Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

ЕС-Россия: статус и тарифы. СП Daewoo на Украине. Реклама в спорте


- Московский саммит Европейский союз - Россия: рыночный статус и энергетические тарифы. (ЕС-Россия: статус и тарифы)
- СП Daewoo на Украине: что будет с совместным предприятием?
- Реклама в спорте: рекламодатели и покупатели.
- Меняющийся мир: страны и рынки.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский: Европейский союз намерен предоставить России - во взаимной торговле - статус страны с рыночной экономикой. Таков один из итогов состоявшегося на минувшей неделе в Москве саммита - встречи на высшем уровне - Европейского союза и России. Такая перемена будет означать пересмотр - в пользу России, разумеется - действующих ныне в отношении российских компаний ограничений на экспорт их продукции в страны Европейского союза. Намерение Евросоюза было зафиксировано в итоговых документах московской встречи, как и намерение России, в свою очередь, завершить реформы, направленные на либерализацию её энергетических рынков. Об этом - наш разговор сегодня с московскими экспертами. Прежде всего, попробуем понять, "намерение" в отношении рыночного статуса России и ответное её "намерение" завершить либерализацию энергетического сектора - порождает ли какие-то новые обязательства сторон друг перед другом, в дополнение к уже существующим? Тему открывает вице-президент аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Алексей Моисеев:

Алексей Моисеев: Я думаю - нет, на самом деле... Если посмотреть, что конкретно было сказано, то обязательство России либерализовать свой энергетический сектор ... и так декларировано в правительственной программе реформ. То же самое касается и Европейского Союза, который никогда не отказывался от того, что рано или поздно предоставит России "рыночный" статус. Поэтому реально можно говорить лишь намерениях "ускорить процесс". О каких-то новых обязательствах, на мой взгляд, здесь говорить не приходится...

Сергей Сенинский: Тему продолжает - старший экономист финансовой корпорации "НИКойл" Владимир Тихомиров:

Владимир Тихомиров: Как я понимаю, со стороны ЕС действительно появились определенные обязательства. Заявление, сделанное на уровне премьер-министра Европейского союза, конечно, к чему-то обязывает. В будущем отказаться от него будет довольно "трудно". И хотя формально это "признание" России страной с рыночной экономикой еще не вступило в силу, с той же формальной стороны такое заявление к чему-то, безусловно, обязывает.

Что касается российской стороны, то в той форме, в какой было сделано это заявление, оно фактически не "привязывало" предоставление России нового статуса к решению каких-то других вопросов, в том числе - либерализации российского энергетического рынка. Поэтому с точки зрения России новых обязательств каких-то не появилось, хотя чисто моральные обязательства все же есть...

Сергей Сенинский: Один из главных, видимо, аргументов европейцев по этой части сводится к следующему: заниженные энерготарифы в России есть форма скрытого субсидирования продукции российских компаний, которая, не будь такого субсидирования, была бы менее конкурентоспособной на европейском рынке. В целом этот довод, видимо, трудно оспорить, но какие могут быть у России контраргументы - именно по поводу своих "заниженных" энерготарифов? Владимир Тихомиров, "НИКойл":

Владимир Тихомиров: Доводы, которые, видимо, и выдвигала Россия... Первое - что изменение тарифов, в том числе и на энергоносители, уже происходит. Сегодня - уже не та ситуация, которая была год назад, когда, если повышение тарифов и происходило, то совершенно неожиданно, не планомерно...

Другой аргумент, с которым, видимо, согласились и европейцы, - что повышение тарифов "одномоментно"до рыночного уровня, то уровня рентабельности в принципе невозможно, с экономической точки зрения. Это окажет огромный дестабилизирующий эффект на всю экономику.

И третий момент, который хотел бы отметить, - буквально накануне, за день, до встречи в Москве с руководством ЕС, правительством России была рассмотрен и, в принципе, одобрен проект "энергетической стратегии" на период до 2020 года. На первом этапе её реализации, к 2005 году, предполагается как раз полная либерализация энергетического рынка России...

Алексей Моисеев, "Ренессанс-Капитал": У каждой страны есть определенные конкурентные преимущества, которые просто даны ей господом Богом...В одних странах это - дешевая рабочая сила. В других - выгодное географическое положение...

