Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Региональная пресса и ее проблемы. Чем отличаются московские и региональные газеты. Качество регионального телевидения


Сегодня в программе:
Региональная пресса и ее проблемы. Чем отличаются московские и региональные газеты. Качество регионального телевидения. Могут ли журналисты из российской глубинки защитить себя? Комментарии Дмитрия Мережко, Алексея Самохвалова и Галины Араповой.

Как ни странно показалось бы, но смею утверждать, что в России на самом деле существует две журналистики - московская и остальная, российская, региональная. Расслоение российской журналистики - явление вполне естественное, как и уровень жизни или бурная политическая жизнь. Впрочем, московская журналистика не только разительно отличается от региональной своим экономическим положением, но и возможностью вовремя получать помощь в случае конфликта с властью. В Москве аккредитованы не только западные журналисты, но и посольства, представительства международных организаций, которые всегда окажут поддержку или поднимут скандал. Региональная пресса менее или совсем не защищена и имеет гораздо меньшую возможность развиваться экономически. Впрочем, что касается политических прав, то московская пресса более свободна или, по крайней мере, декларирует о своей свободе и независимости. Насколько я прав или мои оценки ошибочны, могут сказать гости нашей программы. Это Дмитрий Мережко - руководитель Ассоциации независимых региональных издательств, объединяющей несколько десятков холдингов или издательских домов; Алексей Самохвалов - директор Национального исследовательского центра телевидения и радио; и Галина Арапова, директор центрально-черноземного Центра защиты СМИ, она с нами по телефону из Воронежа.

Предлагаю рассмотреть три основные темы: во-первых, как вы оцениваете состояние региональных СМИ; во-вторых, как складываются отношения между независимой прессой и местными властями; наконец, в-третьих, есть ли перспективы в создании полноценного медийного рынка в регионах, если учитывать, что московская пресса в большинстве своем нерентабельна.

Дмитрий Мережко: Если мы говорим, что есть московская пресса и региональная, то в регионах, наверное, можно сказать, что существуют две прессы - это пресса независимая и пресса, которая учреждена органами государственной власти или местного самоуправления. И спектр проблем у них достаточно разный. Допустим, проблемы независимости журналистов и проблемы редакционной независимости, у них совершенно выглядят по-разному. Например, для журналистов газет, которые учреждены органами государственной власти, как правило, характерны проблемы, которые у них возникают при публикации не совсем лояльных, с точки зрения учредителей, материалов, нелояльных с точки зрения их отношения к действиям власти. Поскольку издание не может существовать, публикуя только пресс-релизы, исходящие из администрации, иногда приходится что-то выискивать и писать достаточно острые материалы, и в этом случае журналистам приходится защищаться. У независимой прессы проблемы несколько иные. Как правило, я бы сказал, что на сегодняшний день те издательские дома, которым удалось остаться до сегодняшнего дня независимыми, они уже себя чувствуют достаточно спокойно. То есть это компании, имеющие собственные мощности, собственные, как правило, помещения, зачастую собственную сеть распространения и даже во многих случаях собственные типографии. То есть это бизнес, стоящий достаточно крепко на ногах. И проблемы давления со стороны местных властей в этом случае принимают не просто административный уровень. Если кто-то хочет на них воздействовать, то приходится применять очень серьезные меры, как атаки налоговых инспекций, попытки перехвата собственности, попытка каким-то образом повлиять на экономическую деятельность издательского дома.

Олег Панфилов: Спасибо, Дмитрий. Алексей Самохвалов, вы занимаетесь проблемами телевидения и радио, что вы скажете о региональных телекомпаниях и радиостанциях, я прежде всего, конечно, имею в виду независимые СМИ?

Алексей Самохвалов: Вот мы с коллегой были в жюри недавнего тамбовского фестиваля региональной рекламы и посмотрели ту ситуацию, которая сложилась с финансированием региональных телерадиокомпаний. Ведь все-таки, действительно, основной экономический источник финансирования этих компаний - это реклама. И рекламы очень мало. Реклама дается лишь в те отведенные центральными каналами, как правило, промежутки времени, потому что большинство региональных компаний на 80-90% зависят от программной продукции, которую они получают из Москвы, и лишь небольшой процент - это какие-то выпуски новостей или одна-две собственные программы. Поэтому сегодня региональное телевидение сидит на программной, образно выражаясь, игле из центра и не имеет достаточных источников для того, чтобы быть финансово независимыми, в том числе и от тех учредителей, которыми иногда являются местные органы власти или какие-то местные корпорации, которые, безусловно, определяют программную политику этих вещателей.

