Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Власти Северной Кореи призывают граждан страны готовиться к войне


Программу ведет Дмитрий Волчек. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Андрей Жуков, Ян Рунов, Андрей Шароградский беседовал с бывшим сотрудником Министерства иностранных дел России, специалистом по Корее Валентином Моисеевым.

Дмитрий Волчек: Власти Северной Кореи призвали армию и население быть готовыми к войне. В заявлении северокорейского правительства говорится, что запланированные на март масштабные военные ученья США и Южной Кореи могут стать предлогом для нападения на КНДР.

Андрей Жуков: В последние дни словосочетания "северокорейская военная угроза" и "военная провокация" вновь зазвучали в эфире, стали появляться на страницах средств массовой информации всего мира. Это было вызвано цепочкой событий, которые я постараюсь изложить в хронологической последовательности. 18-го февраля, то есть ровно за неделю до инаугурации нового президента Южной Кореи Ро Му Хена, объединенное командование южнокорейских и американских вооруженных сил объявило о проведении на юге Корейского полуострова сразу двух серий крупномасштабных военных маневров. Планируется проводить их параллельно с 4-го марта по 2-е апреля. В учениях, в ходе которых будут отрабатываться взаимодействие и тактика на предполагаемых аренах боевых действий вблизи демилитаризованной зоны, примут участие помимо уже дислоцированного в Южной Корее американского военного контингента еще около пяти тысяч американских солдат, которые расквартированы в других регионах Тихоокеанского бассейна, плюс авианосец. Хотя, как это было заявлено, учение преследует цель защиты Южной Кореи от угрозы нападения извне, северокорейская сторона в нынешней, и без того достаточно накаленной ситуации, восприняла все это как серьезную угрозу своей безопасности и призвала население своей страны и вооруженные силы повысить обороноспособность, проявлять бдительность. Затем 24-го февраля, то есть накануне инаугурации президента и как раз в день приезда в Сеул государственного секретаря Соединенных Штатов Пауэлла, Северная Корея осуществила в Японском море запуск своей ракеты ближнего радиуса действия. Ракета пролетела около 60-ти километров и упала в море. Надо сказать, что Южная Корея и Япония довольно спокойно отнеслись к этому запуску, считая это рядовым событием, хотя и происшедшим не в самый удачный момент. Но многие западные средства информации сочли это провокацией и демонстрацией силы со стороны Пхеньяна. Правда, в последние два дня обстановка, похоже, несколько разрядилась. Этому способствовали, во-первых, взвешенное выступление Ро Му Хена на церемонии инаугурации, в котором он вновь подчеркнул свою решимость урегулировать все проблемы Северной Кореи мирным путем диалога. А затем государственный секретарь Соединенных Штатов Пауэлл на пресс-конференции после завершения его турне в Японию, Китай и в Южную Корею, неожиданно заявил, что, по имеющимся у него данным, Северная Корея так и не запускала свой ядерный реактор, что пару месяцев назад дало повод обвинять Северную Корею в размораживании ее ядерных программ. Напомню, что еще ранее была опровергнута и обошедшее средства массовой информации всего мира сообщение о том, что Северная Корея якобы вывозила отработанные стержни атомных реакторов с целью получения оружейного плутония. Кроме того, второй в северокорейской иерархии лидер этой страны Ким Ем Нам, выступая на форуме неприсоединившихся стран, еще раз подтвердили позицию Северной Кореи по ядерной проблеме. Он заявил, что Пхеньян не собирается обзаводить собственным ядерным оружием и откажется от разработок всех видов оружия массового поражения в случае подписания Соединенными Штатами договора о ненападении и возобновлении экономического сотрудничества.

Дмитрий Волчек: В связи с ростом напряженности на Корейском полуострове американские газеты обращают особое внимание на два события: испытание северокорейской ракеты, проведенные за несколько часом до инаугурации нового президента Южной Кореи, и переговоры госсекретаря США Колина Пауэлла с руководителями Японии, Китая и Южной Кореи. Об американской политике по отношению. К Северной Корее – наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов.