У России есть очевидное преимущество - стоимость энергоресурсов здесь гораздо меньше, чем во многих других странах. И поэтому говорить, что ради предоставления ей "рыночного" статуса Россия должна искусственно эту стоимость приравнивать к "мировой", наверно, не очень правильно. Если выработка той же гидроэлектроэнергии стоит так дешево, значит - она стоит так дешево!..

Хотя, конечно, следует в целом согласиться с тем, что низкие тарифы являются формой "скрытого" субсидирования...

Сергей Сенинский: Судя по некоторым публикациям в европейской прессе, Комиссия Евросоюза оценивает эти самые "скрытые" субсидии российским компаниям - через искусственно сдерживаемые тарифы, в частности, на электроэнергию - примерно в 5 миллиардов долларов в год. Наш собеседник - аналитик инвестиционного банка "Объединенная финансовая группа" Михаил Селезнев. Ваши предположения - каким образом могли быть сделаны подобные подсчеты?

Михаил Селезнев: Это действительно может быть чисто "механический" подсчет, на мой взгляд. Сегодня РАО "ЕЭС России" продает в стране примерно на 10 миллиардов долларов электроэнергии. Средний тариф в России сегодня примерно в два раза ниже, чем в Европе. Разделив одно на другое, и можно получить те самые 5 миллиардов. Думаю, расчет здесь делается очень простой...

Сергей Сенинский: Как различаются в России сегодня тарифы на электроэнергию - за один киловатт-час - для населения и предприятий? Как эти тарифы соотносятся со средней себестоимостью того же киловатт-часа и этими же показателями в самой Западной Европе?

Михаил Селезнев: Конечно, ситуация в России весьма отличается от европейской... Средний тариф для промышленных потребителей здесь примерно вдвое выше, чем для населения: примерно два и один цент за киловатт-час соответственно. При этом средняя себестоимость, по моим оценкам, составляет примерно 1,3 цента... То есть налицо очевидное "перекрестное субсидирование": завышенные тарифы для промышленных потребителей "позволяют" населению платить за электроэнергию меньше, чем её себестоимость.

Конечно, в нормальных рыночных условиях такая ситуация не могла бы иметь место...Более того, если вспомнить, даже в СССР тариф для населения был гораздо выше, чем для промышленных потребителей! Такой перекос сегодня - аномалия нынешней российской экономики. При рыночной реформе электроэнергетики, конечно, это стало положение бы таким же, как в Европе, то есть - наоборот, тариф для населения был бы примерно вдвое выше, чем для промышленных потребителей...

Сергей Сенинский: Едва ли не главный довод в любых практически антидемпинговых расследованиях - в том числе и в отношении продукции российских компаний на зарубежных рынках - мол, продукция продается там ниже уровня её себестоимости. Электроэнергетическая составляющая присутствует в цене практически любого товара. И если средняя себестоимость одного киловатт-часа электроэнергии в России ниже тарифа, который платят за этот киловатт-час предприятия, то упомянутый антидемпинговый аргумент - в этой части - выходит, по определению несостоятелен?

Михаил Селезнев: В целом, да... Именно поэтому, кстати, даже в условиях либерализованного энергетического рынка совершенно необязательно, что тарифы для предприятий увеличились бы... Они могли бы повыситься в первое время, однако в более дальней перспективе, весьма возможно, они бы снизились - для предприятий. Но - повысились бы для населения...

Сергей Сенинский: Следует добавить, однако, что европейские контролирующие инстанции далеко не всегда доверяют тем данным экономической статистики, которые им представляет российская сторона. А министерство торговли США, например, вообще не признает представляемых российскими компаниями данных по ценам и себестоимости их продукции.

С признанием российской экономики "рыночной" это положение должно измениться. Хотя, напомню, антидемпинговые расследования - то одни, то другие - возбуждаются в отношении продукции отнюдь не только из развивающихся стран.

Но - вернемся к итогам московской встречи "Европейский союз - Россия". Считается, что особую остроту для Европы проблемы российских рынков энергоносителей приобрели именно в последнее время, когда обе стороны начали переговоры о расширении в будущем поставок, в частности, российского газа в Европу. Но ведь как платят европейцы за этот газ сегодня по "европейским" ценам, так и будут по ним же платить в будущем? Почему, тем не менее, Европейский союз так настаивает именно на "либерализации" российского энергетического рынка? Ваше мнение.... Владимир Тихомиров, старший экономист финансовой корпорации "НИКойл":

Владимир Тихомиров: Вопрос здесь заключается, скорее, не в ценах на газ, а в ценах на другую экспортную продукцию из России, как мне представляется. Через низкие тарифы фактически государство субсидирует других производителей - скажем, металлургов. И я думаю, что именно продукция металлургической отрасли является одной из главных "причин", почему европейцы настаивали на либерализации российского рынка энергоносителей.

