Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Паритет доллара и евро. Продажа с/х земель в России




- Паритет курсов доллара и евро - для экономики Соединенных Штатов, Европы и России.
- Продаются ли в России сельскохозяйственные земли? - В рубрике "Экономика региона" - о Саратовской, Самарской и Воронежской областях.
- Новый выпуск рубрики "Меняющийся мир: страны и рынки".
- Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский: На минувшей неделе курсы евро и американского доллара сравнялись - впервые за последние два с лишним года. Евро даже стал чуть дороже - в какой-то момент больше чем на цент. В Москве на торгах в среду евро оказался почти на 40 копеек дороже доллара. "Дорогой" евро и "слабый" доллар - для экономики США, Европы и России, а также - прогнозы курсов до конца года. Об этом мы говорим сегодня с экспертами в Москве, Германии, и Соединенных Штатах.

Тему открывает - из Мюнхена - Михаель Шуберт, старший экономист Commerzbank:

Михаель Шуберт, старший экономист Commerzbank: Совершенно очевидно, что дело - в самих США, Европа - сама по себе - в этом случае особой роли не играет. Вспомните, ведь первым признаком стало ослабление доллара по отношению не к евро, а к японской иене. В Японию как раз и потекли средства инвесторов после первых продаж американских активов. Потом пришла очередь британского фунта и евро. Но сегодня денежные потоки в финансовые центры Великобритании, стран евро-зоны и Японии выровнялись.

Штефан Шнайдер, аналитик Deutsche Bank, Франкфурт-на-Майне: Наблюдая за рынками акций, мы видим, что и в Европе, и в США цены на них сильно упали. Причем, в Европе даже больше, чем в США. Этот факт наглядно опровергает предположения, что, мол, многие инвесторы продают американские акции и покупают вместо них европейские. Во всяком случае, пока слишком рано говорить о том, как и в каких объемах происходит переток капитала.

Юлиан фон Ландесбергер, аналитик Hypovereinsbank, Мюнхен: Я отнюдь не считаю, что курс евро повышается благодаря неким присущим европейской экономике внутренним причинам. Если сравнить госбюджеты, дефициты и торговые балансы Европы и США, то американские по-прежнему выглядят лучше. Главная причина нынешнего кризиса - скандалы, связанные манипуляциями бухгалтерией некоторых крупных корпораций в США.

Сергей Сенинский: Отправимся в США. Говоря о падении курса доллара к евро, эксперты часто сравнивают его с курсом доллара к так называемой "корзине валют" ведущих торговых партнеров. Из Нью-Йорка - Джеймс Глассмэн, старший экономист финансовой корпорации JP Morgan Chase:

Джеймс Глассмэн: Для любой страны имеют большое значение ее торговые связи с другими государствами, в том числе соотношение их валют. В этом смысле курс доллара к "валютной корзине" важнее, чем курс по отношению к евро, потому что евро - это только Европа, да и то не все ее страны, а "корзина валют" - это все государства, с которыми США сегодня торгует. В этой "корзине" умещаются и евро, и валюты Японии, Китая, Индии, там же - валюты стран Южной Америки, Канады, Мексики, всех азиатских стран. Так вот: за последние месяцы курс доллара по отношению к евро снизился на 12-15%. Но по сравнению с "корзиной валют" снижение доллара - очень незначительно.

Сергей Сенинский: Вновь - в Германию. Каковы наиболее очевидные последствия резкого повышения курса евро для европейской экономики? Юлиан фон Ландесбергер, HypoVereinsbank:

Юлиан фон Ландесбергер, HypoVereinsbank: Прежде всего для европейцев становятся дешевле энергоносители. А значит - ниже темпы инфляции. Что касается европейского экспорта, то при нынешнем уровне евро каких-либо значительных изменений в его объемах, пожалуй, не произойдет. А вот если курс евро пойдет и дальше вверх, то отрицательные последствия не заставят себя ждать.

Американцы, я думаю, временно воспользуются "слабым" долларом, чтобы увеличить экспорт своих товаров в Европу. Кроме того, в определенной степени мере низкий курс доллара сыграет положительную роль в урегулировании макроэкономического дисбаланса в США.

Сергей Сенинский: Продолжает - из Ганновера - Доротеа Хуттанус, эксперт по финансовым рынкам DZ Bank:

Доротеа Хуттанус, DZ Bank: Ну, во-первых, сильные колебания курсов валют приносят выгоду, как правило, только коммерсантам. Реальные экономические структуры от этого лишь страдают. Предприятия должны составлять новую калькуляция, производить перерасчеты баланса, пересматривать цены. Все это сказывается на стабильности рынка.

