Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Programs - Business & Money


- Ежегодная сессия Всемирного экономического форума в Давосе.
- 500 крупнейших компаний мира - рейтинг 1998-го года.
- В России появятся золотые и серебряные монеты: для чего?
- А также - обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский:

На минувшей неделе в швейцарском Давосе завершилась ежегодная, уже 29-я по счету, сессия Всемирного экономического форума. Ее тему можно определить примерно так - "Экономическая глобализация и ответственность". С некоторыми выдержками из дискуссии на эту тему в Давосе мы познакомим вас сегодня.

Разные страны и организации демонстрировали разные подходы, а суть разногласий некоторые эксперты определили примерно так: одни выступают за то, чтобы просто добавить еще воды для тушения пожаров финансовых кризисов, другие предлагают внедрить новую систему пожарной сигнализации, а третьи говорят о наказании рынков за игру со спичками. Министр финансов Великобритании Гордон Браун обозначил позицию правительства своей страны так:

Гордон Браун:

Развитие мировой экономики в 1999-м и 2000-м годах будет во многом зависеть от того, насколько хорошо окажутся усвоены уроки последних кризисов: в Мексике - в 1994-м, в Азии - в 1997-м, в России - в 1998-м и в Бразилии - в 1999-м. Другими словами, не должно быть никакого отступления от принципов мирового рынка, несмотря на то, что темпы роста мировой экономики сократились вдвое. Не может быть отступления в сторону протекционизма, даже если баланс мировой торговли ухудшается.

Темпы развития мировой экономики в ближайшем будущем будут определять, на мой взгляд, четыре фактора: во-первых, динамика мировой торговли и открытость внутренних рынков отдельных стран; во-вторых, скоординированная и ориентированная на рост экономическая политика стран "большой семерки" - раз Соединенные Штаты и Европа остались главной движущей силой прогресса мировой экономики; в-третьих, эффективные регуляции для "рискового" менеджмента - в рамках как отдельных компаний, так и целых экономик; и наконец, мы должны научиться действовать именно в тот момент, когда это необходимо, а не позже, мы должны извлечь необходимые уроки из прошлых ошибок.

Что имеется в виду? Необходимы стандарты для понятных и доступных внешнему мониторингу данных для оценки текущего состояния экономики той или иной страны. В некотором смысле, эта "прозрачность" - плата за то, что страна является частью мировой экономики. Последствия отсутствия такой необходимой "прозрачности" были нам всем наглядно продемонстрированы в Азии или Бразилии.

Кроме того, нам следует осознать, что мы имеем дело с мировой финансовой системой, а не просто набором национальных финансовых систем. И потому неотложным делом является становление международных регулирующих органов, которые были бы в состоянии осуществлять постоянный мониторинг мировой финансовой системы, своевременно выявлять в ней нежелательные элементы, а еще лучше - предупреждать их появление.

На мой взгляд, такие международные регулирующие органы должны быть созданы уже к лету нынешнего года. В целом же нам необходима система предотвращения финансовых кризисов, которая невозможна без некоего кодекса, набора простых, но общих для всех правил, которым бы следовали все участники финансового рынка - от частных инвесторов до правительств.

Чтобы в наступившем году темпы роста мировой экономики не сокращались, промышленно развитые страны должны приложить совместные усилия. Соединенные Штаты - поддерживая свою сильную экономику и отказываясь от протекционизма; Европа - удерживая стабильность новой валюты, проводя структурные реформы и сокращая безработицу; Япония, учитывая ее определяющую роль для целого региона мира, - вновь обеспечив рост своей экономики и реформируя свою банковскую систему.

Мы все несем ответственность за развитие мировой экономики, за проведение необходимых для нее реформ.

Сергей Сенинский:

Министр финансов Великобритании Гордон Браун.

Одно из предложений Франции - предоставить больше полномочий действующему комитету министров финансов стран "большой семерки".

За создание небольшого экспертного совета для постоянного мониторинга мировых финансовых рынков высказался глава Бундесбанка Ханс Титмайер.

Некоторые западные экономисты, среди них - профессор Гарвардского университета Джеффри Сакс, предлагают создать новый международный суд - для проведения банкротств. Другие - говорят о необходимости учреждения мирового Центрального банка.

Наконец, вновь звучали голоса о целесообразности пересмотра Бреттон-Вудских соглашений 1944-го года о послевоенной организации международной валютной системы - тех их положений, согласно которым были созданы две международных финансовых организации - Международный валютный фонд и Всемирный банк.