Ведь фактически российские экспортеры стали, получая субсидию через дешевые энергоносители, оказываются в более выигрышном положении, чем те же европейские производители стали, которые таких субсидий не имеют. Мне кажется, именно в таком подходе и заключается "корень" вопроса...

Алексей Моисеев: При производстве как газа, так и нефти используется все та же электроэнергия. То есть здесь - в определенной степени "замкнутый круг". Поэтому, если исходные данные "производства" газа в России ниже, чем в Европе, за счет государственных субсидий, то они смогут "демпинговать" и вытеснять таким образом других производителей газа в Европе - скажем, Норвегию. Поэтому позиция европейцев здесь сводится к тому, чтобы конкуренция была действительно честной...

Сергей Сенинский: Судя по действиям Европейской комиссии, сколь значимым представляется на её переговорах с Россией такой фактор: газ поставляет в Европу российский монополист - "Газпром"...

Алексей Моисеев: На мой взгляд, это принципиального значения не имеет. Во-первых, с точки зрения Европы, "Газпром", являясь монополистом в России, но безусловно не является таковым же в Европе. Ведь там на рынке - и североморский газ, и норвежский газ, и алжирский газ... Поэтому в Европе в любом случае будет присутствовать конкуренция на этом рынке...

Более того, как только в России будет либерализован этот рынок, можно будет ожидать того, что и другие российские компании - например, нефтяные "Юкос" "Лукойл", которые располагают своими крупными месторождениями газа - начнут разрабатывать способы доставки этого газа в Европу, создавая таким образом конкуренцию "Газпрому"...

Сергей Сенинский: С одной стороны, на переговорах России с Европейским союзом - так или иначе - затрагиваются вопросы возможного в будущем расширения поставок из России нефти и газа. С другой - европейцы постоянно говорят, например, о "скрытых" субсидиях в виде заниженных тарифов в России на ту же электроэнергию. Представляется ли какой-то из этих двух факторов более значимым? Ваше мнение. Михаил Селезнев, аналитик инвестиционного банка "Объединенная финансовая группа":

Михаил Селезнев: Эти факторы взаимосвязаны. Нельзя говорить только о "нефтегазовой" или только "энергетической" мотивации. Конечно, имеется в виду, что при росте внутренних тарифов на газ весьма значительно возрастет и тариф на электроэнергию, ибо они - тесно связаны. Низкий нынешний тариф на электроэнергию в России возможен только по причине низких тарифов на газ.

Очевидно, что при резком повышении тарифов на газ - в первое время, при еще не вполне развитом рынке электроэнергии - тариф на электроэнергию повысится даже для промышленных потребителей, что, в свою очередь, приведет к снижению конкурентоспособности продукции российских компаний. С другой стороны, по мере развития рынка электроэнергии в России, тарифы для промышленных потребителей, скорее всего, будут снижаться. По крайней мере - до нынешнего их уровня, если считать в долларах. И в итоге менее конкурентоспособной российская продукция не станет...

Сергей Сенинский: Спасибо всем нашим собеседникам в Москве. Напомню, на вопросы программы отвечали - старший экономист финансовой корпорации "НИКойл" Владимир Тихомиров, вице-президент аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Алексей Моисеев и аналитик инвестиционного банка "Объединенная финансовая группа" Михаил Селезнев.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 31 мая. С обзором вас познакомит Мария Клайн:

Мария Клайн: Положение в экономике Аргентины становится все более сложным. Её объем - с начала этого года - сократился почти на 15%, если сравнивать с показателями за тот же период года прошлого. Цены выросли на 21%. Аргентинское песо стоит уже почти четверть доллара, а еще недавно они обменивались 1:1. Валютные резервы страны с начала года сократились почти наполовину. Безработица достигла 24%, и чуть ли не половина населения еще недавно богатейшей страны Латинской Америки оказалась за чертой бедности. И плюс к этому - правительство так и смогло до сих пор представить внятную экономическую программу, которую мог бы поддержать Международный валютный фонд, пишет "Экономист".

