Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Экономика


- Экономика США: темпы роста и производительность.
- Предвестник евро - о курсе единой валюты.
- Музыка в Интернете: альянс Bertelsmann и Napster.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский:

Экономика Соединенных Штатов в год президентских выборов. Темпы роста экономики и производительности труда - перспективы. В канун выборов к этой теме - в специальных выпусках - обратились ведущие деловые еженедельники Европы и Соединенных Штатов - британский Economist и американский Business Week. Мы решили предложить вашему вниманию несколько фрагментов этих публикаций:

Александра Финкельштейн:

В 1994 году руководители Федеральной Резервной системы США столкнулись с необходимостью плавного замедления темпов экономического роста. И тогда Алан Гринспен, глава банка, предположил, что темпы роста производительности труда в США при этом вряд ли замедлятся. Его коллеги были не столь оптимистичны, но теперь-то всем понятно, что Гринспен был тогда прав: просто возникала Новая экономика, пишет еженедельник Business Week.

Сегодня те же руководители вновь создают экономике условия для "мягкой посадки". И Алан Гринспен вновь рассчитывает на устойчивый рост производительности труда, что позволит сдержать темпы инфляции при сохранении значительного экономического роста. Впрочем, на этот раз возможен и другой сценарий...

Дмитрий Волчек:

Почти на всем протяжении второй половины ХХ века Соединенные Штаты - по темпам роста производительности труда - значительно отставали от других развитых стран мира, напоминает еженедельник Economist. В первой половине века - картина была обратной. А в 80-ые и в начале 90-ых годов США отставали по росту производительности не только от других стран, но и от собственных темпов послевоенных десятилетий. Перелом произошел внезапно. И, как потом стало понятно, стал свидетельством глубоких структурных изменений в американской экономике.

По поводу того, что именно обусловило стремительный рост производительности труда в США, мнения фактически едины: революция в области информационных технологий и коммуникаций. Алан Гринспен полагает, что её эффект сравним, или даже превзошел, эффект от появления в конце ХIХ века телеграфа и электроэнергетики.

И, тем не менее, скептики по-прежнему задаются вопросом: бурный рост производительности труда в США в последние годы - это действительно результат структурных изменений или всего лишь феномен цикличности экономики?

Показательной - в этом контексте - становится динамика производительности труда по мере замедления темпов роста всей американской экономики. Предварительные макроэкономические показатели за третий квартал, обнародованные в начале ноября, оказываются ниже показателей предыдущих трех месяцев: рост производительности труда в США (исключая весь сектор сельского хозяйства) за период с начала июля по сентябрь включительно составил, в пересчете на год, 3,8% - по сравнению с показателем за тот же период прошлого года. Но во втором квартале этого года рост, также в пересчете на год, составил 6,1%.

Александра Финкельштейн:

Окажется ли нынешнее замедление темпов роста производительности труда продолжительным - вот главный вопрос, продолжает еженедельник Business Week. Если да, то даже при умеренном замедлении темпов роста американской экономики - например, до 3,5-4% в год - сдержать рост цен будет очень сложно. Конечно, в какой-то степени замедление роста производительности неминуемо: в прошлом году многие американские компании, несмотря даже на растущий спрос на их продукцию, не спешили с новыми рабочими местами: просто уже работающие работали больше. А теперь, когда в целом сокращается спрос, прошлогодний уровень производительности - закономерно снижается.

По мнению многих экспертов, благодаря инвестиционному буму в США в последние пять лет, темпы роста производительности труда увеличились в три раза - по сравнению с уровнем начала 90-ых годов. Плюс к этому - рынок труда в США расширялся примерно на 1% в год. Сочетание этих двух факторов, по мнению тех же экспертов, позволяет американской экономики прирастать (без угрозы инфляции) на 4% в год - вдвое больше, чем предельный уровень ранее.

Движущей силой роста производительности труда в стране стали, безусловно, компании "высоких" технологий. Хотя здесь и до сих пор сохраняются высокие темпы, тем не менее, в последнее время наметились признаки их замедления. Некоторые эксперты полагают даже, что пик роста продуктивности в США был пройден в мае нынешнего года.

