Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Шахтеры и спрос на российский уголь




"Экономика региона"

Тема шахтерских забастовок, о которых столько говорилось в 90-ые годы, теперь - подзабыта. Хотя не оплаченные государством долги шахтерам все еще проявляются: свидетельство тому - продолжающаяся в эти дни акция протеста в Инте - по соседству с Воркутой. 15 шахтеров вот уже несколько дней отказываются выйти из шахты, требуя, как это ни покажется парадоксальным, завершения процедуры ликвидации предприятия. Об этом - разговор еще впереди.

Приватизация угольной отрасли России практически завершена, и главные угольные предприятия фактически контролируются теперь ведущими металлургическими или энергетическими компаниям. А судьбу шахтеров, по большому счету, определяют уже не государственные субсидии, а реальный рыночный спрос на уголь. Каков он сегодня - в России и в мире? И - как изменится в ближайшие годы?.. Этой теме посвящен сегодняшний выпуск программы "Экономика региона"...

В 90-ые годы 20 века производство угля в России сократилось почти в полтора раза. Пик спада пришелся на 1994-1995 годы, к концу десятилетия добыча вновь возросла. И сегодня в России добывается около 300 миллионов тонн угля вообще. Из них - примерно ? всей добычи приходится на так называемые "энергетические" угли, которыми топят тепловые электростанции. Остальные угли - это коксующиеся, которые идут на производство стали или являются сырьем для коксохимической промышленности.

Итак, 75% всего российского угля - это топливо для электростанций. А какова доля таких электростанций в общем объеме производства электроэнергии в России? Тему открывает - в Москве - аналитик по электроэнергетике инвестиционной группы "АТОН" Александр Корнеев:

Александр Корнеев: Сейчас уголь занимает примерно 27% в общем топливном балансе России. Что интересно, доля угля в энергетике Западной Сибири и Дальнего Востока - примерно 90%. То есть потребление энергетикой угля сконцентрировано именно в этих регионах...

Сергей Сенинский: А как доля угля менялась в последние годы?

Александр Корнеев: За последнее десятилетие доля угля в топливном балансе российской энергетики практически не изменилась. С одной, стороны новые электростанции, которые строились в России, были ориентированы на потребление газа. С другой стороны, цена на газ увеличивается примерно на 20% в год - в рублях. И это, конечно, приведет к росту затрат газовых электростанций.

Поэтому, с одной стороны, есть стимул строить станции, которые ориентированы на газ, и, соответственно, увеличивать долю газа в топливном балансе страны. С другой стороны, именно рост цен на газ приводит к тому, что станции начинают переходить на уголь. То есть в целом можно сказать, что картина не изменилась...

Сергей Сенинский: Итак, в топливном балансе России уголь занимает сегодня 27%. А сколько - в целом в мире и по разным странам? Из Нью-Йорка - руководитель отдела электроэнергетики информационно-аналитической компании PIRA Energy Group Алан Стюарт:

Алан Стюарт: В целом в мире доля угля составляет примерно 25% процентов, на долю природного газа приходится 22% всей производимой электроэнергии, нефти - 39%, атомных и гидроэлектростанций - примерно по - 7%.

Но если иметь в виду электроэнергетику наиболее развитых стран, то доля угля в ней ниже - примерно 20%, тогда как в электроэнергетике развивающихся стран наоборот, больше - примерно 30%.

Сергей Сенинский: По вашим прогнозам, как доля угля - в электроэнергетике - может измениться в ближайшие лет 10-15?

Алан Стюарт: Мы ожидаем, что в развивающихся странах доля угля останется примерно на нынешнем уровне или немного увеличится, тогда как развитых странах произойдет наоборот, её дальнейшее сокращение. Это объясняется, в первую очередь, тем, что в развитых странах принимаются все более жесткие меры по защите окружающей среды.

Но хочу подчеркнуть, что в относительно недалекой перспективе - в течение, скажем, 10-15 лет - и в Европе, и в США, не говоря уже о развивающихся странах, вряд ли произойдут радикальные перемены в этой области. Не будем забывать о том, что уголь по-прежнему остается сравнительно дешевым источником энергии. Во всяком случае, он гораздо дешевле нефти.

Сергей Сенинский: Крупнейший уголь регион России - Кузбасс. На его долю приходится половина всего добываемого в стране угля. В самом Кузбассе на долю угольной промышленности приходится примерно одна треть всего промышленного производства. Почти каждый десятый работающий в Кузбассе - занят в угольной отрасли. На начале 90-ых в угольной промышленности работал каждый пятый житель Кузбасса. Из Кемерово - наш автор Наталья Гузева:

Наталья Гузева: Вот уже несколько лет объемы добычи угля в Кузбассе увеличиваются. Только в прошлом году - на 11 % по сравнению с уровнем 2002 года. Эксперты связывают это, в первую очередь, с упрощением процедуры получения лицензий на открытие угольных месторождений, благодаря чему в области открываются новые угольные предприятия. Рост объемов добычи в целом достигается в основном за счет увеличения добычи энергетических углей.