Почему все делается так медленно? Например, еще в феврале федеральные власти договорились с губернаторами провинций о том, что те значительно сократят дефицит региональных бюджетов и прекратят выпуск квазиденег. Однако до сих пор нет признаков того, что соглашение это выполняется. Само федеральное правительство по-прежнему не знает, что делать с "замороженными" вкладами населения и как реформировать шаткую банковскую систему.

Беда и в том, что президент страны, правительство, губернаторы провинций и парламент втянулись в политические игры друг с другом, всячески пытаясь переложить на другого ответственность за принятие очевидных, но жестких, а потому - непопулярных мер. И чем дольше власти выясняют отношения между собой, тем ближе становится в Аргентине возвращение гиперинфляции и очередные беспорядки на улицах.

В такой ситуации, даже если правительству и удастся договориться с МВФ, выполнить взятые на себя обязательства будет очень трудно. Фонд, со своей стороны, вряд ли предоставит много денег. Мир уже четко дал понять: он не намерен помогать аргентинским политикам, которые хотели бы избежать последствий собственной безответственности.

Последние опросы общественного мнения показывают, что большинство жителей Аргентины поддерживают идею досрочных парламентских и президентских выборов. Есть опасность, что победить на них могут еще менее конструктивные политики. Но если так, то это будет - выбор самого народа! Единственный шанс для него - национальное правительство, у которого есть четкий план экономических действий, а также компетенция и политическая поддержка, чтобы его реализовать, заключает "Экономист".

Крупные итальянские банкиры в выходные предпочитают отдыхать. Исключение делается разве что по поводу объединения крупных компаний или их же серьезных кризисов. В субботу, 25 мая, эти банкиры собрались из-за кризиса в крупнейшей промышленной группе Италии - Fiat, пишет "Экономист".

Центральный банк страны в последнее время всячески понуждал крупнейшие банки сократить новые кредиты группе, общий объем финансовых обязательств которой превысил 35 миллиардов евро, из них почти 40% - краткосрочные обязательства.

Спустя три дня банкиры обнародовали свой план. Они немедленно предоставят Fiat три миллиарда евро, но - в обмен на 51% акций всех финансовых служб автомобильного подразделения этой промышленной группы. Кроме того, Fiat до конца года должен продать значительную часть других своих подразделений.

Для автомобильного производства Fiat, 20% акций которого принадлежат американской General Motors, решение банкиров дает лишь временную передышку. Проблемы остаются: спрос на автомобили компании резко упал; сократилась доля Fiat даже на внутреннем, итальянском рынке; в модельном ряде у компании нет по-настоящему "продаваемых" автомобилей.

Разговоры идут, в основном, о том, купит ли General Motors остальные 80% акций Fiat Auto? В принципе такая возможность предусмотрена соглашением между двумя компаниями. В Турине уже несколько месяцев работает группа специалистов General Motors, которые возможности полной интеграции итальянской компании, если таковая придет. Одна из проблем на поверхности - долгосрочные контракты на поставку комплектующих, которые Fiat заключила с другими крупными промышленными группами Италии. Эти обязательства жестко ограничивают General Motors возможности для маневра.

Но, если американская компания в итоге откажется от сделки, это, по сути, будет означать тупик для всего автомобильного бизнеса в Турине. Неудивительно поэтому, что правительство Италии уже готовится к неким решительным действиям, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский: Мария Клайн познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 31 мая.

Совместное предприятие "АвтоЗАЗ-ДЭУ" было создано на Украине четыре года назад. Полтора года назад южнокорейская компания была признана банкротом в Южной Корее, после чего начались затяжные переговоры её основных кредиторов с американской General Motors. Кстати, Daewoo Motor и начиналась 15 лет назад в Южной Корее именно как совместное предприятие - с той же General Motors. В начале 90-ых южнокорейская компания решила действовать самостоятельно и выкупила американскую долю участия в совместном предприятии. Спустя 8 лет почти непрерывной экспансии на зарубежных рынках - для чего банках брали огромные кредиты - компания обанкротилась: спрос на автомобили Daewoo оказался гораздо меньшим, чем требовалось для погашения долгов кредиторам.

