Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Реальный курс рубля. Земельный кодекс Украины. Аргентина: долларизация или девальвация?


- Реальный курс рубля к доллару: плюсы и минусы его роста для экономики.
- Земельный кодекс Украины.
- Финансовый кризис в Аргентине: долларизация или девальвация?
- Меняющийся мир: страны и рынки после терактов в США.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский:

Курс российского рубля к доллару США на минувшей неделе снижался значительно более высокими темпами, чем в предыдущие месяцы. Одну из главных причин многие эксперты видят в том, что объем валютных резервов Центрального банка России в последние недели сокращался такими темпами, которых не было с августа 1998 года.

Однако в целом за 11 месяцев нынешнего года темпы снижения курса рубля оказались в два с половиной раза ниже реальных темпов инфляции. Что это означает и каковы плюсы и минусы явления для экономики России - об этом наш разговор сегодня. Его открывает - из Москвы - вице-президент аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Екатерина Малофеева:

Екатерина Малофеева:

С начала этого года курс рубля упал на 7,3%. Если перевести это в денежное выражение, то за один доллар к концу 11 месяцев года стали давать на 2 рубля 24 копейки больше, чем в начале года. А инфляция за период с января по ноябрь составила почти 17%.

За весь же 2000 год курс рубля в номинальном выражении упал на 5,2%, и в номинальном выражении к концу года стали давать за доллар на 1 рубль 46 копеек больше, чем в начале года. А инфляция за весь 2000 год составила 20%.

Сергей Сенинский:

Это расхождение между темпами инфляции и динамикой обменного курса валюты экономисты называют изменением реального курса этой валюты, в данном случае - российского рубля. Если темпы роста цен оказываются выше темпов девальвации валюты, как в нашем случае, в рубль - в реальном выражении - укрепляется, и - наоборот. Тему продолжает - также из Москвы - руководитель исследовательского Центра развития Сергей Алексашенко, в недавнем прошлом - заместитель министра финансов и первый заместитель председателя Центрального банка России:

Сергей Алексашенко:

Это процесс неизбежно происходит во всех странах, которые переживают переходный период. Если смотреть на долгосрочную и на среднесрочную перспективу, то реальное укрепление рубля, то есть постоянное опережение темпами инфляции темпов девальвации валюты, есть некий объективный процесс, и с этим нужно просто смириться. Нужно понимать, что так устроена жизнь. Это точно так же, как после зимы бывает лето...

Сергей Сенинский:

Если это - неизбежно, то каков - если можно так выразиться "баланс" плюсов и минусов изменения реального курса рубля - как для экономики в целом, так и для отдельных её отраслей? Екатерина Малофеева, инвестиционная компания "Ренессанс-Капитал":

Екатерина Малофеева:

От роста реального курса рубля снижается конкурентоспособность внутренних производителей. И те денежные "выгоды", которые получили от девальвации рубля в 1998 году российские производители, в течение последних лет снижались. А в 2000-2001 году это "снижение выгод" проходило достаточно быстрыми темпами...

Сергей Алексашенко, исследовательский Центр развития:

Этот процесс Центральный банк России может в определенной степени регулировать. Он может либо ускорять, либо замедлять девальвацию рубля, потому что валютный рынок в настоящее время находится под полным его контролем. И здесь перед Центральным банком стоит нелегкая дилемма: если рубль укрепляется в реальном выражении, то есть ЦБ проводит политику, которая следует долгосрочным тенденциям, и темпы девальвации оказываются ниже темпов инфляции, то это означает, что конкурентоспособность российских товаров (наверное, следует вести речь о внутреннем рынке) снижается. Потому что все издержки российских производителей начинают постепенно дорожать, то есть повышать свою цену в долларовом выражении.

И наиболее ярким результатом является, например, поведение производителей автомобилей. Они в наибольшей мере сталкиваются с конкуренцией - конечно, не с новыми автомобилями, а с подержанными, но, тем не менее, для автомобильной промышленности это очень важно, очень болезненное явление. Как и для экспортеров сырья.

Собственно говоря, если рубль в реальном выражении укрепляется, то это означает, что издержки на добычу нефти, на производство металла, на добычу газа растут, а компании получают все меньше прибыли...

Екатерина Малофеева:

С другой стороны, ожидание экономическими агентами того, что курс рубля будет продолжать расти в реальном выражении еще и в будущем. И ожидание того, что их выгоды от девальвации будут в будущем и дальше исчезать, а конкурентоспособность - снижаться, стимулирует экономику к тому, чтобы обновлять производственные мощности и повышать конкурентоспособность за счет не денежных факторов. То есть за счет производства более качественной и более дешевой продукции.

