Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В странах СНГ цензура запрещена, но она существует. Нижегородская телекомпания ННТВ поставила рекорд - программа "Политическая кухня" снималась с эфира 16 раз. Как исчезают тиражи газет


Сегодня в программе:
- В странах СНГ цензура запрещена, но она существует.
- Нижегородская телекомпания ННТВ поставила рекорд - программа "Политическая кухня" снималась с эфира 16 раз.
- Как исчезают тиражи газет.
- Комментарий Бориса Панкина, журналиста, писателя, дипломата, живущего и работающего в Стокгольме.


Олег Панфилов: Сегодняшняя программа завершает обзор событий в прессе за прошедший 2002-й год и посвящена тому, чего на самом деле не существует. Цензуре.

Если открыть конституцию любой страны СНГ, то в каждой из них есть строка, запрещающая цензуру, кроме Туркмении. Однако постсоветское пространство трудно назвать свободным от цензуры. Например, в Азербайджане существовало три государственных учреждения, осуществлявших цензуру, в том числе и военную. В Узбекистане только в прошлом году расформировали в правительстве структуру, следившую за прессой и запрещавшую публикацию идеологически неправильных с точки зрения властей статей. Но что же происходит на самом деле? В юридическом языке есть определение - "воспрепятствование получению или распространению информации". Конечно, ни в одной стране СНГ сейчас нет цензурных организаций наподобие тех, которые в советское время назывались Главлитом. Для тех, кто не знает или забыл, что это такое, поясняю: это такая государственная структура, чиновники которой после просмотра подготовленных к изданию газет, журналов и книг ставили на верстку печать, только после появления разрешающей печати типографии приступали к тиражированию. Однако во многих странах СНГ Главлит заменяет Министерство печати, которое отслеживает публикации и наказывает издания постфактум, как, например, в Белоруссии или в Таджикистане. Среди самих журналистов распространена самоцензура, существует редакционная цензура, когда редакторы, предчувствуя недовольство государственных чиновников или владельцев изданий, не публикуют материалы, даже если они профессионально подготовлены и имеют общественную значимость. Почему только несколько газет, радиостанций, телекомпаний не боятся, например, говорить о проблемах в Чечне, а подавляющее большинство замалчивают и ситуацию с беженцами, и мародерство военных, и воровство чиновников?

В последние три года случаев непредставления информации или запретов на ее распространение только в России насчитывается примерно по сто ежегодно. Центр экстремальной журналистики фиксирует только часть, поскольку большинство таких случаев журналистами не расценивается как нарушение своих прав и попросту замалчивается. Примерно такая же ситуация и в других странах СНГ. Лидерами по такой цензуре являются после России Украина, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Азербайджан.

Корреспонденты Радио Свобода подготовили несколько репортажей о том, что происходило с журналистами, чью деятельность ограничивали подобным образом в прошедшем 2002-м году.

Начнем с рекорда. В Нижнем Новгороде на государственной областной телекомпании ННТВ выходила программа известной журналистки Валентины Бузмаковой "Политическая кухня". В программу приглашались политики, общественные деятели, которые говорили, надо признать, нелицеприятные слова в адрес чиновников Нижегородской области. Руководство телекомпании 16 раз отменяло эфир этой программы. Цифра, достойная внесения в Книгу рекордов Гиннеса.