Позицию администрации США представлял министр финансов Роберт Рубин. По его словам, Международный валютный фонд должен более активно вмешиваться в кризисных ситуациях, а в крайних случаях, по сути, выполнять для кризисных стран функции центрального банка. Кроме того, считает Рубин, следует всемерно ограничить использование в развивающихся странах различных схем удержания фиксированного курса национальных валют в определенных пределах, которые не могут подменять собой структурные реформы в национальных экономиках.

Кризис в Азии заставил многие страны региона вновь вернуться к базовым принципам рыночной экономики. Об этом говорил в Давосе Тун Чжи Хуа, глава администрации Гонконга:

Тун Чжи Хуа:

Я бы хотел прежде всего напомнить, насколько то, что происходит в Азии, важно для всего остального мира.

За последние 20-30 лет Азия прошла долгий и трудный путь к политической стабильности, налоговой эффективности. Сотни миллионов людей в этом регионе мира ушли от нищеты. Экономический рост за последние 20 лет - в среднем по странам Азии - составил 7 с половиной процентов в год, против примерно 2-х процентов в год в Соединенных Штатах или Западной Европе. А Япония, Сингапур или Гонконг стали одними из самых преуспевающих центров в мире по доле внутреннего валового продукта на душу населения. Экономика Тайваня или Южной Кореи - по своей эффективности - сравнима с экономикой Италии или Великобритании.

Экономика стран Азии особенно выиграла от развития международной торговли. Объем экспорта многих из этих стран прирастал на 15 процентов ежегодно в течение последних 20-ти лет. Импорт также стремительно нарастал: 10-15 процентов в год. Все это превратило азиатские страны в неотъемлемую и весьма значимую часть мировой экономики. В канун финансового кризиса, разразившегося в 1997 году, на долю стран Азии приходилось 26 процентов всего мирового экспорта и 24 процента - мирового импорта. Вспомним, что на долю США приходится примерно 30 процентов мировой торговли.

Столь стремительный экономический рост привел к становлению новых экономик азиатских стран, весьма значимых - даже по западным стандартам. Экономика Японии - вдвое больше, чем экономика Германии, если иметь в виду объем внутреннего валового продукта. А ВВП Китая - это 900 миллиардов долларов в год, то есть шестая экономика в мире.

И теперь - легче представить, какой урон понесли страны региона в последние полтора года, как пострадало благополучие десятков миллионов конкретных людей. И сколь долгим и болезненным может оказаться процесс возрождения!

Нам всем необходимо вновь обратиться к базовым принципам рыночной экономики, которые оказались нарушенными. Нужны новые принципы деятельности банковских систем, совершенствования налогообложения. Правительствам предстоит восстанавливать доверие как собственных граждан, миллионы которых лишились работы, так и иностранных инвесторов.

Мы надеемся также - вместе с другим странами - создать новую, более эффективную и надежную, архитектуру мировых финансовых рынков, мировой финансовой системы в целом. Это чрезвычайно важно и для любой отдельной страны, и для всей мировой экономики.

Сергей Сенинский:

Тун Чжи Хуа, глава администрации Гонконга.

После трех дней дискуссий участники сессии Всемирного экономического форума в Давосе сформулировали несколько рекомендательных выводов.

Во-первых, все согласились с тем, что не может быть экономического роста в развивающихся странах мира без роста экономики наиболее развитых стран. Во-вторых, Японии следует внести свой вклад в оздоровление мировой экономики, проведя реформу финансовой системы и снизив уровень налогов.

В-третьих, не следует создавать новых международных финансовых институтов и организаций. Но уже существующие - Международный валютный фонд и Всемирный Банк - должны сделать свою работу более эффективной.

Руководство Международного валютного фонда представлял на форуме в Давосе первый заместитель исполнительного директора Фонда Стэнли Фишер:

Стэнли Фишер:

Позвольте мне прояснить весьма существенное обстоятельство. Как утверждают некоторые наши критики, программы Международного валютного фонда, якобы, не принимают в расчет социальных последствий. Это - обычное заблуждение всех, кто никогда не читал и не знакомился с существом программ, которые поддерживает МВФ. Взгляните на конкретные программы Фонда в разных странах. И что вы в них увидите?

В Южной Корее - формирование системы социальной защиты для тех, кто теряет работу. В Таиланде - то же плюс создание рабочих мест на так называемых общественных работах. В Индонезии - программы предусматривают дальнейшее субсидирование производства риса. В России - программа стимулировала развитие пенсионного обеспечения.