И вот полтора месяца назад та же General Motors - после многомесячных переговоров с этими самыми кредиторами - согласилась создать с Daewoo уже новое совместное предприятие. Однако из всех многочисленных зарубежных заводов Daewoo Motor - среди них крупные заводы в Польше, Румынии и Узбекистане - американская компания согласилась сохранить в составе СП только один - во Вьетнаме. И плюс еще два завода Daewoo в самой Южной Корее. Остальные должны теперь определять свою судьбу сами, хотя, понятно, заключенные контракты на поставку комплектующих и другие обязательства будут выполняться - до тех пор, пока они действуют.

Тему продолжает наш корреспондент в Киеве Сергей Киселев:

Сергей Киселев: Идея была замечательная. Совместное предприятие "АвтоЗАЗ-Daewoo" на запорожском заводе модернизирует классическую украинскую "Таврию" и наращивает ее выпуск, а в Ильичевске - занимается отверточной сборкой доставляемых сюда морем машинокомплектов собственно южнокорейских моделей - Lanos, Leganza и Nubira.

Украинские власти сначала предоставили льготы для ввоза в Украину этих самых комплектующих, а позже - фактически запретили ввоз в страну поддержанных зарубежных автомобилей старше 5 лет. В результате, казалось, потенциальные конкуренты Daewoo должны были остаться не у дел. Но все вышло иначе.

Даже модернизированный "Запорожец", который в народе прозвали "Дэурожцем", никак не стоил тех денег, которые за него запрашивали производители - от 4000 до 4300 долларов.

Сегодня эти цены снижены более чем на тысячу долларов, но спрос на автомобиль от этого изменился мало. Украинская сборка южнокорейских моделей также себя не оправдала: за них просили уже от 8 до 19 тысяч долларов. Те, у кого они были, делали выбор в пользу европейских иномарок.

Не слишком удачной оказался и расчет на экспорт продукции совместного предприятия в страны СНГ и Восточной Европы. Помимо заводов Daewoo в Польше, Румынии или Узбекистане, так называемые "отверточные" машины Daewoo начинали собирать в России и Белоруссии.

Вот почему мало кого удивили появившиеся в последние дни сообщения о том, что, мол, четырехлетняя история украинской сборки Daewoo на "АвтоЗАЗе" заканчивается, что южнокорейская компания официально заявила о выходе из проекта, а украинские акционеры совместного предприятия одобрили продажу 50% доли Daewoo.

В самом же Запорожье информация по поводу решения собрания акционеров о кончине СП "АвтоЗАЗ-Daewoo" вызвала недоумение. Говорит руководитель пресс-службы совместного предприятия Евгений Косачев:

Евгений Косачев: Ну, вранье это чистейшей воды, потому что здесь все перевернуто с ног на голову. Начиная с того, что собрание акционеров было самое рядовое. И одним из вопросов - небольших - стоял вопрос о том, что в случае, если Daewoo решит распоряжаться своим этим пакетом акций, искать другого покупателя, им для этого необходимо разрешение второй стороны, представленной в компании.

Сергей Киселев: Впрочем, положение о том, что ни одна из сторон не может передать кому-то управление или права на свою долю в СП без согласия другой стороны, было изначально предусмотрено в самом уставе совместного предприятия. А потому некоторые эксперты предположили, что, возможно, украинская сторона заинтересована ныне в том, чтобы найти другого партнера, продолжая при этом выпускать как запорожские "Таврию" и "Славуту", так и автомобили южнокорейских моделей. Продолжение их выпуска подтвердил и Евгений Косачев:

Евгений Косачев: ... в Запорожье - "Таврия", а в Ильичевске - модели Nubira, Leganza, Lanos - все это будет продолжать выпускаться.

Сергей Киселев: Другими словами, будут по-прежнему выпускаться автомобили, на которые, вроде, нет спроса. Говорит генеральный директор киевской компании Auto-consulting Олег Омельницкий:

Олег Омельницкий: Для справки: в прошлом году у нас было продана всего 71 тысяча новых автомобилей, в этом году - только за 4 месяца - было продано 33 тысячи. В 2001 году - за те же четыре месяца - было продано 16 тысяч автомобилей. То есть рост рынка по сравнению с прошлым годом составил 101%! Здесь - несколько факторов. Первый - практически 40%-ое сокращение рынка подержанных автомобилей. Второй момент - относительная экономическая стабильность в Украине и - фактор "отложенного" спроса, который у нас существовал в прошлом. И вот он как бы "реализовался" в этом году. То есть, если говорить проще, люди, которые хотели купить автомобиль тогда, в прошлом году, но не смогли купить подержанные машины, поднакопили денег и в этом году обеспечили прирост рынка...