То есть вот такой денежный фактор, с одной стороны, в чистом виде, негативен, а с другой стороны, он создает достаточно сильный стимул для того, чтобы повышать эффективность отечественных производителей.

Сергей Алексашенко:

Если рубль в реальном выражении ослабевает, и темпы девальвации опережают темпы инфляции, то страдает, в первую очередь, население. Его жизненный уровень падает, его доходы - в долларовом выражении - снижаются.

Страдают также производители товаров, которые ориентируются на население и внутренний рынок. Страдают те компании, которые заинтересованы в обновлении своего технологического оборудования. Они, как правило, закупают его за границей, а теперь оно для них становится более дорогим.

Поэтому искусство Центрального банка, наверное, и состоит в том, чтобы найти "баланс" между инфляцией и девальвацией, который будет учитывать все интересы.

Сергей Сенинский:

Вернемся к обменному курсу российского рубля. Предстоящее с 1-го января в 12 западноевропейских странах появление единой валюты - евро - в наличном обороте (после трех лет существования лишь в безналичной форме) окажет ли уже в первые месяцы сколько-нибудь существенное влияние на российский валютный рынок?

Екатерина Малофеева:

Знаете, я думаю, что эффект будет небольшим. На самом деле, даже когда евро еще не существовало, а была немецкая марка, как давно существующая и всем известная валюта, то оборот марок в России был не очень большой. Несмотря на то даже, что Германия является крупнейшим торговым партнером России. Существенная часть внешнеторгового оборота все равно обслуживается в долларах.

Так что сейчас, с появлением евро, я не думаю, что на него существенным образом в России вырастет спрос. Курс евро относительно доллара довольно сильно колеблется. Мне кажется, можно утверждать, что из-за этих колебаний евро представляет собой чуть менее стабильную валюту, чем была немецкая марка.

Наверное, евро возьмет на себя ту часть денежного оборота валютного рынка России, которая раньше приходилась на другие европейские валюты, теперь вошедшие в зону евро. Однако я не думаю, что это влияние будет существенным, и не ожидаю значительного роста в России оборотов рынка евро...

Сергей Сенинский:

Рост спроса на доллары в последние дни на российском валютном рынке и более значительное, чем раньше, снижение курса рубля в течение всего нескольких дней многие эксперты связывают с известиями о сокращении валютных резервов Центрального банка. Сами по себе, то есть, в абсолютном выражении, они сократились не столь существенно, но дело в том, что это сокращение произошло в очень короткие сроки...

Екатерина Малофеева:

Действительно за последние две недели, начиная с 23 ноября, золотовалютные резервы Центрального банка сократились почти на 2,5 миллиарда долларов. Падение резервов можно объяснить двумя фактами. Во-первых, были платежи по внешнему долгу, которые производятся в иностранной валюте. И для чего ЦБ приходится расставаться с частью своих резервов.

Во-вторых, нельзя отрицать того факта, что падение мировых цен на нефть сказывается на поведении агентов внешнеэкономической деятельности. Нельзя сказать, что мы уже видим снижение поступлений валютной выручки в страну из-за падения мировых цен на нефть. Наверное, чтобы этот эффект проявился, должно пройти некоторое время. Из-за чисто технических деталей и спецификации валютных экспортных контрактов.

Но, вместе с тем, банки и экспортеры ожидают, что валютная выручка будет в ближайшее время снижаться. И эти ожидания уже отражаются на валютном рынке.

С другой стороны, импортеры в ожидании возможного падения курса рубля, наверное, стали более активно закупать валюту с тем, чтобы купить ее сейчас дешевле, пока курс рубля не упал.

Сергей Сенинский:

Еще один аспект проблемы. Динамика валютного курса рубля в последние месяцы практически никак не связана с динамикой темпов роста экономики в целом. А в октябре, по некоторым сообщениям из Москвы, рост, например, промышленного производства чуть ли не приостановился вообще. Могут ли - в идеальной ситуации - динамика обменного курса и динамика экономического роста не быть связаны вовсе? Сергей Алексашенко, руководитель исследовательского Центра развития:

Сергей Алексашенко:

В течение 2001 года, да и, собственно говоря, в течение последних трех лет, динамика курса рубля по отношению к доллару достаточно стабильна. Рубль постепенно девальвируется, причем медленнее, чем инфляция, и ЦБ таким образом удерживает процесс укрепления реального курса рубля. Поэтому говорить всерьез о какой-либо корреляции между тем, чтобы темпы экономического роста стали снижаться в России, и тем, что рубль себя ведет таким образом, а не иным, наверное, нельзя.

