Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Будет ли у избирателя шизофрения от чтения красноярских газет? Наш ликбез: как получить информацию


Сегодня в программе:



- Будет ли у избирателя шизофрения от чтения красноярских газет?
- Наш ликбез: как получить информацию.

Олег Панфилов: Традиционную подборку высказываний представителей власти в отношении прессы начну с цитирования генерального директора телекомпании НТВ Бориса Йордана.

18-го июля в интервью газете "Газета" он заявил, что "СМИ как бизнес - это и есть независимость. Разговоры о свободе слова я считаю большой потерей времени. Как только люди почувствуют собственность, у них появится уважение к тому продукту, который они делают". Таким образом, не смейте предъявлять претензии к НТВ по поводу ангажированности материалов или чрезмерной прокремлевской точки зрения на события в Чечне, поскольку Йордан не собственник НТВ, а собственником является государственное предприятие Газпром, то, согласно утверждениям Йордана, уважения к продукту, то есть к информации, у сотрудников НТВ нет.

По всей видимости, в строю государственных изданий скоро будет пополнение. Об этом заявил председатель саратовской областной думы Владимир Чуриков. По его мнению, "отсутствие своей газеты является одним из главных упущений работы депутатов второго созыва". Поэтому спикер считает, что "население области слишком мало знает о том, как и над чем работают депутаты". Как вы думаете, куда нужно жаловаться, если вы недовольны работой средств массовой информации? Правильный ответ - в суд. Правда, если вы публичный политик, то наказывать журналистов вам же будет и дороже. Вице-спикер нижегородского областного Законодательного собрания Михаил Дикин 24-го июля пожаловался на прессу Сергею Ястржембскому. Почему? Трудно понять. Наверное, помощник президента, по мнению нижегородского чиновника, главнее закона. Впрочем для чиновника обращение к вышестоящему чиновнику это что-то вроде обращения гражданина к уполномоченному по правам человека. Ястржембский в данном случае как бы уполномоченный по правам чиновников от посягательств граждан. Еще одно проявление неуважения к закону зафиксировала газета "Коммерсант", которая 27-го июля опубликовала мнения известных людей по поводу того, какие издания они бы закрыли. Эдуард Балтин, адмирал, Герой Советского Союза, заявил, что он бы закрыл "Московский комсомолец", а депутат Госдумы Татьяна Астраханкина из фракции КПРФ позакрывала бы газеты "Молоток" и "СПИД-Инфо". И только замминистра природных ресурсов Кирилл Янков сказал, что свои претензии к газете надо обосновывать в суде.

Другая новость из государственной телекомпании, более известной под названием ОРТ. С начала осени, как заявил генеральный директор ОРТ Константин Эрнст, канал будет называться просто - "Первый канал". Но главное в словах Эрнста другое, он наконец сознался, что ОРТ не общественное телевидение. "Общественное телевидение - это юридическая форма. Если в России кому-то удастся создать в юридическом смысле общественное телевидение, то мы не хотим им мешать", - заявил Эрнст. Зачем нужно было государственному каналу столько лет скрываться под аббревиатурой ОРТ?

Теперь о проблемах непосредственно прессы.

В Красноярском крае в полном разгаре предвыборная кампания - в начале сентября там будут выбирать нового губернатора. Кажется, из-за того, что в прошлом году, когда на нескольких выборах в российских регионах пресса использовалась таким образом, что иначе как катастрофой законности их назвать было нельзя, Центризбирком должен был подготовиться соответствующе. Не подготовился. В Красноярском крае очередная катастрофа.

