Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проект закона о ЦБ РФ. Музыка в Интернете: Napster. "Рынки и потребители": телефонная связь


- Проект закона о ЦБ РФ.
- Польша: ренационализация крупнейшей судоверфи.
- Музыка в Интернете: компания Napster - история продолжается.
- "Рынки и потребители": телефонная связь в России.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".

Сергей Сенинский: Проект нового закона "О Центральном банке" России был одобрен на минувшей неделе во втором чтении подавляющим большинством депутатов Государственной думы. Несколько его положений обращают на себя особое внимание.

Во-первых, меняется численность и представительство в Национальном банковском совете. До сих пор он состоял из 15 человек, среди которых - по два представителя обеих палат Федерального собрания, по одному - от президента и правительства, министры финансов и экономики, а также - эксперты, кандидатуры которых утверждает Государственная дума. Возглавляет Национальный банковский совет - по должности - председатель Центрального банка. Какие изменения в этой структуре предусматривает проект нового закона о "Центральном банке"? Наш собеседник в Москве - председатель подкомитета Государственной думы по банковскому законодательству Павел Медведев:

Павел Медведев: Действительно, вопрос о количественном составе Национального банковского совета решен. Хотя мне кажется, что этот вопрос можно было обсуждать последним в череде законов о Центральном банке.

Решено, что в Национальный банковский совет будет входить 12 человек. По три представителя от президента, правительства и думы. Два представителя от совета федерации и председатель Центрального банка.

Сергей Сенинский: Это - по структуре совета. А как меняются его полномочия и функции?

Павел Медведев: Национальный банковский совет потерял многие неестественные для себя функции. Например, он теперь не должен рассматривать программу кредитно-денежной политики Центрального банка и утверждать ее. Ну, рассматривать, конечно, он может, а вот утверждать - не должен.

Функции Национального банковского совета в значительно большей мере, чем в первых вариантах законопроекта, стали наблюдательными. Правда, кое-что он все-таки еще утверждает. Правительство и Центральный банк, например, очень недовольны тем, что Национальный банковский совет "утверждает" правила бухгалтерского учета для Центрального банка. Но все-таки это намного лучше, чем было раньше, когда Национальный банковский совет должен был эти правила "вырабатывать". Теперь эти правила вырабатывает все-таки совет директоров:

Сергей Сенинский: Вы упомянули о прежних вариантах проекта нового закона. Старый, сколь помнится, действует еще с 1990 года. А новый готовится уже не один год, успев пережить и кризис 1998 года:

Павел Медведев: Рассматриваемый теперь проект закона о Центральном банке прошел длинный путь эволюции - по крайней мере, в течение 4 лет. От совершенно "кошмарного" состояния, когда он мог погубить не только Центральный банк, но и всю банковскую систему России. И до такого состояния, когда его можно считать уже вполне приемлемым. И вот это приемлемое состояние было проголосовано совсем недавно Думой.

Сергей Сенинский: Предметом едва ли не самых жестких споров при обсуждении на днях проекта нового закона о Центральном банке стала периодичность будущих проверок коммерческих банков. Вспоминали и так называемые "базельские принципы".

Поясним. Созданный еще четверть века назад центральными банками 10 ведущих индустриальных стран мира специальный международный "комитет по банковскому надзору и регулированию" (так называемый "Базельский комитет" - в швейцарском Базеле находится его секретариат), представил в 1998 году документ, который называется "Основные принципы эффективного банковского надзора". Эти рекомендации и называют еще "базельскими принципами". В чем их суть?

Павел Медведев: "Базельские принципы" - это толстый том правил работы банковской системы, но если их спроектировать на проверку банков, то речь должна идти о том, чтобы надзорный орган не был ограничен или почти не был ограничен в своих возможностях контролировать банки. И правительство, и Центральный банк очень недовольны, что такие ограничения введены в проект закона о Центральном банке. И эти ограничения довольно жесткие.

Новый председатель Центрального банка России объявил в качестве первого своего приоритета улучшение надзора за банками. Конечно, ограничения, связанные с проверками, - тяжелая "нагрузка" в решении им поставленной задачи.

Сергей Сенинский: Однако и у оппонентов нашлись, видимо, свои аргументы. К чему они сводятся?

Павел Медведев: Их аргументы чрезвычайно неприятные. Оппоненты утверждают, что в значительной части случаях проверки осуществляются людьми не вполне, а иногда даже и вполне недобросовестными. С помощью проверок можно немного "придушить" конкурентов, в конце концов, просто вымогать взятки. Поэтому у противников тоже были свои аргументы, и в конце концов победили как раз противники, чем очень недоволен Центральный банк.