Олег Панфилов: Иными словами, не всегда независимая телекомпания или радиостанция, которая объявляет себя независимой, на самом деле подчинена каким-то местным законам взаимоотношений власти и прессы.

Алексей Самохвалов: Безусловно, компании наши региональные телевизионные весьма зависимы в финансовом отношении и, соответственно, в программном от местных корпораций, от местных властей. На днях проходило заседание Комиссии Совета федерации по информационной политике, где я присутствовал. Там обсуждался вариант закона "О средствах массовой информации". Ни одного слова, хотя вроде бы сенаторы представляют регионы, ни одного слова не прозвучало о тех проблемах, которые есть в региональных печатных, электронных СМИ. Единственное, госпожа Нарусова высказала озабоченность тем, что в Москве сейчас прекратилось распространение печатных изданий в метро. Это, безусловно, очень серьезная проблема. И в частности, она сказала о том, что правоохранительные органы не следят за соблюдением даже действующего закона "О средствах массовой информации". То есть мы говорим, сенаторы говорят о том, что надо разрабатывать новый закон "О средствах массовой информации", но действующий, который не такой плохой, как иногда его критикуют, он проработал все-таки уже более десяти лет и индустрия средств массовой информации создана.

Олег Панфилов: Спасибо. Галина Арапова, ваш центр занимается изучением состояния прессы в нескольких областях Черноземья. Скажите, с чем вы согласны или вы можете что-то добавить к тому, о чем уже сказали наши собеседники?

Галина Арапова: Могу добавить, что в регионе картина представляется местным журналистам такой: есть государственные средства массовой информации и есть независимые. Но эта независимость, я согласна, весьма условная. Безусловно, они подчиняются каким-то правилам игры, установленными местной властью. И де-факто они могут быть зависимы от мэрии или от губернатора. И есть большая группа средств массовой информации, о которой не было сказано, это региональные выпуски московских федеральных СМИ. Сейчас отмечается существенная экспансия федеральных средств массовой информации, гораздо более богатых, чем региональные СМИ, экспансия издательских домов и газет в регионы. И, конечно, они составляют конкуренцию рекламы местным изданиям, что, безусловно, сказывается на увеличении зависимости местных изданий от местной власти. О вынуждены, теряя возможность победить в войне с московскими конкурентами, они просто готовы продаться или мэру, или губернатору, все равно кому, кто заплатит деньги. Это очень большая проблема.

Олег Панфилов: Спасибо, Галина. Я бы еще хотел вам задать дополнительный вопрос, и касается он защиты прав журналистов. Вы фиксируете большое количество различных нарушений и, прежде всего, судебных процессов. В большинстве своем это гражданские иски. Скажите, насколько региональные журналисты способны защищать себя?

Галина Арапова: У нас достаточно большой опыт работы с журналистами в судах. Я, к сожалению, должна констатировать, что время идет, а журналисты не учатся на собственных ошибках. Исков очень много. Журналисты по большей степени не могут себя защитить. Если они идут в суд без юриста, можно считать, что изначально этот процесс будет проигран, к сожалению, очень к большому сожалению. Должна сказать, что за редким исключением журналисты не готовят злободневных острых статей, они стараются ограничиться чем-то более посредственным, тем, что не вызовет судебного спора, не вызовет особых проблем и претензий со стороны хозяина и так далее. В связи с этим пресса становится все более и более пресной.

Олег Панфилов: Спасибо, Галина. Я вижу, что Дмитрий Мережко хочет добавить к тому, что вы сказали.

Дмитирй Мережко: На самом деле я абсолютно соглашусь с Галиной. Во многих странах демократических и, видимо, у нас тоже появилось такое явление, которое называется самоцензура. Она в очень ярком виде проявилась в местах, где пресса работала в постконфликтной ситуации. Сейчас это очень ярко стало выражено у нас. Как я сказал недавно, даже независимые издания, они представляют собой экономически развитые издательские холдинги. И этот груз собственности обусловливает некоторую лояльность не за счет того, что газета или издательский комплекс запрещает журналистам что-то писать, а за счет того, что легче издавать издания потребительского плана, издания развлекательные, легче давать мягкие новости, не острые. В принципе издания в такой концепции имеют аудиторию, позволяют издательскому дому строить бизнес, и в общем-то получается, что вроде бы новостных изданий нет, а с другой стороны, нет явного спроса на них.

Олег Панфилов: Спасибо, Дмитрий. Мой вопрос касается того, что делает ваша ассоциация. Она уже объединяет несколько десятков издательств. Какие перспективы у вашей организации?