Рубль стабилен уже на протяжении трех лет, а за эти три года Россия испытала и очень высокие темпы роста, которые превышали 10% годовых, и паузу, как было во втором полугодии прошлого года. И теперь опять в октябре Госкомстат сообщил о том, что темпы роста приостановились.

Я бы не стал уделять очень серьезного внимания теперешней ситуации, так как данные одного месяца - это очень мало.

Нужно признать, что за последние три года российская экономика растет достаточно бурно. Это состояние для нее не привычно. Для экономики любой страны в таком состоянии, наверное, временами необходима какая-то пауза. Ну, как спортсмену необходимо передохнуть или немного отдышаться. Это и может проявляться в замедлении экономических показателей на месяц-другой.

Если что-то и влияет на замедление темпов экономического роста в России, то это высокие темпы инфляции - более высокие, чем, скажем, в странах восточной Европы - на уровне 20% в год...

Сергей Сенинский:

Вновь - к обменному курсу рубля. Точнее, к некоторым прогнозам динамики курса, которую, и это подчеркивали оба наших собеседника, сегодня полностью контролирует Центральный банк. Екатерина Малофеева, компания "Ренессанс-Капитал":

Екатерина Малофеева:

Я думаю, что на фоне недавнего падения уровня золотовалютных резервов ЦБ перед всеми участниками рынка - дилемма. Это - политическая дилемма, которая стоит в свою очередь постоянно перед Центральным банком России в последнее время. С одной стороны, стабильность валютного курса в номинальном выражении - важный политический фактор. С другой стороны, слишком сильное и длительное завышение валютного курса - для экономики не очень хорошо, так как это снижает конкурентоспособность российских производителей. Тут еще вписываются интересы правительства и того же ЦБ, которые хотели использовать это время для того, чтобы досрочно выплатить часть внешних долгов.

Поэтому я думаю, что в ближайшие дни рынок определится, какой политики он ожидает от ЦБ... Поддержание стабильного курса рубля.. мы считает не очень правильным и не очень вероятным, с точки зрения банка России. Потому что за счет валютной стабильности мы можем нанести слишком большой удар по конкурентоспособности российских производителей. Либо - поддержание более или менее стабильного уровня золотовалютных резервов, чтобы позволить экономике развиваться чуть ускоренными темпами и полностью в срок погашать платежи по внешнему долгу.

Сергей Сенинский:

Другими словами, если я правильно понимаю, Центральный банк, на ваш взгляд, скорее, не будет слишком препятствовать дальнейшему снижению курса рубля к доллару?

Екатерина Малофеева:

Я думаю, да. Для Центрального банка, наверное, главным приоритетом будет поддержание относительно высокого уровня резервов, чтобы в будущем позволить правительству обслуживать платежи по внешнему долгу. И также я думаю, что ЦБ будет пытаться сглаживать по мере сил краткосрочные колебания и отбивать "спекулятивные атаки", которые могут возникать на валютном рынке...

Сергей Сенинский:

Спасибо, напомню на вопросы программы отвечали в Москве вице-президент аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Екатерина Малофеева и руководитель исследовательского Центра развития Сергей Алексашенко.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 14 декабря. С обзором вас познакомит Мария Клайн:

Мария Клайн:



События 11 сентября, преобразившие мир, должны были бы изменить энергетическую стратегию Запада в целом, и особенно - Соединенных Штатов, в том, что касается зависимости от импорта нефти из региона Ближнего Востока. Однако этого пока не происходит, пишет "Экономист".

Саудовская Аравия действительно располагает гигантскими запасами нефти, которая, к тому же, легко может быть поднята на поверхность, а значит - очень дешевая. Однако в целом мировые цены на нефть - если оценивать многолетнюю их динамику - плавно снижаются. Во-первых, появляется все больше энергосберегающих технологий, а во-вторых, технологий все более эффективной добычи самого сырья. И нефть, скрытая под землей, превращается в актив, который постепенно дешевеет.

Кроме того, события последних недель продемонстрировали возросшее влияние на мировой нефтяной рынок тех нефтедобывающих стран, которые не являются членами ОПЕК. И, как можно предположить, случись даже перебои с поставками саудовской нефти, нехватку, вроде, смогут в значительной степени восполнить.

Проблема в том, что этого не случится. Доля Саудовской Аравии на мировом нефтяном рынке в ближайшие годы будет только увеличиваться. Объемы добычи более дешевой нефти странами, не входящими в ОПЕК, будут сокращаться, несмотря на все оптимистические прогнозы относительно возможностей новейших технологий добычи. И перспектива еще большей зависимости Запада от поставок нефти с Ближнего Востока, наряду с опасениями, что к власти в каких-то странах региона - в принципе - могут прийти люди, подобные афганским талибам, лишь усиливает необходимость принятия мер, направленных на сокращение потребления нефти вообще.