Александр Макаров: Красноярские средства массовой информации в массе своей к грядущим выборам губернатора края отнеслись весьма прагматично. Подавляющая часть печатных изданий и телерадиокомпаний готова сотрудничать со всеми кандидатами в главы этого региона. Однако возможность выступить в первую очередь получают те, кто платят за эфирное время или газетную площадь. Особенно в этом смысле отличаются местное приложение к еженедельнику "Аргументы и факты" и популярная в Красноярске "Сегодняшняя газета". Чем ближе к дате голосования, тем больше шансов у неподготовленного читателя заболеть шизофренией при чтении свежего номера этих изданий. Зачастую на одном развороте расположены материалы и прославляющие, и порочащие одного и того же кандидата в губернаторы. У нормального человека такое чтение вырабатывает стойкое неприятие политики в целом, а к претендентам в губернаторы в частности. При этом расценки на политическую рекламу в этих газетах самые высокие в Красноярском крае. "АиФ на Енисее" считается одним из самых респектабельных изданий в этом регионе, "Сегодняшняя газета" одной из самых популярных. Впрочем примерно так же себя ведут другие независимые издания, идет практически неприкрытый "сенокос". Разница только лишь в профессиональном уровне рекламных материалов, которые печатаются в этих газетах или выходят в эфир. Тем не менее есть несколько изданий и телекомпаний, которые сотрудничают только с одним кандидатом в губернаторы Красноярского края. Но у них, как правило, нет выбора. Это, как модно сейчас говорить, аффилированные структуры. Проще говоря, у них есть хозяин, который в данном случае довольно жестко диктует правила игры. Одним из признаков того, что избирательную кампанию спикера краевого парламента Александра Усса финансирует "Русский алюминий", стала откровенная поддержка со стороны популярной в Красноярске телекомпании ТВК. Ни для кого не секрет, что "алюминщики" обладают крупным пакетом акций ТВК, достаточным для того, чтобы телекомпания поддерживала только того кандидата, на кого укажут. Отдадим должное корреспондентам ТВК: дело они свое знают неплохо и работают весьма профессионально. Первая в Красноярске частная телекомпания "Прима", недавно приобретенная структурами, близкими компании "Норильский никель", намного им уступает. Впрочем, норильчане компенсируют это отставание за счет тотального контроля над средствами массовой информации на Таймырском полуострове и наличием платных материалов на федеральных телеканалах. Петра Тимашкова, занимающего, судя по последним рейтингам, третье место среди кандидатов в губернаторы, безоговорочно поддерживает только "Городская газета", которая печатается за счет муниципалитета. В целом же сложившаяся ситуация привела к любопытным последствиям: резко упали расценки на услуги профессиональных пиарщиков. Зачем платить большие деньги заезжим специалистам, если за несопоставимо меньшую сумму можно получить не менее качественный продукт, а также гарантированный телерадиоэфир или место в популярной газете.

Олег Панфилов: 19-го июля помощники вице-спикера нижегородского областного Законодательного собрания Михаила Дикина применили силу в отношении оператора телекомпании ТНТ Сергея Краснова. Применили так, что оператор оказался в больнице, в ремонте и телекамера. Телекомпания ТНТ подала заявление в прокуратуру. Михаил Дикин, как я уже говорил, пожаловался Сергею Ястржембскому.

Олег Родин: Недавно произошел очередной конфликт нижегородской власти с местной прессой. Журналисты телекомпании "ТНТ-Нижний Новгород" отправились к дому № 6 по улице адмирала Макарова для выяснения причин, по которым помещение Общества реабилитации инвалидов силовым путем было захвачено помощниками депутата областного Законодательного собрания Михаила Дикина. Об этом рассказала Любовь Сядченко, председатель правления общества: "Они предъявили кулаки. Они сказали, что здесь будет общественная приемная № 4 Дикина".

Репортер Анна Веселова и оператор Сергей Краснов, прибыв на место, попали на встречу Михаила Дикина с избирателями около новой приемной. Но репортаж не получился. Главный редактор информационных программ Алена Макарова пояснила произошедшее так. "Оператор начал фиксировать встречу. Дикин долго на него смотрел и сказал: "Заберите у него камеру, ребята. Заберите кассету". После чего два амбала подошли к нашему оператору, оттащили его в сторону и начали у него отбирать камеру. Они повалили его на землю, начали его пинать. А наш репортер, она попыталась помешать всему этому, кричала, сопротивлялась. Причем если посмотреть видеосъемку, оператор камеру не выключал, камера осталась включенной, она говорила им, что это имущество телекомпании, вы не имеете прав дотрагиваться до имущества телекомпании. Потом увидела, что они просто ломают камеру, она говорит: вы ее сломаете, она стоит дорого. Эти товарищи отвечают: "Ну и что? Сломаем, да, мы сломаем вам ее. Отдайте нам кассету". Все закончилось тем, что Сергей все-таки камеру не отдал. Тут сбежались люди, надо отдать им должное, люди, которые находились на встрече. Эти ребята тут же убежали".

Избитый телеоператор Сергей Краснов попал в больницу. Разбита телекамера ценой в 15 тысяч долларов, но сохранилась видеокассета с записью произошедшего. И этот сюжет уже неоднократно прошел в эфире местных телеканалов. Чем депутату Михаилу Дикину не угодили тележурналисты, пока неясно. А юрист Виктор Бушуев комментирует события так. "Кто являлись охранниками, друзьями Дикина, у них будет серьезная статья: нанесение побоев, причинение тяжких телесных повреждений группой лиц, причем причинили эти повреждения при исполнении свои служебных обязанностей".

Михаил Дикин дважды депутат, к тому же заместитель председателя областного Законодательного собрания срочно разослал по почтовым ящикам нижегородцев листовку, где объявил случившееся провокацией. О том же теперь он заявляет и лично: "Я вам могу сказать - это вранье, это очередная провокация, клевета на меня".