Сергей Сенинский: Итак, правительство настаивало на том, чтобы проверять коммерческий банк за отчетный период можно было хотя бы дважды. Депутаты настояли на одной проверке. Фактически "базельским принципам" противоречат оба предложения. А что есть "отчетный" период? Как долго он длится?

Павел Медведев: Речь идет о годе. Именно в течение одного года ограничивается число проверок. Но, как всегда, вопрос не в принципе, а в количестве. И борьба может идти только за количество. Так вот противники "развязывания рук" Центральному банку настояли на своей позиции и очень жестко ограничили количество возможных проверок. Конечно, Центральному банку это не доставляет никакой радости на пороге реформы надзора со стороны Центрального банка.

Сергей Сенинский: Проект закона был одобрен в Государственной думе подавляющим большинством голосов, а правительство, не исключено, предложит президенту воспользоваться правом вето. Какой из вариантов дальнейшего прохождения этого законопроекта вам представляется более вероятным?

Павел Медведев: Вы знаете, меня не удивит любой результат. Подпишет президент этот закон или не подпишет:. Мне кажется, что шансы получить и тот, и другой результат практически одинаковы.

Сергей Сенинский: Напомню, на вопросы нашей программы отвечал в Москве председатель подкомитета Государственной думы по банковскому законодательству Павел Медведев.

В Польше в конце прошлой недели правительство приняло беспрецедентное за все последние годы решение: ренационализировать крупнейшую в стране судоверфь - в городе Щецине, что на северо-западе, почти на границе с Германией. Еще недавно это предприятие считалось третьим во всей судостроительной индустрии Европы. Рассказывает наш корреспондент в Варшаве Ежи Редлих:

Ежи Редлих: Щецинская судоверфь была приватизирована в начале 90-х годов. Главными её акционерами стали польская компания "Промышленная группа" и члены правления. У государства осталось меньше 8 процентов акций. Помнится, тогда газета "Нью-Йорк Таймс" назвала эту приватизацию "рабочей моделью для всей Восточной Европы". Вскоре щецинская верфь - по объему заказов - стала четвертым кораблестроительным предприятием в мире. В 90-е годы, когда многие европейские верфи - в частности, немецкие - разорялись, Щецин продал более ста контейнеровозов, построенных по собственным проектам.

Успехи подтолкнули руководство предприятия к решению строить все более дорогие, специализированные суда - например, для перевозки химикатов. Как теперь стало ясно, решение это и оказалось ошибочным. Освоение сложного производства этих новых моделей судов стоило все дороже и дороже - стало быть, требовало все новых и новых кредитов, возврат которых вызывал все больше сомнений. Наконец, польские банки - принадлежащие, в основном, крупным зарубежным, - к осени прошлого года вообще отказались продолжать кредитование щецинской судоверфи.

Предприятие и без того задолжало кредиторам четыреста миллионов долларов. Производство было остановлено. Работникам перестали выдавать зарплату, а с марта этого года большинство из них было отправлено в принудительный отпуск. И только для того, чтобы возобновить производство судов, требовалось не менее трехсот миллионов долларов.

Работники судоверфи ответили акциями протеста, обвиняя в крахе владельцев и руководителей предприятия. Те же, в свою очередь, объясняют убытки и кризисом на мировом рынке, и, якобы, демпинговыми ценами азиатских судоверфей, и завышенным курсом польского злотого по отношению к доллару.

Кончилось тем, что работники судоверфи обратились за помощью к государству. И после продолжительных колебаний правительство Польши согласилось оказать им помощь. Аргументы не были новыми. Речь идет о судьбах не только шести тысяч работников самой верфи, одного из крупнейших предприятий страны, и их семьях, но и о судьбах десятков тысяч работающих на заводах-смежниках щецинской судоверфи.

Правительственное Агентство промышленного развития, во-первых, предоставило семи польским банкам свои гарантии по кредитам для щецинской судоверфи; во-вторых, решило выкупить - за символическую, понятно, цену - контрольный пакет акций предприятия у нынешних его частных владельцев; в-третьих, предоставить предприятию ссуды, чтобы расплатиться с рабочими; в-четвертых, при участии правительства было у верфи появилось новое руководство.

