Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Региональная пресса переживает очередной всплеск внимания к себе правоохранительных органов


Сегодня в программе:

- Региональная пресса переживает очередной всплеск внимания к себе правоохранительных органов.
- Сотрудники ФСБ провели обыск в пермской газете "Звезда".
- Ведущую азербайджанскую газету "Яни мусават" хотят закрыть до выборов президента.
- Наш ликбез: почему журналисты не начинают бороться за свои права, подписывая трудовые договоры? Комментарии юриста Центра экстремальной журналистики Бориса Пантелеева.


Олег Панфилов: За минувшие три недели случилось много событий. Главное - "заветирование", как выразился сам Владимир Путин, закона о поправках к действующему с 93-го года закону "О средствах массовой информации". Объявление вето обставлено в лучших советских традициях: в Кремль были приглашены несколько руководителей государственных и независимых СМИ, а также чиновники из Государственной думы, Совета Федерации, администрации президента и, конечно, сам министр Лесин.

На встрече президент не удержался от возможности еще раз упрекнуть журналистов. Но затем Константин Эрнст, руководитель государственного канала, все равно сказал ему спасибо. Странным все же остается одно обстоятельство - никто из приглашенных не представлял региональную прессу, как будто ее и не существует. Впрочем, и во время бурного обсуждения законопроекта не вспоминали провинциалов, а те из них, кто посмелее, публиковали статьи о том, что президент мудр и все решит как надо. Так и случилось, только мудрости власти хватило лишь на то, чтобы приостановить процесс приручения прессы. Боюсь, что на этом предъявления претензий власти к журналистам не закончатся. Как бы подтверждение этому - проведение многочисленных обысков и возбуждение уголовных дел против журналистов во многих российских регионах.

Началось с московской газеты "Версия", куда опять (во второй раз после прошлогоднего ареста компьютеров) нагрянули сотрудники ФСБ.

12-го ноября в петрозаводской газете "Губерния" налоговая полиция провела обыск. Визит налоговиков был обставлен в детективном жанре, со съемкой происходящего на видеокамеру. Изъяты бухгалтерские документы и несколько системных блоков от редакционных компьютеров.

В тот же день сотрудники пермского ФСБ провели 8-часовой обыск в старейшей областной газете "Звезда". Они изъяли жесткие диски редакционных компьютеров и допросили журналистов: главного редактора Сергея Трушникова и корреспондентов Константина Бахарева и Константина Стерледева.

Приведу цитату из речи вице-губернатора Ульяновской области Дмитрия Пиарунского, который посчитал, что местные средства массовой информации нагнетают обстановку в регионе. "Некоторые издания зарабатывают деньги на негативных публикациях, освещающих и недавние события в театральном центре. Отныне нервирующие народ средства массовой информации Ульяновского региона будут отвечать за свои публикации. Мы будет рассматривать эти издания как пособников террористов, как силу зла, которая лишает нас сил работать и строить будущее, и объявляем им областную войну".

15-го ноября в Казани был обнародован указ президента Татарстана Минтемира Шаймиева об увольнении издателя ГТРК "Татарстан" Муртазина. Отставка Муртазина связана с прозвучавшими в его адрес обвинениями в сочувствии чеченским террористам. Что произошло?

24-го октября глава татарской госкомпании вел прямой эфир передачи, посвященный захвату заложников в театральном центре на Дубровке. Гостем передачи стал советник президента Татарстана по политическим вопросам Рафаэль Хакимов, высказываться в эфире имели возможность и зрители. Большинство мнений, прозвучавших в прямом эфире, свелось к выражению сочувствия чеченским повстанцам и критике национальной политики России. В частности писатель Зульфат Хаким заявил: "Сегодня в центре Москвы господину Путину предоставлена возможность мочить во всех сортирах отдельно взятого театра вот этих 50 боевиков. Но почему-то он их там не мочит, а благополучно мочится у себя в Кремле, в своих нормальных туалетах". Господа Муртазин и Хакимов в свою очередь назвали захват заложников актом отчаяния и призывали власти страны к переговорам с Асланом Масхадовым. Но если вспомнить вице-губернатора Ульяновской области, то Муртазин и Хакимов являются, по всей видимости, пособниками террористов.

