Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Индо-пакистанский конфликт и саммит в Алма-Ате


Программу ведет Андрей Шароградский. Участвуют корреспонденты Радио Свобода: в Лондоне - Наталья Голицына, в Алма-Ате - Аркадий Дубнов, в Вашингтоне - Владимир Абаринов, в Нью-Йорке - Юрий Жигалкин, он беседовал с американским политологом, сотрудником фонда "Heritage" Джеймсом Филлипсом.

Андрей Шароградский: Главный очаг напряженности в мире в эти дни - граница Индии с Пакистаном. Все чаще выражаются опасения по поводу возможности начала полномасштабной войны между двумя ядерными державами. К каким последствиям приведет применение ядерного оружия в ходе возможных военных действий - представить себе трудно, но можно сказать точно: они будут катастрофическими, не только для обеих стран, но и для их соседей. Конфликту между Индией и Пакистаном вокруг Кашмира не один десяток лет. С подробностями -корреспондент Радио Свобода в Лондоне Наталья Голицына:

Наталья Голицына: Когда в августе 1947-го года Великобритания предоставила независимость своей индийской империи, индийский субконтинент был поделен на две части: Индию и новообразованное мусульманское государство Пакистан. С самого момента возникновения между ними начались серьезные трения и конфликты, которые продолжаются уже более полувека. В результате пакистано-индийских войн и конфликтов погибли почти полмиллиона человек с обеих сторон.

Поначалу главным камнем преткновения между двумя родственными странами стал Пенджаб. Проблему удалось разрешить: он был поделен на две части, одна из которых стала индийским штатом, другая - пакистанской провинцией. Однако уже в октябре 1947-го года - через полтора месяца после обретения независимости - между Индией и Пакистаном вспыхнула война из-за Кашмира. Пакистан настаивал, что Кашмир должен стать частью его территории, так как в этой провинции к моменту возникновения двух государств большую часть населения составляли мусульмане. Индия же обосновывала свои притязания на Кашмир тем, что в октябре 1947-го года магараджа Кашмира официально передал большую часть своих полномочий индийскому государству, в частности, попросил Индию о протекторате. В конце концов, обе стороны конфликта заключили в июле 1949-го года соглашение, по которому треть Кашмира отходила Пакистану и две трети Индии.

В сентябре 1965-го года вспыхнула вторая индо-пакистанская война, Индия обвинила Пакистан в агрессии. В конце 1971-го года в самом Кашмире проходили серьезные столкновения, когда между Индией и Пакистаном возник военный конфликт из-за Бангладеш - пакистанского анклава в восточной части субконтинента, который добивался независимости. В июле 1972-го года Индия и Пакистан заключили соглашение, по которому они отвели свои войска в Кашмире по обе стороны линии перемирия 1949-го года. По этому же соглашению, обе страны обязались решить кашмирскую проблему на двухсторонних переговорах, а не через международные форумы или ООН.

В 1989-м году, когда в индийской части Кашмира начали проводить военные операции исламские экстремисты, Индия обвинила Пакистан в их поддержке. В июле 1999-го начался новый ожесточенный индо-пакистанский конфликт - пакистанские войска перешли линию перемирия в Кашмире. В октябре 2001-го года вспыхнула самая интенсивная за весь год перестрелка между вооруженными силами двух стран, и Индия начала обстрел позиций кашмирских сепаратистов, которых она объявила пакистанскими войсками. Сейчас обе страны вновь оказались на грани войны.

Андрей Шароградский: Тридцать лет назад остановить индо-пакистанский конфликт позволило посредничество председателя Совета министров СССР Алексея Косыгина. Как считают наблюдатели, инициатива президента России Владимира Путина провести мирные переговоры с лидерами Индии и Пакистана согласована во время недавнего российско-американского саммита. Встречи с Аталом Бихари Ваджпаи и Первезом Мушаррафом Путин, как ожидается, проведет во вторник в рамках совещания по взаимодействию и мерам доверия в Центральной Азии. Рассказывает специальный корреспондент Радио Свобода в Алма-Ате Аркадий Дубнов:

Аркадий Дубнов: Еще несколько недель назад совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии, сокращенно СВМДА, которое во вторник открывается в Алма-Ате, мало кого в мире могло заинтересовать в силу своей очевидной эфемерности. Это мероприятие было задумано президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым еще несколько лет назад и должно было служить свидетельством центрального места Казахстана в азиатской системе координат. Астана проведением этого совещания надеялась продемонстрировать потенциал своего миротворчества, который может простираться от Афганистана до Ближнего Востока. Естественно, что в других столицах мира относились к этому достаточно снисходительно, и лидеры некоторых государств, с которыми встречались во время своих многочисленных подготовительных вояжей представители казахстанского руководства, обещали почтить участием эту встречу. Все было готово к ее проведению еще прошлой осенью, однако, после 11 сентября даже самим ее инициаторам в Казахстане стало ясно: совещание неактуально.