Все эти меры призваны предотвратить полный крах верфи, завершить строительство судов, которые, недостроенные, стоят на стапелях и в доках.

Либеральные критики правительства назвали эту правительственную помощь типичной "ренационализацией". Они считают, что подобное лекарство может оказаться опаснее самой болезни, так как ответственность за предприятие теперь перекладывается на плечи всех польских налогоплательщиков. Создается прецедент, которым могут воспользоваться и многие другие нерентабельные предприятия в Польше, которые когда-то были приватизированы. И в самом деле, за государственной помощью, подобной той, которая оказана щецинской судоверфи, уже выстаивается очередь. Её "возглавили" два разорившиеся польских автомобильных завода южнокорейской компании "ДЭУ", и завод по производству кабелей, расположенный в пригороде Варшавы. И вскоре таких соискателей государственной помощи могут найтись десятки:

Сергей Сенинский: Ежи Редлих, наш корреспондент в Варшаве.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 24 мая. С обзором вас познакомит Ирина Лагунина.

Ирина Лагунина: За два месяца после введения Соединенными Штатами новых тарифов в отношении почти 30% всего американского импорта стали, президент Буш наслушался всякого о методах спасения американской сталелитейной промышленности. Теперь говорят, что новые тарифы вроде как опоздали. "Большая сталь", как выясняется, уже спасла самоё себя, пишет "Экономист".

С декабря прошлого года цены на горячекатаный прокат повысились более чем на 50%, а акции некоторых крупнейших американских сталелитейных компаний подорожали почти вдвое. Перепроизводство стали в США сменилось её нехваткой. Еще в феврале этого года глава объединенного профсоюза работников сталелитейной промышленности США громогласно утверждал, что, дескать, "только торговые барьеры могут предотвратить полный крах, угроза которого нависла практически над каждой компанией" этой отрасли в США. Спустя всего три месяца те же сталелитейные компании демонстрируют стремительное возвращение к прежним прибылям - причем, со скоростью просто неприличной.

Конечно, новые импортные тарифы сыграли свою роль. Однако, как показывают последние исследования, отнюдь не главную. Во-первых, говорят авторы исследований, банкротства в этой отрасли в США в течение прошлого года сократили объем предложения. Например, производство проката в США сократилось на четверть. Во-вторых, значительно сократился объем импорта - отчасти из-за импортных пошлин, еще прежних. И в-третьих, прекратилось падение внутреннего спроса на сталь, а в наиболее значимых секторах этого рынка начался даже рост - например, в Детройте стали делать больше автомобилей.

И что в результате? По данным тех же исследований, в США нынче - дефицит стали: примерно 8 с половиной миллионов тонн. Ну, и какие будут предложения? - заключает "Экономист".

Проблемы экономики вновь порождают в Аргентине волнения. 22 мая профсоюзы страны провели первые акции протеста против нынешнего президента Эдуардо Дуальде, вступившего в должность январе. Сегодня его ближайшее политическое будущее может почти в равной степени зависеть как от успеха команды Аргентины на чемпионате мира по футболу, так и от успехов на переговорах с Международным валютным фондом, пишет "Экономист".

Впрочем, преуспеть на футбольных полях, пожалуй, будет попроще: Что же касается МВФ, то на днях фонд согласился отсрочить погашение Аргентиной небольшой части долга - на 130 миллионов долларов, а Межамериканский банк развития предоставил стране кредиты на 690 миллионов. Альберто Лаванья, новый министр экономики Аргентины, заявил после очередных переговоров, что соглашение с МВФ может быть достигнуто до конца июня.

Но - парламент Аргентины пока выполнил лишь одно из главных условий фонда: реформировано законодательство о банкротстве. Другое - об ответственности банков - до сих пор не изменено. Но самое важное условие - все провинции страны должны сократить дефицит своих бюджетов на 60% и прекратить выпуск разного рода квазиденег. Некоторые губернаторы предрекают жуткие социальные последствия таких мер. Министр экономики говорит, что МВФ может и смягчить свою позицию. Но - готовы ли вообще губернаторы предпринимать сами какие-то меры? Некоторые из них не забыли, как президент страны пообещал им разрешить предоставлять экстренную социальную помощь беднейшим семьям. Но вместо этого оказывает её сам - парламентариям и безработным участникам акций протестов.