С другой стороны, "крепкий" евро снижает темпы инфляции, так как дешевеет импорт. А стало быть, Европейский центральный банк может не торопиться с повышением процентных ставок по кредитам. Как видим, колебание валюты - непростая вещь, это лишь одна сторона многих медалей.

Штефан Шнайдер, Deutsche Bank, Франкфурт: Скандалы, связанные с бухгалтерскими манипуляциями некоторых крупнейших компаний в США, дают многим американцам повод полагать, что это - лишь верхушка айсберга, что за ними могут последовать новые разоблачения.

Поэтому на данный момент Европа оказывается в более выгодном положении: скандалов такого масштаба здесь пока еще не было. Но с точки зрения общей экономической конъюнктуры положение Европы далеко не так блестяще. Наоборот, на мой взгляд, повышение курса евро лишь замедлит процесс оздоровления европейской экономики.

Сергей Сенинский: Перенесемся в Москву. Каковы наиболее очевидные последствия паритета доллара и евро для российской экономики? Владимир Тихомиров, старший экономист финансовой корпорации "НИКойл":

Владимир Тихомиров: На самом деле, от повышения курса евро больше проигрывает промышленность России, а особенно проигрывают российские потребители. Поясню....

Дело в том, что у нас большая часть экспорта, порядка 80%, традиционно оценивается и оплачивается в долларах США. Такова мировая практика. Это прежде всего сырьевые товары - нефть, газ и металлы. Поэтому вне зависимости от того, какой евро, мы оплату за эти товары получаем в долларах.

В тоже время у нас порядка 40% импорта приходится на Западную Европу, и это, конечно, приходится оплачивать в евро. Поэтому те, кто покупает европейские потребительскими товарами, или промышленные потребители, кто закупает технологии или оборудование в Западной Европе, конечно, пострадают. Им просто придется платить больше за те же самые товары...

Сергей Сенинский: Но стоит вспомнить и о плюсах. Скажем, вновь подорожает импорт, открывая новые возможности для российских производителей аналогичной продукции? Почти как после августа 1998 года...

Владимир Тихомиров: Относительный выигрыш может быть в том, что в силу удорожания евро подорожает импорт, если он останется в тех же объемах. Что может произойти? То, что в силу удорожания какая-то часть импорта, особенно на потребительском рынке, может несколько сократиться. Скажем, какие-то потребительские товары или часть продуктов питания, которые мы традиционно завозили из Европы, в силу того, что они станут слишком дороги, их потребление внутри страны упадет. За счет этого могут выиграть местные российские производители. Прежде всего те, кто работает на потребительский рынок, в первую очередь - легкая и пищевая промышленность.

Но я не думаю, что этот эффект будет столь уж значительным. Цены в евро и цены в рублях не так уж сильно изменятся, чтобы "переключить" российского потребителя на более дешевые товары местного производства.

Поэтому в целом я бы сказал, что вижу больше негативных эффектов для России от повышения курса евро, чем позитивных.

Сергей Сенинский: Появились ли уже фактические данные, которые свидетельствовали бы о том, что на российском валютном рынке интересы - особенно населения - смещаются от доллара в сторону евро?

Владимир Тихомиров: Прямых данных нет... Но есть косвенные данные об объемах валютных торгов на российском валютном рынке. Вне зависимости от курса доллара к евро и укрепления евро, эти объемы, в общем, остаются прежними. То есть фактически объем обращения евро внутри России не растет или растет очень медленно. Из этого можно сделать вывод, что с точки зрения потребительского спроса евро по-прежнему имеет весьма ограниченное хождение внутри России.

К тому же, из частной практики могу сказать, что в большинстве обменных пунктов просто нет наличных евро для покупки. То есть если бы гражданин в Москве и хотел купить евро, то ему придется сильно поискать. Поэтому я не думаю, что рост курса евро как-то сказался на перераспределении валютных сбережений российских граждан. Просто по той причине, что евро имеет крайне ограниченное хождение внутри России...

Сергей Сенинский: Владимир Тихомиров, старший экономист финансовой корпорации "НИКойл", Москва.

И вновь вернемся в Соединенные Штаты. В минувший понедельник Сенат, верхняя палата американского Конгресса, одобрил законопроект, значительно ужесточающий ответственность первых лиц американских корпораций за нарушения бухгалтерской отчетности. Тему продолжает наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов:

Владимир Морозов: Ранее подобный законопроект был одобрен нижней палатой американского Конгресса. Но там голосование состоялось еще до скандала с корпорацией Worldcom, и меры были предусмотрены более мягкие. Ожидается, что теперь они будут ужесточены, и одобренный обеими палатами Конгресса законопроект поступит на подпись президенту США Джорджу Бушу. Как оценивают положения нового законопроекта эксперты? Говорит Робин Харрисон, адвоката из Техаса, который представляет интересы служащих корпорации Enron, пострадавших при ее банкротстве.