Взять даже такого безусловного лидера, как корпорация Intel. В течение последних лет объем доходов в расчете на одного работника корпорации увеличивался более, чем на 3% в год. В нынешнем году, по прогнозам, он не только не увеличится, но даже слегка сократится...

Дмитрий Волчек:

Еще один широко обсуждаемый ныне фактор - сколь долго может сохраняться нынешний разрыв в темпах роста производительности труда между Соединенными Штатами и другими западными странами, пишет еженедельник Economist. До сих пор этот разрыв объясняли прежде всего тем, что в США гораздо быстрее, чем где-либо еще, внедряются новейшие технологии. Насколько обоснованы такие объяснения - лишь время покажет. Но если этот фактор действительно настолько существенен, то нынешнее преимущество здесь США исчезнет столь же стремительно, сколь и возникло: теперь и другие страны продвигаются по этому же пути весьма стремительно.

Но если выяснится, что нынешний разрыв в уровнях производительности отражает гораздо более фундаментальные и потому - более долговременные различия между Соединенными Штатами и другими развитыми странами - низкие налоги, относительно небольшой удельный вес государственного сектора экономики, больший приток рабочей силы из-за рубежа и, наконец, более гибкий рынок труда - нынешний разрыв окажется еще более значимым фактором.

Стоит напомнить, впрочем, что некоторые страны, в наибольшей степени придерживающиеся американской модели капитализма, - к примеру, Великобритания, - продемонстрировали в 90-ые годы не ускорение, а наоборот, замедление темпов роста производительности труда. И другая параллель. Среди стран, где новейшие технологии внедрялись почти столь же стремительно, как в США, - наиболее успешными оказались Скандинавские страны. Но с их высокими налогами, мощными государственными программами социальной помощи, они столь же далеки от американской модели капитализма, сколь и другие индустриальные страны...

Сергей Сенинский:

Спасибо, Александра Финкельштейн и Дмитрий Волчек. Это были фрагменты публикаций - в канун президентских выборов в США - в еженедельниках Economist и Business Week.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 10 ноября. С обзором вас познакомит Мария Клайн:

Мария Клайн:

Человека, получившего крупный выигрыш в лотерее, обычно спрашивают, на что он собирается потратить деньги? Странно, что тот же вопрос не задают в последние месяцы странам - экспортерам нефти, пишет "Экономист". Они получают огромные деньги от экспорта резко подорожавшего сырья. И то, куда пойдут эти нефтедоллары, имеет большое значение для мировых финансовых рынков.

Часть дополнительных доходов страны OPEC используют на погашение прошлых долгов, возникших, в основном, в процессе реализации крупных правительственных проектов. Доходы идут и на пополнение национальных валютных резервов, подавляющую часть которых составляют облигации казначейства США, причем тенденция эта сохранится, похоже, и в обозримом будущем. Это - не лучшая новость для европейской валюты. Нефть продается за доллары. И хотя нефтедоллары - не главный фактор, влияющий на курс единой европейской валюты, страны OPEC в прошлом году потратили на покупку американских облигаций почти столько же, сколько Европейский Центральный банк - на интервенции для поддержания курса евро. И если страны OPEC по-прежнему будут выкладывать за эти облигации по 1 миллиарду долларов в месяц, Европейский банк окажется в непростой ситуации.

Впрочем, есть и другие прогнозы, пишет "Экономист". В том числе - и ветерана правительства Египта Ибрахим Оувейиса, человека, придумавшего сам термин "нефтедоллары". Он сомневается, что цены на нефть вырастут еще больше. По его мнению, фактически в мире наблюдается перепроизводство нефти. Но реальная проблема в том, что существующих хранилищ не хватает, а нефтеперерабатывающие заводы не справляются с гигантскими объемами поступающего сырья. Как только эти факторы отпадут, полагает Оувейис, цены на нефть тут же снизятся.