22-го ноября была закрыта веб-студия "Пенза-он-лайн". Закрыла ее санитарно-эпидемиологическая станция. В ходе этой проверки санитарные врачи выявили "превышение над ПДУ электрической составляющей электромагнитного поля у двух компьютеров из пяти, работающих в студии, и отсутствие документа, удостоверяющего антистатические свойства ковролинового покрытия на полу. Не все работники студии также прошли медицинскую проверку в соответствии с приказом № 90". Главному санитарному врачу области этого оказалось достаточно для того, чтобы квалифицировать условия работы веб-студии как "создающие угрозу возникновения и распространения инфекционных заболеваний, массовых неинфекционных заболеваний". И не просто запретить работу, но и вообще запрещение веб-сайтов в Интернете. Последнее утверждение никак не входит в компетенцию санитарных врачей, но в России, как оказалось, это возможно.

26-го ноября против главного редактора газеты "Воронежский курьер" Дмитрия Дьякова возбуждено уголовное дело, а также предъявлено несколько гражданских исков. Один из истцов мэр Воронежа.

27-го ноября в Коврове Владимирской области сотрудниками ФСБ арестованы главный редактор газеты "Ковровские вести" Николай Фролов и директор издательского дома "Маштекст" Валерий Загулский.

28-го ноября в Иркутске сотрудниками милиции РОВД Свердловского района была задержана съемочная группа программы "Новости" медиа-холдинга "АС Байкал-ТВ": Александр Матренин и Евгений Альков. Журналисты несколько часов просидели в отделении милиции, теперь намерены судиться с милицией.

Ситуация с газетой "Звезда" необычная по нескольким позициям. Прежде всего надо отметить, что Пермская область единственная в России, где нет ни одного государственного издания областного масштаба. Долгое время Пермская область была достаточно благополучная с правозащитной точки зрения. Во-вторых, большой редкостью было вмешательство ФСБ в работу газет, тем более региональных. В Перми это уже случилось. Сейчас на линии телефонной связи с московской студией главный редактор газеты "Звезда" Сергей Трушников и председатель Союза журналистов Пермской области Василий Мосеев.

Сергей Васильевич, стало понятно (спустя несколько дней), зачем к вам пришли сотрудники ФСБ? И какие именно публикации вызвали у них желание провести обыск в редакции газеты?

Сергей Трушников: Официально - публикация от 1-го октября "Суперагент по кличке "Артем"", где рассказывается о задержании наркодилера, который должен, по сути, сидеть еще десять лет в тюрьме. Нас обвиняют в том, что мы раскрыли гостайну, хотя мы не являемся держателями или носителями гостайны. Мне кажется, это больше формальная причина, была попытка поиграть мускулами, показать, кто етсь кто. Буквально одновременно с обысками ФСБ началась скупка акций нашей газеты, что наводит на очень печальные и странные мысли. Кому-то мешает очень наша газета, ее независимость, ее смелая позиция.

Олег Панфилов: Какие-либо следственные мероприятия в отношении сотрудников редакции проводятся до сих пор?

Сергей Трушников: Пока не проводятся, видимо, изучаются материалы, которые были изъяты.

Олег Панфилов: Спасибо. Василий Александрович, я уже отметил, что Пермская область до недавнего времени была достаточно благополучной, но в последние недели или месяцы ситуация меняется. Преследование газеты "Звезда" не первый случай? Знаете ли вы еще и о других проблемах журналистов и средств массовой информации Пермской области?

Василий Мосеев: Те информационные конфликты, которые у нас шли, идут, наверное, будут идти, не выходили за рамки обычных. Где-то глава администрации потребовал, чтобы какие-то средства массовой информации не получали информацию, мы в таких случаях протестовали. Или еще другие обычные, я бы сказал, конфликты, типа ссоры соучредителей, владеющих изданием. А вот случай со "Звездой" я бы назвал вопиющим, потому что редакции газеты "Звезда" до их пор не предъявлено никакого обвинения. Это была яркая демонстрация того, что в любой момент можно приехать в любую организацию, в том числе и в редакцию "Звезды", провести обыск, изъять какие-то материалы, жесткие диски у компьютера, то есть сделать все, что хотят. Мы на следующий день трижды обращались в региональное управление ФСБ с предложением объяснить как журналистскому сообществу, так и общественности области, что же происходит, почему проводится обыск, какие предъявлены обвинения, что за гнездо или террористов или еще кого-то. Никаких до сих пор объяснений нет, хотя прошло уже несколько недель.

Олег Панфилов: Как вы думаете, ситуация с газетой "Звезда" - это не столько юридическая и журналистская проблема, наверняка, существует некая политическая подоплека? Вы разделяете эту точку зрения?

