Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Итоги прошедшего года. Что произошло в Молдавии, Белоруссии и на Украине


Олег Панфилов:

Сегодня в программе:

- Итоги прошедшего года. Что произошло в Молдавии, Белоруссии и на Украине. Молдавские журналисты столкнулись с новыми проблемами после прихода к власти Владимира Воронина. В Белоруссии продолжается преследование независимой прессы. Украина становится лидером среди стран СНГ по количеству нарушений прав журналистов и прессы. Репортажи наших корреспондентов в Кишиневе, Минске и Киеве.

- Итоги прошедшего года на Украине комментирует журналист Виктор Тимошенко.

В самом начале января мы рассказывали о событиях, прошедших в прессе центрально-азиатских и кавказских стран СНГ. Сегодняшняя программа посвящена всего лишь трем странам европейской части СНГ - Молдавии, Белоруссии и Украины. Но события 2001-го года позволяют говорить, что и в этих странах отношение к журналистам ухудшилось.

В Молдавии к власти пришли социалисты и президентом избран Владимир Воронин, известный своим коммунистическим прошлым. В крупнейших государственных средствах массовой информации (на телевидении, прежде всего) произошла смена руководителей. Впервые за долгое время молдавские журналисты столкнулись с откровенной цензурой, когда на государственном телеканале была запрещена популярная программа "Пресс-клуб".

Итоги года подводит корреспондент Радио Свобода Василие Ботнару.

Василие Ботнару:

После победы коммунистов в досрочных парламентских выборах, либеральная пресса, которая оказалась по ту сторону баррикад, не ожидала ничего хорошего от новой власти. И эти опасения подтвердились. В самом начале президентской карьеры лидер коммунистов Владимир Воронин уверял журналистов, что стерпит любую критику, и газеты могут писать как угодно, лишь бы не замалчивали власть. Однако вскоре пресса почувствовала жесткую опеку коммунистов. Они пресекли всякое вольнодумство на государственном телевидении и радио, в правительственных газетах. Они прибрали к рукам несколько коммерческих изданий и вещательных компаний, используя испытанные средства скупки контрольного пакета акций и беззастенчивую смену руководства этих компаний. Следует признать, что из-за бедности многие журналисты с энтузиазмом перековали мечи на орала и переметнулись в лагерь новых властей. В итоге молдавские коммунисты на деле осуществляют обещание построить "европейскую Кубу", по крайней мере, в том, что касается пропаганды.

По мнению большинства независимых экспертов, информационные программы государственного телевидения отдают самой заскорузлой брежневщиной, для полноты восприятия не хватает лишь чтения глав из "Малой земли" вместо вечерней сказки. В роли новых жрецов выступают некогда скромные пролетарии, которые ругали демократов за роскошь, казнокрадство и бездушное отношение к обнищавшему народу. Теперь коммунисты упиваются полнотой власти и в спешке, пока это возможно, перекраивают, перераспределяют, перелицовывают.

Все ожидали, что первыми на грабли наступят так называемые прорумынские газеты, они "достали" коммунистов тем, что расценивают Молдову не иначе как отколовшуюся от Румынии территорию, которую рано или поздно придется присоединить обратно.

Вопреки откровенным призывам прикрыть пробухарестские и прозападные издания, под каток попала газета, выходившая на русском языке и не скрывавшая своих провосточных симпатий. Наряду с другими оппозиционными изданиями, газета всякий раз напоминала коммунистам о невыполненных обещаниях, в частности, касающихся вступления Молдовы в союз Россия-Белоруссия, реабилитации русского языка и о главном обещании - разделаться с приднестровской проблемой. При этом газета перепечатывала без всяких купюр комментарии и сообщения приднестровского агентства "Ольвия-Пресс", которое, будучи ТАССом Тирасполя, систематически занимается публичной поркой кишиневских коммунистов. В итоге газету "Коммерсант-Молдова" обвинили в подрыве конституционных устоев и закрыли решением экономического суда. Правда, власти взамен получили еще более агрессивный "Коммерсант-Плюс", который в пику властям сохранил не только направленность, но даже и стиль верстки.