Развивающиеся страны уже не раз убеждались, что один из возможных путей от бедности к относительному благополучию - производство игрушек для продажи на рынках западных стран. Сможет ли то же продемонстрировать Россия? Если судить по фабрике московской фабрике "Огонек", - вряд ли, пишет "Экономист". Раньше здесь выпускали дорогие электрические игрушки. Сегодня это - отсталое, даже по российским меркам, производство, запущенное и тесное. "Перспективы? - переспрашивает генеральный директор, не очень представляющий, сколько именно игрушек производят 470 его работников. - Я не думаю, что у нас вообще есть какие-то перспективы".

В крупнейшем некогда магазине игрушек - "Детском мире" в центре Москвы - положение, на первый взгляд, сходное. Теснятся ларьки с товарами для взрослых, игрушки дорогие и плохо представлены, персонал - мрачный. Но здесь появляется луч надежды.

Лицо нового директора магазина светлеет, когда он демонстрирует гигантского зайца из "ангоры", сделанного на его собственной новой фабрике игрушек, которая оснащена российским же оборудованием. Российские фабрики, по его словам, лучше, чем китайские, приспособлены для производства игрушек, рассчитанных на европейский рынок.

Российским производителям игрушек предстоит отвоевывать собственный рынок у китайцев. Настоящим же успехом могут стать продажи в развитых странах. Но до тех пор, пока новые хозяева "Детского мира" не докажут, что они способны нормально организовать, по крайней мере, свой собственный магазин, все эти планы так и останутся волшебными сказками, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский:

Мария Клайн познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 10 ноября.

Курс единой европейской валюты - евро - за 22 месяца ее существования снизился, по отношению к американскому доллару, более чем на четверть. В чем причины? Как это отразится на европейской экономике? На эти и другие вопросы - в интервью американскому журналу Business Week - отвечает экономист, создавший, по сути, теоретическую базу для появления единой валюты крупного региона, лауреат Нобелевской премии 1999 года по экономике, профессор Колумбийского университета в Нью-Йорке - Роберт Манделл. Вот несколько фрагментов этого интервью - с вопросами журнала Business Week:

Business Week:

Сколь успешным можно считать в целом появление евро?

Роберт Манделл:

Что понимать под "успехом"? То, что единая европейская валюта вообще появилась, стало почти чудом, если принять во внимание проблемы европейских стран в части соответствия их экономических показателей жестким финансовым критериям Маастрихтского договора, а также широкую оппозицию самому проекту среди экономистов не только в США, но и в самой Европе. Появление евро стало абсолютно беспрецедентным событием в мировой финансовой истории. Впервые целая группа стран решила отказаться своих национальных валют в пользу единой валюты, причем здесь важен не только сам прецедент, но удельный вес стран, вовлеченных в этот проект. Едва появившись, единая европейская валюта тут же стала второй по значимости валютой мира. Период становления может завершиться не ранее середины 2002 года, когда евро появится и в наличном обороте. Только тогда можно будет судить, насколько успешным оказалось появление новой валюты.

Business Week:

В чем причины падения курса евро?

Роберт Манделл:

Их несколько. Во-первых, с появлением единой валюты исчезли издержки, связанные с пересчетом сделок, совершаемых сразу в 12 национальных валютах. Это, по сути, было равнозначно внезапному притоку денег в общую систему, что ослабило евро.

Во-вторых, объединенный рынок еврооблигаций оказался наводненным новыми выпусками, поглотить которые он не мог без скидок в ценах.

В-третьих, темпы экономического роста в США оказались выше ожидаемых, затмив даже вполне удовлетворительные темпы экономического роста в Европе.

Четвертое. Европа весьма незначительно преуспела в том, что касается использования новых возможностей, создаваемых экономикой новейших технологий, а также в том, чтобы быть готовой к менее благоприятной для экономики демографической ситуацией, связанной с увеличением продолжительности жизни.

Пятое обстоятельство. Евро до сих пор существует лишь в безналичном обороте, в виде некой абстракции, которую широкие массы не могут до конца понять и - принять.

Наконец, шестое. Слабость общих европейских институтов: вялая Комиссия, слабоуправляемый Совет министров, а также -лишь начинающий Европейский Центральный банк.