Одна из них представляется очевидной: в США налоги на бензин слишком щадящие. Однако гораздо более действенной мерой, чем просто однократное их повышение, могла бы стать стратегия переключения - как объекта налогообложения - с прибыли на объемы выброса углекислоты. Это резко ускорит разработку новейших технологий на транспорте и ограничит спрос на нефть - со всеми вытекающими последствиями, в том числе - политическими. Во всей этой кампании главное - постепенность и последовательность. Но время начать её уже пришло, заключает "Экономист".

В будущем году почти все больницы Норвегии будут национализированы, прежде всего - 19 региональных. А частные клиники? Их в стране почти нет, и мало кто из норвежцев желает, чтобы их стало больше. И в этом, по сути, проявляется в Норвегии главная проблема системы социального обеспечения и в целом государственного сектора экономики, пишет "Экономист".

Практически все здравоохранение и образование в стране финансируется государством. Так же как и пенсионная система, электро- и водоснабжение, строительство автомобильных и железных дорог, а также обычная телефонная связь. Кроме этого, государство доминирует в нефтегазовой промышленности и машиностроении. Через принадлежащие ему пакеты акций государство контролирует 40% всего объема норвежского фондового рынка. Кроме того, в его распоряжении 65 миллиардов долларов (по 14 с половиной тысяч на каждого жителя страны) из специального Нефтяного фонда, средства которого формируются сегодня от продажи нефти - на те времена, когда она кончится.

Однако новое правительство страны уже продало пятую часть акций государственных нефтяной и телефонной компаний. И дело, скорее, не в том, что оно стремится сократить участие государства а экономике, а в требованиях самих частных владельцев. Любой менеджмент, даже самый эффективный, требует "недремлющих" акционеров, а главным из них оказывается государство. Оно может, конечно, действовать как собственник, но это опять-таки - правительство. Новые владельцы хотели бы видеть также иностранцев в руководстве бизнесом компании.

Новое правительство намерено также добиться от парламента, чтобы доля государства во многих норвежских компаниях могла сократиться до блокирующего пакета - примерно 33%. На большее оно пока не может пойти. Во-первых, в самой Норвегии не хватит для этого частного капитала. А если иметь в виду капитал иностранный, то нельзя забывать, что большинство норвежцев не приемлют самой идеи, что иностранцы могут стать владельцами их природных ресурсов. Норвежцы, которых всего четыре с половиной миллиона, дважды голосовали против того, чтобы страна вошла даже в Европейский Союз, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский:

Мария Клайн познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 14 декабря.

В ближайшие дни Верховная Рада Украины должна заслушать отчет о работе временной следственной комиссии, которая была создана депутатами 29 ноября для проверки соблюдения требований Конституции и регламента при принятии Земельного кодекса Украины. Он был принят Верховной Радой 25 октября, а 13 ноября Кодекс подписал президент Украины. Согласно постановлению Верховной Рады, отчет временной комиссии должен быть заслушан не позднее 15 декабря.

Вспомним основные положения Земельного кодекса Украины, результаты голосования по которому часть депутатского корпуса хотела бы пересмотреть? Слово - нашему корреспонденту в Киеве Сергею Киселеву:

Сергей Киселев:

Земельный кодекс Украины действительно предполагает, что земля станет предметом купли-продажи. Однако тот же Земельный кодекс, вступающий в силу с 1 января 2002 года, устанавливает до 2005 года мораторий на операции по купле и продажи земель, а до 2010 года разрешает продажу не более 100 гектаров сельскохозяйственных угодий на одного человека. Что же касается возможности продажи земли иностранцам, то здесь и вовсе объявлен 20-летний мораторий.

Иными словами, еще долгие годы Земельный кодекс фактически работать в Украине не будет.

Говорит заместитель директора украинской агропромышленной компании "Олимпекс", занимающейся производством, переработкой, а также экспортом и импортом сельскохозяйственных продуктов, Николай Вернитский:

Николай Вернитский:

Принятие Земельного кодекса явилось, скорее, политическим шагом, чем экономическим. Кодекс лишь декларирует частную собственность.

Во-первых, норма о купле-продаже земли вводится в действие только с 1 января 2005 года. Правительство аргументирует это необходимостью принятия большого количества подзаконных актов, на основе которых формировался бы рынок земли и проводились прозрачные операции на нем. А я бы добавил к этому - необходимостью для некоторых политических сил завершить перераспределение земли до того, как эта земля поступит в свободную продажу.