Наконец, что делать с банками? Курс аргентинского песо вновь упал на прошлой неделе, а новые министр экономики и глава центрального банка спорят о том, как спасать национальную банковскую систему. В прошлом месяце парламент отказался поддержать планы правительства принудительно обменять "замороженные" банковские вклады на правительственные облигации. Но до сих пор никаких других планов реформирования банков никто не предлагал.

Правительство хочет, чтобы часть рисков взяли бы на себя сами владельцы аргентинских банков. Однако недавно канадский Scotiabank, например, отказался поддерживать свой филиал в Аргентине. На этой неделе о прекращении всех операций в Аргентине объявил французский Credit Agricole, а итальянский Intesa публично опроверг заявления представителей центрального банка Аргентины о том, что он, дескать, обещал финансировать свое местное отделение. Словом, президенту Дуальде впору начинать молиться на голы аргентинской сборной по футболу, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский: Ирина Лагунина познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 24 мая.

"Рынки и потребители"

"Рынки и потребители": В этой рубрике сегодня - об услугах проводной, то есть обычной телефонной связи в России.

В программе участвуют московские эксперты по рынку телекоммуникаций: Надежда Голубева, аналитик инвестиционной группы "АТОН"; Анна Юдина, аналитик финансовой корпорации "НИКойл"; и Евгений Голосной, аналитик инвестиционного банка "Тройка-Диалог".

Итак, российский рынок проводной, то есть обычной телефонной связи. В какой степени можно говорить о конкуренции в этом секторе? Надежда Голубева, инвестиционная группа "АТОН":

Надежда Голубева: Первое условие рынка - это наличие покупателя и продавца, а конкуренция просто делает рынок эффективным. На российском телекоммуникационном рынке конкуренция существует уже давно, причем она намного выше, чем представляется многим. Помимо компании "Связьинвест", лицензиями на предоставление услуг местной связи обладают более 4000 компаний, а дальней связи - более 600 компаний.

Евгений Голосной: Как правило, новые, так называемые "альтернативные" операторы, идут именно в те сегменты, где можно оказывать услуги с высокой добавленной стоимостью. То есть наиболее рентабельные секторы. К таким секторам я бы отнес работу с крупными корпоративными клиентами и высокоскоростной доступ к Интернету:

Надежда Голубева: Альтернативные операторы разворачивают свою деятельность только в прибыльных сегментах рынка. На сегодня таковыми являются услуги дальней связи и местной связи для корпоративных клиентов.

Как пример. Доля "Ростелекома", главного оператора на рынке дальней связи, сейчас в денежном исчислении, по оценкам, составляет менее 50%. При том, что пять лет назад эта доля равнялась 100%. И альтернативные операторы абсолютно доминируют в секторе корпоративных клиентов.

Евгений Голосной: Конкуренции нет в сегменте частных абонентов, причем именно потому, что там - низкие тарифы. Во всех остальных сегментах уже присутствуют альтернативные операторы. И они действительно составляют достаточно сильную конкуренцию основным компаниям связи.

Надежда Голубева: При нынешних расценках на местную связь для населения этот сегмент не интересен для альтернативных операторов связи. Поэтому они там практически и не представлены.

Сергей Сенинский: До конца нынешнего года более 80 российских телефонных компаний - региональных операторов должны объединиться в 7 крупных межрегиональных компаний. Что это меняет - для них самих и миллионов частных абонентов? Анна Юдина, финансовая корпорация "НИКойл":

Анна Юдина: Уже само по себе объединение создает предпосылки для увеличения инвестиций в отрасль. Ведь семь новых объединенных компаний получат все преимущества именно крупной компании. Крупным, известным компаниям гораздо легче получать кредиты.

А самое главное - объединенная компания должна сократить свои издержки.

Что касается конкретных пользователей, то есть абонентов, то это объединение поможет им сэкономить, скажем, на звонках в соседний регион, так как он окажется теперь в той же территориальной зоне. И вполне вероятно, что тарифы там будут снижены:

Сергей Сенинский: По данным министерства связи, сегодня в России примерно 6 миллионов очередников на установку обычного телефона. При нынешних темпах - сколько лет потребуется, чтобы эта очередь исчезла?

Анна Юдина: Темпы установки телефонов в России составляет примерно 1 миллион номеров в год, чуть больше. То есть сохранение таких темпов может позволить формально "телефонизировать" всю страну через 6 лет. Однако не следует забывать, что установка новых телефонных линий осуществляется неравномерно по регионам.