Ян Рунов: В Белом Доме большое значение придаётся переговорам Госсекретаря Пауэлла с ближайшими соседями Северной Кореи: сначала с Японией, затем с Китаем и, наконец, с Южной Кореей. США в этих переговорах настаивают на том, чтобы эти три ключевые страны Восточной Азии усилили давление на Пхеньян, который должен отказаться от возобновления своей ядерной программы и вернуться за стол переговоров. Одновременно, Госсекретарь добивается поддержки этих стран, особенно Китая, новой резолюции ООН против Ирака. Соединённым Штатам необходимо добиться прогресса в достижении обеих целей. Здесь нет противоречий, так как обе страны – Ирак и Северная Корея стремятся завладеть оружием массового уничтожения и потому одинаково опасны. Китай остаётся самым влиятельным соседом Северной Кореи, так как это важнейшая в военном и экономическом отношении сила в регионе, и крупнейший поставщик продовольствия для Северной Кореи. Пытаясь смягчить напряжённость в американо-северокорейских отношениях Колин Пауэлл объявил, что США предоставят Пхеньяну существенную продовольственную помощь (до 100 тысяч тонн), несмотря на жёсткое противостояние обоих государств. При этом Госсекретарь заявил, что США не будут использовать эту гуманитарную помощь голодающему народу в качестве рычага политического давления.

Южная Корея, как и Китай, играет очень важную роль в решении северокорейского кризиса. В Вашингтоне понимают, что новоизбранному президенту Южной Кореи предстоит балансировать между обещанием улучшить отношения с Севером (благодаря этому обещанию он и победил на выборах) и сохранением традиционно дружественных связей с США. Колин Пауэлл заверил нового президента Южной Кореи, что США не планируют вторжения в Северную Корею, но он не исключил возможность применения военной силы в качестве крайней меры. Пауэлл повторил, что позиция Вашингтона по вопросу о переговорах с Пхеньяном остаётся прежней: США выступают за многосторонние переговоры с Северной Кореей (с участием разных заинтересованных сторон, включая пять постоянных членов Совета Безопасности, Европейский Союз, Австралию, Японию и обе Кореи), а не за двусторонние американо-северокорейские переговоры, как настаивает Пхеньян. К такой позиции с пониманием относятся Япония и новое правительство в Сеуле. Однако Пекин не проявил интереса к многосторонним переговорам с Ким Чен Иром. Госсекретарь Пауэлл публично не придал большого значения провокационному запуску северокорейской ракеты ближнего радиуса действия, дабы Пхеньян не сумел раздуть из этого пропагандистскую компанию. Пауэлл заявил, что этот шаг северокорейских коммунистов не явился сюрпризом и не вызвал шока. А пресс-секретарь Белого Дома Ари Флейшер сказал, что для Северной Кореи это способ привлечь к себе внимание и заявить: «Заплатите мне». Но награды за это Пхеньян не получит.

Если США концентрируют свои военные усилия только на одном фронте – Иракском, то дипломатические усилия концентрируются на двух фронтах: на Иракском и Северокорейском.

Дмитрий Волчек: О том, чем продиктованы нынешние воинственные заявления Пхеньяна в адрес Сеула и Вашингтона, Андрей Шароградский беседовал с бывшим сотрудником Министерства иностранных дел России, специалистом по Корее Валентином Моисеевым.

Андрей Шароградский: Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, чем продиктованы действия Пхеньяна в последнее время? Ведь было много шагов, свидетельствующих о потеплении отношений между Северной и Южной Кореей. Была встреча лидеров Южной и Северной Кореи, были встречи родственников, открылось, наконец, железнодорожное сообщение, а сейчас опять идут заявления, очень похожие на заявления времен холодной войны. Как вы можете это прокомментировать?

Валентин Моисеев: Эти воинственные заявления со стороны северокорейских руководителей не являются новостью. Если мы посмотрим историю развития КНДР 60-80-е годы, то призывы к бдительности, призывы готовиться к войне они присутствовали всегда, лишь утихая или возрастая. Что это сейчас? Сейчас, на мой взгляд, это носит несколько иной характер, чем это носило в годы холодной войны. Сейчас, мне кажется, что это форма давления на мировое сообщество, способ привлечь к себе внимание и получить какую-то помощь, какое-то содействие со стороны других стран. В первую очередь это, конечно, Соединенные Штаты Америки, которые в последние годы стали основным донором для КНДР, экономическую помощь, в том числе стремление побудить Соединенные Штаты возобновить строительство атомной электростанции, которую они обещали построить в 1994-го году, и строительство которой затягивается до сих пор. Так что вряд ли нужно серьезно воспринимать такие заявления северокорейцев в настоящее время, хотя, конечно, они не способствуют смягчению обстановки на Корейском полуострове и, на мой взгляд, являются излишними в настоящее время.

