Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вацлав Гавел уходит с поста президента Чехии


Программу ведет Андрей Шарый. Участвуют: корреспонденты Радио Свобода Владимир Ведрашко, Дмитрий Волчек и Вероника Остринска, обозреватель Ефим Фиштейн, комментатор чешского телевидения Либор Дворжак.

Андрей Шарый: В общественно-политической жизни Чешской Республики, а, может быть, и всей Центральной Европы, наступает новая эпоха. В воскресенье заканчивается срок президентских полномочий президента Чехии Вацлава Гавела, бессменно проведшего во главе сначала Чехословакии, а потом Чехии 13 лет. Накануне этого события в Праге нет и намека на разговоры о том, что срок полномочий Гавела может быть продлен - в силу политической целесообразности или потому, что преемника найти политику такого уровня крайне сложно. Чехия уже столкнулась с подобием политического кризиса: в течение месяца парламенту не удалось назвать имя нового главы государства. У микрофона - Вероника Остринска:

Вероника Остринска: Новые выборы президента Чешской Республики состоятся, скорее всего, через месяц. В отсутствие главы государства его полномочия разделят премьер-министр страны и глава нижней палаты парламента. Кто же станет новым чешским президентом? Ни один из кандидатов, ни почетный председатель Гражданско-демократической партии Вацлав Клаус, ни сенатор Ярослава Мозерова, в предыдущих турах голосования в парламенте не набрали необходимого количества голосов.

С самого начала своего президентства в декабре 1989-го года Гавел стремился вернуть тогдашнюю Чехословакию в Европу. Уже сейчас, оценивая заслуги Вацлава Гавела, главной его заслугой чешские политологи называют вступление Чехии в НАТО в 1999-м году. Теперь, когда вступление Чехии в ЕС не за горами, с именем Вацлава Гавела связывают весь путь, пройденный страной до этого момента со времен падения коммунистического режима.

Кто, по мнению простых чехов, достоин занять место Вацлава Гавела? Последний опрос общественного мнения, проведенный компанией SCNC, результаты опроса подает "The Prague bill", показывают, что наиболее популярным политиком является Вацлав Клаус, 32,5 процента опрошенных, далее Петр Питхарт - 23,3 процента, и Ярослав Буреш - 13 процентов. Каким же видит своего возможного преемника на посту президента сам Вацлав Гавел? В своем последнем новогоднем обращении к нации Гавел пожелал ей мудрого, откровенного и ответственного президента, а также энергичного, более молодого и более здорового. На что один чешский телекомментатор заметил, что, скорее всего, администрация президента станет свалкой отживших свое политиков.

Андрей Шарый: О политическом наследии Вацлава Гавела в Пражской студии Радио Свобода размышляли сегодня обозреватель нашего радио Ефим Фиштейн и комментатор чешского телевидения Либор Дворжак. На вопрос о том, по каким причинам парламенту Чехии не удалось уже с двух попыток избрать президента, отвечает Либор Дворжак:

Либор Дворжак: Причин, наверное, несколько. Во всяком случае, надо сказать, что на этот раз выбор является действительно демократичным, и нет одного совершенно точного, определенного вперед, так сказать, предсказуемого кандидата. Это во-первых. Во-вторых, потому что Чехия, как известно, парламентская республика, в парламенте сражаются партии, и поскольку новому президенту нужно получить от депутатов и сенаторов, это 281 человек в общей сложности, как минимум 141 голос, то просто по чисто арифметическим меркам это не удается. Просто борьба политических партий - насколько известно, за эти два тура партиям не удалось представить парламенту кандидата, который смог бы получить этот 141 голос. Во-вторых, просто в настоящее время, и это тоже было, в принципе, уже сказано, нет достойного наследника Вацлава Гавела, это так, и это мы все прекрасно понимаем. Что будет дальше – поживем-увидим.

Дмитрий Волчек: Господин Дворжак, кого бы сам Гавел хотел видеть на посту своего преемника, известно, конечно, что он, в отличие, скажем, от Бориса Ельцина имя не называет, но - догадаться можно?

Либор Дворжак: Я бы не решился. Очень трудный вопрос. Очень может быть, что это был бы господин Питхарт, председатель Сената, но я действительно не решаюсь отвечать на этот вопрос. Откровенно говоря, я думаю, что парламенту не удастся избрать чешского президента даже в третьем туре.

Дмитрий Волчек: Я живу в Чехии уже больше восьми лет и должен поделиться своим наблюдением: в обывательском отношении восприятие Вацлава Гавела, даже не как политика, а как человека, личности, за эти годы существенно изменилось, от восторга и полного одобрения перешло к раздражению и даже насмешке, иногда - с чем это связано?