Но с видеозаписью трудно спорить. А партийный шеф Дикина Борис Немцов более осторожен в оценках. "Вы знаете, с журналистами ругаться, только себе создавать проблемы. Мой многолетний опыт показывает, что если не можешь нормально общаться с журналистами, то хотя бы веди себя нейтрально. Я говорил сегодня с Дикиным, я сказал, что самая последняя глупость - это ругаться с журналистами. Если ты не хочешь, чтобы тебя ругали, то надо идти работать колхозным сторожем".

Видимо, не у всех во власти хватает мудрости.

Олег Панфилов: 26-го июля прошлого года в Тбилиси был убит ведущий программы "Ночной курьер" популярного телеканала "Рустави-2" Георгий Саная. Прошел год. За прошедшую неделю различные чиновники Грузии заявляли, что следствие закончено, убийца пойман. Что же на самом деле происходит в расследовании убийства журналиста?

Георгий Кобаладзе: 26-го июля 2001-го года программа "Ночной курьер" телекомпании "Рустави-2", самым популярным ведущим которой был 26-летинй журналист и политолог Георгий Саная, так и не вышла в эфир. Вечером, после того, как коллеги никак не смогли связаться с Георгием по телефону, они пришли к нему домой, взломали дверь и обнаружили журналиста мертвым, лежащим в луже крове с пулевым отверстием в затылке.

Через год после этого преступления, потрясшего всю Грузию, и ставшего, кстати, одной из главных причин народных волнений ноября прошлого года, в результате которых все правительство и руководство парламента ушло в отставку, Генеральная прокуратура заявляет, что завершила расследование уголовного дела в отношении убийцы Георгия, бывшего сотрудника полиции Григора Хурцилава, и направляет дело в Верховный суд. Слушания начнутся в сентябре. Григор Хурцилава признался в совершении убийства, однако показания мало что проясняют. Например, он утверждает, что познакомился с Георгием Саная только в день, точнее, в ночь убийства. Тот якобы пригласил его домой, они выпили, повздорили, и Хурцилава случайно выстрелил из случайно оказавшегося у него табельного оружия. Затем убийца якобы спокойно вышел из квартиры и почему-то спрятал ключи, украденные у Саная еще днем, во дворе собственного дома. Специалисты федерального бюро расследования США, которые провели экспертизу биоматериалов, собранных на месте преступления, утверждают, что ими обнаружены ДНК неизвестных людей. Соседка семьи Саная твердо утверждает, что видела как в квартире зажегся свет, когда Георгий был еще на работе в телекомпании "Рустави-2". Есть еще много других нестыковок и странностей в этом деле. И вряд ли суд расставит все точки над "и". Коллеги Георгия Саная и члены его семьи утверждают, что убийцы журналиста до сих пор не найдены, и преступление на самом деле не раскрыто.

Олег Панфилов: Как получить информацию? Что нужно сделать, чтобы чиновник не отказал в просьбе? Какие у журналиста есть возможности, чтобы защитить свое право получить информацию? Эти вопросы может задать себе чуть ли не каждый журналист из России или любой другой страны СНГ. Право на получение информации является одним из самых нарушаемых. Одновременно существует и другая проблема - нежелание журналистов бороться с этими нарушениями. Наша новая рубрика "Ликбез для журналистов" и ее эксперт, советник юстиции, юрист Центра экстремальной журналистики Борис Пантелеев.

Борис Николаевич, какие существуют законы, регламентирующие право журналистов получать информацию?

Борис Пантелеев: Здесь нужно, во-первых, очень правильно расставить акценты. Право на информацию - это право не только журналистов, а право любого гражданина, проживающего на территории Российской Федерации, - именно так записано в Конституции Российской Федерации, в статье 29-й, части 4-й. Более того, получение информации, свобода доступа к информации не связана никак с гражданством. Провозглашено, что любой гражданин или лицо без гражданства имеют равные права на получение информации. Естественно, в силу профессиональной специфики особый интерес это право представляет для журналистов. Но и они действуют в силу закона не в своих собственных интересах, а, согласно статьи 38-й закона "О средствах массовой информации" Российской Федерации, они обслуживают граждан. Там именно так и записано: "Граждане имеют право на оперативное получение через средства массовой информации достоверных сведений о деятельности государственных органов и организаций, общественных объединений и их должностных лиц". Следовательно, журналисты, требуя от чиновников информацию, всего лишь выполняют свою общественную функцию, и их профессиональные обязанности связаны с обслуживанием граждан. Поэтому законы о доступе к информации обращены к очень широкому кругу лиц. На самом деле они затрагивают каждого. Идет ли речь об экологических вопросах, о проблемах окружающей среды, о ядерной безопасности, о санитарно-эпидемиологической обстановке, о качестве продуктов питания и так далее. Особенно это важно, когда речь идет об архивах, о документах, устанавливающих правовой статус лиц. Вот все эти документы, все эти вопросы касаются каждого гражданина. Поэтому вопрос этот урегулирован именно в Конституции фундаментально. И хочу напомнить, что Конституция у нас является документом непосредственного действия. То есть каждый, считающий себя ущемленным в этом вопросе, может обращаться к прокурору или в суд, ссылаясь на 29-ю статью Конституции Российской Федерации.