Разные политические силы настаивали на разных сроках, и 2005 год - это компромисс между ними. Я думаю, что этот процесс будет завершен гораздо скорее - перераспределение сфер влияния на землю. Частная собственность для иностранцев?.. - Не думаю, что будет разрешена в ближайшее время, хотя это - один из ключевых моментов привлечения зарубежных инвестиций в сельское хозяйство Украины.

Сергей Киселев:

Николай Вернитский, заместитель директора агропромышленной компании "Олимпекс".

Опасения, что, мол, иностранцы скупят всю украинскую землю, высказывают представители всего сегодняшнего политического бомонда Украины, независимо от его политической принадлежности. И хотя украинский Земельный кодекс категорически запрещает изымать земли из сельскохозяйственного оборота, именно потенциальные зарубежные сельхозинвесторы почему-то подозреваются в том, что они смогут найти лазейки в украинском законодательстве.

Впрочем, лазейки эти и искать-то особенно не надо. Ведь землю для иностранца всегда может прикупить или взять в аренду гражданин Украины, а уж что касается совместных предприятий, то тут и вовсе закон обходить не нужно: украинская сторона СП совершенно официально может претендовать на аренду земельного пая. Более того, эксперты отмечают, что если иностранцы станут совладельцами или даже единственными владельцами украинского предприятия, то это предприятие сможет выкупить землю, поскольку является украинским юридическим лицом.

Говорит эксперт украинского Международного центра перспективных исследований Сергей Алексейчик:

Сергей Алексейчик:

Насколько эффективно ограничение, то есть, запрещение покупки земли иностранцем, если всегда можно будет найти схему, которая позволит это ограничение обойти?..

Другой вопрос, - какие культуры и подо что будет оптимизировано такое производство? В этом плане Кодексом предусмотрен целый ряд ограничений по методам использования земли.

То есть в случае, если собственник не будет придерживаться установленных государством норм работы на земле, то она может быть в принудительном порядке изъята из частной собственности и передана какому-то другому, более эффективному, например, или выполняющему условия собственнику.

Сергей Киселев:

Сергей Алексейчик, эксперт украинского Международного центра перспективных исследований.

Впрочем, земля может быть изъята у украинского собственника - как, кстати, и у российского, что следует из норм российского Земельного кодекса - и по другому поводу. Если земля эта понадобится для государственных нужд. И хотя ее владелец через суд получает компенсацию, эксперты полагают, что эта компенсация не окупит затрат агрария, вложенных в землю, поскольку невозможно оценить ни его труд, ни толком определить рыночную цену на землю, поскольку формироваться эта цена будет весьма сложным способом.

Вновь слово - заместителю директора агропромышленной компании "Олимпекс" Николаю Вернитскому:

Николай Вернитский:

Даже в условиях частной собственности на землю доля проданных земель и купленных земель будет крайне небольшая, потому что это требует больших вложений. Прежде всего, на мой взгляд, будет развиваться аренда, которая и сейчас развивается, и в дальнейшем будет развиваться. Но частная собственность необходима, прежде всего, для банковского кредитования, для развития ипотеки. А аренда будет осуществляться новыми структурами, которые придут на село. И в настоящий момент идет формирование этого рынка аренды земли, когда самые "крепкие" хозяйства являются самыми "лакомыми кусками" для новых собственников.

Введение частной собственности на землю также не означает, что кредиты тут же потекут в сельское хозяйство, потому что действительно процесс принятия большого количества подзаконных актов будет очень длинным и очень тяжелым. Ну, а у нас в последнее время правительство стремилось сделать так, чтобы кредиты раздавались под залог земли, но когда эти кредиты не возвращались, то и земля тоже не изымалась у крестьян. А ведь это - в общем-то, нонсенс!..

Сергей Киселев:

Николай Вернитский, заместитель директора агропромышленной компании "Олимпекс".

Эксперты указывают еще на одну причину, по которой, как им представляется, политики всех направлений всячески оттягивают то время, когда земля в Украине станет продаваться тому, кто хочет ее купить, или сдаваться в аренду тому, кто хочет ее арендовать. Украинские власти, полагают эти эксперты, всерьез опасаются, что если сегодня разрешить обедневшим украинским крестьянам по собственному усмотрению торговать земельными паями, то землю эту можно будет купить чуть ли за цену ящика водки...

Сергей Сенинский:

Сергей Киселев, наш корреспондент в Киеве.