Робин Харрисон: Я думаю, закон станет шагом в правильном направлении. Он даст больше власти Федеральной комиссии по ценным бумагам и биржам, а так же другим правительственным органам. Они смогут усилить контроль деятельности аудиторских компаний. Руководители и главные бухгалтеры корпораций должны будут в обязательном порядке предоставлять подробные отчеты о своем финансовом положении. Закон, правда, вряд ли будет иметь обратную силу, и его не удастся применить, скажем, в деле, которым занимаюсь я и мои коллеги-юристы. Мы пытаемся вернуть рядовым служащим компании Enron те средства, которые они потеряли, будучи ее акционерами.

Владимир Морозов: Сколь значимым окажется на практике положение нового закона, по которому срок тюремного заключения для нарушителей будет увеличен с 5 до 10 лет?

Робин Харрисон: Я не знаю, будет ли этот пункт иметь какой-то практический эффект. Гораздо более важно, если закон упростит саму процедуру уголовного расследования в случае финансовых махинаций. В документе есть пункты, в которых говорится о расширении круга ответственных за преступный сговор с целью обмануть акционеров. Но пока рано говорить о возможной эффективности нового документа. Подождем, пока он будет подписан и пока суды покажут, как они понимают букву нового закона.

Владимир Морозов: Это был Робин Харрисон, адвокат из Техаса, занимающийся делом энергетической корпорации Enron.

Мой второй собеседник - Тэд Джагер, профессор расположенного в нью-йоркском Бруклине Юридического института. Г-н Джагер, какая часть законопроекта представляется вам наиболее действенной: увеличение срока тюремного заключения или введение новых механизмов контроля деятельности корпораций?

Тэд Джагер: Вторая часть сенатской версии законопроекта несет в себе гораздо больше практического смысла. Она, например, ограничит виды услуг, которые предоставляет корпорациям одна и та же аудиторская фирма. Сегодня такие фирмы часто занимаются и аудитом, и бухгалтерским учетом. Отсюда - и конфликты интересов, ведь аудиторы иногда вынуждены, так скажем, "не замечать" нарушений, допущенных их же коллегами и добрыми знакомыми - бухгалтерами, как это было в случае печально теперь знаменитой Arthur Andersen.

Одна фирма сможет оказывать той или иной корпорации или аудиторские или бухгалтерские услуги, но не то и другое вместе. Так что речь идет о фундаментальных переменах в деятельности корпораций.

Владимир Морозов: Но все же могли бы вы привести примеры последнего времени, когда руководители крупных американских корпораций действительно оказывались в тюрьме за финансовые махинации?

Тэд Джагер: Я вспоминаю, как в тюрьме оказался, например, г-н Китинг, президент целой банковской системы Savings and Loans. Это было лет 15 назад. Такое случаются, но редко.

До сих пор президент компании мог с помощью адвокатов отговориться, что, мол, он не может нести полной ответственности за бумаги, подписанные им, но подготовленные коммерческим директором или главным бухгалтером. В самом деле, американские корпорации столь велики, их финансовая система настолько сложна, что одному человеку не под силу охватить и понять все детали.

Однако теперь сенатская версия нового закона повышает ответственность именно первых руководителей. И теперь, видимо, они перестанут подписывать бумаги, так сказать, не глядя. Закон просто заставит их быть осмотрительнее.

Сергей Сенинский: Владимир Морозов, наш корреспондент в Нью-Йорке.

На следующий день после одобрения Сенатом этого законопроекта перед американскими законодателями выступил глава Федеральной Резервной Системы, то есть центрального банка США, Алан Гринспен. А на прошлой неделе перед инвесторами Уолл-Стрит - президент Джордж Буш. Тему продолжает Лакшман Ачетон, директор нью-йоркского Института изучения экономических циклов:

Лакшман Ачетон: На мой взгляд, и речь президента, и законопроект, одобренный Сенатом, это попытки восстановить доверие инвесторов к американским корпорациям. Но восстановление доверия - всегда медленный процесс. И мы пока находимся лишь на старте... Посмотрим, насколько действенными окажутся меры, о которых говорил Джордж Буш и о которых идет речь в законопроекте.

Выступление Гринспена в значительной мере подтверждает и мои мысли. Да, заявил, он, экономика США находится в стадии хотя и медленного, но стабильного подъема. Мы переживаем кризис, но - только на Уолл-Стрит! Экономика продолжает подниматься, несмотря на эти сложности... Например, последние полгода объемы промышленного производства увеличивались в США гораздо быстрее, чем ожидалось...