Сергей Киселев: То есть - за счет покупки уже новых автомобилей. Я поинтересовался, почему же тогда Daewoo готова покинуть украинский рынок, если он наконец-то оживает?

Олег Омельницкий: Что касается продажи акций Daewoo, то мы провели тут небольшое расследование - не было никаких заявлений от Daewoo, и корейцы вряд ли кого-то найдут на эту долю. Объясню, почему. В Украине сейчас готовится законопроект, в котором будут отменены льготные условия для СП "АвтоЗАЗ-Daewoo" в угоду требованиям Европейского Союза. Взамен - на рынке будут повышены таможенные пошлины на автомобили: сейчас обсуждается уровень 40%. Таким образом, найти инвестора, который бы приобрел акции Daewoo в СП, которое лишится своих основных козырей, то есть льгот, будет очень проблематично. Как мне там рассказали не только руководители, но и средний менеджмент - кулуарно, что они, корейцы, и не собираются его продавать. То есть речь идет просто о правопреемстве, скорее всего - в свете тех событий, которые происходят с Daewoo и General Motors.

Сергей Киселев: Это был Олег Омельницкий, генеральный директор киевской компании Auto-consulting. В минувшую среду Кабинет министров Украины принял постановление, в соответствии с которым для СП "АвтоЗАЗ-Daewoo" сокращен перечень тех комплектующих, которые разрешено импортировать в Украину без уплаты обычных налогов. Государственный секретарь министерства промышленной политики Украины Виктор Падалко пояснил, что запорожские автомобили "Таврия" и "Славута" на 33% процента состоят сегодня из импортных комплектующих. Одновременно, по его словам, расширяют свой ассортимент украинские производители комплектующих для автомобилей совместного предприятия. Другими словами, в министерстве промышленной политики считают: в Украине начинается активный процесс замены импортных автомобильных комплектующих - отечественными.

Сергей Сенинский: Сергей Киселев, наш корреспондент в Киеве.

Реклама на спортивных соревнованиях. Рекламодатели и покупатели. Мы обратились к этой теме в связи с только что начавшимся в Японии и Южной Корее очередным чемпионатом мира по футболу. Трудно сказать, что смотрят по телевизору больше - такой чемпионат или олимпийские игры? В некоторых европейских странах компании уже подсчитывают грядущие убытки: ведь значительная часть матчей чемпионата придется на рабочее время, а попытки воспрепятствовать их просмотру вряд ли дадут ощутимые результаты.

В США, наоборот, большая часть матчей первенства - из-за разницы во времени - придется на ночные часы. Да и более популярен здесь другой футбол. И, тем не менее, в рекламу на открывшемся чемпионате американские компании вложили большие деньги. Тему продолжает наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов:

Владимир Морозов: 15 крупнейших корпораций мира заплатили 25 миллионов долларов за право называться спонсорами соревнований. Понятно, турнир будут смотреть по телевизору во всем мире. Многие из этих компаний - американские, хотя в США традиционный футбол, мягко говоря, не самый популярный вид спорта.

Большинство американцев наверняка просто не будут смотреть большую часть игр, потому что турнир в Японии и Южной Корее, то есть в совершенно другом часовом поясе, будет проходить в то время, когда в США - глубокая ночь. Тем не менее, среди главных спонсоров чемпионата мира - американские корпорации Budweiser, Coca-Cola, Mastercard, McDonald's и Gillette. А, например, постоянно выступающая спонсором различных спортивных соревнований компания Budweiser вкладывает в соревнования нынешнего чемпионата мира по футболу больше средств, чем в какие-либо другие спортивные события, проходившие прежде. В чем причина такого интереса? Мой собеседник - Мэри Тарп, профессор факультета рекламы Университета штата Техас.

Мэри Тарп: Взять, к примеру, футболистов Бразилии. Спонсорами этой сборной выступают отнюдь не только бразильские, но и многие международные и американские компании, которые имеют торговые контакты с этой страной. Они очень хотят, чтобы их торговая марка ассоциировалась с успехами всемирно известных футболистов. Поэтому они покупают им форму, оплачивают авиабилеты, проживание в гостинице и т.д. Вот почему название фирмы и красуется в итоге на форме футболистов.

