Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дело Алексея Кунгурова


Сегодня в программе:
- Дело Алексея Кунгурова.

Олег Панфилов: Сегодня в программе: в Ноябрьске Тюменской области главного редактора газеты обвинили в хранении наркотиков. Что думает по этому поводу обвиняемый Алексей Кунгуров? Расследования Центра экстремальной журналистики. Гонимая газета: пиар, политика или свобода слова? Участвуют корреспондент Радио Свобода Алекс Неймиров, эксперт Центра экстремальной журналистики Сергей Плотников и юрист Борис Пантелеев.

7-го марта в Ямало-Ненецком автономном округе сотрудниками отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УВД города Ноябрьска был задержан главный редактор газеты "Вольный город" Алексей Кунгуров. В остановленной машине Кунугрова милиционерами были найдены наркотики, журналист был задержан, ему предъявили обвинение по статье 228-й Уголовного кодекса Российской Федерации и поместили в следственный изолятор города Ноябрьска. Надо сразу отметить, что среди фактов давления на журналистов или, точнее, предъявленных обвинений журналистам, хранение наркотиков из разряда экзотических.

Что же произошло на самом деле в Тюменской области? Действительно ли причиной ареста журналиста стало хранение наркотиков или это связано с журналисткой деятельностью?

Об этом наша сегодняшняя программа, полностью посвященная Алексею Кунгурову.

В начале предлагаю интервью Кунугрова, записанное корреспондентом Радио Свобода Алексом Неймировым несколько дней назад, в котором он рассказывает об обстоятельствах своего задержания.

Алексей Кунгуров: Информация была вполне конкретная, то, что сотрудники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков собирают день с наркоторговцев. В основном то, что опубликовано, предоставил Фролов, мой информатор, внештатный сотрудник милиции, сам во всех этих делах участвовал непосредственно. Все говорили, что это не секрет, берут деньги, контролируют. То есть подтвердили все, с кем я говорил - сами наркоманы, кто имел отношение к торговле, раньше наркотиками торговал, а сейчас от дела отошел, уже скрывать нечего; врачи, которые в наркодиспансере работали; сотрудники моргов; с другими сотрудниками милиции общался, все они это подтверждают. Но, разумеется, доказательств юридических у меня не было. Но тут гражданин Фролов, который и вашим и нашим работал, сказал, что у него имеется видеозапись, сделанная самим наркоторговцем на всякий случай на маленькой цифровой камере, которая стояла спрятанная у него в квартире, где видно, как обноновцы его избивают и вымогают у него деньги. Это меня и интересовало. Предлагали купить ее. Запись в тот момент находилась якобы на руках у одного наркомана, который ее украл. Приехал Фролов, сказал, пойдем за кассетой. Я шубу накинул и вышел, думал, что она у него. Только в машину сел, он сказал, что поедем к Вове, это тот гражданин, у которого якобы кассета находилась, он боится ее отдавать. Сначала посмотрим, если тебе понравится, отдаешь деньги, сразу получаешь кассету. Приехали почему-то не к Вове, а в ресторан "Мечту". Разделись в гардеробе, закрыли гардероб на ключ, ключ был у подруги фроловской. Пока сидели в зале, пили чай, Фролов вышел и подбросил наркотики. Буквально через несколько минут: белая "Нива", оперативники, наручники. Как только они меня мордой в снег положили, первое, что они сказали злорадно: "А, дописался, писатель".

Олег Панфилов: Вопрос к Алексу Неймирову, корреспонденту Радио Свобода в Тюменской области, что происходило после задержания Кунгурова?