Финансовый кризис в Аргентине, похоже, приближается к своему апогею. Собственно, финансовый кризис перерастает уже в более широкий. В четверг по инициативе трех ведущих профсоюзов в стране прошла всеобщая забастовка, уже девятая за время пребывания по посту нынешнего президента страны. Несколько дней назад Международный валютный фонд отложил предоставление Аргентине очередной части кредита - более одного миллиарда долларов. Между тем, в пятницу, 14 декабря, истекает срок погашения очередных платежей по внешнему долгу страны, превышающего в целом 130 миллиардов долларов. Тему продолжает наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов:

Владимир Морозов:

Возражения МВФ вполне понятны, если учесть, что только с начала нынешнего года Фонд уже предоставил Аргентине займов на 20 миллиардов долларов, но это никак не отразилось на состоянии аргентинской экономики. Её объем сокращается уже четвертый год подряд. Уровень безработицы приближается к 20%. На том же уровне держится и рейтинг популярности президента страны Фернандо де Ла Руа. И это не удивительно. За последние два года власти реализовали восемь программ сокращения государственных расходов. В последний раз они, например, на 13% уменьшили зарплаты и пенсии государственных служащих.

Многие эксперты и сейчас полагают, что если МВФ не даст новых денег, то Аргентину ожидают не только экономические, но и серьезные политические потрясения, преодолевать которые снова придется с помощью МВФ. Так, может быть, и впрямь проще дать денег еще раз? С таким подходом в корне не согласна экономист Ана Эйрас, сотрудник исследовательской организации Heritage Foundation:

Ана Эйрас:

Я с этим не соглашусь... Чем больше денег МВФ дает Аргентине, тем меньше у правительства страны стимулов реформировать экономику и добиться стабильного роста. Аргентина получает деньги МВФ уже 18 лет подряд, а её долги в целом сегодня составляют уже 132 миллиарда долларов! И то, что теперь дает МВФ, идет лишь на уплату процентов по долгам. На мой взгляд, если Фонд и предоставит Аргентине очередной заём, то правительство вскоре вновь придет с протянутой рукой...

Владимир Морозов:

Власти Аргентины неоднократно заявляли, что сделают все возможное, чтобы избежать дефолта. Министр экономики Доминго Кавайо объявил, что намерен добиться повышения налога на прибыль компаний и за счет этого дополнительно получить в бюджет 4 миллиарда долларов. В ответ президент Аргентинского союза промышленников Хосе Игнасио заявил, что новое требование правительства затянуть пояса неизбежно приведет к массовым увольнениям.

В свою очередь, один из профсоюзных лидеров Аргентины Родольфо Даер сказал, что экономическая программа Доминго Кавайо, который вернулся в кабинет министров 8 месяцев назад, скроена на скорую руку и уже успела нанести огромный ущерб стране и ее народу. Профсоюзный лидер добавил, что, по его мнению, в Кавайо вообще есть нечто зловещее: он разрушает все, к чему прикоснется, конец цитаты. И это - о человеке, которого всего 10 лет назад называли отцом аргентинского "экономического чуда"! Тему продолжает сотрудник расположенного в Вашингтоне исследовательского института Cato Инн Васкез.

Инн Васкез:

10 лет назад Доминго Кавайо сделал реальной экономическую политику, направленную на создание свободного рынка. Он жестко привязал курс национальной валюты - песо - курсу американского доллара - 1:1 и лишил тем самым Центральный банк Аргентины самой возможности печатать "пустые" деньги. Таким образом удалось быстро покончить с многолетней гиперинфляцией. После чего аргентинские банки могли предоставлять достаточно кредитов, что способствовало росту экономики.

Но это было десять лет назад! Позже темпы экономического роста замедлились, что было закономерным в отсутствие необходимых структурных реформ. А теперь темпы роста экономики замедлились и во всем мире. Инвесторы уже не спешат с новыми проектами.

И в этих условиях бывший сторонник свободного рынка, министр Доминго Кавайо переключился на регулирование экономики. Наряду с прочим, он установил различные обменные курсы песо для импорта и для экспорта. То есть, по сути, Кавайо сегодня разрушает то, что когда-то сам и создавал!..

Правительство Аргентины в последнее время неоднократно давало понять, что в принципе готово отменить жесткую привязку песо к доллару и провести девальвацию своей валюты. Понятно, что аргентинцы уже не уверены в своей валюте - так, как раньше. Ведь если это действительно случится, очень многие разорятся...

Владимир Морозов:

Обстановку неуверенности усилила, а точнее -привела к панике, еще одна мера правительства. По инициативе Доминго Кавайо, банки ограничили выдачу наличных гражданам одной тысячей долларов в месяц. У банков тут же выстроились огромные очереди, а магазины - опустели.