Сергей Сенинский: Лакшман Ачетон, директор нью-йоркского Института изучения экономических циклов.

И последний вопрос нашим собеседникам - в Европе и Соединенных Штатах. Какие из многочисленных ныне прогнозов курса доллара к евро - до конца года - представляются вам наиболее вероятными и почему? Юлиан фон Ландесбергер, HypoVereinsbank, Мюнхен:

Юлиан фон Ландесбергер: Мы ожидаем в течение последующих шести месяцев повышение курса евро к доллару - до уровня доллар-7 - доллар-10 центов за один евро. Это предел роста курса, который европейская и, в частности, немецкая экономика еще могут выдержать без значительного ущерба для себя. А вот в случае дальнейшего повышения курса евро придется прибегать к каким-то экстренным мерам.

Штефан Шнайдер, Deutsche Bank, Франкфурт-на-Майне: Следует обратить внимание на различие темпов экономического роста. По нашим прогнозам, в США во второй половине нынешнего года они будут выше, чем в Европе, что благотворно скажется и на курсе доллара.

С другой стороны, никто не может предсказать, как долго еще будут продолжаться "бухгалтерские" скандалы в США. Поэтому не исключено, что курс евро еще какое-то время будет повышаться, но в конце концов придет к паритету с долларом.

Джеймс Глассмэн, JP Morgan Chase: Я думаю, что доллар останется на том же уровне или даже будет чуть дешевле по отношению к евро.

Доротеа Хуттанус, DZ Bank: Мы предполагаем, что под влиянием слабого рынка акций в США курс евро пойдет еще больше вверх - может быть, поднимется еще процентов на пять. Но как только американский рынок акций стабилизируется, и восстановится доверие к доллару, то вернется прежнее соотношение курсов - 95 американских центов за один евро или, по крайней мере, один к одному. И я думаю, что это произойдет в течение ближайших шести месяцев. У нас нет никаких оснований предполагать, что спираль отрицательных явлений будет развиваться дальше и вызовет обвал доллара. Исходный уровень, когда - на заре евро - он стоил 1 доллар и 17 центов, вряд ли повторится.

Сергей Сенинский: Спасибо всем нашим собеседникам - в Германии, с ними говорил наш корреспондент в Мюнхене Александр Соловьев, и в США, где им задавал вопросы наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 19 июля. С обзором вас познакомит Мария Клайн:

Мария Клайн: Цены акций компаний упали в последние недели на фондовых рынках по всему миру. На многих - до самого низкого уровня за минувшие шесть лет. Уже нельзя исключать возможности новой рецессии, причем не только в Соединенных Штатах, пусть даже текущие экономические показатели этого не предполагают. И опасность может исходить из той отрасли, которая оказалась в эпицентре последних скандалов - индустрии телефонной связи, пишет "Экономист".

Крах "телекомов" оценивается в суммы почти в 10 раз большие, чем крах компаний Интернет-индустрии, хотя о последнем и больше говорили. Телефонные компании накопили долгов почти на 1 триллион долларов! Пытаясь скрыть истинное положение вещей, они шли на манипуляции с бухгалтерией. Самый яркий пример - компания WorldCom. Если - в итоге - будет объявлено о её банкротстве, оно станет крупнейшим в истории мировой экономики, затмив даже печальную "славу" корпорации Enron.

Вот почему обновление индустрии телефонной связи становится принципиальным для всего мира. Впереди - годы болезненной реорганизации этого бизнеса, приведение гигантского в нем перепроизводства - на волне недавнего бума - в соответствие с реальным спросом, не говоря уже о реструктуризации огромного накопленного долга.

В выигрыше - в ближайшей перспективе - окажутся традиционные компании телефонной связи - Baby Bells в США и бывшие монополии - в Европе. Их сети ведут непосредственно в дома и офисы. Потребитель может выбирать провайдера дальней связи, но что касается местной связи - такого выбора зачастую у него нет. И в нынешней ситуации так просто предположить, что, дескать, проведенная в 90-ые годы либерализация рынков телефонной связи обернулась провалом.... Но это было бы глубочайшим заблуждением!

Вспомним, резкое снижение в последние годы телефонных тарифов и массовое распространение мобильных телефонов стало возможным только в результате стремительно развившейся в отрасли конкуренции. И она не должна остаться в прошлом, заключает "Экономист".