В любой программе Международного валютного фонда, если вы возьмете на себя труд познакомится с ней, вы всегда найдете такие или подобные меры, которые обычно предлагаются Фондом в расчете на поддержку Всемирного банка.

Это иллюзия - полагать, что при кризисе вам удастся избежать принятия жестких мер, которые ведут к сокращению объема валового национального продукта. Но такая же иллюзия - полагать, что люди, разрабатывающие программы МВФ, не принимают во внимание и не просчитывают социальных последствий.

Деятельность МВФ управляется представителями правительств 182-х стран. И нет ни одной программы Фонда, которая бы не была одобрена советом управляющих, которые и представляют эти 182-е страны. И если менеджмент Фонда - при разработке той или иной программы - не примет во внимание ее социальных последствий, то совет все равно заставит это сделать.

Мы - взрослые люди. Мы понимаем мир, в котором живем. Мы понимаем необходимость болезненных мер для восстановления макроэкономической стабильности. Надо понимать, что реально происходит в той или иной стране, а не просто давать волю чувствам! Реально понять, что делают в различных кризисных регионах мира Международный валютный фонд, Всемирный банк, региональные международные финансовые организации.

А теперь я хотел бы обратиться к тем программам, которые уже работают. Южная Корея пережила спад - больший, чем даже прогнозировался. Но она начинает выправляться, уже обозначился экономический рост, хотя и не такой как был раньше. Валюта укрепляется, а безработица в стране никогда не превышала 9-ти процентов.

На том же пути к возрождению находится и Таиланд, хотя и отставая от Южной Кореи. Обе экономики восстанавливают былое доверие к себе инвесторов - без чего невозможно представить преодоление кризиса.

В Индонезии - глубочайшие политические проблемы. Хотя с приходом новых премьер-министра и министра финансов в середине прошлого года национальная валюта окрепла в течение двух месяцев, а ситуация в целом начала выправляться.

МВФ подготовил специальный отчет о своей деятельности в Азии в последние месяцы. В нем сделан вывод о том, что, несмотря на признаваемые и нами просчеты, политика Фонда - в принципиальных вопросах - была верной. И прежде всего - в двух направлениях.

Во-первых, предлагаемая Фондом политика повышения процентных ставок для защиты национальной валюты - сработала. Во-вторых, мы оказались правы, когда настаивали на первоочередности реформ финансового сектора и решении проблемы взаимных долгов компаний и предприятий. Нам в ответ говорили: нет, надо сначала добиться общей макроэкономической стабилизации, а уже потом решать эти финансовые проблемы. Сегодня эти голоса уже почти не звучат, но ведь именно за этот тезис МВФ критиковали особенно остро.

Сергей Сенинский:

Первый заместитель исполнительного директора Международного валютного фонда Стэнли Фишер, выступление на 29-й сессии Всемирного экономического форума. Давос, Швейцария, 29-е февраля.

Наша постоянная рубрика - обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 5-го февраля. С обзором вас познакомит Сергей Данилочкин.

Сергей Данилочкин:

В нынешнем году Россия, судя по всему, станет в глазах Запада еще большим финансовым изгоем, пишет "Экономист". Нет никакой надежды, что российское правительство выплатит все 17 с половиной миллиардов долларов - в счет обслуживания в этом году своего внешнего долга. Более того, без новых иностранных кредитов Россия не сможет найти даже 9 миллиардов долларов, необходимых для обслуживания самых неотложных долгов, - например, по еврооблигациям.

И это при том, что в прошлом году в России превышение объема экспорта над импортом составило 18 миллиардов долларов. Но нежелание российских компаний инвестировать капиталы в отечественную экономику приводит к тому, что большая часть этих денег оседает в Швейцарии или на Кипре. Правительство России получило в прошлом году меньше налогов, чем собрали власти одного города Нью-Йорк. А объем валового внутреннего продукта России едва достигает половины ВВП Нидерландов - страны с населением в 15 с половиной миллионов человек.

В доходную часть проекта бюджета России на нынешний год включены 7 миллиардов долларов международных кредитов, хотя надежды на их получение в высшей степени сомнительны. Западные банкиры явно не намерены рисковать своими капиталами, пока, по их словам, Россия не наведет порядок в своем собственном доме.

Такую же позицию - пожалуй, впервые за все годы российских реформ - заняли сейчас Международный валютный фонд, Всемирный банк и администрация США. Общее мнение сводится к тому, что предоставление новых кредитов - бесполезно и даже вредно для России, если страна не начнет создавать эффективные финансовую, налоговую и юридическую системы, способствующие развитию экономики.