Business Week:

Если курс евро сохранится на нынешнем низком уровне, что это будет означать для Европы?

Роберт Манделл:

Это не станет катастрофой. По словам канцлера Германии, низкий курс евро поддерживает конкурентоспособность европейской промышленности способствует экономическому росту. С другой стороны, это ведет к ценовому равновесию на более высоком уровне, хотя сейчас эта угроза менее значима, чем угроза замедления экономического роста.

Business Week:

Нынешний курс евро - ниже, чем должен был бы быть?

Роберт Манделл:

Он ниже - в долгосрочном плане. В долгосрочной перспективе, я полагаю, его курс окажется на уровне паритета с долларом. Если не выше.

Business Week:

Пользуется ли валютный союз поддержкой народов входящих в него европейских стран? И насколько важны здесь настроения в обществе?

Роберт Манделл:

Отношение к евро менялось, причем негативную роль сыграло и само по себе падение курса новой валюты за время ее существования. При этом большинство стран, входящих в европейский монетарный союз, если не все вообще, получили теперь лучшую монетарную политику от Европейского Центрального банка, чем они когда-либо проводили во времена национальных валют. Это справедливо даже в отношении Германии, так как немецкая экономика, с падением курса евро, стала гораздо более конкурентоспособной.

И, тем не менее, лишь третья часть населения Германии поддерживает евро. Но я надеюсь, что общественное мнение изменится, когда единая валюта появится в наличном обороте - в виде монет и купюр.

Business Week:

Вы говорили, что приветствуете идею монетарного союза американского доллара, японской иены и евро. Почему?

Роберт Манделл:

Я говорил, что союз трех ведущих валют мира стал бы огромным шагом вперед для мировой экономики. Но крайне маловероятно, что идея монетарного союза с единой валютой получит политическую поддержку. Нетрудно понять, почему США против любых реформ, которые могли бы нанести ущерб главной мировой валюте ХХ века и, вероятно, первой половины ХХI века. Но я убежден, что многие из преимуществ монетарного союза могут дать уже меры по стабилизации обменных курсов. В конце концов, курсы ведущих мировых валют уже фиксировались по отношению друг к другу в течение долгого времени - после Второй мировой войны, и они могут быть зафиксированы вновь.

Business Week:

Если зафиксировать сегодня курсы трех главных валют, то какой уровень был бы желательным?

Роберт Манделл:

Я бы не рекомендовал фиксировать их на существующем сегодня уровне, так как доллар по отношению к евро оказался бы переоценённым. Стало бы редкой удачей, если бы соотношение удалось зафиксировать таким: 1 доллар - 1 евро - 100 иен. И это - не только мечта.

Business Week:

Следует ли привязать мировую валюту к "золотому стандарту"?

Роберт Манделл:

Мировая валюта должна опираться на некие меры, которые обеспечивали бы ее стабильность. Золото - единственный важный не-валютный актив в международных резервах, и второй по значимости - после доллара - в резервах отдельных стран. Центральные банки до сих пор держат примерно четверть добываемого золота.

Поэтому золото будет играть заметную роль в международной финансовой системе нового столетия. Но возвращение к "золотому стандарту", существовавшему до 1-ой мировой войны, когда широко использовались золотые монеты, уже невозможно. Если золото и будет использоваться как мировая валюта будущего, необходимы институциональные меры для поддержания его стабильности.

Business Week:

Вы полагаете, что ценовая стабильность столь значима. Почему?

Роберт Манделл:

Мы помним беды от инфляции в конце 70-ых годов, когда доллар рухнул, а темпы роста цен измерялись двузначными величинами. Люди платили более высокие налоги, не получая ничего взамен. Финансовая стабильность большинства развитых экономик мира оказалась под угрозой, и создавалось впечатление, будто и США уже - чуть ли не "банановая" республика.

К счастью, положение изменилось в начале 80-ых, но эта коррекция привела к рецессии и глубокому кризису накоплений и кредитования.

Наилучший путь к экономическому росту - создание ориентированной на этот рост системы налоги-расходы, которая включала бы более широкую шкалу подоходного налога, пониженные ставки налога на корпорации, а также - совершенствование системы образования.