"Кузбассуголь", вторая в России угольная компания, была окончательно приватизирована в 2001 году. С середины прошлого года производство энергетических углей в Кузбассе контролирует группа "МДМ", а производство кокса - металлургическая компания "Северсталь". В последние годы в Кузбассе изменилась структура отрасли - по способам добычи. Если еще в начале 90-ых примерно 55% всего угля добывалось здесь в шахтах, то есть закрытым способом, то теперь доля открытых угольных разрезов превысила 51% процент.

Сергей Сенинский: Печорский угольный бассейн, что на северо-востоке Республики Коми. Воркута и Инта - по сути, моноотраслевые города. После закрытия целого ряда шахт количество жителей в них сократилось на треть. Еще два года назад, помнится, на складах скопился запас угля, равный добыче за целый месяц. Тогда же на нескольких шахтах перешли на работу в две смены - вместо трех. Причина была проста: главные потребители воркутинских коксующихся углей - Череповецкий и Новолипецкий металлургические комбинаты - сами столкнулись с кризисом сбыта, особенно - на зарубежных рынках. Раз меньше продается стали - значит, меньше нужно и кокса для её производства.

С тех пор прошло два года. Тему продолжит наш автор в Сыктывкаре Николай Зюзев:

Николай Зюзев: Сегодня в Республике Коми добывается примерно 7-8% всего российского угля. Вроде, немного. Однако следует учесть некоторые качественные его особенности. Так, в общем объеме добываемых в России коксующихся углей марки "Ж" доля шахт Воркуты составляет почти половину. По своим качествам этот кокс может наиболее эффективно использоваться в металлургии, так как содержит мало серы. И потому он всегда находит спрос. Другое дело - энергетические угли, добываемые в Инте. Они дороги и низкого качества. Поэтому будущее Инты, как шахтерского центра, остается под вопросом.

Объединение "Воркутауголь" - в угольной промышленности России было приватизировано одним из последних. В прошлом году новым владельцем предприятия стала металлургическая компания "Северсталь" из Череповца. Именно она является основным потребителем воркутинского кокса - примерно 60% от всей его добычи. Среди других крупных покупателей - Новолипецкий, Нижнетагильский и Магнитогорский металлургический комбинаты. И в будущем, как считают эксперты в Воркуте, этот рынок сбыта существенно меняться, вероятно, не будет. Связано это с тем, что почти все потребители воркутинского угля - давние партнеры. Новые могут появиться лишь в случае увеличения спроса и, соответственно, добычи. Но она - во всяком случае, существенно - расти вряд ли будет. По прогнозам министерства экономики Республики Коми, в Воркуте в ближайшие 15-20 лет добыча угля составит примерно 12-13 миллионов тонн в год. То есть примерно столько же, сколько и сегодня. Задача новых владельцев воркутинских шахт - не увеличение добычи, а снижение её себестоимости.

Сергей Сенинский: Вернемся к прогнозам - как может измениться спрос на энергетические угли, добываемые на месторождениях в России - в ближайшие годы? Из Москвы - Александр Корнеев, аналитик инвестиционной группы "АТОН":

Александр Корнеев: В целом, если смотреть на будущее, также можно ожидать, что доля угля в топливном балансе России практически не изменится. Возможно, немного понизится. Это означает, что новые мощности, которые сейчас строятся в России, в основном ориентированы на потребление газа.

Но с другой стороны, этот эффект будет нивелирован тем, что в России существует свободный рынок угля, то есть цены отпущены. И потому здесь не ожидается такой сильный рост цен, как - регулируемых цен на газ, которые растут на 20% в год...

Сергей Сенинский: Но сегодня в России увеличивается добыча энергетических углей. В какой мере это связано с ростом спроса на них со стороны российской же электроэнергетики?

Александр Корнеев: Можно ожидать, что добыча энергетических углей будет в России, в основном, расти из-за потребления их российскими энергокомпаниями. В будущем в России ожидается рост потребления электроэнергии примерно на 2% в год. Так что будет расти и потребление энергетических углей.

Сергей Сенинский: Вспомним: примерно ? всего угля, добываемого в России, это угли энергетические, и менее одной четверти - угли коксующиеся. Сравним это соотношение со среднемировым. Из Нью-Йорка - руководитель отдела электроэнергетики информационно-аналитической компании PIRA Energy Group

Алан Стюарт:

Алан Стюарт: Примерно 20% всего добываемого в мире угля используется для выплавки стали, а остальные 80% - идут на нужды энергетики.

