Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские сироты и шведская программа "Летние дети"?


Ведет программу Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Анна Бокина.

Андрей Шароградский: По официальным данным, ежегодно граждане западных стран – в основном, США, Канады, Италии и Испании – усыновляют около 5 тысяч российских детей. Существует программы, по условиям которых зарубежные родители могут приглашать детей в гости, но не имеют права их усыновлять. Об одной из таких программ – «Летние дети», которая действует в России и Швеции, рассказывает Анна Бокина.

Анна Бокина: Десятилетняя русская девочка Оля уже несколько месяцев живет в маленьком городке на юге Швеции. Она свободно говорит по-шведски, учится в шведской школе. Ее удочерили шведские родители. По-русски Оля говорит неохотно, да к тому же еще и с заметным акцентом. Когда ее спрашивают о России, отвечает, что это очень маленькая страна, а Швеция большая. Она одна из многих российских детей, которых удалось усыновить родителям-иностранцам по программе "Летние дети". Несмотря на название программы, в первый раз Ольга приехала к своим будущим родителям на Рождество.

Ольга: Я приехала, я боялась, потом было хорошо. Я сначала не разговаривала ни с кем, потом, когда научилась шведскому, заговорила. Я ходила в школу, где обучают шведскому. Я была дома, и мама и папа много разговаривали по-шведски. Потом я научилась немножко. Я хотела остаться здесь, я знала, что они меня заберут.

Анна Бокина: В Швеции бездетные родители, как правило, стоят в очереди на усыновление, так как детей-сирот там немного. Шведские родители Оли узнали о программе "Летние дети из России" из объявления в газете и чтобы не ждать местной очереди на усыновление, решили пригласить к себе ребенка из России. В рамках этой программы ежегодно на летние каникулы и на Рождество в шведские семьи приезжают от 30-ти до 50-ти из интерната Киреевский Тульской области. Вот выдержка из обращения директора детского дома в Киреевские к так называемым шведским детям и семьям: "Дети должны получить представление о том, что такое семь, отдохнуть, стать членами семьи, получить веру в будущее и, возможно, поддержку после окончания школы-интерната, когда дети-сироты начинают самостоятельную жизнь". Однако по условиям программы "Летние дети" семья не имеет право усыновить гостившего у них ребенка. Чтобы увезти Олю из интерната в Швецию, ее будущим родителям пришлось пройти много испытаний. Дело в том, что, по мнению местных властей, дети из этого интерната благополучны, они получают значительную помощь, финансовую поддержку от их "летних" шведских родителей, у них есть хорошая одежда, еда, все условия для жизни. А к тому же в интернате говорят, что эти дети нужны России. Официальные лица не заинтересованы в том, чтобы отдавать их за рубеж, поэтому факт усыновления иностранными родителями рассматривается как своего рода усыновление.

Мама Ольги: Я считаю, что это дилемма для них. Наверное, потому что, с одной стороны, конечно, они хотят, чтобы у детей были родители, но с другой стороны нам показалось, что у людей есть общее мнение, что дети – их будущее и они теряют это будущее. По крайней мере, так сказал нам один из переводчиков, когда мы уезжали с Ольгой: "Сейчас мы отдаем вам наше будущее".

Анна Бокина: В Семейном кодексе Российской Федерации сказано, что усыновление или удочерение является приоритетной формой устройства детей, оставшихся без попечения родителей. А в процессе усыновления органы опеки и попечительства должны учитывать интересы ребенка в первую очередь. Интересы ребенка, опять же согласно кодексу, это обретение им семьи. И если возможности устройства в семью нет, ребенка по закону определяют в интернат. Однако, несмотря на положение закона, усыновить Олю супругам из Швеции в интернате не разрешили. Тогда семья обратилась в свой национальный центр по вопросам усыновления, представитель которого в России помогал им проходить все бюрократические инстанции.

Мама Ольги: Чтобы приехать в Тулу, нам надо было получить приглашение от министра образования, но сделать это оказалось не так просто, приглашение сильно опоздало и в конце концов мы получили его с большим трудом. Этот же человек должен был подписать еще бумагу для того, чтобы мы могли остановиться в гостинице, однако этого он не сделал, и мы не могли остановиться в Туле. Мы были вынуждены приезжать в Тулу из Москвы и возвращаться обратно в Москву каждый раз, когда хотели навестить Ольгу. Правила сильно отличаются в разных городах России. Мы точно знаем, что в Москве мы бы имели намного меньше сложностей, а в Туле все решает один человек. Сначала они нам сказали приехать в декабре, потом в январе, потом в феврале, но бумаги не были готовы. Мы очень нервничали, они постоянно откладывали решение. Лишь в середине марта нам сообщили, что мы можем забрать Ольгу. Возможно, мы поняли положение вещей в России больше, чем раньше. Мы стремились сделать все возможное, потому что видели, что Ольга хотела иметь маму и папу, это самое большое желание каждого интернатовского ребенка, я полагаю.

Анна Бокина: Оля говорит, что ни за что не хотела бы вернуться обратно, даже несмотря на то, что в интернате у нее остались две сестры. По мнению папы Оли, ему очень повезло с дочкой.

Папа Ольги: Нам нравится быть с Ольгой. Она хорошо уживается в семье, она способная девочка и довольно хорошо говорит по-шведски. Оля ходит в школу и называет нас своими родителями. И вообще придает стимул нашей жизни.

Анна Бокина: По статистике, в России порядка миллиона детей-сирот, остается открытым вопрос, многим ли из них выпадет шанс обрести семью и новых родителей, и будут ли истории двух Олиных сестер, оставшихся в интернате в России, такими же счастливыми, как история самой Оли?

XS
SM
MD
LG