Олег Панфилов: Чаще всего журналисты получают отказы в судах. Что должен знать журналист, пришедший делать репортаж из зала судебного заседания?

Борис Пантелеев: Здесь действительно сложилась парадоксальная ситуация. Судьи сегодня жалуются и официально признали состояние информационной блокады. Они говорят о том, что они не могут информировать общество о своей общественно-полезной деятельности. Между тем, открытость, гласность суда, это тоже конституционный принцип, это не право судей давать или не давать информацию о своей работе, а обязанность их в силу закона, Конституции и вновь принятой и обязательной теперь для всех судей Концепции судебной информационной политики. Но мы сталкиваемся с тем, что журналистов изгоняют из зала суда, им не дают там работать, не дают фиксировать то, что там происходит. В этом случае существуют ссылки на гражданско-процессуальный, уголовно-процессуальный кодекс и на ту же Конституцию, в силу которой все судопроизводство в судах Российской Федерации осуществляется на основе принципа открытости и гласности. Даже по тем делам, которые официально в установленном порядке объявляются закрытыми в силу обоснованных законом причин, даже в этом случае судебные приговоры, решения по судам итоговые, должны зачитываться публично. Также журналист имеет право требовать предоставления им текстов судебных решений и ознакомление с материалами дела. Вот в этом случае им нужно спрашивать разрешения у председателей судов, судей, которые ведут это дело непосредственно. В случае отказа, я полагаю, необходимо доводить до сведения эту информацию, чтобы была ей дана принципиальная оценка самим судейским сообществом.

Олег Панфилов: Представим себе обычную картину: журналисты приходят освещать судебное заседание. Это могут быть журналисты из газеты, это может быть съемочная группа с телевидения. Судья решает съемочную группу убрать из зала заседания. Могут ли протестовать телевизионные журналисты, если судья говорит еще и о том, чтобы удалился журналист, пользующийся диктофоном? В каком случае судья прав, а в каком не прав?

Борис Пантелеев: Закон говорит о том, что любое лицо может вести в зале судебного заседания стенографическую запись и аудиозапись без специального разрешения судьи. А вот что касается видеозаписи, то в этом случае это можно делать, если это технически не препятствует ходу процесса.

Олег Панфилов: Тем не менее, какие существуют меры воздействия на чиновников, отказавших в предоставлении информации, помимо тех, о которых мы говорили в отношении судов?

Борис Пантелеев: Механизм реализации этого конституционного принципа открытости органов государственной власти до настоящего времени не проработан. Существует законопроект о доступе к информации, но он еще не принят. Поэтому мы рекомендуем всем заинтересованным лицам использовать указ Президиума Верховного Совета СССР от 12-го апреля 68-го года, который называется "О порядке рассмотрений предложений, заявлений и жалоб граждан", для того чтобы на основании именно этого действующего до сих пор документа требовать предоставления информации от государственных органов. В случае если будет нарушаться положение этого указа, а именно информация по заявлению гражданина или журналиста не предоставляться в установленные сроки, например, в 30-дневный срок максимум, то чиновники, нарушающие этот указ, должны привлекаться вплоть до уголовной ответственности за халатность. Именно такое разъяснение дал Пленум Верховного суда еще в 86-м году по порядку применения этого законодательного акта. То есть хотя бы и устаревший, достаточно ветхий, но правовой механизм для реализации права журналиста на получение информации в настоящее время существует. Вопрос в том, чтобы он более активно использовался и был в перспективе заменен на более совершенный. Но это возможно только после принятия специального законопроекта, о котором так долго говорится.

Олег Панфилов: Обычно граждане, среди них есть, конечно, и журналисты, боятся того, что за ними следственные органы ведут какую-то слежку, осуществляют какую-то проверку, а не знают, к кому обратиться. Что вы посоветуете в этом случае?

Борис Пантелеев: Этот вопрос также урегулирован действующим законом, в частности, статья 5-я федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" гласит о том, что если лицо располагает сведениями о фактах проведения в отношении него каких-либо оперативно-розыскных мероприятий, но виновность в совершении преступления пока еще не доказана, ему никаких обвинений не предъявлено, даже уголовное дело может быть еще не возбуждено, то он имеет право истребовать от этого органа, осуществляющего такого рода деятельность, сведения о полученной в отношении него информации. И такое право также входит в понятие доступ к информации, гарантированного законом для каждого гражданина, в том числе и журналиста.

XS
SM
MD
LG