Дмитрий Мережко: Я бы хотел два слова сказать об основном отличии и об очень жестком критерии, по которому объединились. Мы объединяем на сегодняшний день издательские дома, которые действуют в российских регионах. Для нас принципиальным является отсутствие в составе учредителей этих издательских домов органов власти или непрофильных бизнесов. Допустим, местных олигархов или не местных олигархов, крупных финансово-промышленных холдингов, которые занимаются издательством для решения каких-то своих вопросов, никак не издательским бизнесом. Второй очень важный момент - это то, чтобы эти компании работали на информационном рынке, чтобы они занимались производством новостей. И наша задача собрать таких успешных издателей именно информационных газет и сделать так, чтобы таких газет становилось больше, чтобы их опыт распространялся в другие регионы, чтобы они сами могли выходить в другие регионы со своими информационными продуктами.

Олег Панфилов: Алексей Самохвалов, вопрос мой касается политики. К сожалению, вся деятельность средств массовой информации зависит от того, какой политический климат есть в стране. Как вы думаете, есть ли будущее у независимой региональной российской журналистики? Потому что, как правило, в основном говорят о московской прессе, очень мало обращают на то, что происходит в регионах.

Алексей Самохвалов: Я согласен с тем, что очень мало обращают на то, что происходит с регионами. И у нас сложилась за последний год катастрофическая ситуация с лицензированием телерадиовещания. Ведь более чем полгода лицензии вообще не выдавались государственными органами. Шла реорганизация правительства, формировались новые структуры, но не объявлялись конкурсы. И в городах с населением более двухсот тысяч просто нельзя было получить лицензию, реализовать свое конституционное право на свободное распространением информации, в том числе средствами телевидения и радио. Как в таких условиях может развиваться телевизионный региональный, радиобизнес, другие виды распространения средств массовой информации? Это очень важная проблема. И государственная политика в сфере лицензирования - это важнейший элемент той политики, о которой вы говорите. Ну, а что касается журналистов, журналистики, то, безусловно, средства центральные массовой информации всегда кадрово укреплялись и будут укрепляться, тем не менее, региональными журналистами. Несмотря на огромное количество столичных вузов, люди, которые приходят из регионов, они знают более детально свои местные проблемы, они имеют определенный жизненный опыт, которого нет, к сожалению, у нас, жителей столичных регионах. Я думаю, что у региональной журналистики большие перспективы, но она будет развиваться очень медленно при такой государственной лицензионной политике то, что касается электронных средств массовой информации.

Олег Панфилов: Спасибо, Алексей. И вопрос Галине Араповой: понятно, что будущее российской политики, прежде всего региональной, в том числе зависит и от юридического образования. Я должен напомнить радиослушателям, что до сих пор программа обучения журналистов на факультетах журналистики в университетах чудовищно непонятна. Четыреста или около пятисот часов за пять лет студенты изучают историю зарубежной литературы, столько же изучают историю отечественной литературы и только 28 часов за пять лет они изучают законы и практику применения законов. Галина, вопрос такой: насколько есть перспектива того, что журналисты поймут, что нужно знать законы, нужно применять законы? От этого ли зависит будущее региональной журналистики?

Галина Арапова: По моему опыту, только те журналисты, которые лично побывали в суде и вынуждены были отвечать перед судом, только те журналисты начинают обращать особое внимание на законодательные нормы и стараются повысить свой профессиональный. Очень большое количество, преимущественно молодых, просто игнорируют, считая это ненужным. Но я думаю, что это негативные последствия вот этой, как вы сказали, чудовищной программы образования. Потому что, действительно, праву уделяется очень мало внимания. И мы пытаемся всячески просвещать журналистов, проводим для них семинары и так далее. Но изначальная установка, что это неважно, главное не знание закона, а красиво написать, сенсация. Это очень большая проблема региональной журналистики. Не знаю, насколько редакционная политика по отношению к набору кадров в московских изданиях обращает внимание на качество, на правовую грамотность журналиста, но в регионах на это не обращают внимания совсем. И поэтому мы приходим в суды с журналистами, которые совершенно не знают ни своих прав, ни своих обязанностей. Они не готовы к тому, чтобы отвечать за написанное и опубликованное ими слово.

Олег Панфилов: Спасибо, Галина. Дмитрий, скажите, у вас есть планы для того, чтобы изменить, хотя бы немного изменить эту ситуацию помощью вашей ассоциации?