Андрей Шароградский: То есть вы считаете, что речь идет о шантаже и Северная Корея пока, скажем, далека от создания ядерного оружия или какого-то другого вида оружия массового уничтожения?

Валентин Моисеев: Я согласен с вашим первым посылом, если говорить иначе, то это шантаж, конечно, давление на мировое сообщество. А что касается оружия массового уничтожения, то ни у кого нет никаких свидетельств о том, что КНДР действительно обладает этим оружием. Ведь исходить из того, что может, а потому имеет, - это было бы неправильно. Да, у КНДР есть ядерный реактор, который способен нарабатывать оружейный плутоний, но это не значит, что эта наработка идет, и этот плутоний будет использован для создания ядерной бомбы. А, судя по сообщениям прессы, именно так вопрос и ставится. Если будет реактор работать, значит без всякого сомнения и уран, и оружейный плутоний идет на создание ядерной бомбы. Правильно ли это? На мой взгляд, совсем нет.

Андрей Шароградский: Валентин Иванович, скажите, пожалуйста, а могут быть нынешние демарши Пхеньяна следствием сложной внутренней ситуации? Только в последние дни стали впервые говорить о преемнике Ким Чен Ира, и говорят о том, что этот пост скорее всего достанется его младшему сыну, потому что старший сын плохо себя зарекомендовал. Может там каким-то образом могла обостриться внутриполитическая борьба и это привело к тому, что Пхеньян стал искать внешнего врага активнее?

Валентин Моисеев: Я не склонен так думать, потому что я повторяю, все эти заявления они не являются чем-то новым для Пхеньяна, они повторяются регулярно на протяжении уже сорока, если не пятидесяти лет. И обостреннее внутренней борьбы, видимо, внутренняя борьба идет. Что касается преемника Ким Чен Ира, в этом нет ничего удивительного, поскольку такой переход власти уже давно признан в КНДР как наиболее рациональный - от отца к сыну. Младший ли сын, старший ли сын, видимо, это не столь важно с точки зрения фигуры, но, конечно, внутренняя война возможна. Хотя это вряд ли связано с последними заявлениями.

Андрей Шароградский: Скажите, пожалуйста, а как бы вы прокомментировали это испытание северокорейской ракеты, проведенное за несколько часов до инаугурации нового президента? С одной стороны, дальность полета этой ракеты совсем невелика, с другой стороны, мне однажды приходилось быть в Сеуле, и я помню, как с одного из самых высоких зданий этого города видел фактически границу, видел территорию Северной Кореи. И тогда, я помню, поразила мысль, что далеко не самая дальняя ракета может совершенно спокойно попасть в центр столицы Южной Кореи. Как бы вы это прокомментировали?

Валентин Моисеев: Я умаю, что северокорейцы знали, что делали, и выбрали время, с их точки зрения, самое удачное. Как раз это и нахождение в Сеуле госсекретаря Пауэлла, это инаугурация нового президента Южной Кореи. Вы правы, что от Сеула до демаркационной линии около 30 километров. И любая ракета, даже не ракета, а артиллерийское орудие способно достичь с территории Северной Кореи Сеула и нанести достаточно разрушений. Опять же, если говорить о форме давления, то время выбрано с этой точки зрения удачно. Я склонен считать, что оно было выбрано не без умысла.

Андрей Шароградский: И последний вопрос: как, на ваш взгляд, воспринимается в Пхеньяне приход к власти нового южнокорейского президента, личность нового президента?

Валентин Моисеев: Насколько мне известно, северокорейцы мало придают значение личности в том смысле, что они считают, что режим южнокорейский при любом руководителе будет настроен против Северной Кореи. И потому, мне кажется, они будут осторожно наблюдать за шагами нового президента, как они наблюдали за шагами предыдущего президента поначалу. У них были и критические замечания в его адрес, и вроде и поддержка. И кончилось это, как мы помним, встречей в Пхеньяне Ким Чен Ира и президента Южной Кореи, такой беспрецедентный случай в истории межкорейских отношений. Так что, видимо, все будет зависеть от шагов Ро Му Хена на его новом посту.

XS
SM
MD
LG