С другой стороны, стремительно растет количество мобильных телефонов. И можно ожидать, что через 6 лет так называемый "коэффициент проникновения" мобильной связи в России составит порядка 30%. И очередь на установку фиксированных телефонов может увеличиваться более медленными темпами, чем сейчас.

Сергей Сенинский: Нынешняя плотность проводной телефонной связи в России - примерно 23 линии на 100 жителей. По планам министерства связи, к 2010 году она должна увеличиться в полтора раза - до 33. Реально ли и что это за уровень по сравнению, например, со странами Центральной и Восточной Европы или Китаем? Евгений Голосной, "Тройка-Диалог":

Евгений Голосной: На мой взгляд, эти показатели вполне реальны и достижимы. Они соответствуют теперешним темпам ввода новых линий.

Как обстоят дела в других странах - Восточной Европы или, например, Китая?

Средняя телефонная плотность в странах бывшего "советского блока" составляет примерно 33-40 телефонных линий на 100 человек населения. Мы через какой-то промежуток времени выйдем на этот уровень.

В Китае телефонная плотность еще ниже, чем в России. Она в среднем примерно составляет 5-6 линий на 100 человек населения. Но сейчас плотность увеличивается, потому что темпы роста в Китае достаточно высокие. Так что на сегодня она, возможно, уже достигла 10-12 телефонных линий на 100 человек..

Сергей Сенинский: Обратимся теперь к повременной оплате. Сколь она уже распространена в стране и требуется ли одобрение местной власти? Надежда Голубева, "АТОН":

Надежда Голубева: Повременная оплата в настоящее время действует в 24 российских регионах. Формально, введение повременной оплаты не должно согласовываться с местными властями. Компания имеет право вводить ее по мере готовности своей сети. Однако, поскольку это решение сильно влияет на социальный "климат" в регионе, на практике операторы, как правило, предварительно заручаются согласием местных властей:

Сергей Сенинский: В тех регионах, где уже действует повременная оплата, обычные абоненты стали платить и говорить - больше или меньше?

Надежда Голубева: После введения повременной оплаты трафик в сети, как правило, падает примерно на 30%. В первые месяцы наблюдаются и снижение общих доходов компании.

Далее доходы начинают восстанавливаться. И это восстановление до прежних уровней, как правило, занимает от трех до шести месяцев. В целом, после введения повременной оплаты кардинально меняется не средний доход, а его распределение: "малоговорящий" - платит меньше, а "многоговорящий" - больше. А самый важный эффект от повременной оплаты - это снижение нагрузки на сеть, в которой освобождается емкость для "нерегулируемых" услуг - например, Интернета.

Что касается общих доходов на линию, то пока мы не наблюдали существенной дифференциации компаний в зависимости от действующего метода оплаты. Не надо забывать, что поминутные расценки при повременной оплате также подлежат государственному регулированию. Понятно, что "чистый" эксперимент поставить сложно, поскольку тарифы в случае абонентской платы тоже постоянно меняются.

Евгений Голосной: В целом, повременная оплата уже давно существует в России - почти с 1994 года. И она существует более чем в 200 городах и населенных пунктах. Например: Воронеж, Красноярск, Нижний Новгород, Казань, Рыбинск, Чебоксары, Ярославль и другие.

Опыт тех компаний, которые недавно ввели повременную оплату, показывает, что сразу после её введения люди пытаются говорить меньше, но через месяц, два, максимум три - люди "возвращаются" на прежний уровень разговоров. То есть люди начинают говорить снова ровно столько, сколько было до введения повременной системы оплаты.

В целом получается, что примерно 70% абонентов не платят больше того, что они платили до введения повременной оплаты. Оставшиеся 30% разбиваются на 10% и 20%. 10% - это те абоненты, которые платят больше. Чаще всего это частные предприниматели, которые используют телефон для ведения бизнеса или просто активно говорящее население. 20% - платят меньше. Я бы к этой категории отнес пенсионеров и тех людей, которые пытаются сократить время, которое они проводят в общении по телефону.

Сергей Сенинский: Нынешний уровень тарифов на услуги проводной телефонной связи и - себестоимость этих услуг. Анна Юдина, "НИКойл":

Анна Юдина: По оценке министерства по антимонопольной политике, настоящий уровень тарифов уже соответствует себестоимости. По мнению министерства связи, это соотношение составляет порядка 80%. То есть тарифы ниже себестоимости на 20%. Потенциал повышения тарифов, отсюда, если и есть, то небольшой, по мнению исполнительной власти:

Евгений Голосной: Введение повременной оплаты не является самоцелью. В принципе, основная цель, которую преследуют и "Связиинвест", и хотели бы достичь компании, это повышение общего уровня оплаты. Поэтому, если в каких-то регионах будет очень сильное сопротивление внедрению повременной оплаты, то, скорее всего, абоненты в этих регионах будут по-прежнему платить ежемесячную плату. Но только уровень этой оплаты неизбежно повысится.