Дмитрий Мережко: Да, конечно. Может быть, юридический аспект это тот, который мы рассматривали несколько в меньшей степени, потому что есть у нас организации партнерские, которые больше этому внимания уделяют. Что мы буквально уже делаем, я бы сказал, мы сделали на этой неделе - на этой неделе мы попробовали запустить наш первый опыт по взаимодействию с высшей школой. У нас есть такая программа, которая предусматривает партнерство профильных учреждений образования и местных издателей. Заключается она в том, чтобы перенести опыт издательского дома в высшую школу. И вот буквально в понедельник запущена первая программа, она началась в Екатеринбурге, это совместный проект издательского дома "Абак-Пресс", гуманитарного университета и нашей ассоциации, который заключается в проведении последипломного курса годичного по деловой журналистике. Во время этого курса люди получат практические знания от специалистов издательского дома, от консультантов мирового уровня, которыми поможем мы, как ассоциация. Мы надеемся, что за несколько лет мы создадим такие курсы, которые бы потом вошли в программу как часть учебного плана, в программу регулярного образования. То есть этот опыт современного издательского регионального дома, соединенный с педагогической практикой.

Олег Панфилов: Спасибо, Дмитрий. Очередной вопрос Галине в Воронеж: скажите, пожалуйста, наблюдаете ли вы какое-то изменение в поведении журналистов, в том, что они становятся все-таки более грамотными? Есть ли уже примеры, когда журналисты выигрывают судебные процессы?

Галина Арапова: Безусловно, есть. Конечно, нельзя сравнивать журналистов этого года и лет пять-семь назад. Но опять же я хочу подчеркнуть, что это, как правило, не одни были в суде, они обжигались, и на своих ошибках они учились. Конечно, журналисты становятся более опытными. Но здесь существенную роль играет редакционная политика. Я бы хотела сказать о том, что это относится, в частности, в большей степени региональных выпусков московских изданий. Существует такая порочная практика, как запрещение журналистам писать на острые злободневные политические темы. В результате читатель теряет огромный массив общественно важной информации. Почему не пишут? Потому что это грозит исками. Просто получается, что журналисты не понимают свою социальную функцию, они не понимают, зачем они. Они считают, что их задача написать быстро, интересно, броско. Но все-таки, наверное, это не совсем так. Журналистика - это не просто сенсация, которую в бульварной прессе хотят увидеть подавляющее число обывателей. Это очень большая проблема. Конечно, именно такие острые публикации, как правило, становятся предметом иска. И редакции вместо того, чтобы обучать журналистов писать грамотно на общественно-политические темы, не боятся исков, а знать, что они их выиграют, они просто не печатают такие статьи.

Олег Панфилов: Спасибо, Галина.

Алексей Самохвалов: Я согласен с Галиной в том, что действительно у нас срабатывает в регионах критерий сенсационности в журналистских работах. Но мне просто жаль, что наши средства массовой информации не могут, несмотря на одинаковое законодательство, достаточно свободное, выражать свои мысли. Я с 4 по 12 сентября был в Польше на семинаре и видел как освещали региональные и центральные польские издания проблему, связанную с катастрофой в Беслане. Вы знаете, у нас этого не было. Единственное, я летел 4 сентября на самолете, была газета "Известия", но мы знаем, чем это закончилось. Безусловно, такие примеры ограничивают региональные средства массовой информации в свободном выражении тех или иных идей. Я надеюсь, что все же мы найдем какой-то выход с помощью ассоциаций, которые объединяют издателей, с помощью телевизионных ассоциаций и наши журналисты смогут добиться определенных успехов.

Олег Панфилов: Спасибо, Алексей. Но вы побудили меня задать вопрос Дмитрию Мережко, и этот вопрос касается того, насколько региональная пресса способна освещать такие события как террористические акты, в частности, в Беслане.

Дмитрий Мережко: Мы с коллегами из Фонда Евразия и Фонда кредитов для развития СМИ постарались собрать материалы тех газет, с которыми мы работаем, это независимые региональные газеты, как раз в эти неделю, в неделю, когда был захват школы и неделю после событий. Результаты нас, мягко говоря, немножко насторожили, потому что мы увидели, что газеты пошли по пути наименьшего сопротивления. Они дали в основном картину того, как теперь будут защищать людей в городе. То есть самого события, самого контекста события, которое является очень крупной международной и национальной новостью, его практически не было в региональной прессе, что очень странно. С другой стороны, я хочу сказать, что была группа газет, которая нас очень порадовала. Это было процентов десять от всех, которые мы собрали, всего три газеты. Мы стали думать, а чем они отличаются от других газет? И мы поняли, что есть одна общая черта - это газеты, где менеджмент издания и менеджмент редакции разведены. Газеты, где главный редактор является достаточно независимым лицом, они смогли сделать действительно сбалансированные колонки, представляющие разные точки зрения.

XS
SM
MD
LG