Однако, после первых успехов антитеррористической операции в Афганистане идея СВМДА снова была реанимирована, и казахстанская дипломатия приложила новые неимоверные усилия, чтобы добиться прибытия в Алма-Ату главных политических игроков Азии. Самым крупным успехом стало согласие участвовать в совещании председателя КНР Цзяна Цземиня. Как удалось министру иностранных дел Казахстана уговорить китайского лидера - остается большим секретом. Уже после этого согласие прибыть в Алма-Ату дал и президент России Владимир Путин. Тем не менее, вниманием к себе саммит в Алма-Ате обязан не значению, которое будут иметь документы, готовящиеся к подписанию - алма-атинская декларация и декларация совещания по искоренению терроризма и развитию диалога цивилизаций, а тем, что во вторник в южной столице Казахстана будет предпринята попытка остановить катастрофическое сползание к войне между собой двух ядерных государств - Индии и Пакистана. Эту попытку сделает Владимир Путин, и есть серьезные основания считать, что такое миротворчество согласовано с президентом США Джорджем Бушем.

Правда, первые заявления Путина о своей миссии были слишком оптимистичными. Неделю назад российский президент поспешил сообщить, что в Казахстане в начале июня планируется встреча руководителей Индии и Пакистана, но если президент Пакистана Мушарраф согласился на прямой диалог с президентом Индии Ваджпаи, то последний категорически отказался от такой встречи. Максимум, на что готов Ваджпаи - на личную двустороннюю встречу только с Путиным. Так что, на сегодня наиболее вероятный сценарий - отдельные переговоры российского президента с пакистанским президентом и индийским премьером. Возможно даже, что такие переговоры пройдут больше, чем в один раунд, и Путин станет заниматься, так сказать, челночной дипломатией на узком пространстве, передавая одной из сторон предложения другой.

Основная проблема застарелого, протяженностью больше чем в полвека индо-пакистанского конфликта из-за территориального спора за принадлежность штата Джамму и Кашмир в том, что Индия считает его внутренним делом двух государств и не приемлет внешнего посредничества. Владимиру Путину надо быть очень тонким дипломатом, чтобы оказаться на высоте положения. Ситуация сегодня гораздо тяжелее, чем тридцать лет назад, когда советский премьер Алексей Косыгин в Ташкенте оказался удачным миротворцем, и тогда конфликт между двумя государствами был погашен. Тридцать лет назад Индия и Пакистан еще не были ядерными державами, и им еще не боли свойственны нынешние амбиции и претензии на вседозволенность... Президент Казахстана Назарбаев надеется, как он говорит, что результаты завтрашнего совещания успокоят народы Азии.

Андрей Шароградский: Администрация США внимательно следит за ходом дискуссии по кашмирской проблеме в Алта-Ате и планирует в ближайшие дни направить в регион своих высокопоставленных представителей. С подробностями из Вашингтона Владимир Абаринов:

Владимир Абаринов: Американские средства информации уделяют значительное внимание попыткам России, Китая и Казахстана усадить за стол переговоров лидеров Индии и Пакистана. В Вашингтоне обратили внимание на сделанное в воскресенье в Душанбе заявление генерала Мушаррафа о том, что он готов обсуждать кашмирский вопрос с индийской стороной "в любом месте и на любом уровне". В то же время премьер-министр Индии Ваджпаи, находящийся в Алма-Ате, исключил возможность своей личной встречи с Мушаррафом до тех пор, пока базирующиеся в Пакистане исламисты не прекратят свои вылазки против Индии. На это глава пакистанского военного режима отвечает, что он борется с вооруженными группировками внутри страны и оказывает лишь моральную и дипломатическую поддержку мусульманскому населению индийской части Кашмира. Посол Пакистана в Вашингтоне Малиха Лодхи в воскресенье в интервью телекомпании "Си-Эн Эн" опровергла сообщения о том, что Исламабад перебрасывает значительные силы с границы с Афганистаном на границу с Индией, тем самым облегчая талибам и террористам Бин Ладена проникновение на территорию Пакистана. "До сих пор, - заявила она, - никаких существенных передвижений войск не было, однако если ситуация будет ухудшаться, мы будем вынуждены сделать это. Вот почему мировое сообщество должно сделать все возможное с тем, чтобы удержать Индию от попыток решить проблему военным путем".