На приднестровской печати сказались прошедшие в декабре президентские выборы. Большинству журналистов пришлось пиарить на главного кандидата Игоря Смирнова, который в ответ на призыв многочисленных трудовых коллективов выдвинулся на третий президентский срок, поскольку дал обет не уходить из политики, пока не добьется признания Приднестровья. Газеты нескольких отчаянных оппонентов Смирнова попытались противостоять мощному давлению чиновничьего аппарата, однако без труда были вытеснены на обочину. Поскольку на стороне Смирнова были спецслужбы, дело дошло до ареста тиражей, которые ввозились из Правобережной Молдовы. Досталось на орехи даже российскому телевидению, которое накануне президентских выборов выдало в эфир документальные репортажи тираспольского закулисья. Трое министров приднестровского правительства (в качестве российских граждан) подали в суд на государственное российское телевидение за клевету на Тирасполь.

По мнению местных аналитиков, в нынешнем году ситуация может измениться только в худшую сторону, потому что коммунистам придется закручивать гайки, чтобы оттянуть время оплаты счетов по всем предвыборным обещаниям. Следовательно, подручные компартии будут ратовать с особым рвением за чистоту рядов, и указывать на врагов народного благосостояния, а оппозиционная пресса будет отбиваться от налоговых проверок и судебных тяжб.

Раздробленное журналистское сословие, которое в большинстве своем село на иглу партийных фондов, сломить не сложно. Недавнее решение Министерства образования ввести обязательное изучение русского языка в начальных классах общеобразовательной школы и непрекращающиеся протесты оппозиции против этого нововведения, воспринятого как первый шаг в сторону придания русскому языку официального статуса, похоже, окончательно развели журналистов по разные стороны баррикад. Первые полосы газет запестрели фотографиями и лозунгами конца перестройки, когда в воздухе впервые запахло свободой, но и порохом.

Олег Панфилов:

В Белоруссии ситуация не изменилась по сравнению с прошлым годом, если говорить о государственной политике. Пожалуй, более мощно власть принялась за региональные средства массовой информации, разобравшись за последнее годы с минскими изданиями, оставив читателям лишь небольшой выбор из нескольких газет. По-прежнему, в Белоруссии нет независимого телевидения, а радиоэфир пытаются восполнить неофициальные информации белорусской службы Радио Свобода и вещающее с территории Польши Радио "Рация".

Весь пошлый год прошел в борьбе белорусской Ассоциации журналистов, других правозащитных организаций и родственников журналистов с правоохранительными органами, ведущими следствие по факту исчезновения оператора телекомпании "ОРТ" Дмитрия Завадского. Уже в начале этого года известная организация по борьбе с цензурой, "Статья 19", распространила текст заключения, согласно которому законопроект республики Беларусь о поправках и дополнениях к закону "О печати и средствах массовой информации", который в настоящий момент находится на рассмотрении белорусского парламента, не соответствует многим принципам свободы слова. Обеспокоенность правозащитников состоит в том, что этот закон должен заменить закон "О прессе", принятый в 95-м году.

Итоги 2001-го года подводит корреспондент Радио Свобода Виталий Цыганков.

Виталий Цыганков:

В прошедшем году в связи с президентскими выборами белорусские власти отбросили даже видимость соблюдения законности в своих отношениях с независимой прессой. К уже привычной для белорусских негосударственных журналистов экономической, правовой и идеологической дискриминации добавляются методы откровенно уголовного характера. Неустановленные лица пытаются запугать некоторых журналистов, угрожая им и их семьям. Несколько раз были ограблены редакции региональных независимых изданий: газеты "Шаг", "Де-факто". Причем, злоумышленники интересовались только носителями информации, оставляя без внимания аппаратуру и ценные вещи. В течение недели дважды была ограблена редакция новой демократической газеты "День", которая располагается в охраняемом помещении.