Медленные темпы структурных преобразований в Японии обескураживают инвесторов. Экономика, которая "оживает" лишь при увеличении экспорта, не располагает к тому, чтобы доверять ей свои средства. Компании Европы и США научились получать прибыль даже при нулевом росте продаж - просто за счет сокращения своих затрат. Эти компании, кстати, работая и в Японии, оказываются более эффективными, чем местные конкуренты, пишет "Экономист".

Одна из главных проблем японских компаний - раздутые штаты сотрудников. Вместо неизбежных сокращений, компании - на бумаге - зачастую "прячут" своих работников - почти по такой же схеме, по которой американская Enron пыталась прятать свои долги. Создаются новые филиалы, акции которых не выводятся на биржу, и в них переводится часть сотрудников. Но общие-то издержки всей компании при этом не сокращаются.... Не успели власти установить правила, препятствующие такой практике, как компании придумали новую схему: создаются совместные предприятия с долевым участием ровно 50:50, то есть не контролируемые формально ни одним из участников. Удивляет и то, что во многих компаниях предложения продать, скажем, непрофильное оборудование, встречает еще большее сопротивление, чем об увольнении сотрудников. И становится понятной столь низкая отдача на вложенный капитал.

Японский экспорт в последние десятилетия всегда превышал японский импорт. Однако, по некоторым экспертным оценкам, этот профицит в течение ближайших пяти лет может сойти на нет. И тогда японским фирмам уже не уйти от неизбежных структурных реформ. По этому пути прошли в 80-ые годы - США, а в 90-ые - Германия (после объединения), едва их торговый баланс оказывался отрицательным, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский: Спасибо, Мария Клайн познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 19 июля.

"Экономика региона".

"Экономика региона". Тема этой рубрики сегодня - продаются в регионах России сельскохозяйственные земли и много ли желающих купить?

Мы завершим сегодня тему купли-продажи сельскохозяйственных земель, начатую неделю назад - в рубрике "Панорама" - рассказами о том, как работает земельный рынок в пяти странах мира трех континентов. Обратились мы к этой теме в связи с недавним одобрением российскими парламентариями проекта закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения".

Вспомним - очень кратко - несколько основных его положений. Итак,

- Нынешние собственники земельных долей (то есть формально - бывшие члены колхозов/совхозов) могут этот участок - продать, сдать в аренду, внести в уставный капитал некоего акционерного общества или передать в доверительное управление кому-либо.

- Участки с/х земель, находящиеся как в государственной или муниципальной, так и в частной собственности могут выставляться на публичные торги (аукционы). Преимущественное право выкупа имеют местные власти. Для покупки этого участка неким новым хозяином от него не требуется ни специального с/х образования, ни наличия с/х опыта.

- Ограничений на владение определенной частью всех с/х земель в конкретном регионе для юридических лиц (то есть крупных компаний) не предусмотрено. А для отдельных граждан (с учетом владений его близких родственников и предприятий, в которых у него - контрольный пакет акций) - лимит определяют местные власти. Но лимит этот - не может быть установлен ими на уровне менее 10% от всех с/х угодий данного региона.

- Иностранные граждане или компании вообще не имеют права приобретать в собственность с/х земли в России. Для них - только аренда, сроком до 49 лет.

Иностранные граждане или компании могут быть только совладельцами таких участков, если вложат деньги в уставный капитал какого-то российского акционерного общества или сельхозфирмы. Но доля этих вложений не может превышать 50%. Если такое случилось, далее землей можно владеть только на правах аренды.

Известно, однако, что законодательство некоторых российских регионов допускали возможность купли-продажи сельскохозяйственных земель и раньше. Сегодня вы услышите рассказы наших авторов в Саратовской, Самарской и Воронежской областях.

Первый сюжет - из Саратова. Слово нашему автору Ольге Бакуткиной:

Ольга Бакуткина: Землю в Саратовской области продают и покупают уже пять лет. Стали привычными земельные аукционы: за это время их состоялось более пятисот, по 120-130 в год. А вот земли на них реально куплено лишь 23 тысячи гектаров из 40 тысяч, предложенных к продаже.

Дело в том, что основная и лучшая часть сельскохозяйственных угодий области - около шести миллионов гектаров - формально находится в частном владении еще со времен приватизации 1992 года, когда бывшие колхозы и совхозы были преобразованы в акционерные общества и разного рода товарищества. И на аукционы сегодня попадают земли из фондов перераспределения. Это в основном участки, пригодные, скорее, для пастбищ или пасек. Спрос на них невелик. Что же касается других сельхозугодий, то торговля ими ведется на вторичном рынке между землевладельцами, решившими увеличить

Впрочем, рынком это назвать нельзя, считает Олег Заковрягин, заместитель председателя областного комитета по земельным ресурсам, один из разработчиков регионального закона "О земле". По его словам, иллюзии, появившиеся сразу после вступления закона в силу, утрачены. Есть предложение земли, но нет спроса на неё. Отсюда - бросовые цены. Например, в заволжском Алгайском районе один гектар сельскохозяйственных земель стоит всего 445 рублей - это 15 долларов. А средняя цена по области - восемь с половиной тысяч рублей за гектар, то есть меньше трехсот долларов.