Почему мы говорим "неизбежно"? Потому что сейчас, если говорить о местной связи, ни для одной компании в России и ни в одном регионе эта связь не является прибыльной. По нашим оценкам, уровень доходов компании, получаемых от услуг местной связи, на 10-15% ниже, чем себестоимость этих услуг. И поэтому общая тенденция - либо абонентской платы, либо тарифов на повременную оплату - в сторону повышения.

Сергей Сенинский: Если где-то не вводить повременную систему оплаты, а просто повышать абонентскую плату, возможен ли вариант, когда она превысит со временем платежи при повременной системе? Надежда Голубева, инвестиционная группа "АТОН":

Надежда Голубева: Надо понимать, что в конечном итоге не принципиально, в какой форме оператор будет взимать с абонента необходимую сумму. Главное - эта сумма должна обеспечить оператору необходимую рентабельность. И дать возможность дальше развивать свою сеть. Просто повременная оплата является более справедливой в социальном аспекте. Абонент платит в зависимости от того, сколько именно он говорит.

Сергей Сенинский: В министерстве связи считают, что раз с внедрением повременной оплаты отпадает нужда в так называемом "перекрестном субсидировании" - когда убытки местной телефонной связи покрываются завышенными тарифами на дальнюю связь, - то, мол, и тарифы на звонки в другой город или другую страну должны снизиться.

Анна Юдина: Введение повременной оплаты и сокращение перекрестного субсидирования, по идее, действительно должно снизить тарифы на междугородние переговоры. Так как эти тарифы у нас в стране сильно завышены. Другое дело, что повременная оплата сама по себе может и не увеличить реальные доходы компании, а - соответственно - компания не будет иметь возможности снижать междугородние и международные тарифы.

Сергей Сенинский: Внедрение повременной оплаты, как заявил в одном из интервью министр связи России Леонид Рейман, позволит решить и такую проблему, как плата за входящий звонок на мобильный телефон. Каким образом? Евгений Голосной, аналитик инвестиционного банка "Тройка-Диалог":

Евгений Голосной: Эти проблема так или иначе будет решена. И, скорее всего, введение повременной оплаты, и связанное с этим дооснащение телефонных линий определенным оборудованием, неизбежно снимет остроту этих проблем.

Оператор мобильной связи в России сейчас получает от своего абонента плату за входящий звонок. Как только будет введена повременная оплата, он сможет получить эти же деньги от оператора фиксированной связи. Но нужно, чтобы между ними была достигнута определенная договоренность об оплате этого входящего звонка. И нужно, чтобы операторы мобильной связи, наконец-то, доверили это дело операторам традиционной связи:

Сергей Сенинский: Только абонентская плата за телефон или повременная оплата этих услуг: Возможно ли сосуществование двух систем оплаты в одном регионе или в одной компании? Надежда Голубева, инвестиционная группа "АТОН":

Надежда Голубева: Я думаю, что существование различных систем оплаты возможно. Просто необходимо четко рассчитать баланс между повременной и фиксированной оплатами.

Посмотрите, например, на операторов сотовой связи. Они предлагают, как безлимитный тариф, так и повременную оплату. То есть необходимо представить себе, какой должен быть уровень постоянной абонентской платы при определенных расценках поминутной тарификации:

Сергей Сенинский: Вернемся в начало разговора. Новых компаний проводной телефонной связи - так называемых альтернативных операторов - возникло уже немало. Однако можно предположить, что они используют в основном сети, которые принадлежат традиционным компаниям. Анна Юдина, "НИКойл":

Анна Юдина: Действительно, альтернативные операторы фиксированной связи используют те же самые каналы. Но, скажем, на примере такого крупного мегаполиса как Москва, эта проблема решена весьма наглядно. Все крупные корпоративные клиенты, особенно финансовые, банковские структуры и зарубежные компании, работающие в Москве, используют услуги преимущественно не МГТС, а именно альтернативных операторов.