Либор Дворжак: Вы совершенно правы. Я это тоже чувствую, хотя должен сказать, что я большой поклонник, конечно, Вацлава Гавела. То, про что вы говорите, по-моему, довольно просто объяснить. После 17 ноября 1989-го года Гавел был национальным героем. Он стал президентом - освободителем страны, как бы. И когда возникли проблемы нормальной ситуации, его особенно простые люди, рабочие, крестьяне все меньше его понимали, и Гавел все больше становился президентом для интеллигенции образованных людей, хотя даже многие из этой категории населения не очень понимали некоторые его шаги. Я это считаю вполне естественным. Если он смог пробыть на посту президента Чехословацкой и потом Чешской республики эти почти 13 лет, это тоже о чем-то говорит.

Дмитрий Волчек: Ефим, ваша точка зрения - Вацлав Гавел глазами обывателя?

Ефим Фиштейн: Нужно, во-первых, подчеркнуть, что даже в самом конце своего правления, если президентство можно считать правлением, Вацлав Гавел пользовался поддержкой примерно 50 процентов населения, плюс-минус, эта цифра всегда колебалась вокруг 50-процентной отметки. Это достаточно высокая поддержка населения. То, что Гавелу ставилось в упрек частью населения, скажем, второй половиной населения - во-первых, некоторая оторванность, отчужденность от самого населения Чехии, Гавел очень редко для президента все-таки общался с массами, не формально, а по настоящему, и некая оторванность в сфере массовой коммуникации с населением. Гавел редко принимал участие в каких-то публичных дискуссиях, а если общался, то общение было односторонним. Тем не менее, практика показывает, в прошлом, и сейчас, я думаю, будет то же самое, сейчас уже, уходя в отставку, на покой, Гавел не может совершить серьезных политических ошибок. Следовательно, он перейдет постепенно в область мифологии, а мифология всегда склонна положительно, более положительно оценивать героев прошлого, чем современных политиков. У Гавела в этом смысле хорошая перспектива.

Дмитрий Волчек: Господин Дворжак, как вы думаете, в воскресенье мы прощаемся с Гавелом-политиком, или он все-таки и дальше будет влиять на чешскую политику?

Либор Дворжак: Вы знаете, здесь очень многие задаются другим вопросом: если Гавел-президент может опять стать Гавелом-драматургом - это очень трудный вопрос. Трудно на него ответить, и очень многие считают, что он драматургом уже никогда не станет, потому что он бросил это дело 13 лет назад, то есть он как бы поневоле должен будет остаться политиком. Во всяком случае, по-моему, он останется на мировой политической сцене, хотя перейдет в разряд таких политиков прошлого, как, скажем, бывший американский президент Буш-старший, или южноафриканский президент, или другие политики этого разряда.

Андрей Шарый: Согласно опросам общественного мнения, большинство граждан Чехии жалеют о том, что Вацлав Гавел больше не будет возглавлять их государство. Сам Гавел. Похоже, не жалеет о том, что его активная политическая карьера подошла к концу. У микрофона - Владимир Ведрашко:

Владимир Ведрашко: Похоже, что Гавел уходит из политики с чувством глубокой радости. Его улыбки светятся со страниц всех чешских газет, ибо прощания с президентами и премьер-министрами других стран на своей или их территории превратились в маленькие международные фестивали дружбы. И вот, наконец. торжественное расставание президента с деятелями чешской культуры в национальном театре завершило череду официальных мероприятий, на которые Вацлав Гавел должен был являться в галстуке. Ему не идет вся эта официальная атрибутика, длинные кортежи, плотная охрана в его глазах почти всегда видно отражение какой-то свыше порученной ему обязанности, которую надо смиренно исполнять. Находясь в одном зале, в одной компании с самыми великими мира сего, он, как мне показалось, испытывал некое легкое смущение от необходимости излагать свои взгляды, свою позицию таким титанам, как, например, Фредерик Де Клерк или Далай-Лама. И походка-то его всегда выдавала человека мягкого и, чуть не сказал, терпимого, толерантного. Нет, говорить о том, что Вацлав Гавел толерантен, терпим к чужой позиции, ищет возможности понять то, что не может принять, мне кажется, это было преувеличением. Но от того что он не умел решить, он умел уходить. Я помню, как однажды он просто прогулял, как студент, один свой будничный рабочий день. Это был четверг, в мае 2000-го года, накануне вечером в пражском концертном зале "Люцерна" выступал американский рок-музыкант Лурид, давний знакомый, можно сказать, приятель Гавела. Артист честно отработал своей время на сцене и удалился. Чуть позднее стало известно, что Лурид спешил на встречу к Вацлаву Гавелу. Они проговорили до утра. Более того, на следующий день президент и музыкант продолжили свои ночные беседы. Не могу припомнить, чтобы за последние годы президент Чехии общался с кем-либо из чешских политиков до утра, а потом еще и продолжил на следующий день. Вероятно, политическая сцена - это не то место, где Гавелу доставляло удовольствие общаться с другими действующими лицами. В одной из песен Лурид поет: "Теперь нас ничто не удержит". Вполне возможно, что и Вацлава Гавела теперь в политике ничто не удержит.

XS
SM
MD
LG