Алекс Неймиров: После задержания Кунгурова прошло уже два месяца. Следствие продолжается. Получается, что двух месяцев не хватило, чтобы ответить на вопрос, который вы, Олег, задали в начале передачи, причастен ли журналист к сбыту наркотиков или его преследуют за профессиональную деятельность? Очевидно, что этот ответ может дать уже только суд, все слишком зашло далеко, и ни одна из сторон не собирается уступать. Я имею в виду, что на стороне Кунгурова находятся люди, заинтересованные в том, чтобы эта информация появилась на свет. Я думаю, что можно сейчас сказать, потому что выборы в Ноябрьске уже прошли, и Кунгуров этого не скрывал, он ехал работать в Ноябрьск как журналист-пиарщик, работал в команде одного из кандидатов, кандидат этот проиграл. Кандидата зовут Сергей Серединский, у него после этого появилось еще больше желания рассказать о том, что все-таки происходит в таких закрытых городах как Ноябрьск. Подчас предвыборная ситуация оказывается единственным шансом, когда и журналисты, и те люди, которые читают и слушают средства массовой информации, имеют возможность добыть информацию о замаскированных проблемах, о сомнительных связях. Это, пожалуй, единственный шанс - в предвыборных кампаниях рассказать о таких делах, о которых пытался рассказать Алексей Кунгуров в статье "Наркомафия в погонах", которую с ним, как он считает, так сурово обошлись ноябрьские обноновцы. Если рассказать немножко о хронологии. Он просидел недели три в Ноябрьском изоляторе временного содержания, здесь он лишний раз убедился в правильности своих журналистских исканий. То есть он сидел в одной камере с лицами, подозреваемыми в сбыте наркотиков, и таким образом от них узнал много нового о ноябрьской милиции, о методах работы ОБНОНа. Как вы, наверное, заметили в его интервью, он признается, что в таких делах важны факты, юридически доказуемые факты. Собственно говоря, то, ради чего он и согласился на покупку этой кассеты с компроматом, и то, ради чего он и пострадал.

Олег Панфилов: Спасибо, Алекс. Месяц назад Центр экстремальной журналистики провел собственное расследование этой истории. В Тюменской области побывал эксперт Центра экстремальной журналистики Сергей Плотников. Сергей, вы встречались с разными людьми, способными объяснить эту историю, каковы ваши выводы?

Сергей Плотников: Точку в этой истории может поставить теперь только суд. Что касается впечатлений и выводов из разговоров с разными людьми, действительно разными, нашими коллегами-журналистами, представителями правоохранительных органов, я встречался и с заместителем прокурора города Ноябрьска, то нет у меня однозначного объяснения, что все было сделано, как полагается. "Кунгуров занимался распространением наркотиков". Уж слишком все это хорошо, логично ложится в канву не только предвыборной ситуации в городе Ноябрьске, но и ряда гонений, происшествий, которые произошли с газетой "Вольный город" до того, да и после того.

Олег Панфилов: Вы разговаривали с разными людьми и сумели записать их рассказы или отношение к этой истории. Могли бы вы нам продемонстрировать эти записи?

Сергей Плотников: Председатель Ноябрьской городской организации Союза журналистов Евгения Котова. У нее свое мнение об этой истории, и вот оно такое:

Евгения Котова: В отношении Кунгурова нарушены мыслимые и немыслимые нормы и законы журналистикой этики. Они нарушаются у нас в глубинке, как правило, сплошь и рядом. У меня такое впечатление, что свобода слова, свобода прессы, свобода поступков существует где-то в центре России, а у нас в глубинке на это нет даже намека.

Сергей Плотников: Кроме того, я разговаривал с Котовой не только о ситуации с Алексеем Кунгуровым, но о ситуации со СМИ в городе Ноябрьске, с их свободой или несвободой. Поскольку я уже знал, что здесь произошел такой беспрецедентный случай, редактор ведущей газеты города "Северная вахта" подал в суд на Евгению Котову, председателя Союза журналистов, иск о защите чести и достоинства и деловой репутации. Суд этот иск удовлетворил в части защиты деловой репутации. Самое интересное, исключая то, что журналист подает в суд на руководителя творческого союза журналистов, состоит в том, что умалила честь и достоинство редактора не какая-то публичная акция, публичное выступление, газетное или радиоинтервью Котовой, а всего-навсего письмо, в котором она поддерживала коллективную жалобу журналистов города Ноябрьска на несправедливые действия этого редактора. Создан прецедент, когда председатель творческого союза, поддерживая журналистов, выполняя свои прямые обязанности, может в судебном порядке пострадать.

Евгения Котова: За два года, когда у власти стоял господин Бабенков, реактор газеты "Северная вахта", уволено 19 человек, сотрудников газеты. Это немыслимо. И когда коллектив возмутился против этого, он сначала писал жалобы мэру, мэр не прореагировал, а потом он вынужден был обращаться дальше, в приемную представителя Латышева и в Рострудинспекцию. Мы обратились, это послужило поводом для господина Бабенкова подачи иска в суд на меня о защите своей чести, достоинства и деловой репутации.

Олег Панфилов: Спасибо, Сергей. Вы говорите об атмосфере, которая сложилась в отношениях между властью и журналистами.