В свою очередь, посол Индии в ООН Виджай Намбияр в своем телеинтервью сказал, что его правительство не может вести переговоры в то время, как на границе фактически идет война и гибнут мирные люди.

Несмотря на заверения обеих сторон конфликта о том, что обмен ядерными ударами полностью исключен, в Вашингтоне считают угрозу достаточно серьезной. Число ядерных боеголовок, которыми располагает в настоящее время Индия, составляет от 100 до 150 единиц, ядерный арсенал Пакистана насчитывает от 25 до 50 боеголовок. В американской столице обратили внимание на высказывания министра обороны России Сергея Иванова, который квалифицировал недавние ракетные испытания Пакистана как "провокационный жест".На этой неделе в регион конфликта отправляются высокопоставленные представители Соединенных Штатов - министр обороны Дональд Рамсфелд и заместитель государственного секретаря Ричард Армитейдж. Должностные лица США постоянно подчеркивают, что проблема Кашмира должна решаться с учетом мнения его населения.

Американская дипломатия использует все существующие каналы связи и меры воздействия на Исламабад и Дели. На прошлой неделе заместитель госсекретаря Пол Вулфовиц встречался в Сингапуре с министром обороны Индии Фернандесом, однако, воздержался от каких бы то ни было выводов, заявив лишь, что его цель состояла в лучшем понимании позиции индийской стороны.

Андрей Шароградский: На этой неделе в Индию и Пакистан с посреднической миссией должен отправиться министр обороны США Дональд Рамсфелд, но, как считают американские аналитики, в предотвращении индийско-пакистанского конфликта серьезную роль может сыграть Россия. Наш нью-йоркский корреспондент Юрий Жигалкин беседует с американским политологом, сотрудником фонда "Heritage" Джеймсом Филлипсом:

Юрий Жигалкин: Прежде всего, насколько, по-вашему, реальна угроза войны между Индией и Пакистаном?

Джеймс Филлипс: Я думаю, что угроза очень серьезна. Дело в том, что в отличие от прошлых конфликтов нынешнее противостояние стало результатом серии беспрецедентных террористических актов исламских экстремистов, включая атаку на индийский парламент. Эти атаки были вызывающие, провокационные. В декабре после теракта в парламенте вооруженный конфликт удалось предотвратить после того, как пакистанцы пообещали прекратить поддержку исламских боевиков в Кашмире, точно так, как они прекратили помощь исламскому движению Талибан в Афганистане. К сожалению, генерал Мушарраф по многим причинам не выполнил обещанного, и теперь предотвращение войны стало гораздо более трудной задачей, чем даже несколько месяцев назад. Индия мобилизовала более полумиллиона войск в Кашмире, помимо всего прочего это стоит огромных средств, и, я думаю, вооруженный конфликт неизбежен, если Мушарраф срочно не выполнит свои обещания.

Юрий Жигалкин: Несмотря не небывалую дипломатическую активность и предупреждения в адрес Дели и Исламабада со всех сторон, все посреднические усилия пока ни к чему не привели. Почему? Что, как вы считаете, может стать решающим аргументом или инструментом в руках международного сообщества?

Джеймс Филлипс: Основная проблема заключается в том, что Мушарраф вынужден балансировать на краю пропасти. Он и без того стал объектом жестокой критики в Пакистане за отказ поддерживать давних пакистанских клиентов в Афганистане. Возвращение, как они считают, незаконно оккупированного Индией Кашмира - несравнимо более дорогое сердцу пакистанцев дело. И Мушарраф подвергнет себя огромному риску, если он повернется спиной к тем, кто, по мнению пакистанцев, борется за независимый Кашмир. А это именно то, что от него требуется, и президент Буш несколько дней назад еще раз в довольно твердых выражениях призвал пакистанского лидера сделать все, чтобы прекратить деятельность террористических групп на территории Кашмира, плотно закрыть границу, перерезать пути их инфильтрации на индийскую территорию.

Одним из решающих аргументов для предотвращения вооруженного конфликта, я думаю, будет твердая и однозначная позиция международного сообщества, особенно, России, она чрезвычайно важный игрок в регионе. Прежде всего, я думаю, роль Москвы может быть чрезвычайно полезной в давлении на Пакистан, генерал Мушарраф должен уступить во многих из индийских требований, во-вторых, в силу традиционных давних связей с Индией, в том числе военных, и атмосферы доверия между Россией и Индией, Москва, президент Путин может выступить в уникальной роли гаранта соглашения между Пакистаном и Индией.

XS
SM
MD
LG