Олег Родин: Директора нижегородского информационного агентства "Провинция", ветерана нижегородской журналистки Валентину Бузмакову не пригласили ни на губернаторское торжество по случаю 300-летия российской прессы, ни на праздничный вечер, устроенный по тому же поводу нижегородским мэром. Поздравления, подарки, фуршеты с возлияниями достались иным мастерам и подмастерьям газетного, телевизионного и радио-цехов. Независимая и самостоятельная Бузмакова властям стала неугодна, как и другие журналисты, имеющие и отстаивающие свое мнение о происходящем в регионе и в стране. Язвительные фразы местных телекомментаторов, заказные пасквильные статьи на газетную полосу, все бы ничего, но беда, что журналистке после снятия программ 16-ти выпусков телепередач "Политическая кухня" теперь вообще перекрыли выход в эфир. Недовольство властей предержащих возникло в связи с выборами еще в 97-м году. Итоги социологических опросов, организованных Бузмаковой, кому-то очень не нравились. Ситуация повторилась и в 2001-м году, когда выбирали губернатора, и в 2002-м в кампанию по выборам нижегородского мэра, закончившуюся позорной историей с арестом избирательных бюллетеней. Цензура власти и больших денег сработала против агентства "Провинция" и ее директора. Остался, впрочем, еще Интернет, собственный сайт Политкухня.ру. Все, в том числе снятые с трансляции телепрограммы можно найти во "Всемирной паутине". Журналистка продолжает работать и надеется на скорое начало издания собственного журнала.

Олег Панфилов: Уникальная ситуация сложилась в республике Марий-Эл. В столице Йошкар-Оле выходят несколько газет, в том числе и финансируемые из государственного бюджета. Их вынуждены печатать в соседней области. Таким образом на газеты оказывается давление, что противоречит закону "О средствах массовой информации" или Уголовному кодексу. Иначе нежелание руководителей государственной типографии печатать неугодные власти газеты объяснить невозможно.

Елена Рогачева: Всего 90 километров разделяют города Йошкар-Олу и Яранск, но между ними лежит граница республики Марий-Эл и Кировской области. Для некоторых марийских журналистов она почти стерлась, потому что в Яранск они ездят как на работу. Здесь в районной типографии печатаются газеты, которые в республике называют оппозиционными. В прошлом году услугами вятских полиграфистов в общей сложности воспользовались 8 изданий. Марийские полиграфпредприятия этим изданиям отказали, ссылаясь на различные экономические причины. Но, по мнению журналистских коллективов, причина опалы кроется в том, что они публикуют острые критические материалы о деятельности правительства и президента Марий-Эл, те в свою очередь перекрывают кислород, воздействуя на типографии, а они в республике государственные. Среди опальных изданий есть партийные, например, "Коммунистическая народная газета", общественно-политическая "Добрые соседи", национальная "Куда-Коду". В конце минувшего года случилась вещь вообще невероятная: вслед за негосударственными изданиями в Яранск устремился муниципальный еженедельник "Йошкар-Ола". Он осмелился на своих страницах обратиться к полпреду в Приволжском федеральном округе Сергею Кириенко с заявлением. В нем говорится о давлении, которое регулярно испытывает на себе пресса республики. Итог - расторжение договора с издательством "Периодика Марий-Эл" в одностороннем порядке. На Яранскую типографию марийские чиновники тоже пытались оказать давление через администрацию Кировской области, но тщетно. Директор типографии Юрий Коптилов говорит, что они печатали и будут печатать газеты из Марий-Эл. Журналисты республики не остались в долгу - Юрий Коптилов по итогам ежегодного конкурса был назван Союзом журналистов республики защитником марийской прессы.

Олег Панфилов: Напоминаю, что сегодняшняя программа посвящена цензуре, которой официально нет, но она все-таки существует. Согласно законам, закрыть газету или изъять тираж можно только по решению суда. Так - по законам. На самом деле газеты изымаются или скупаются неизвестными людьми. Если учитывать, что жизненный уровень людей не слишком высок, то вполне логично объяснение: одному человеку или даже всем его родственникам тираж газеты в несколько тысяч экземпляров не нужен. Но кому-то нужно, чтобы газеты не читали. В Челябинске 3-го июля прошлого года сотрудниками милиции арестован тираж "Рабочей газеты". Редактор газеты Герман Галкин заявил, что поводом для таких действий послужило заявление вице-губернатора Константина Бочкарева, который посчитал, что в номере газеты опубликован порочащий его материал. Напоминаю, что обоснованием для ареста тиража было лишь заявление государственного чиновника, но не решение суда.