Некоторые альтернативные операторы фиксированной связи пытаются создавать и собственные сети. Например, компания "Совинтел", действующая и работающая в Москве, имеет свою сеть. Компания Goldstar также имеет свою сеть в Москве. Естественно, часть линий они по-прежнему арендуют у МГТС. Сложно оценить, каково даже примерно соотношение между собственными каналами и арендуемыми, но, видимо, можно говорить примерно о половине последних...

Сергей Сенинский: Последний вопрос ко всем нашим собеседникам. Структура отрасли проводной телефонной связи в России и тарифы на неё - как изменятся в ближайшие 2-3 года. Ваш прогноз? - Анна Юдина, "НИКойл":

Анна Юдина: Изменение в структуре рынка проводной связи коснется прежде всего того, что количество мобильных телефонов в стране будет увеличиваться высокими темпами. И должно произойти "перераспределение" подписчиков между операторами проводной и беспроводной связи.

Естественно, компании будут добиваться повышения тарифов. И тарифы, так или иначе, будут повышены. Мы считаем, что в ближайшие 2-3 года повышение составит порядка 30-50% - от нынешнего уровня:

Надежда Голубева, "АТОН": Сейчас отрасль находится в стадии реформирования. И одна из важных составляющих этой реформы - изменение законодательства. В частности, предполагается, что будет создан эффективный механизм компенсации убытков региональным компаниям связи из-за оказания услуг местной связи. Новый проект закона о связи, который был недавно одобрен правительством, подразумевает, что будет создан так называемый "фонд универсальной услуги", в который все операторы телекоммуникационного рынка будут отчислять определенный процент от своих доходов. И за счет этого фонда будут финансироваться социально значимые проекты в телекоммуникациях.

В целом, я считаю, для того, чтобы вывести оплату местных звонков на уровень, необходимый для компаний, абонентскую плату нужно поднять в 2-3 раза по сравнению с нынешним уровнем, без учета инфляции.

Евгений Голосной, "Тройка-Диалог": На этом рынке уже сейчас происходят очень серьезные изменения. Первое - это консолидация или объединение региональных компаний в семь крупных национальных операторов. 87 маленьких телефонных компаний, существующих в каждом регионе, будут объединены в 7 крупных межрегиональных операторов. Эти операторы будут сопоставимы по своим размерам с операторами, работающими в Польше, Словакии, Чехии, Венгрии. То есть это операторы, у которых будет от трех до пяти миллионов проводных линий. В то же самое время, будет оператор, который будет обслуживать трафик между регионами. Это - "Ростелеком". Эта компания уже существует и вполне успешно развивается.

Что касается тарифов:. У меня нет сомнений в том, что тарифы будут повышаться. Вопрос только, как быстро и в каких регионах? Сейчас в среднем абоненты в России ежемесячно платят около 3 долларов в виде абонентской платы. Я думаю, вполне реально, что к 2005 году уровень абонентской платы вырастет до 5 долларов в месяц. И это будет сопоставимо с тем, что платят уже сейчас абоненты, например, в бывших прибалтийских республиках или в восточноевропейских странах. И с тем, кстати, что люди платили в в России в 1997 и 1998 годах за пользование телефоном:

Сергей Сенинский: Спасибо всем участникам нашего разговора сегодня в рубрике "Рынки и потребители" - о проводной телефонной связи в России. Напомню, это московские эксперты по рынку телекоммуникаций: Надежда Голубева, аналитик инвестиционной группы "АТОН"; Анна Юдина, аналитик финансовой корпорации "НИКойл"; и Евгений Голосной, аналитик инвестиционного банка "Тройка-Диалог". А мы - продолжаем выпуск.

Музыка в Интернете. В конце прошлой недели одна из крупнейших в мире медиа-компаний - немецкая Bertelsmann - выкупила американскую компанию Napster. Почти два года назад - когда Napster была на крутом подъеме - немецкая корпорация решила вложить в её развитие сумму, почти в 10 раз большую. Тему продолжает наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов:

Владимир Морозов: 14 мая глава компании Napster Конрад Хилберс и её основатель Шон Фэннинг заявили об отставке, когда зашли в тупик переговоры с немецким медиа-гигантом корпорацией Bertelsmann, которая намеревалась купить Napster, но предлагала слишком низкую цену - 5 миллионов долларов. После этой шумной отставки многие эксперты заявили, что Napster грозит неминуемое банкротство и жить компании осталось считанные дни.