Сергей Сенинский:

Напомню, прозвучали фрагменты интервью американскому журналу Business Week профессора Колумбийского университета Роберта Манделла, лауреата Нобелевской премии 1999 года по экономике.

Музыка в Интернете - бесплатно или за деньги? На прошлой неделе одна из крупнейших в мире медиа-компаний - немецкая Bertelsmann - объявила о стратегическом союзе с американской интерент-компанией Napster. Той самой, в отношении которой дочерняя структура Bertelsmann - известная компания звукозаписи BMG - возбудила судебное дело. Тему открывает наш корреспондент в Нью-Йорке Владимир Морозов:

Владимир Морозов:

Деятельность возникшей в прошлом году компании Napster с самого начала представляла угрозу доходам индустрии звукозаписи. Компьютерная программа Napster позволяет пользователям бесплатно обмениваться музыкальными записями в формате Mр3. Конечно, зачем покупать компакт-диски или кассеты, если можно бесплатно "скачать" практически любую запись прямо с Интернета.

Понятно, почему появились судебные иски звукозаписывающих корпораций ....

И вдруг на прошлой неделе немецкая корпорация Bertelsmann, которой принадлежит одна из компаний-истцов - BMG, заявила о планах сотрудничества с Napster, предполагающих, в частности, мощную финансовую поддержку. Что же произошло? Говорит эксперт в области авторского права Леонард Рубин, сотрудник расположенной в Чикаго юридической фирмы Gordon & Glickson:

Леонард Рубин:

Предполагается, что Napster разработает новую компьютерную программу распространения музыкальных записей через Интернет, в которой будет участвовать Bertelsmann. В отличие от нынешней, новая программа уже не будет бесплатной, за нее пользователям придется платить небольшую сумму. Если эти планы будут реализованы, то предстоящий суд над компанией Napster вовсе не обязательно приведет к ее закрытию.

Более того, крупнейшие мировые компании звукозаписи, подавшие на Napster в суд, могут проявить расторопность и присоединиться к союзу Bertelsmann-Napster. Правда, они не всегда поступают самым разумным способом....

Владимир Морозов:

Но сейчас пользователи Napster получают музыкальные записи бесплатно!? Существуют ли уже прогнозные расчеты, какой может быть эта плата?

Леонард Рубин:

На мой взгляд, пять долларов в месяц были бы вполне резонной платой. Я не слышал о каких-либо специальных расчетах, но этот уровень - 5 долларов в месяц - называют многие эксперты.

А теперь - прикинем: Napster заявляет, что сейчас у компании почти 40 миллионов пользователей, и все знают, что их количество стремительно увеличивается. И пользователи обмениваются записями бесплатно. Если им придется платить по 5 долларов в месяц, то кто-то не захочет этого делать. Но представим, что согласится, например, каждый второй - это, на сегодня, 20 миллионов человек. Если каждый из них заплатит по 5 долларов в месяц, то в целом это составит 100 миллионов в месяц или один миллиард 200 миллионов долларов в год. Это - немалые деньги и для компаний звукозаписи, и для самой Napster.

Владимир Морозов:

На ваш взгляд, какая форма оплаты предпочтительнее: абонентская за месяц или, скажем, за каждый музыкальный файл?

Леонард Рубин:

Я думаю, помесячная оплата более привлекательна, потому что за те же 5 долларов пользователи Napster смогут загрузить в свой компьютер все музыкальные записи, которые захотят. Если платить, скажем, по одному доллару за одну запись, то когда вы загрузите 10-12 песен, за это придется заплатить почти как за обычный компакт-диск. Это - дороговато. А 5 долларов в месяц - вполне приемлемо. Это 60 долларов в год, то есть чуть больше стоимости трех стандартных компакт-дисков в магазине. В среднем любители музыки покупают не меньше трех компакт-дисков в год.