Загадочные преступления произошли после публикации в газете документов, проливающих свет на обстоятельства исчезновения известных белорусских политиков и журналиста "ОРТ" Дмитрия Завадского. Свою посильную лепту в политику запугивания независимых изданий и журналистов вносил и белорусский КГБ, единственный на постсоветском пространстве не поменявший своего названия. Журналисты неоднократно вызывались в органы КГБ для доверительных бесед и дачи объяснений по вопросам сугубо профессиональной деятельности.

Преследование негосударственной прессы достигло своего апогея, пожалуй, в августе, в преддверии президентских выборов. К независимой типографии "Меджик" был приставлен заместитель министра печати Глушаков, который практически осуществлял цензуру выходящих в этой типографии независимых газет. Впрочем, этого показалось мало, и под сомнительным предлогом власти арестовали счета "Меджика", парализовав работу типографии на несколько дней. Также был арестован тираж газет "Рабочий" и "Наша свобода", посвященный оппозиционному кандидату в президенты. Из-за ареста оборудования "Меджика" не вышел в свет очередной номер самой массовой негосударственной газеты "Народная воля". Итоги минувшего года для белорусской независимой прессы подводит вице-президент белорусской Ассоциации журналистов Анатолий Гуляев.

Анатолий Гуляев:

Давление на прессу усилилось. Там был почти полный джентльменский набор методов, которые совершенно нецивилизованные, применялись к государственным газетам. Это и погромы газет, были попытки реквизировать технику под разными причинами со ссылками на президентский декрет № 8. Правда, после этого (в большинстве случаев) техника была возвращена и уголовные дела, открытые против газет, были закрыты.

Виталий Цыганков:

Многие ожидали, что после президентских выборов, после "элегантной победы", как выразился Александр Лукашенко про свое переизбрание, власти ослабят свое давление на независимую прессу. Что вы можете про это сказать?

Анатолий Гуляев:

Да, мы ожидали этого, мы ожидали, что от такой жесткой, даже жестокой диктатуры дело перейдет, если можно так выразиться, к диктатуре нормальной, соблюдающей какие-то законы, какие-то правила игры. Но этого не произошло, и вскоре после выборов была закрыта одна из газет, это гродненская "Погоня". Помимо всего прочего тут возникла вполне реальная угроза - это принятие поправок к Закону о печати. Это поправки, которые в значительной степени ужесточают деятельность негосударственной прессы, одна из них, согласно которой никакая помощь негосударственной прессе из-за рубежа невозможна.

Виталий Цыганков:

Наряду с силовыми методами власти продолжали политику экономического удушения независимой прессы. Тарифы на распространение негосударственных изданий в три раза превышают аналогичные, установленные для государственных СМИ. Власти препятствуют регистрации новых независимых газет. Одновременно с этим многократно увеличивается бюджетное субсидирование государственных средств массовой информации. Большинство экспертов сходятся во мнении, что в новом году режим Александра Лукашенко продолжит преследование негосударственной прессы. Однако брутальные силовые методы скорее всего будут заменены законодательным и судебным давлением.

Олег Панфилов:

Наконец, Украина - страна, президент которой дважды назывался американским комитетом защиты журналистов "врагом прессы". Основанием для такого "почетного" звания Леонида Кучмы стала весьма тревожная ситуация в области прав журналистов. На Украине каждый год убивают журналистов, растет количество подвергшихся нападению и юридическому преследованию.

Владимир Ивахненко:

За минувший год Украина прочно закрепилась в списке стран, которые вызывают обеспокоенность Совета Европы фактами давления на независимые средства массовой информации. Налоговые инспекции, пожарные службы и судебные иски по-прежнему остаются главными инструментами прессинга властей.