Сергей Крапивин: Утром 3-го июля прошлого года в Челябинск из типографии города Еманжелинска был привезен 250-тысячный тираж "Рабочей газеты". Его доставили на территорию автоколонны, где редакция арендовала машину. Экспедиторов там уже ждали около десяти сотрудников РОВД Центрального района Челябинска. Они предъявили документы и изъяли часть тиража, мотивируя свои действия заявлениями вице-губернаторов Андрея Косилова и Константина Бочкарева. Высокопоставленные чиновники потребовали возбудить против "Рабочей газеты" уголовное дело, так как, по их мнению, в данном средстве массовой информации опубликован ряд фактов, не соответствующие действительности. По словам начальника службы криминальной милиции Центрального района Челябинска полковника Евгения Слащева, уголовное дело было возбуждено, и в ходе его расследования в качестве вещественного доказательства потребовалось изъять часть тиража, 50 тысяч экземпляров из 250-ти тысяч. По словам сотрудников Еманжелинской типографии, "Рабочая газета" печаталась у них без проблем, никаких запретов со стороны областного правительства не было. Кстати, официальным издателем "Рабочей газеты" было российское Общество налогоплательщиков, которое возглавлял депутат Государственной думы Владимир Головлев, он был убит в Москве в августе прошлого года. Председатель Союза журналистов Челябинской области Борис Киршин назвал действия милиции незаконными. Он подчеркнул, что, согласно закону "О средствах массовой информации", такие действия допускаются не иначе как по вступившему в силу решению суда. В качестве вещдока милиция могла взять всего один-два экземпляра газеты. В конце прошлого года против главного редактора "Рабочей газеты" Германа Галкина, руководителя регионального отделения партии Либеральная Россия было возбуждено уголовное дело за клевету. Сейчас его расследованием занимаются сотрудники УВД Челябинска.

Олег Панфилов: Подобный случай произошел в Армении, до недавнего времени считавшейся страной, где проблем у прессы почти не было.

Ара Татевосян: Несмотря на то, что такие международные правозащитные организации как "Фридом хаус" считают армянскую прессу частично свободной, некоторые местные журналисты убеждены, что в Армении порой проявляются элементы завуалированной цензуры. В частности именно так охарактеризовали журналистские организации Армении исчезновение всего тиража популярной армянской газеты "Аравот" 31-го октября прошлого года. Журналисты газеты назвали причиной исчезновения тиража статью, в которой говорилось об участии одного из родственников премьер-министра Армении в незаконной приватизации предприятия. Сам глава правительства, впрочем, все обвинения опроверг и освободил от должности начальника отдела агентства "Армпечать", ответственного за распространение газет. Журналисты "Аравот" заявили в ответ, что глава правительства просто нашел удобного "стрелочника". Особо жаркие дебаты о возможности возвращения цензуры развернулись в армянской прессе весной прошлого года. Первого марта ведущие оппозиционные и проправительственные издания опубликовали на первых полосах призыв "Нет цензуре!". Журналисты требовали изъять из обращения одобренный правительством законопроект о массовой информации, который, на их взгляд, предполагал фактическое введение цензуры и значительное ограничение свободы слова. Тогда журналисты добились своего, законопроект до парламента не дошел. Министерство юстиции доработало документ с участием европейских инспекторов и ожидается, что он будет вынесен на весеннюю сессию парламента сразу после президентских выборов в Армении, намеченных на 19-е февраля.

Олег Панфилов: В Пензе воспрепятствование распространению информации произошло с помощью врачей санэпидстанции, которые на несколько дней закрыли студию "Пенза он-лайн". Причина - температура воздуха в помещении не соответствовала норме. Впрочем, в этой истории есть и другие детали, о которых расскажет Наталья Ротанина.