По словам Олега Заковрягина, свобода купли-продажи земли на сегодня заключается лишь в том, что каждый вправе самостоятельно принять решение, покупать или нет , а дальше - начинаются проблемы. Хочешь продать свою долю - ее может выделить лишь общее собрание собственников земли в этом районе. Месяц ждешь его результатов. Еще месяц отводится законом на оповещение о продаже через средства массовой информации.

Чтобы превратить свою долю в продаваемый участок, заключаешь договор с организацией, выполняющей замеры, за что платишь 2-3 тысячи рублей. Следующая инстанция - регистрационная палата, еще три-четыре месяца ожидания, оплата её услуг и бюрократические проволочки.

Кроме того, в области действуют ограничения при покупке земли. Покупатель, например, должен иметь специальное образование или опыт работы в сельском хозяйстве. Это условие лишает права на покупку земли опытного менеджера с экономическим образованием, но зато дает преимущества человеку, пару месяцев проработавшему скотником.

В недавно принятом федеральном законе "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" требование иметь соответствующее образование или опыт работы отсутствует. Нецелесообразность этого требования доказала, в том числе, пятилетняя практика существования регионального законодательства, считает министр земельной политики правительства Саратовской области Николай Владимиров. А одним из главных недостатков федерального закона, по его мнению, является запрет на продажу сельскохозяйственных земель в России иностранным компаниям и гражданам.

Саратовская область, по мнению Николая Владимирова, утратила шансы на быстрый приток иностранного капитала в недавние годы массового отъезда немцев Поволжья в Германию. Сегодня в области лишь три совместных сельскохозяйственных предприятия организованы с участием немецких фирм. И арендаторы земли из других стран, как фирмы, так и частные лица, в Саратовскую область не спешат.

Сергей Сенинский: Ольга Бакуткина, наш автор в Саратове.

Следующий сюжет рубрики - из Саратова. Рассказывает наш автор Сергей Хазов:

Сергей Хазов: "Закон о земле" был принят в Самарской области еще в 1998 году. Спустя год - еще три закона, в том числе "О залоге земель сельскохозяйственного назначения" и "Об оценке земли".

В собственность земельные участки в Самарской губернии приобретаются крайне редко. Большинство фермеров предпочитает покупать на земельных аукционах лишь право аренды земли на определенный срок. Земельные аукционы организуются местными властями. Претендующий на аренду или покупку сельхозземель, согласно губернскому закону о земле, должен уже владеть действующим хозяйством по производству сельскохозяйственной продукции.

Бывшие работники колхозов и совхозов области, согласно областному закону, имеют право на определенный земельный пай. Однако немало уже случаев, когда крестьяне, не имеющие средств на обработку принадлежащей им земли, либо объединялись в фермерские хозяйства, либо - передавали свои земельные паи в пользование частным предпринимателям.

Высший экономический совет губернии в прошлом году разделил все земли Самарской области на несколько зон и определил официальные стартовые цены в каждой из них. Участки сельскохозяйственных угодий, промышленных и градостроительных зон, конечно, отличаются по стоимости. Так, один гектар пахотных земель в Самарской области в среднем оценивается в 100 тысяч рублей, то есть примерно в 3 тысячи долларов.

Самарские фермеры, которых сегодня более двухсот, объединены в Ассоциацию крестьянских кооперативов губернии. Кстати, самое крупное такое хозяйство обрабатывает участок земли в 20 тысяч гектаров.

Большинство самарских фермеров предпочитает арендовать сельскозяйственные земли у органов местного самоуправления на срок от двух до пяти лет. Приобретение же сельскохозяйственных земель в частную собственность в Самарской области до сих пор была весьма затруднительна, поскольку главы районных администраций могли опротестовать в прокуратуре законность любой сделки о продаже сельскохозяйственных земель, сославшись на отсутствие федерального закона.

Поэтому до сих пор зарубежные компании, работающие на территории Самарской области, предпочитали покупке земель свое участие в совместных инвестиционных проектах, связанных с сельским хозяйством.

Сергей Сенинский: Сергей Хазов, наш автор в Самаре.