Владимир Морозов: Футбол - тот, каким его знают за пределами Америки, не очень подходит для телевизионной рекламы: ведь перерывы в игре, когда можно показать рекламный ролик, случаются редко. И напротив, столь популярные в США баскетбол и жесткий американский футбол часто прерываются тайм-аутами. В эти паузы очень удобно вмонтировать рекламу.

Рекламодатели, кстати, предложили даже разделить традиционный футбольный матч не на два, а на четыре периода - как американский футбол. Но футбольные федерации с презрением отвергли такое предложение, заявив, что красота и зрелищность игры дороже всяких денег. Впрочем, и не меняя привычного для болельщиков формата футбольного матча, корпорации-спонсоры и рекламодатели надеются окупить свои затраты. Говорит Крис Анзэр, аналитик расположенной в штате Оклахома консультационной компании Lee & Associates.

Крис Анзер: Ожидается, что во всем мире смотреть чемпионат мира по футболу будет более одного миллиарда людей. Это - огромный рынок! Ведь футбол - самая популярная игра в мире. В него может играть любой ребенок. Где-нибудь в школьном дворе, на лужайке или в маленьком переулке - поставил два портфеля или два кирпича - и ворота готовы! Нужен только мяч.

Кстати, может быть именно по этой причине популярность традиционного футбола растет в последнее время и в США, а американская мужская футбольная команда выступает все лучше. И число болельщиков увеличивается.

Владимир Морозов: Добавлю, что по некоторым другим прогнозам, число зрителей, то есть потенциальных покупателей, будет еще большим - 30-дневный чемпионат мира могут смотреть 8 из каждых 10 жителей Земли в двухстах странах.

Конечно, далеко не все они понимают английский, французский, немецкий, японский или голландский. С учетом этого в американской, британской и другой рекламе - минимум или вообще нет текста, все и так понятно. Например, маленький мальчик во все глаза смотрит на знаменитого на весь мир футболиста, а тот широко улыбается и протягивает ребенку банку кока-колы. Заранее просчитывается и состав аудитории. По оценкам экспертов, среднестатистический футбольный болельщик - это мужчина в возрасте от 18 до 44 лет. Плюс - большое число еще более молодых болельщиков-подростков, а также женщин.

Сергей Сенинский: Владимир Морозов, наш корреспондент в Нью-Йорке.

Меняющийся мир: страны и рынки.

Ярослав Шимов: Немецкая газета "Frankfurter Allgemeine Zeitung" анализирует динамику розничных цен в некоторых европейских странах после введения с 1 января наличных евро.

Непрерывно и страстно дискуссии о подорожании - в связи с евро - идут только в Германии. Здесь новые деньги даже прозвали "тойро" - сочетание названия валюты, в немецком произношении "ойро", и слова "дорогой". Хотя, как показывает объективный анализ, продукты, например, на самом деле не подорожали. Но покупатели, абсолютно уверенные в обратном, стали больше ходить в дешевые супермаркеты, в ущерб владельцам небольших магазинчиков. Снизилась на 18% посещаемость заведений общественного питания, где цены на еду и напитки выросли на 10%. В итоге на обеды и ужины вне дома немцы стали тратить примерно на 12% меньше.

В других же странах особого ажиотажа в связи с евро и новыми ценами не наблюдается. Во Франции пресса об этом вообще не пишет. Хотя, рестораны, особенно в Париже, подорожали, и довольно заметно. Розничная торговля чуть округлила цены вверх, а в государственном секторе услуг цены кое-где даже снизились.

В Испании и Португалии переходом на евро, скорее, довольны. В Испании люди, правда, маются с пересчетом новых цен на старые - один евро равняется 166 песетам. В отелях, ресторанах и некоторых магазинах цены выросли, но и общий уровень инфляции здесь довольно высокий - 3,6 процента, хотя объясняется он, скорее, недостаточной конкуренцией.