В Северной Америке - в частности, в Соединенных Штатах, которые являются вторым в мире производителем угля, речь идет почти исключительно об энергетических углях. Конечно, у нас еще есть металлургические предприятия, использующие старые технологии. Но с каждым годом их становится все меньше, и, соответственно, падает спрос на коксующиеся угли. Так что, в случае Соединенных Штатов почти 99% всего добываемого угля приходится на энергетические угли.

Сергей Сенинский: Производство кокса для российской металлургической промышленности - как меняется в последние годы? Из Москвы - аналитик по металлургии финансовой корпорации "НИКойл" Вячеслав Смольянинов:

Вячеслав Смольянинов: С тех низких уровней, которые были в 1998 году, наметился рост. Так, в 1998 году было добыто примерно 52 миллиона тонн, а сейчас добывается около 75 миллионов тонн в год. То есть с 1998 года по 2003 год - рост примерно в 1,5 раза. Экономика растет, требуется больше металла, и, соответственно, возникает более высокий спрос на кокс.

Сергей Сенинский: Весь ли кокс, добываемый в России, здесь же и потребляется? Или он - в сколько-нибудь значимых объемах - экспортируется?

Вячеслав Смольянинов: В целом этот уголь потребляется внутри России... И хотя сейчас на мировых рынках наблюдаются нехватка кокса, а потому - высокие на него цены, что, конечно, сказывается, спрос внутри России - достаточно высок, чтобы обеспечить растущее его потребление внутри страны, даже по более высоким ценам.

Сергей Сенинский: Главные поставщики кокса в России, видимо, - Кузбасс и Воркута...

Вячеслав Смольянинов: На сегодня - очень приблизительно - порядка 60% всех коксующихся углей России так или иначе сосредоточены в Кузбасском угольном бассейне. Порядка 15% - в Печерском угольном бассейне, то есть в республике Коми. Остальное приходится на более мелкие шахты и месторождения по всей России.

Сергей Сенинский: Крупнейшие угольные компании в России, занятые добычей именно коксующихся углей, уже, по сути, контролируются крупнейшими же металлургическими компаниями. В числе последних в отрасли, если не ошибаюсь, были окончательно приватизированы "Кузбассуголь" и "Воркутауголь"...

Вячеслав Смольянинов: Да. Над объединением "Воркутауголь", которое объединяет несколько шахт, в результате достаточно сложной комбинации получила контроль "Северсталь". А еще в 2001 году состоялся аукцион по "Кузбассуглю". И на данный момент "Кузбасуголь" контролируется "Северсталью" - по крайней мере, в части добычи коксующихся углей...

Сергей Сенинский: Добыча кокса в Воркуте перешло под контроль компании "Северсталь" в прошлом году. Тему продолжит наш автор в Республике Коми

Николай Зюзев:

Николай Зюзев: Угольная промышленность, как ни странно, никогда не играла значительной роли в экономики республики Коми. Вплоть до 90-х годов прошлого века Воркуту и Инту называли "министерскими" городами - был тогда такой неофициальный термин. Это означало, что они управлялись напрямую из Москвы, и региональные власти никакого контроля над ними не имели. Не могли они и воспользоваться доходами от продажи угля.

Теперь - ситуация иная. Федеральный центр фактически давно отказался от какого-либо участия в делах шахт Печорского угольного бассейна. И это стало тяжелейшей экономической проблемой для местных властей. В двух шахтерских городах Коми - Воркуте и Инте - сосредоточена примерно пятая часть всего населения республики. И на их поддержку уходит до 60% всех дотаций из бюджета республики. О чем говорить, если долги Воркуты энергетиками превышают годовой бюджет города!

В этом смысле приход в Воркуту компании "Северсталь" здесь восприняли как безусловное благо. Прошлой осенью компания "Воркутауголь" впервые выплатила в полном объеме налоги в бюджет республики. Теперь постепенно погашаются накопившиеся за много лет долги. Когда "Северсталь" купила компанию "Воркутауголь" летом прошлого года, шахтеры больше всего опасались увольнений и закрытия части предприятий. Опасения пока не оправдываются. Шахтеры стали, наконец, вовремя и полностью получать зарплату. Нет, ее не увеличили, но горнорабочий теперь спокоен за свои 15-20 тысяч рублей в месяц. На некоторых шахтах зарабатывают и побольше. Кроме того, шахтерам погасили все накопленные ранее перед ними долги. А это - более 300 миллионов рублей. Все понимают, конечно, что какие-то сокращения на воркутинских шахтах неизбежны. Но понимают также и то, что они не станут массовыми.