Наталья Ротанина: 22-го ноября 2002-го года веб-студия "Пенза он-лайн" получила распоряжение главного санитарного врача по Пензенской области Александра Дмитриева о приостановлении деятельности на десять дней. Документ основывался на так называемом акте обследования студии, проведенного 21-го ноября того же года специальной санитарной комиссией. Из выводов компетентной проверки следовало, что веб-студия "Пенза он-лайн" не выполнила гигиенические требования к видеодисплейным терминалам и персональным электронно-вычислительным машинам, а потому ее работа будет приостановлена. К тому же комиссия усмотрела в напольном покрытии веб-студии прямую угрозу здоровья тех людей, которые живут вблизи помещения, арендуемого студией.

Веб-студия вынуждена была приостановить свою деятельность и фактически закрыть свой ежедневный Интернет-портал, пользующийся популярностью у жителей Пензенской области.

По словам директора веб-студии Натальи Ликиной, приостановление работы было вызвано вовсе не претензиями со стороны местных санитаров, а другими причинами. Наталья Ликина рассказала на пресс-конференции, что приостановление работы студии и портала были связаны с ее отказом бесплатно создать сайт для матери федерального инспектора по Пензенской области Андрея Кулинцева. 26-летний федеральный инспектор разгневался, поспешил наслать на детище Натальи Ликиной исполнительных санитаров. Правда, в тот же день по трем местным телеканалам прошло выступление главного санитарного врача Пензенской области Александра Дмитриева, в котором он просил население не беспокоиться и ждать скорого выхода новостей с Интернет-портала, который, надо сказать, не молчал, а работал благодаря помощи друзей. Веб-студия простаивала по распоряжению пензенских санитаров не десять дней, а гораздо меньше. Простой был сокращен, а затем и вовсе отменен лишь после того, как директор студии "Пенза он-лайн" Наталья Ликина встретилась и переговорила с главным федеральным инспектором по Пензенской области Владимиром Фоминым, а о происшествии узнали не только СМИ Поволжья, но и Москвы.

Олег Панфилов: И последний репортаж из Молдавии. Эта страна в прошлом также была примером вполне благополучных взаимоотношений власти и прессы, пока президентские выборы не выиграл лидер молдавских левых Владимир Воронин. Второй год молдавская пресса стала сталкиваться с цензурой. Закрыта телепрограмма "Масаджеру", с серьезными проблемами сталкивается газета "Очченте".

Василий Боднару: Одним из главных лозунгов прошлогодней чреды акций протеста была борьба с цензурой на государственном телевидении. В самом начале года журналисты Гостелерадио объявили "японскую забастовку", добиваясь отмены политической опеки и превращения телекомпании в общественное телевидение. Это стало возможным только после вмешательства Совета Европы. Страсбург обозначил эту задачу в списке официальных рекомендаций, выданных Кишиневу для преодоления политического кризиса. Осенью молдавский парламент принял закон о новом статусе национального телевидения, однако Страсбург считает, что в нем существует множество лазеек для сохранения государственного контроля над телевидением. В итоге проблема общественного телеэфира осталась на вооружении оппозиции, которая и в этом году раскручивает новую волну протестов. Согласно итоговым отчетам правозащитных организаций, в прошлом году правящая партия ужесточила контроль над правительственными газетами, а к нелояльной печати предъявила самое верное средство против перхоти - гильотину.

Олег Панфилов: В качестве эксперта сегодняшней программы я пригласил Бориса Панкина, российского журналиста, писателя и дипломата, ныне живущего в Стокгольме. Но прежде, чем задать вопросы, приведу несколько данных из биографии Бориса Дмитриевича. Родился в городе Фрунзе, ныне Бишкек, окончил факультет филологии МГУ имени Ломоносова, с 93-го года журналист газеты "Комсомольская правда", которую в 65-м году возглавил как главный редактор. В 73-82-м годах руководил Всесоюзным агентством по авторским правам. Дипломатическая карьера началась в 82-м году с назначения чрезвычайным уполномоченным послом в Швеции. С мая 90 по август 91-й посол Чехословакии. В августе 91-го по декабрь того же года министр иностранных дел СССР. Затем посол России в Великобритании. Член Союза писателей России и Швеции. Лауреат государственных и литературных премий, автор книг, рассказов, повестей, эссе. Действительный член международной Академии информатизации при Организации Объединенных Наций, политический обозреватель центральных шведских газет и газет России.