Владимир Морозов:

Подобного мнения придерживается и Ли Блэк, аналитик расположенной в городе Бостоне консультационной компании Webnoize:

Ли Блэк:

Потребители уже привыкли получать некий продукт в виде удобного пакета услуг. Например, пользуясь кабельным телевидением, вы ведь платите не за каждый канал в отдельности, а за набор каналов. Это и дешевле, и предоставляет широкий выбор. Таким же образом продают свои услуги и телефонные компании. Поэтому, на мой взгляд, покупатели предпочтут платить именно ежемесячно, имея возможность в течение этого месяца выбирать любые интересующие их музыкальные файлы.

Владимир Морозов:

Известно, что наиболее крупные компании звукозаписи работают над созданием своих собственных каналов распространения музыкальных записей через Интернет и - по собственным тарифам. Возобладает ли на рынке такая система, или более эффективной окажется модель, предполагаемая теперь тандемом Bertelsmann-Napster?

Ли Блэк:

Я думаю, потребители предпочтут иметь дело с такой системой, с помощью которой они смогут приобрести любую музыкальную запись. Иначе получится так, что записи, скажем, Дэвида Боуи или Уитни Хьюстон им придется покупать у того же Bertelsmann-Napster, а хиты Мадонны, Брюса Спрингстина или Бритни Спиарз - соответственно - у других компаний, причем за каждую покупку придется платить отдельно. Поэтому покупателю, конечно, выгоднее, если система распространения музыки "on-line" станет единой.

А она может стать таковой, если ведущие компании звукозаписи объединят свои усилия в сфере распространения. Причем, в этом случае посредником между индустрией звукозаписи и покупателем может стать и Napster, и, скажем, компания Mр3.com, или E-music, то есть любая компания, которая сможет наилучшим образом воссоединить покупателей записей и поставщиков.

Сергей Сенинский:

Тему продолжает - из Бонна - Грегор Мауэр, аналитик Союза сберегательных банков Германии:

Грегор Мауэр:

Создание программы Napster стало мощным потрясением для мировой музыкальной индустрии. Сегодня с помощью этой программы пользователи совершают через Интернет обмен гигантскими объемами звуковых файлов - примерно 25 миллионов песен в ДЕНЬ!!! ... и тенденция только усиливается. То есть можно вести речь идет о миллиардах песен, которые оказываются у потребителей, так сказать, минуя кассы компаний звукозаписи!

Против Napster ведутся сразу несколько судебных процессов, исход которых пока сложно предугадать. Некоторые эксперты утверждают, что, если компания будет признана виновной и - закрыта, то, якобы, отомрет и сама практика бесплатного обмена звукозаписей через Интернет. Весьма спорное утверждение....

Уже сегодня существует целый ряд компаний, подобных Napster, - Gnutella, Repster и другие. Они работают примерно так же, как и Napster, а потому, скажем, закрыть их окажется не менее трудным делом, чем закрыть и саму Napster. Кроме этого, эти провайдеры предоставляют своим пользователям возможность обмениваться не только музыкальными файлами в формате Мр3, но и весьма объемными информационными файлами, чего до сих пор в Интернете просто не было.

Ведь сегодня обычный персональный компьютер с емкостью диска в 20 гигабайт имеет, по сути, те же технические возможности, что и мощный корпоративный компьютер - совсем недавно. То есть можно говорить о принципиальных изменениях технической инфраструктуры Интернета. По сути, компьютер любого пользователя Всемирной паутины сам становится сервером.

Эти перемены, на мой взгляд, и стали одной из причин стратегического альянса Bertelsmann и Napster. В качестве своего вклада Bertelsmann готова отозвать из суда свой иск к Napster, а также предоставить еще вчерашним "пиратам" весь свой массив музыкальных записей, полностью переведенных в цифровой стандарт. То есть, в принципе, это означает, что, несмотря на красивое название - "альянс", Bertelsmann просто решила купить Napster. Цель этой покупки - создание системы продаж, распространения продуктов через Интернет, которой у самой Bertelsmann еще нет.