Василий Мосеев: По юридическому факту мне сложно судить, но вот само по себе поведение регионального управления ФСБ, нежелающего ничего объяснять в своих действиях, уже вызывает большую тревогу. То есть журналисты после пресс-конференции, которая срочно была проведена на следующий день, подходили ко мне и говорили: "Ну вот. Нам показали, что в любой момент нас могут просто размазать по стенке, и все наши так называемые игры в демократию это только так, опять же, настолько, насколько нам разрешили".

Олег Панфилов: Наш следующий сюжет из Азербайджана. Как известно, в следующем году в этой стране намечены выборы президента. Как это водится на постсоветском пространстве, власть начинает "зачищать" средства массовой информации. Давление ощущает на себе крупнейшая оппозиционная газета "Яни Мусават", против которой уже подано семь судебных исков.

Ялчин Таир-Углу: Прошедший месяц в Азербайджане стал рекордным по количеству судебных исков, данных против самого влиятельного оппозиционного издания - газеты "Яни Мусават". Семь истцов самого разного ранга требуют закрытия газеты, возбуждения уголовного дела против ее сотрудников и выплаты компенсаций за оскорбление чести и достоинства на общую сумму более чем 70 тысяч долларов США. Самое нашумевшее дело - это иск бывшего заместителя председателя государственного Комитета по приватизации Барата Нуриева. Нуриев расценил публикацию об иске граждан США (в связи с его деятельностью по приватизации в Азербайджане) как не соответствующую действительности и усмотрел в ней мотивы для оскорбления его чести и достоинства. Он обратился в суд с требованиями о приостановлении деятельности газеты на три года и возбуждении уголовного дела против десяти ее сотрудников. Другому истцу - Министерству обороны - не понравились статьи, в которых газета изложила свои мотивы сентябрьского бунта курсантов Высшей военной школы. Глав исполнительных властей двух районов Азербайджана не устроил материал, посвященный их региону, авторы же еще двух исков - руководитель крупного холдинга и офицер одной из воинских частей - также считают оскорбленными свою честь и достоинство со стороны журналистов. В свою очередь газета развернула широкую кампанию по защите своих прав. Ее поддержали большинство оппозиционных партий, правозащитных и журналистских организаций, интеллигенция страны. Были проведены пикеты перед офисами истцов и судебными инстанциями, а редакторы ведущих газет направили совместное обращение в Совет Европы с просьбой проведения внеочередного мониторинга в области свободы слова в целом. Ведь газета "Яни Мусават" оказалась не единственным объектом для нападок. После запрета, наложенного на типографии, где печатался неугодный для властей журнал "Монитор", издание приостановило свою деятельность. Не прекращаются попытки по задержанию и экстрадиции журналистки Ирады Гусейновой, вынужденной находится вдали от родины. Многие из журналистов, подвергающихся давлению, склонны считать, что за всем этим стоит высшее руководство страны, несмотря на то, что президент Гейдар Алиев в очередной раз сделал заявление в защиту журналистов. Алиев в одной из своих недавних речей предупредил чиновников о том, что никто (и ни в коем случае!) не имеет права оказывать давление на прессу. И это вселяет определенные надежды. В конце прошлого года, когда отношение между властями и прессой были также предельно напряжены, Гейдар Алиев выслушал журналистов и решил целый ряд проблем, накопившихся у них, за что и был удостоен титула "друга журналистов". Насколько подтвердит президент обоснованность прошлогоднего награждения на этот раз, покажет время. А пока представители средств массовой информации готовятся искать выход из ситуации по-иному - на 12-е декабря назначен общереспубликанский митинг журналистов Азербайджана.

Олег Панфилов: Наш сегодняшний выпуск журналистского ликбеза посвящен, казалось бы, простой проблеме: с чего начинается борьба журналиста за свои права? Вероятно, кто-то скажет, что для этого нужно дождаться первого нарушения права журналиста. Юрист Центра экстремальной журналистики Борис Пантелеев считает иначе. Борис Николаевич, так с чего начинаются права журналиста?