В Италии граждане возмутились в январе, когда выросли цены на овощи и бензин, но сейчас все успокоилось. Тогда министр промышленности страны обещал даже государственное регулирование цен, до которого, правда, дело не дошло. Позже и бензин, и зелень подешевели. Зато в ресторанах заметно подорожали спагетти и пицца. Например, раньше больше 14 тысяч лир - то есть 7 евро - порция спагетти стоила только в дорогих ресторанах, теперь же нормальная цена 9-12 евро.

В Австрии государство официально запретило торговцам повышать цены при переходе на новую валюту. Поэтому реально цены выросли лишь в торговых автоматах, и отдельных предприятиях сектора услуг. Продукты в розничной торговле даже подешевели. Население страны, тем не менее, полагает, что все стало дороже, но общественной дискуссии на эту тему не ведется.

В Финляндии темпы инфляции сократились с 2% в начале года до полутора - в апреле, и о повышении цен никто особо не говорит. Проблема однако в том, что здесь почти не выпускаются в обращение монетки в 1 и 2 цента, и цены, соответственно, округляются до 5 центов. Недовольные уже пожаловались, и теперь вопрос будут решать в Брюсселе.

Ирландия - единственная страна Европейского союза, для которой евро стал более мелкой валютой, чем ее прежняя - ирландский фунт. Цены действительно растут, но в Ирландии темпы их роста и без того были самыми высокими в Европе.

Наконец, в странах Бенилюкса тоже подорожали отели и рестораны. Но 55 процентов населения трех стран уверены, что цены выросли повсюду и намного, хотя статистика этого не подтверждает, - пишет немецкая Frankfurter Allgemeine Zeitung.

Любовь Бамматова:

Европейский центральный банк разработал кодекс добропорядочного поведения для своих сотрудников. Об этом рассказывает французская газета Monde.

"Честь", "независимость", "беспартийность", "конфиденциальность" - таковы основные принципы опубликованного 24 мая кодекса, предназначенного для 18 членов совета директоров Европейского центрального банка, в том числе шести директоров самого банка и глав 12 национальных банков стран еврозоны. Как разъяснил председатель Европейского банка Вим Дуйзенберг, кодекс обязывает его коллег " не думать о своих личных интересах и избегать любой ситуации, чреватой подозрением в конфликте интересов". Они также должны, ради сохранения независимости, не принимать от кого-либо денежных или иных подарков или премий, за исключением незначительных или символических.

Делая публичные заявления, члены совета директоров обязаны "не забывать о своем служебном положении и связанных с ним обязанностях" - видимо, это намек на какофонию противоречащих друг другу выступлений руководителей Европейского центробанка. Директорам также запрещается использовать - в течение года после ухода с должности - для личных финансовых операций конфиденциальную служебную информацию и избегать конфликта интересов, а в спорных случаях - консультироваться при определении будущей карьеры со своими коллегами", - пишет французская Monde.

Ярослав Шимов:

О проблемах европейской гражданской авиации пишет французская газета Figaro.

Спустя девять месяцев после 11 сентября предупреждения о возможности новых терактов вновь усложняют положение авиаперевозчиков. Опубликованные недавно данные о состоянии европейской гражданской авиации на начало апреля показывают, сколь сильным ударом для нее стали события в США 11 сентября прошлого года и обострившаяся после них борьба за место на рынке.

Некоторые авиакомпании, как швейцарская Swissair или бельгийская Sabena, просто перестали существовать в прежнем виде. Большинство других - выжило, но - за исключением Air France и испанской Iberia - остальные компании завершили минувший финансовый год с крупными убытками.

Удивительны на этом общем фоне финансовые результаты компании Air France. Одна из причин, по мнению экспертов, - проведенная еще в середине 90-х реструктуризация компании, быстрая реакция на возникшую после сентябрьских терактов новую ситуацию, прочные деловые связи с американскими компаниями и умение перестраиваться. Не будем забывать, однако, что Air France до сих пор на 56% принадлежит государству.

Серьезную угрозу бизнесу традиционных авиакомпаний представляют сегодня так называемые компании "low cost", предлагающие гораздо более дешевые авиарейсы - например, компании EasyJet или Go. Инвесторы же пока опасаются вкладывать новые деньги в гражданскую авиацию - ввиду, пусть даже и не слишком вероятной, угрозы новых терактов, способных поставить авиакомпании на грань выживания, а с другой стороны - на фоне перспектив их укрупнения", - пишет французская Figaro.

Сергей Сенинский: Меняющийся мир: страны и рынки...

XS
SM
MD
LG