Как свидетельствуют данные международной организации "Репортеры без границ", в 2001-м году произошло более 50-ти случаев нападений на украинских журналистов. Наибольшее за годы независимости число преступлений против представителей масс-медиа в прошлом году зафиксировано в регионах. В начале июля был избит и (спустя несколько дней) скончался руководитель славянской телекомпании "ТОР", автор и ведущий многочисленных программ о коррупции Игорь Александров. Это преступление вызвало такой же резонанс, как и до сих пор нераскрытое убийство киевского журналиста Георгия Гонгадзе. В Генеральной прокуратуре (ранее активно отрабатывавшей версию, связанную с профессиональной деятельностью Александрова) в ноябре неожиданно заявили, что журналиста убили случайно, перепутав его с адвокатом телекомпании. В объективности расследования сомневаются депутаты специальной парламентской комиссии, изучающей дело Александрова. Они утверждают, что организатор преступления - один из руководителей Донецкой области.

Спустя годы по-прежнему ничего неизвестно о том, кто совершил нападение в Луцке на руководителя украинской медиа-корпорации "Аверс" Олега Величко. Вполне очевидно, что нераскрытым останется и недавнее нападение в Запорожье на Валентина Терлецкого, ведущего телепрограммы "Чрезвычайная ситуация". Коллеги журналистов не исключают причастности к этим преступлениям высокопоставленных чиновников. Тем временем, седьмой месяц продолжается конфликт между Луганским областным советом и местной телекомпанией "Эфир-1". И хотя суд признал неправомочным решение облсовета о закрытии канала, его деятельность заблокирована. Судьба более сорока сотрудников и самого телеканала, предоставлявшего слово в эфире лидерам оппозиции, до сих пор остается неопределенной. Давление украинских властей на масс-медиа заметно усиливается с приближением намеченных на 31-е марта парламентских выборов.

В конце декабря национальный Совет по телевидению и радиовещанию лишил лицензии популярную киевскую радиостанцию "Континент", которая ретранслировала программы "Би-би-си", "Голос Америки" и "Немецкой волны". Официальная причина - финансовые нарушения. Однако оппозиция уверена в том, что власти закрывают независимую радиостанцию по политическим мотивам.

Вслед за печатными и электронными СМИ чиновники пытаются установить контроль и за украинскими Интернет-изданиями, многие из которых, по словам руководства Украины, угрожают национальной безопасности. По решению президента Леонида Кучмы, уже объявлено о подготовке к лицензированию Интернет-провайдеров. Следующим шагом властей, как прогнозируют представители оппозиционной прессы, станет регистрация Интернет-изданий.

Олег Панфилов:

Сегодня у нас есть возможность более подробно говорить о ситуации со свободой слова на Украине. Экспертом нашей программы выступит украинский журналист, собственный корреспондент информационного агентства УНИАН Виктор Тимошенко. Виктор Денисович, я прошу вас дополнить репортаж Владимира Ивахненко и сказать свое мнение о том, что произошло с журналистами в прошедшем году.

Виктор Тимошенко:

Нельзя сравнивать российскую прессу и украинскую прессу уже только потому, что после обретения независимости практически многие СМИ: электронные, телевидение, Интернет-издания как бы создавались с нуля.

Если говорить о журналистах, которые работают сегодня в Украине, также огромное количество появилось новых имен, которые, наверное, мало в чем уступают журналистам московским. Не взирая на то, что в России очень большая традиция подготовки журналистов, традиция СМИ, которая насчитывает многие десятки лет. Мне думается, что когда мы говорим о свободе слова, свободе прессы, свободе печати на Украине, следует подчеркнуть то, что сегодня практически мне трудно сказать или назвать какое-либо издание, которое было бы экономически самостоятельно. Видимо, это самое основное, что определяет работу журналистов.

Олег Панфилов:

По всей видимости, экономическое состояние, общественно-политическая ситуация на Украине становится причиной того, что журналисты, во-первых, не защищены, во-вторых, подвергаются гонениям или представителей власти, или тех экономических структур, которые обеспечивают финансовую зависимость или независимость средств массовой информации. Наблюдалось ли это в 2001-м году?