Сергей Сенинский: Кокс необходим для доменного производства стали. Но металлургия развитых стран мира почти отказалась от него - в пользу более современных, которые кокса не требует вообще. А как меняется соотношение этих производств стали в российской металлургии сегодня? Вячеслав Смольянинов, аналитик финансовой корпорации "НИКойл":

Вячеслав Смольянинов: Да, ситуация кардинально меняется, по сравнению с началом 90-х годов. В последнее время, по крайней мере, на трех крупнейших комбинатах - Череповецком, Новолипецком, и Магнитогорском - действительно, все большая доля стали приходится на более современные методы, где уже кокс не используется. Думаю, что на сегодня с помощью этих новых технологий, без использования кокса, здесь выплавляется примерно 40% всей производимой стали.

Однако говорить о том, что это всерьез как-то снизит спрос на кокс, особенно учитывая, что сейчас очень высокий спрос и цены на сталь за рубежом и во всем мире, не приходится. То есть пока производителям кокса ничто не угрожает...

Сергей Сенинский: С одной стороны, объемы доменного производства стали в России медленно, но верно, сокращаются. С другой стороны, медленно, но верно растет и добыча кокса в стране. Видимо, - экспорт?..

Вячеслав Смольянинов: Объемы доменного производства стали в России действительно сократились, и следовательно требуются меньшие объемы коксующихся углей. Однако в соседней Украине доменное производство стали еще развито в гораздо большей степени. И там - большой спрос на кокс. Поэтому мне представялется, что даже потенциальное снижение спроса со стороны российских комбинатов - что, кстати, пока не очень-то заметно - не особенно испугает российских производителей кокса, так как у них существует еще один большой рынок - украинские металлургические предприятия...

Сергей Сенинский: В Кузбассе в 90-ые годы количество занятых в угольной промышленности сократилось вдвое. Закрытие шахт сопровождалось отчаянными акциями протеста. Особенно в небольших шахтерских городах, где другой работы, по сути, и не было. Еще два года назад в среднем по Кемеровской области каждый 10 зарегистрированный безработный являлся бывшим работником угольного предприятия. В некоторых городах области - таким был каждый 5 или каждый 3 безработный.

Однако ситуация изменилась. Уже в 2001 году в местных службах занятости было зарегистрировано почти на четверть меньше бывших шахтеров, чем годом ранее. Однако большинство пытались вновь найти работу по специальности. И на одно свободное место на угольных предприятиях претендовали - по разным городам - от 5 до 17 человек. И вот - два года спустя...

Наталья Гузева, Кемерово: По данным департамента занятости населения Кемеровской области, к 1 января 2004 года на учете состояло 3120 бывших работников угольной отрасли. Год назад их было на треть больше. Без работы остаются не только мужчины: среди всех уволенных или уволившихся в последнее время угольщиков 46% - женщины.

По-прежнему увольняемые не спешат с переквалификацией: так, в прошлом году лишь 3% бывших шахтеров пожелали сменить профессию. Впрочем, местные специалисты утверждают, что проблема шахтерской безработицы в Кузбассе в целом стала менее острой: некоторые шахтеры устраиваются на вновь открываемые угольные предприятия.

Николай Зюзев, Сыктывкар: Закрытие шахт - самая болезненная проблема в угольных городах Коми. Особенно в Инте, где сейчас закрываются еще две шахты. Там вообще сложилась парадоксальная ситуация: межведомственная правительственная комиссия приняла решение о ликвидации этих предприятий, но оно блокируется мэром Инты. Он отказывается подписывать техническое задание о ликвидации, а без этого компенсации из федерального бюджета увольняемым шахтерам не переводят. Мэр Инты уверен, что необходимо найти инвестора, который бы смог вернуть одну, по крайней мере, из закрываемых шахт к рентабельной работе. Да, запасы угля на этой шахте действительно есть, но вот инвесторов - нет.

Между тем, 12 мая все работники шахты будут уволены, но, получается, - без денег. Устроиться где-то еще в городе уволенному шахтеру практически негде - другой промышленности здесь просто нет. Сходная картина - и в Воркуте. Единственный выход - уехать. Но - если есть на это средства. Трехкомнатная квартира в шахтерских городах Коми сегодня стоит не дороже 100 тысяч рублей. Для сравнения, в Сыктывкаре, куда многие хотели бы выехать, такое же жилье стоит примерно в 15 раз больше.

Вторую неделю в Инте продолжается акция протеста. Отказываются подняться на поверхность 15 горняков шахты "Западной-Бис". Они требуют, наконец-то, начать процедуру ликвидации предприятия.

Сергей Сенинский: Николай Зюзев, наш автор в Сыктывкаре, завершает сегодняшний выпуск передачи, в которой мы говорили о перспективах угольных регионов России...

XS
SM
MD
LG