И последний сюжет - из Воронежа. Кстати, недавние публикации в некоторых центральных российских газетах том, что в Воронежской области, якобы, местное законодательство допускает продажу земли в собственность иностранцам, привела в замешательство руководителей и управления госимущества, и управления земельных ресурсов, и главного управления сельского хозяйства области. Продолжает - наш автор в Воронеже Марина Корчагина:

Марина Корчагина: Все руководители области в один голос заявили, что воронежские земли никогда не продавались иностранцам. Более того, даже в аренду им не сдавались. По словам заместителя начальника главного управления земельных ресурсов Воронежской области Владимира Шишлянникова, лет пять назад американская компания Coca-Cola, вроде бы, изъявляла желание взять в аренду пять гектаров земли в одном из районов области - Новоусманском, но, прикинув плюсы и минусы, представители компании передумали. С тех пор ни одна иностранная компания и ни один иностранный гражданин даже не обращались с заявками на покупку или аренду воронежских земель.

Согласно местному закону "О регулировании земельных отношений в Воронежской области", действующему с 25 мая 1995 года (последние изменения и дополнения вносились в июле 2000 года), земли сельскохозяйственного назначения могут сдаваться в аренду на срок от 1 года до 49 лет или передаваться в уставный капитал предприятий. И первый механизм - доминирует. А единственным действующим в Воронежской области ограничением для потенциальных арендаторов сельхозземель - из тех ограничений, которые не значатся в принятом недавно федеральном законе "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", является наличие сельскохозяйственного образования. Часть сельскохозяйственных земель в области занимают коллективные садоводческие товарищества и личные подсобные хозяйства, однако доля их незначительна.

Итак, формально иностранцы не являются ни собственниками, ни арендаторами земель. А неформально они работают через различные фирмы и структуры, созданные на территории Воронежской области. Эти структуры и арендуют сельскохозяйственные земли. Любопытно, что на последнем совещании в администрации Воронежской области с главами районных администраций и инвесторами представитель одной из работающих здесь зарубежных компаний, заявил, что продавать сельскохозяйственные земли вообще нецелесообразно. По его словам, с одной стороны, такая покупка подразумевает для инвесторов немалые траты, а с другой стороны, у самих местных жителей пропадает какой-либо интерес развивать инфраструктуру региона.

Сергей Сенинский: Марина Корчагина, наш автор в Воронеже.

Этим сюжетом мы завершаем очередной выпуск специальной рубрики "Экономика региона".

"Меняющийся мир: страны и рынки"

Елена Коломийченко: Паритет евро и доллара, достигнутый на этой неделе, создает ощущение реванша, - пишет немецкая газета Welt. И и он радует, по крайней мере, поначалу: у Европы есть валюта, курс которой, вопреки всем злым пророчествам, опять догнал курс ведущей валюты мира. Но, если разобраться, становится понятным: евро кажется сильным потому, что ослаб доллар, и инвесторы обращаются к евро на фоне отсутствия альтернатив - ввиду падения доверия к доллару. Слишком много проблем и слишком много скандалов довлеют сейчас над американской экономикой. И паритет валют - не более чем временный шанс для евро.

Он словно говорит нам: да, еврозона - с ее 300 миллионами потребителей - способна стать локомотивом мировой экономики, но для этого ей надо освободиться, наконец, от пут бюрократии и чрезмерных социальных расходов. Американцы-то в обозримом будущем, судя по всему, решат свои нынешние проблемы, а вот что касается европейцев - в первую очередь, немцев и французов - отнюдь не факт. Необходимость радикальных реформ очевидна уже всем, но стабильным паритет доллара и евро может стать только, когда Европа найдет в себе политическую волю для проведения этих реформ", - пишет немецкая газета Welt.

Иван Толстой: Французская Monde подчеркивает в заголовке статьи, что евро восстановил паритет именно с ослабленным долларом. "Падение доллара - следствие одновременно кризиса доверия и глубоких перемен природы мировой экономики. Америка больше не притягивает, как магнит, капиталы всего мира. Уже пять месяцев подряд американские инвестиции за границей превышают зарубежные в США. По оценкам некоторых экспертов, американская экономика "банализируется", то есть, теряет свою ведущую роль. С другой стороны, былые двигатели роста в 90-е годы - инвестиции и новые технологии - сменяются потребительскими услугами и недвижимостью. В конце 80-х годов доллар уже был сильно девальвирован ради сокращения американского бюджетного дефицита. С 1986 года по 1990 для компенсации дефицита в 3,5% курс доллара упал на 37% относительно японской йены и на 44% - относительно немецкой марки. Сегодня бюджетный дефицит в США - больше 4%, и перспектива курса 1 доллар и 25 центов за один евро не кажется уж столь невероятной", - пишет французская газета Monde.

