом внешняя политика США влияет на политику вашей страны, и вот по буквально подавляющему большинству стран, передо мной лежат эти данные, можно сказать, что отношение такое же негативное, как и в России, поддерживается в большинстве стран Европы, за исключением лишь Албании, Косово, Польши - там немножко одинаково они оценивают. Такая же почти ситуация в Латинской Америке, за исключением нескольких стран, и в Тихоокеанском регионе, тоже за исключением небольшого количества стран - Филиппин и Австралии. То есть, это, можно сказать, как бы мировое общественное мнение дает такие результаты, что отношение к Америке сейчас такое негативное.

XS
SM
MD
LG