Продолжает - экономист Ана Эйрас:

Ана Эйрас:

Знаете, на месте Кавайо, я, наверно, просто убежала бы, куда глаза глядят... Ну, а если серьезно, то, видимо, правительству надо решаться на дефолт. В Аргентине справедливо опасаются, что тогда не удастся привлечь капитал в будущем. И если не выплатить положенное держателям аргентинских облигаций, то их больше никто не станет покупать.

Эти опасения понятны, однако дефолт - это вполне легальный метод, применяемый в экономике. Вы заявляете, что в данный момент вам нечем погашать долги и просите отсрочить их возврат.

Кроме того, инвесторы рисковали вполне осознанно. Ведь они покупали аргентинские облигации, по которым можно получить 16% годовых, а не американские, скажем, по которым - всего 2%. Всем известно, чем больше ожидаемая прибыль, тем выше степень риска... и возможность деньги потерять вовсе. И потому, если Аргентина и объявит дефолт, то у инвесторов не будет особых причин жаловаться. Они ведь знали, на что шли.

Владимир Морозов:

Однако ни отсрочка погашения долгов, если её предоставят, ни дефолт, случись он, не помогут, если Аргентина не проведет необходимых структурных реформ, которыми, по мнению обоих моих собеседников, надо было заняться уже давно:

Ана Эйрас:

Политики, даже если они с гарвардским образованием, как сам Доминго Кавайо, часто полагают, что все может изменить какая-то одна волшебная мера, своего рода панацея. Но нужна система мер, настоящая реформа! А это - гораздо сложнее осуществить.

Аргентинские политики предпочитают пока нечто более эффектное - скажем, перераспределение доходов. Как благородно звучит: забрать у богатых и отдать бедным! Но ведь многие люди действительно хотели бы работать, а не ждать помощи от государства. Так создайте нормальные условия для мелких и средних предпринимателей.

Надо узаконить и всячески стимулировать деятельность таких людей, снять многочисленные для них ограничения, снизить налоги. То есть создать настоящий свободный рынок. Вам, вероятно, хорошо знакомо и по опыту России, что если средний и мелкий бизнес не может работать на законных основаниях, он тут же уходят в зону "черного" рынка...

Владимир Морозов:

Что касается климата для предпринимательства в целом, то подобного мнения придерживается и другой наш собеседник - сотрудник исследовательского института Cato в Вашингтоне Инн Васкез. Но в части преодоления именно финансового кризиса у него - он считает более подходящими для Аргентины иные меры:

Инн Васкез:

Дефолта, вероятно, не избежать. Но можно, на мой взгляд, обойтись без девальвации. Теоретически, выходом могла бы стать полная долларизация Аргентины, то есть полная замена аргентинского песо долларом. Если доллар станет единственной аргентинской валютой, то исчезнет и постоянные опасения банкротства. Правительство всегда может изменить курс песо. Но проделать то же самое с долларом - невозможно! Его курс стабилен...

Процесс глобализации вообще ведет к сокращению количества валют в мире. Вспомните хотя бы Западную Европу, 12 стран которой одновременно переходят на единую валюту - евро. Другой пример: по пути долларизации уже идут некоторые страны Латинской Америки. Эквадор и Панама уже перешли на доллар. Практически то же самое происходит и в северной части Мексики, и даже на коммунистической Кубе.

Владимир Морозов:

Это лишь некоторые из мнений экспертов по экономике стран Латинской Америки. Другие возражают: полная долларизация - отнюдь не выход для Аргентины. Во-первых, напоминают они, лишь 11% всего аргентинского экспорта приходится на США. А этого слишком мало, чтобы обеспечить приток необходимых всей экономике долларов. Во-вторых, долларизация лишь вынудит правительство подстраиваться под реальный обменный курс за счет дефляции - снижения цен и заработков в номинальном выражении. А этот процесс уже разорил многие компании в Аргентине. И потому выходом из кризиса, говорят те же эксперты, станет лишь "плавающий" курс национальной валюты к доллару. На что их оппоненты возражают: раз необходимые реформы не проведены, этот курс может упасть значительно, подстегнув инфляцию. А это аргентинцы уже проходили... пока не пришел 10 лет назад Доминго Кавайо.

Ну, а в самой Аргентине тем временем напряжение нарастает. Все новые акции профсоюзов, требования оппозиции об отставке министра экономики Доминго Кавайо или даже всего правительства, окончательное решение Международного валютного фонда - все это может изменить ситуацию в самое ближайшее время...

Сергей Сенинский:

Владимир Морозов, наш корреспондент в Нью-Йорке.

Меняющийся мир: страны и рынки после терактов в США.