Елена Коломийченко: Австрийская газета Die Presse замечает, что "хотя паритет и укрепляет уверенность европейцев в своих силах, особенно тех, кто часто путешествует по "долларовой" зоне, повода бить себя в грудь от радости нет. И совсем уж не радуется европейская экономика. Экономисты подсчитали: если доллар упадет относительно евро на 20 процентов, темпы экономического роста в евро-зоне снизятся на один процент. Несмотря на всё, "локомотивом" мировой экономики остаются именно Соединенные Штаты.

Специалисты не сомневаются в том, что либеральная американская экономика будет задавать тон и в будущем, несмотря на все нынешние скандалы. А если бы даже в силу некоего заколдованного круга падения доллара и дальнейших распродаж американских ценных бумаг США и уступили бы ведущую роль Европе, неизвестно еще, справилась ли бы с ней европейская экономика", - пишет австрийская газета Die Presse.

Иван Толстой: Немецкая Frankfurter Allgemeine Zeitung пишет: "Когда шум скандалов приутихнет, инвесторы поймут, что Enron и WorldCom - это еще не вся американская экономика. Поэтому перспективы роста курса евро ограничены, и совершенно прав сомневающийся в них Европейский центральный банк. С другой стороны, банку не следует вмешиваться в динамику курсов валют, даже если - в случае подъема евро - и последуют жалобы европейских экспортеров", - пишет немецкая Frankfurter Allgemeine Zeitung.

Елена Коломийченко: Сельскохозяйственная политика по-прежнему подрывает идею Объединенной Европы, пишет немецкая газета Sueddeutsche Zeitung.

И без того не лучший имидж бюрократии Евросоюза становится еще хуже на фоне гигантской системы субсидирования европейских фермеров. Эти субсидии - прямые, косвенные или в виде искусственно завышенных цен - приводят к огромному перепроизводству. Излишки мяса или зерна в итоге продаются на мировом рынке - по щедро субсидированным ценам, накаливаются на складах или просто уничтожаются.

На финансирование этого бессмысленного перепроизводства Европейский союз тратит в год 44 миллиарда евро, собранных от налогоплательщиков, - то есть половину всего бюджета ЕС. Попутно земля и вода загрязняются нитратами, а беднейшие страны мира оказываются на международном рынке в неравном положении. Уже не одного десятилетие критики возмущаются этим аграрным безумием Евросоюза.

Однажды Организация экономического сотрудничества и развития уже предлагала: не лучше ли просто платить фермерам пособия? Тогда это сочли издевкой и провокацией. Но теперь Европейская комиссия решила взять эту так называемую "провокацию" за основу своей будущей политики.

Комиссар Европейской Комиссии по сельскому хозяйству Франц Фишлер намерен провести настоящую реформу. Речь идет о совершенно новой концепции. Из земледельца, труженика полей фермер должен превратиться, скорее, в ухаживающего за ландшафтом садовника, которому общество платит за заботу о природе, образцовое содержание скота и производство качественных продуктов питания. И этот крестьянин на службе у государства должен будет производить только то, что действительно нужно рынку.

Иван Толстой: По опросам, 60% европейцев поддерживают эту идею. Неизвестно, однако, как долго еще европейское общество будет мириться с тем, что всего 5% населения ЕС - фермеры - каждый год получают миллиарды - за счет остальных. Однако новая концепция подразумевает и серьезные перемены в самой психологии работающих на земле.

Предложенная 10 июля реформа сельскохозяйственной политики Европейского союза вполне сбалансирована, хотя комиссара Фишлера и критикуют со всех сторон. Впрочем, любая идея перевода европейского сельского хозяйства на чисто рыночную основу вызвала бы настоящую бурю и не пошла бы на пользу ни окружающей среде, ни качеству сельскохозяйственной продукции, которое и так постоянно тревожит европейских потребителей. Горькая правда, увы, в том, что без субсидий - в условиях конкуренции мирового рынка - необходимого качества европейским фермерам не добиться.

А нужна ли вообще сейчас радикальная реформа? Этот вопрос задает в первую очередь президент Франции Жак Ширак, не желающий пугать своих фермеров, которые получают из общей европейской казны субсидий больше любых других. По планам, окончательное решение о реформе сельскохозяйственной политики и ее финансировании должно быть принято лишь в 2006-ом году. Тем не менее, проект Франца Фишлера, хотя и не уменьшает расходов на содержание европейских крестьян, но, по крайней мере, разумнее нынешней политики. Качество вместо количества - вот суть его идеи" - пишет немецкая газета Sueddeutsche Zeitung.

Сергей Сенинский: Меняющийся мир: страны и рынки...

XS
SM
MD
LG