Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

По ту сторону человека

  • Алексей Цветков

Вопрос о том, что будет с человеком, для многих стоит сегодня почти так же остро, как и вопрос, что будет с человечеством. При этом, хотя по второму пункту никто компетентно высказаться пока не может, специалистов по первому более, чем достаточно. Самые передовые из них входят в так называемую Мировую трансгуманистическую ассоциацию. Фридрих Ницше в свое время провозгласил: "Человек есть нечто, что следует преодолеть". Трансгуманисты с ним согласны, только, по их мнению, путь к сверхчеловеку лежит не через нравственную эволюцию, а через технологию.

Имена людей, входящих в эту ассоциацию, известны не слишком широко, но из этого не обязательно следует, что речь идет о полусумасшедших экстремистах. В последнее время об опасности технологического вмешательства в эволюцию пишут весьма известные и солидные авторы, такие как политолог Фрэнсис Фукуяма и председатель президентского совета США по биоэтике Лион Касс. Стало быть, проблема кажется многим вполне реальной. Профессор Массачусетского университета Карл Элиот побывал на семинаре трансгуманистов в Гарвардском университете, и его статья об этом форуме, под названием "Человечество, версия 2.0", опубликована в журнале Wilson Quarterly.

Трансгуманисты - это люди, зачастую с серьезными учеными степенями и сотрудники престижных научных организаций, которые считают, что противники технологического совершенствования человека исходят из предрассудков, большей частью религиозных. Вот что писал об этом еще в 1923 году выдающийся специалист по генетике Джон Хэлдейн в своем эссе "Икар, или наука и будущее".



"Нет ни одного великого изобретения, от огня до воздухоплавания, которое не встречали бы в штыки как оскорбление тому или иному богу... И если каждое физическое или химическое открытие - это кощунство, то каждое биологическое открытие - извращение".



Стоит лишь освободиться от этих вековых предрассудков, считают трансгуманисты, и перспективы открываются поистине необозримые. Большинство современных религий с этой точки зрения попросту освящает нынешнее состояние эволюции и приходит в ужас от любого посягательства на нее. На самом деле нет ничего противоестественного в том, чтобы люди взяли эволюцию под свой контроль - в науке нет ничего противоестественного, кроме невозможного. В частности, по словам Карла Элиота, некоторые участники семинара вполне всерьез говорили о применении так называемых "нанотехнологий", то есть инженерии на молекулярном уровне, для перестройки организма с целью достижения практического бессмертия. Речь не идет о вечной жизни, но сроки в тысячелетия не кажутся этим теоретикам фантастическими.

Еще радикальнее - сторонники технологии "искусственного интеллекта", которые полагают, что человеческая психика в принципе ничем не отличается от компьютерной программы. А коли так, что мешает в обозримом будущем отделить программное обеспечение от компьютерного "железа" - то есть, в религиозных терминах, душу от тела? Вот краткий конспект возможностей, составленный Элиотом.



"Как только мы загрузим себя в компьютеры, возможности неизмеримо расширяются. Мы сможем делать с себя резервные копии и перезагружать их, если оригинал умрет. Мы сможем передавать себя по высокоскоростным сетям со скоростью света. Мы сможем жить в симулированных мирах, где действие законов физики приостановлено. Мы сможем радикально усовершенствовать свой разум..."



По словам автора статьи, ему было трудно отмахнуться от идеи, что он присутствует на собрании группы взаимной поддержки, вроде "анонимных алкоголиков", или религиозной секты. У них есть свои книги, близкие по статусу к священным, и свой вариант "страшного" суда: многие из них верят, что мы живем накануне некоей "великой сингулярности", точки окончания биологической эволюции и начала технологической. Кроме того, не могло не броситься в глаза, что эту веру исповедуют почти исключительно белые мужчины с высоким образованием и заметным социальным статусом.

Можно вполне согласиться с тезисом трансгуманистов о том, что на пути технологической эволюции человека стоят лишь религия и невежество, предрассудки. Тем не менее, они сами поражены странной слепотой: все их теории касаются усовершенствования отдельного человеческого индивидуума, и они полностью упускают из виду, что человек - социальное животное, и любые перспективы его эволюции неразрывно связаны с эволюцией общества. Вот простой пример. Значительная часть трансгуманистов - это приверженцы так называемой "крионики", практики посмертного замораживания тел или даже просто отрубленных голов, этих "жестких дисков" с программным обеспечением, по которым его в будущем должны восстановить для новой жизни благожелательные потомки. Даже если это и станет возможным, никто почему-то не задумывается, зачем этим потомкам такая орава нахлебников из прошлого, и как воскрешенные впишутся в неведомую социальную структуру будущего.

Допустим на минуту, что мы сегодня умеем воскрешать неандертальцев. Так мы, скорее всего и поступим, воскресив двух-трех в интересах науки, но с какой стати всех - и на какие деньги? Подразумевается, что вместе с технологическим совершенством в будущем восторжествует и нравственное, хотя никто не может объяснить, каким образом.

Существуют, конечно, и более простые дефекты в рассуждении трансгуманистов, которые отмечают их проницательные критики. Заморозить голову с ее последующим хранением сегодня стоит десятки тысяч долларов, и вся прочая эволюционная технология окажется по карману лишь самым обеспеченным из жителей наиболее развитых стран мира. Это им принадлежит лучшая доля в этой жизни, и именно им в первую очередь послужит наука. Об этом предупреждал Бертран Рассел в своем ответе на эссе Хэлдейна, который он назвал "Икар".



"Я вынужден опасаться, что наука будет использоваться не для счастья людей, а для укрепления власти доминирующих групп. Икар, которого научил летать его отец Дедал, был погублен собственным безрассудством. Я боюсь, что та же судьба может постичь людей, которых научили летать современные мужи науки".



Можно возразить, что неравенство и сегодня встроено в структуру капиталистического общества, где младенцы, появившиеся на свет в семье калифорнийского предпринимателя или индийского крестьянина, неравны со стартовой черты. Но это неравенство в справедливом обществе надо будет по возможности искоренять, а не культивировать.

XS
SM
MD
LG