Борис Пантелеев: С изучения и использования в своей собственной жизни этих прав. Каждый журналист должен знать как минимум, где он работает, в какой конкретно организации, с каким правовым организационным статусом, и в качестве кого он там работает: в качестве постоянного работника, в качестве временного корреспондента, в качестве внештатного сотрудника. От этого зависят правовые последствия его деятельности и оценки его труда со стороны руководства, своего собственного начальника. В моей юридической практике был случай, когда журналиста уволил главный редактор за то, что тот посетил митинг партии, которая лично не нравилась этому главному редактору. Совсем недавно это произошло в районной газете в Татарстане. И мы столкнулись с такой ситуацией, что журналист не знал, в качестве кого он работает, какие условия труда ему установлены, какой у него рабочий день, сколько времени он должен проводить в редакции, как часто он должен вообще появляться в редакции и все такое прочее. И было длительное разбирательство по установлению этих самых существенных условий труда журналиста, на основании которых был сделан вывод, что никакого прогула не было, что он выполнял свои служебные обязанности, посещая митинг, и что редактор, обвиняя журналиста в прогуле, был неправ, юридически некорректно поступил. Но для того чтобы такую ситуацию предотвратить, нужно обратиться как минимум к Трудовому кодексу. Уже год действует новая редакция, новый Кодекс трудовой, а многие журналисты не знают об этом, и не знают об этом не только журналисты, но и их руководители. Ведь раньше редакции существовали на правах отделов обкомов партий, на правах отделов цехов, фабрик, никто не задумывался об организационно-правовом статусе этого рабочего места. Полагалось, что выполнение обязанностей, возложенных начальником, и есть суть журналистского труда. И вот только теперь эти завалы постепенно разгребаются, в редакциях появляются уставы, между журналистом и его руководителем заключаются трудовые договоры, появляются конкретные типовые правила внутреннего трудового распорядка и другие необходимые документы. Ни один журналист не может чувствовать себя свободным, если он не знает четко своих прав и обязанностей. А с чем мы сталкиваемся на практике? Очень часто, к сожалению, журналисты находятся буквально под произволом руководителей. Мы увидели, что во многих редакциях, особенно это касается районных газет и радиостанций, существуют дикие меры дисциплинарного наказания в отношении журналистов. Например, до сих пор в некоторых редакциях существует такое наказание как временный перевод на нижеоплачиваемую работу, хотя уже более десяти лет такого наказания в Трудовом кодексе нет в Российской Федерации, а в отношении журналистов он до их пор применяется. Существуют такие наказания как штрафы за опоздания, за несвоевременное предоставление материала. И журналисты терпеливо мирятся с таким правовым беспределом в отношении них. Я полагаю, что пока такое бесправное положение журналистов будет сохраняться, не приходится надеяться на то, что они будут творчески свободными.

Олег Панфилов: В законе "О средствах массовой информации" есть статья, в которой говорится о том, что журналист вправе отказаться от написания или подготовки материала, если тема этого материала не совпадает с какими-то мировоззренческими взглядами журналиста. Как вы думаете, когда журналист приходит на работу, когда он нанимается на работу, он должен составить трудовой договор, каким образом он должен включать какие-то пункты в этот договор? Наверное, нужно сначала проконсультироваться с юристами для того, чтобы впоследствии отношения с главным редактором не зашли в конфронтацию?

Борис Пантелеев: Совершенно обязательные условия. И начинается этот договор обязательно с условий труда, нормированный рабочий день или ненормированный, состоит ли оплата из фиксированной заработной платы или из гонораров, и какие это гонорары, это должно быть установлено. Сколько строчек он должен сдать в месяц, какие тематики он будет освещать, а какие имеет право не освещать. Все эти проблемы непременно должны прописываться в трудовом договоре, который, как мы видели в лучших западных, немецких, в частности, телевизионных компаниях, несколько десятков страниц занимают, где прописаны все условия работы журналиста. Только в этом случае, если это будет предусмотрено и закреплено в законе, только в этом случае журналист может считать себя обеспеченным и стабильным в правовом смысле.

Олег Панфилов: Что вы знаете о практике таких конфликтов внутри редакций? Насколько суды способны защитить права журналистов в этих конфликтах?

Борис Пантелеев: К сожалению, мы сталкивались в основном с негативной практикой, когда журналисты получают зарплату в конвертах, им официально установлены мизерные оклады, и они смирялись, потакали такому беззаконию, пытаясь укрыться от налогов, или по каким-то еще мотивам. И в случае, когда возникали конфликтные ситуации, они никак не могли защитить свои права, их увольняли. И то пособие, которое в лучшем случае им выплачивалось, совершенно не соответствовало той фактической оплате труда, на которую они претендовали, которую они имели. И этот разрыв, двойные стандарты, они повсеместны. Не только в центре, не только в районах, но во многих регионах России нам пришлось сталкиваться с этим. Мы столкнулись с тем, что журналисты по-прежнему получают зарплату натурпродуктами: зерном, спиртными напитками, чем угодно. И такое патриархальное существование, естественно, определяет и сознание людей. Я надеюсь, что такая ситуация хотя бы постепенно будет меняться.

XS
SM
MD
LG