Для полной картины происшедшего необходимо добавить такую деталь: Алексей Кунгуров является членом политсовета Тюменского регионального отделения политической партии "Либеральная Россия". И, судя по заявлению "Либеральной России": "Задержание Сергея Кунгурова - заранее спланированная провокация органов внутренних дел по пресечению профессиональной деятельности главного редактора газеты "Вольный город"". В этой истории, на мой взгляд, есть две составляющие, два фактора, две причины, которые, по всей видимости, и стали предметом задержания и обвинения Кунгурова. Во-первых, газета "Вольный город" создавалась не потому, что в городе ощущался недостаток информации, газета могла быть хорошим бизнесом для активного журналиста, а потому что появилась необходимость в пиаре. Для кого? И это уже ответ на второй вопрос. Новому кандидату в мэры города. В появившихся после ареста мемуарах житель Тюмени Алексей Кунгуров пишет откровенно, как и почему полгода назад, 4-го ноября 2002-го года, появилась новая газета: "Тут у многих может возникнуть вопрос: зачем нужно ехать в незнакомую глушь, чтобы издавать там газету? Неужели не нашлось желающих среди местных журналистов? Ответ прост. Вскоре в Ноябрьске должны состояться выборы главы города, а "Вольному городу" отводилась роль, так сказать, рупора местной оппозиции. Учитывая специфику тюменского Севера, трудно ожидать, что хоть кто-то отважится выступить против действующей администрации". Алекс, что вы думаете по этому поводу?

Алекс Неймиров: Алексей Кунгуров попал действительно в сложную ситуацию. С одной стороны, нужно сразу развести эти две линии: линию его профессиональной работы и пиара, и выборов; и то дело, которое, выражаясь языком соответствующим, "шьют" ему. То есть это два совершенно разных дела. Я бы хотел, чтобы мы отслеживали одну линию отдельно от другой. К той линии, которая касается пиара, его журналистской деятельности, я бы хотел еще добавить, дело в том, что Алексей Кунгуров по специальности дизайнер, и то, что он делает, вызывает в нем своеобразный азарт. Почему ему нравится выпускать такую газету как "Вольный город", а не газету типа "Ноябрьская правда"? Потому что он может лицо этой газеты оформить надлежащим образом, как он считает, как дизайнер. Если эта пиаровская желтая пресса, он ее может, соответственно, вывести на должный уровень, и она будет соответствовать тому рангу, на который она в принципе заявлена. Он в принципе в одном лице и журналист, и редактор, и человек, который занимается макетированием газеты, мало кто об этом знает. Может быть, это поможет прояснить картину и представить себе Кунгурова как цельного человека.

Олег Панфилов: Спасибо, Алекс. Вопрос Сергею Плотникову. Все-таки политическая деятельность Алексея Кунгурова и его деятельность как главного редактора недавно созданной газеты "Вольный город", совместимы или то, что с ним произошло, это провокация против "Либеральной России", или, может быть, провокация против кандидата в мэры, который, как мы уже знаем, проиграл выборы?

Сергей Плотников: Вряд ли это провокация против "Либеральной России". Потому что я был в региональном офисе партии, разговаривал с людьми, они, разумеется, поддерживают члена политсовета Кунгурова. Но в Ноябрьске о том, что Кунгуров "Либеральной России", никто в разговорах не упоминал, и на мои слова об этом реагировали довольно удивленно. Что касается провокации против кандидата, на которого работал Кунгуров, этот вариант я исключить не могу. Что касается отношения к газете. Как мне показалось, с самого начала газета была остро оппозиционной, но на первых шагах ее появления в Ноябрьске правоохранительными органами был задержан, я не хочу сказать арестован, потому что это будет не точный юридический термин, тираж, часть тиража, этой газеты. И никакие усилия: ни кандидата в депутаты Серединского, ни одного из депутатов Государственной думы, который был озабочен этим фактом, ни мои усилия узнать (в том числе у заместителя прокурора города), что стало, собственно, с этими десятью тысячами экземпляров газеты, не увенчались успехом. Да, говорили все, в том числе и заместитель прокурора, изъятие, арест тиража возможен не иначе как по закону, по решению суда. И тем не менее каким-то образом правоохранители Ноябрьска узнали, что там-то и у такого-то человека, в такой-то машине 10 тысяч экземпляров газеты "Вольный город". Газета зарегистрирована, газета допущена по закону к распространению в городе Ноябрьске. Эти 10 тысяч были задержаны. Потом какие-то обычные перипетии, и след этих 10 тысяч экземпляров теряется, никакого решения не вынесено.