Однако наблюдатели, выходит, поторопились. Буквально через три дня, 17 мая, корпорация Bertelsmann все же согласилась купить Napster - за 8 миллионов долларов. На этих условиях ушедшие было в отставку руководители Napster согласились вернуться. Что стоит за этой сделкой?

Мой собеседник - Уоррен Граймз, юрист, профессор расположенного в штате Луизиана Юго-Западного университета:

Уоррен Граймз: Корпорация Bertelsmann, вероятно, посчитала, что уже само название Napster может служить отличной рекламой. На пике ее популярности, в феврале прошлого года, услугами Napster постоянно (то есть в любой момент дня или ночи!) пользовались более полутора миллионов человек! Средства массовой информации столько раз рассказывали о чудо-технологии Napster, о ее создателях и, наконец, о шумном суде над ними.

Bertelsmann с помощью технологии Napster надеется наладить распространение звукозаписей через Интернет, на этот раз - за умеренную плату. Кроме того, Bertelsmann уже вложила в Napster немалые деньги.

Владимир Морозов: Действительно, десятки миллионов были затрачены, в частности, на создание при Napster коммерческой службы. Однако использовать ее не удалось, потому что крупнейшие компании звукозаписи отказались продавать Napster лицензии - разрешение на платное распространение сделанных ими музыкальных записей.

Теперь, полагают некоторые эксперты, эти же компании могут оказаться сговорчивее, так как противостоять им будет не крохотная Napster, а огромная Bertelsmann, которой принадлежит и одна из пяти крупнейших в мире компаний звукозаписи - BMG.

Кроме того, все возрастающая популярность Интернет-музыки и музыкальных записей в формате МP3 вовлекают в этот бизнес все новых игроков. В их числе - участники базирующейся в Вашингтоне Ассоциации предприятий компьютерной и телекоммуникационной промышленности США, которая представляет интересы таких крупнейших корпораций, как Oracle, Sun Microsystems, Yahoo, Verizon и других. Вот что сказал мне президент этой ассоциации Эд Блэк:

Эд Блэк: Индустрия звукозаписи просто не смогла создать успешно действующей модели распространения музыки через Интернет. Корпорация Bertelsmann намерена сделать это с помощью Napster и получать приличный доход.

Наша ассоциация, безусловно, выступает "за" охрану авторских прав. Однако ведущие компании звукозаписи довели принцип охраны интеллектуальной собственности до абсурда! С помощью суда они хотели покончить с Napster, то есть зарезать курицу, которая несет золотые яйца!

Более того, индустрия звукозаписи пытается остановить развитие технологии. Она, например, требует принять новый, более строгий закон, который укрепил бы ее монополию на содержание записей.

Владимир Морозов: Проект такого закона недавно предложил Эрнст Холлингс, американский сенатор-демократ от штата Южная Каролина. В соответствии с проектом, все новые компьютеры, системы звукозаписи и (в перспективе) компании - провайдеры Интернета должны быть оснащены специальными технологическими устройствами, защищающими контент от возможности "пиратского" его копирования.

В ответ крупнейшие технологические компании тут же заявили, что не намерены играть роль "государственного контроллера". Кроме того, отметили они, это, так сказать, "противоугонные системы" удорожат стоимость конечного продукта, тех же компьютеров.

Профессор Уоррен Граймз:

Уоррен Граймз: Сейчас трудно предугадать, но дело, несомненно, идет к тому, что рано или поздно, с помощью Интернета можно будет прослушивать и записывать музыку так же, как сегодня - с помощью радио. Уже несколько лет ведутся споры о юридических и экономических аспектах так называемого "обязательного лицензирования". В соответствии с ним, фирмы звукозаписи будут обязаны предоставлять лицензии на использование их контента всем, кто обратится с официальным запросом.

Как сегодня работают радиостанции? Они ведь ни у кого не спрашивают разрешения использовать тот или иной музыкальный альбом. Они просто ведут учет того, что идет в эфир, и отчисляют положенный гонорар музыкантам и издателям альбома. Но оплатить их труд можно и другими способами, которые сегодня обсуждаются. Пока не решено, кто и как станет платить за Интернет - музыку, но ясно, что она не будет совсем бесплатной. Хотя, надеюсь, что слушатели, смогут, имея доступ в Интернет, и бесплатно слушать и записывать музыку, - как по радио.

Владимир Морозов: Это был Уоррен Граймз, профессор Юго-Западного университета США.

Сергей Сенинский: Владимир Морозов, наш корреспондент в Нью-Йорке.

XS
SM
MD
LG