Ирина Лагунина:

"Деньги по бросовым ценам", - статья в немецкой газете Suddeutsche Zeitung. Раньше каждая такая новость была сенсацией, но теперь к ним уже привыкли. В 11 раз с начала этого года Федеральная резервная система США снижает банковские процентные ставки. Теперь американские банки могут получать деньги всего под 1,75% - это самая низкая ставка за последние 40 лет.

В последний раз такая же ставка была установлена в июле 1961 года. Тогда экономика США тоже находились в рецессии, но главное - ситуация в мире была крайне тревожной. "Холодная" война приближалась к кульминации, через месяц начали строить Берлинскую Стену, годом позже разразился Карибский кризис... В тех условиях центральный банк США стремился к одному: избавить экономику от ненужного давления.

Но с тех пор мир радикально изменился. США победили в "холодной" войне, доктрины мировой экономики стали совсем другими. Но, тем не менее, финансовая политика Америки сейчас - такая же, как во время Берлинского кризиса. В сущности, она даже радикальнее. Темпы, которыми Алан Гринспен понижает в этом году процентные ставки, беспрецедентны в американской истории. Это отражает неуверенность элит всего западного мира. Как долго еще продлится спад "новой" экономики? Не перерастет ли удар по террористам в многолетнюю войну против их "гнезд" по всему миру? Не завышены ли до сих пор курсы многих акций - несмотря на их падение в этом году? Неизвестно...

Алан Гринспен определил приоритеты: устранить все возможные препятствия на пути подъема американской экономики. Теперь процентные ставки по кредитам - фактически отрицательные, так как они уже меньше уровня инфляции. Рентабельность инвестиций падает, но потребители станут тратить больше денег на другие нужды.

Однако американская финансовая политика сопряжена с риском, и все более критично оценивается в Европейском центральном банке. Не исключено, что закачанные в экономику дополнительные деньги будут приведут к рывку инфляции и новому спекулятивному "пузырю" на Уолл-Стрит. Во всяком случае, европейцы пока не идут на снижение процентных ставок до такого же уровня. Тем более, что евро - еще слишком молодая валюта, которой лишь предстоит завоевать доверие.

Успокоить Европу может, правда, очевидное: крупнейший банк мира - Федеральная резервная система США - не бездействует. Вера в ее руководство, возможно и способствовала тому, что после 11 сентября на биржах не началась паника, и торговля ценными бумагами вскоре возобновилась.

До бесконечности такая политика продолжаться не может. По крайней мере, номинально ниже нуля ставки опуститься не могут. И чем ближе Федеральная резервная система приближается к этому пределу, тем меньше у нее остается пространства для маневра. Мировая экономика, конечно, была бы в лучшем положении, если бы остальной мир не столь зависел от ситуации в Соединенных Штатах, если бы, например, Европа добилась самостоятельного подъема своей экономики, пишет немецкая газета Suddeutsche Zeitung.

Иван Воронцов:

Немецкие экономисты вновь пересматривают свои прогнозы на будущий год и предсказывают экономике Германии прирост уже менее одного процента. Однако немецкий Институт мировой экономики по-прежнему прогнозирует прирост в 1,2%. А весной Институт ожидает даже большего роста. Уместен ли оптимизм? - пишет немецкая деловая газета Handelsblatt.

Индексы деловой активности и доверия потребителей по-прежнему идут вниз, объемы новых заказов в промышленности и уровень производства ниже, чем ожидалось. А данные самой газеты о нынешнем положении единой европейской валюты показывают: состояние именно немецкой экономики сдерживает её подъем.

Конечно, в период переломных для экономической конъюнктуры моментов предсказывать экономический рост особенно трудно. Да, при благоприятном стечении обстоятельств подъем возможен. Но следует учесть еще, по меньшей мере, три фактора.

Во-первых, если действительно рынки уже вскоре окончательно оправятся от шока после событий 11 сентября, и конъюнктура быстро нагонит упущенное.

Во-вторых, эксперты Института мировой экономики ожидают уже вскоре заметного оживления экономической активности во всем мире, что для ориентированной на экспорт немецкой экономики - жизненно важный фактор. Но это зависит, в первую очередь, от состояния экономики Соединенных Штатов. Да, некоторые данные дают основания для оптимизма. Но когда американская экономика вновь начнет расти - мы пока не знаем.

Наконец, в-третьих, улучшению экономической конъюнктуры в Германии не будут способствовать завышенные претензии немецких профсоюзов, в особенности, - металлистов, требующих повышения зарплаты, говорится в комментарии немецкой деловой газета Handelsblatt.

Сергей Сенинский:

"Меняющийся мир: страны и рынки после терактов в США"...

XS
SM
MD
LG