Олег Панфилов: Спасибо, Сергей. Вопрос к Алексу Неймирову: скажите, после того, как был задержан Алексей Кунгуров, как повела себя журналистская общественность Тюменской области, были ли какие-либо заявления протеста, помимо того заявления, которое я процитировал, но заявления политической партии? Как вели себя журналисты в Тюменской области?

Алекс Неймиров: Никаких откликов в нашей журналистской среде на события, происходящие в Ноябрьске и касающиеся конкретно ситуации с задержанием Алексея Кунгурова, не было сделано. Единственное, что я вспоминаю за эти два месяца, это больше политического толка пикет, состоявшийся у Дома правосудия Тюмени. Во время этого пикета были высказаны требования, касающиеся и методов, применяемых к Алексею Кунгурову. Но это, пожалуй, единственный случай, и то он не получил огласки в прессе.

Олег Панфилов: Спасибо, Алекс.

Вопрос Борису Пантелееву, вопрос, который, наверняка, беспокоит не только меня, но и моих собеседников. В чем же проблема, действительно ли это давление на журналиста? Или это акция, предпринятая как акция подавления человека, занимающегося политическим пиаром?

Борис Пантелеев: Ситуация действительно сложная, трагическая. Она свидетельствует о том, насколько сильно размыты сегодня этические и правовые ценности в нашем обществе. Во-первых, что следует признать. Я считаю, что рассуждения на эту тему должны быть однозначными. Алексей Кунгуров не является журналистом в том смысле, в каком это записано в этическом кодексе российских журналистов и международных стандартах журналистики. Он высокопоставленный партийный функционер, он активный и эффективный пиарщик, возможно, он талантливый дизайнер, но он не журналист. Его газета, которая бесплатно раскладывалась по почтовым ящикам тиражом до 10 тысяч, это, видимо, агитационные, пропагандистские, избирательные материалы, листовки. Но дальше следует обратиться к международным стандартам, в частности к статье 10-й Европейской Конвенции о правах человека, которая, между прочим, защищает свободу самовыражения любого лица и гражданина: и журналиста, и рекламного агента, и дизайнера, и поэта, и художника, и так далее. Неограниченный круг лиц попадает под действие этой статьи. Это право подразумевает именно нелицеприятные высказывания и критику власти со стороны любого субъекта гражданского общества, и это право подтверждено и признано российской Конституцией. В статье 29, в статье 15 части 4 записано, что Россия гарантирует исполнение этого права на своей территории.

Давайте обозначим свою позицию. Моя позиция заключается в том, что ни издатель антикоммунистической газеты, ни Сергей Доренко журналистами не являются. Они излагали - грамотно, красиво, творчески - определенную политическую позицию, но это представители другого профессионального сословия. Что касается наркотиков, здесь наш правозащитный порыв, я считаю, не вполне еще реализован. Есть очень серьезные аргументы в пользу того, что дело сфабриковано. В качестве авторитета я могу сослаться на председателя Комитета по безопасности Государственной думы Российской Федерации Гурова Александра Ивановича, который заявил, например, что в России сегодня десятки тысяч людей находятся в тюрьмах по сфабрикованным обвинениям. В основном эти обвинения сводятся к хранению двух-трех патронов или десятой доли грамма наркотиков. И это, по его мнению, является следствием ужасного непрофессионализма наших милиционеров и всей системы МВД.

За десять последних лет из МВД ушло более миллиона сотрудников, и ушли не самые худшие. Фактически наши милиционеры разучились работать, они (так же как и журналисты) ринулись в политику, они занимаются "крышеванием", в том числе и выполняют политические заказы. Теперь (вследствие новых веяний) милиционеры не отвечают за регистрацию правонарушений, то есть им разрешили ставить на учет все совершаемые правонарушения. Но они давно разучились раскрывать эти правонарушения. И для того чтобы как-то сводить концы с концами, демонстрировать свою активность, они в массовом количестве занимаются фабрикацией дел, и одно из типичных проявлений фабрикации - это именно дела о наркотиках и о хранении оружия.

Олег Панфилов: Мы рассказали вам о деле Алексея Кунгурова и поставили много вопросов, ответов на которые мы не знаем. По всей видимости, ответы на эти вопросы должен дать суд.

XS
SM
MD
LG