Виктор Тимошенко:

Я думаю, что да. Потому что огромное количество событий, которые характеризуют нынешнюю власть на Украине, как бы отразилось в деятельности журналистов. Я хочу подчеркнуть, что имидж Украины, особенно в связи с гибелью журналиста Гонгадзе, с тем, что сбит российский самолет (и отношение власти к этому), конечно, он существенно в мировом общественном мнении.

На мой взгляд, сегодня президент Леонид Кучма испытывает определенные трудности, чтобы быть приглашенным в европейские столицы, он чаще общается с российским президентом, с президентом Польши или Словакии.

Олег Панфилов:

Вы упомянули имя Георгия Гонгадзе. Это был случай намеренного убийства, это было связано с властью или имя Георгия Гонгадзе используется политическими кругами для того, чтобы вести свою игру, борьбу с президентом Кучма?

Виктор Тимошенко:

Я думаю, что пленки достоверны, что действительно запись проходила в кабинете президента Украины. Об этом мне говорили многие люди, которые хорошо знают Леонида Даниловича, манеру его разговора. Другое дело, в какой мере так называемое указание президента министру внутренних дел Кравченко прямо свидетельствует о том, что он дал указание, чтобы убрать Гонгадзе, у меня это вызывает сомнения.

Другое дело, что вся политическая тусовка в верхних эшелонах власти предполагает отношение к журналистам как к людям второго, третьего сорта, которые обслуживают интересы или бизнес-структур, или интересы каких-то политических партий. Я был на одном собрании, на мой взгляд, очень интересном, которое было посвящено ста дням со дня гибели или пропажи журналиста Гонгадзе. В небольшом кафе на улице Проездной собрался весь цвет украинской журналистики. Меня туда пригласил главный редактор журнала "Пик" Александр Кривенко, меня и моего товарища - харьковского журналиста Андрея Капустина. На этом собрании очень много говорили о том, какую роль сыграл в Гонгадзе в становлении журналистики. Андрей Капустин попытался взять интервью у одного из участников этого собрания. К нему подбежала директор этого заведения, совершенно юная особа, выхватила у него диктофон, достала пленку, начала эту пленку разматывать и на него кричать, что здесь никто записывать ничего не будет.

Сто дней после пропажи журналиста, который боролся за то, чтобы можно было записывать, озвучивать, доводить какое-то мнение, в том числе и тех журналистов, которые там собрались, и вдруг случился такой факт. Меня это потрясло, в том плане, что никто не заступился, никто не сказал, что это противоречит нормам.

Олег Панфилов:

В истории последних лет украинской журналистики было несколько случаев убийств журналистов, которые до сих пор не расследованы, например, убийство Петра Шевченко, очень странное и, по утверждению правоохранительных органов Украины, это было самоубийство, хотя многие коллеги не доверяют этой информации. Скажите, правоохранительные органы Украины, точно так же как и российские, не ведут расследования убийств журналистов по каким-то принципиальным соображениям или это показатель состояния общественно-политической ситуации в стране?

Виктор Тимошенко:

Конечно, я думаю, что это второе. Я думаю, что очень трудно сегодня говорить, что на Украине действуют какие-то принципы или законы гражданского общества, что там есть независимые ветви власти. И то, что Генеральная прокуратура или милиция не могут найти истину в каких-то трагических событиях, как убийство журналистов, я думаю, что это всецело определяется желанием власти.

Олег Панфилов:

Сейчас на Украине началась предвыборная кампания. Как вы думаете, способна ли украинская пресса осветить эту предвыборную кампанию? На ваш взгляд, будет оказывать давление власть Украины на работу средств массовой информации?

Виктор Тимошенко:

Я думаю, что власти не нужно оказывать это давление, потому что у каждой политической силы, у каждого политического блока есть своя пресса, она достаточно управляема, достаточно комфортна для того, чтобы говорить о том, что какое-то отдельное СМИ объективно будет освещать нынешнюю предвыборную кампанию.

XS
SM
MD
LG