Bertelsmann приглашает и другие крупнейшие компании звукозаписи - Time Warner или Sony - поучаствовать в разработке концепции превращения "пиратского" музыкального рынка во Всемирной паутине - в упорядоченную и платную систему. Сама концепция находится лишь в стадии разработки. С моей точки зрения, шансы, что эти корпорации, являющиеся конкурентами, согласятся на общую модель, невелики, но - время покажет.

Стоит подчеркнуть, что, даже если компании звукозаписи смогут - через суд - добиться закрытия Napster, это вовсе не решит проблему защиты авторских прав. В этом смысле весьма показательна история с авторскими правами в отношении записей на аудиокассетах или на компакт-дисках...

Владимир Морозов, наш корреспондент в Нью-Йорке:

Немецкая Bertelsmann обещала тут же отозвать из суда свой иск, как только компания Napster разработает такую систему. Руководители Bertelsmann надеются, что к её союзу с Napster присоединятся другие истцы - ведущие мировые компании звукозаписи: Sony, Time Warner, EMI и Universal.

Но даже если это произойдет, будет ли остановлено полностью бесплатное распространение музыки? Ведь остаются компании-конкуренты Napster: скажем, компьютерные программы Gnutella, Freenet, Napigator и другие, также позволяющие бесплатно обмениваться музыкальными записями.... По мнению Ли Блэка, аналитика компании Webnoize, эти конкуренты не представляют большой опасности для Napster, так как их программами труднее пользоваться. И в будущем, полагает эксперт, вряд ли можно ожидать от них существенных улучшений, так как Gnutella и другие подобные программы - дело рук отдельных энтузиастов. И совсем другое дело - Napster, всем известная фирма с десятками сотрудников, и которая теперь заключила союз с могущественной немецкой корпорацией Bartelsmann.

Не будем, однако, забывать, что судебное дело против Napster еще не закрыто, и никто пока не знает, чем оно может завершиться. Еще недавно многие эксперты предполагали почти неминуемое поражение и неизбежное закрытие компании Napster. Говорит один из этих аналитиков Роб Эндерли - сотрудник американской консультационной компании Giga Information Group:

Роб Эндерли:

Теперь - все изменилось. Теперь, в союзе с немецкой Bertelsmann, руководители Napster могут бороться (или уже не бороться, а торговаться) с индустрией звукозаписи на равных. Теперь - Napster будет заниматься не "пиратством", а вполне законным бизнесом. А прежняя Napster, позволявшая бесплатно обмениваться музыкальными записями, значительно ограничит свою деятельность.

Кроме того, Napster может просто переехать, скажем, в Германию или другую страну и продолжить свою деятельность под другим названием. Ведь, с точки зрения пользователей, где находится компания, не имеет никакого значения. В этом-то и прелесть Интернета...

Владимир Морозов:

Иски против Napster пока не отозваны. Но большинство истцов - крупнейших звукозаписывающих компаний - по сообщениям, уже оценили сделку Bertelsmann-Napster как "обнадеживающую". Невольно вспоминается известная американская поговорка: If you can't bit them join them. Что можно перевести так: если вы не можете победить вашего соперника, становитесь его союзником...

Грегор Мауэр, Бонн:

На мой взгляд, оптимальный вариант - чтобы музыкальные записи распространяли бы через Интернет многие компании. "Многие" - это, конечно, сильно сказано: в мире всего-то несколько крупнейших компаний звукозаписи. Но рынок от этого только выиграл бы...

Bertelsmann в принципе не может удержать монопольное право распространения музыкальной продукции в Сети. Пока Интернет является структурой открытой, всегда будет существовать возможность использования программ, аналогичных Napster.

Мне кажется, сложно будет создать в Сети бизнес, на котором действительно можно много зарабатывать. Кроме распространения записей в популярном формате Мр3, я ведь могу весьма дешево покупать и сами компакт-диски, скажем, на сайте Amazon.com или на других.

Корпорация Bertelsmann, создав стратегический альянс с Napster, предпринимает попытку структурировать рынок в Сети и разработать приемлемую концепцию продажи собственных продуктов в формате Мр3. Это также - попытка разработать стратегию ближайшего будущего, создать эффективно действующую модель продажи музыкальных записей через Интернет.

XS
SM
MD
LG