Борис Дмитриевич, вы уже почти десть лет живете в Швеции, иногда приезжаете в Россию, но за российской прессой стараетесь следить. Как вы думаете, в современной российской прессе существуют ограничения, которые можно назвать цензурой?

Борис Панкин: Ограничения, которые формально можно было бы назвать цензурой, не существуют. В советское время цензура существовала, хотя называлась Главным управлением по охране государственных тайн, а занималась фактически цензурированием и имела последнее слово в разрешении опубликовать ли статью в газете, книгу или надпись на спичечном коробке. Такой цензуры, на мой взгляд, в России сейчас не существует. Но стремление подвергнуть все публикующееся определенной проверке, ограничениям, это, конечно, существует. В принципе никакая власть не приходит в восторг от свободы прессы, особенно, если она как нынешняя власть представляет собой симбиоз чекистов и олигархов плюс обслуживающие их довольно широкие слои творческой и научной интеллигенции. Но методы очень разнообразные и они совершенствуются и формируются. Если, скажем, два или три года назад иногда действовали с наскока, то теперь действуют более осмотрительно, но нередко добиваются, с точки зрения власти, необходимых результатов и успехов. В общем, идет своеобразное перетягивание каната. Потому что средства наши массовой информации в целом почувствовали за последние полтора десятка лет запах и вкус этого сладкого слова "свобода", не хотят уступать, и тоже ищут на разных этапах разные способы защиты и выживания. Идет перетягивание каната и, я думаю, что сейчас победа явно склоняется в сторону власти. И, может быть, не столько потому, что власть так уж сильна, но и потому, что СМИ в последнее время начали играть в поддавки.

Олег Панфилов: Как вы думаете, вы - российский журналист, насколько объективна зарубежная пресса, пишущая о проблемах российской прессы?

Борис Панкин: Они стараются быть объективными. Если даже иногда сгущают краски, то, я думаю, что делают это правильно, потому что это служит каким-то, может быть, противовесом и предостережением любителям наложить узду на средства массовой информации в России.

Олег Панфилов: Я хотел бы коснуться проблемы Чечни. В последние три года российские дипломаты изобрели еще один способ цензуры, заключающийся в том, что иностранным журналистам отказывают в визе. Последний случай с немецким журналистом Гюнтером Вальраффом. Что вы думаете по этому поводу?

Борис Панкин: Чечня - эта та самая любимая мозоль, которая и побуждает российские власти задумываться о роли прессы, об опасности гласности. И именно Чечня тот оселок, на котором и оттачивается и проверяется отношение власти в прессе. Может быть, в ходе первой чеченской войны власти просто не смогли толком сориентироваться и допустили разгул свободы слова, то к моменту второй чеченской войны было время подумать, и были изобретены, особенно после так называемого дела Бабицкого, были изобретены довольно хитроумные способы для того, чтобы оградить чеченский вопрос как от пристального и объективного освещения со стороны российских журналистов, так, тем более, и со стороны журналистов зарубежных, в первую очередь западных.

Олег Панфилов: Можете ли вы сделать прогноз, в каком состоянии будет находиться российская пресса в ближайшие годы?

Борис Панкин: На этот счет я не являюсь большим оптимистом. Где-то мы подходим к той ситуации, которая была в так называемые застойные времена, и пропорция журналистов и органов печати, желающих оставаться независимыми и говорить правду, она примерно такая же. Конечно, ни один орган печати не мог себя назвать независимым в брежневские времена, но основной тенденцией во многих журналистских коллективах было стремление расширить эти рамки, переступить их. И в то же время основная журналистская масса работала в соответствии с правилами поведения, которые устанавливались Центральным комитетом партии, властями.

XS
SM
MD
LG