Однако даже в нынешней обстановке экономического хаоса Россия - по-прежнему страна огромных возможностей, подчеркивает "Экономист". И хотя мало что осталось от прежних надежд на быстрые и эффективные реформы, Запад вовсе не намерен изолировать Россию. Правда, теперь сотрудничество с ней может ограничиться торговлей и развитием отношений с отдельными компаниями и регионами - например, с Новгородской областью, где созданы благоприятные условия для иностранных инвестиций.

Пока правительство России не предпримет в экономике конкретных и разумных действий, позиция Запада будет заключаться в том, чтобы просто стараться уменьшить ущерб от нынешнего экономического хаоса, заключает "Экономист".

До недавнего времени экономический кризис в различных регионах мира представлялся гражданам Бразилии как нечто, к ним отношения не имеющее, пишет "Экономист". Даже когда 5 месяцев назад кризис пришел и в эту крупнейшую страну Латинской Америки, их поддерживала вера в способность правительства президента Энрике Кардозу справиться с ситуацией.

Сейчас около 80-ти процентов бразильцев действия правительства осуждают. Никто не верит, что темпы инфляции в нынешнем году составят 2 процента - как это записано в соглашении правительства с Международным валютным фондом. По мнению экспертов, инфляция превысит 10 процентов. Судя по всему, будет превзойден и нынешний рекордный уровень безработицы. Положение усугубляется и нежеланием президента Кардозу призвать к ответу администрации бразильских штатов, которые задолжали федеральной казне огромные суммы.

Нельзя сказать, что в Бразилии произошла полная катастрофа. Парламент принял почти все экономические законы, согласованные ранее с Международным валютным фондом. Однако получить от исполнения этих законов реальные деньги будет очень непросто, заключает "Экономист".

Решение правительства Чехии - в течение ближайших недель начать частичную ренационализацию целого ряда крупных промышленных компаний - выглядит довольно странно после заявлений об ускорении приватизации крупнейших банков страны, пишет "Экономист". Правда, некоторые резоны в этом решении есть.

Многие компании находятся на грани банкротства и 60 миллиардов чешских крон из государственной казны - 1 миллиард 800 миллионов долларов - будут использованы для выкупа их долговых обязательств. На сумму этих обязательств предполагается затем выпустить акции, которыми будет владеть государство.

Среди чешских компаний, нуждающихся в такой помощи, - машиностроительные "ЧКД - Прага" и "Шкода- Пльзень", а всего - около ста крупных компаний страны. Предполагается, что после того, как компании окрепнут, они будут проданы стратегическим инвесторам.

Однако, многие эксперты считают, что таким путем министр промышленности Мирослав Грегр стремится помешать иностранным инвесторам приобретать чешские компании. К тому же, министр, тесно связанный со многими руководителями компаний, вряд ли решится их увольнять. Словом, каковы бы ни были мотивы плана частичной ренационализации предприятий в Чехии, его осуществление, вероятнее всего, приведет к полному прекращению реформы чешской промышленности, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский:

Спасибо, Сергей Данилочкин познакомил вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 5-го февраля.

Британская газета "Файненшэл Таймз" опубликовала в конце прошлой недели очередной ежегодный список 500 крупнейших компаний мира. В основе рейтинга - общая стоимость всех акций той или иной компании, другими словами - ее полная рыночная стоимость.

В первой десятке - 9 американских компаний и одна европейская. Первая семерка выглядит так: компьютерная "Майкрософт", электротехническая "Дженерал Электрик", далее - нефтяные "Экссон" и "Шелл", затем - фармацевтические "Мёрк" и "Пфицер", компьютерная "Интел".

Всего списке 500 - 254 американских компании (на 20 больше, чем в прошлом году), 173 - европейских (почти на 30 больше), 46 - японских (в полтора раза меньше, чем год назад). Российских компаний в списке 500 крупнейших в мире в нынешнем году не оказалось ни одной.

Какие тенденции в развитии мировой экономики в минувшем году отражает очередной список 500 крупнейших компаний? И почему он всего за год обновился на 20 процентов? С этими вопросами наш корреспондент в Нью-Йорке Ян Рунов обратился к экспертам. Директор расположенного в Вашингтоне института "Компетитэв Энтерпрайсиз" Фрэд Смит:

Фрэд Смит:

Это показывает, что конкуренция на мировом рынке очень обострилась. Она всегда была острой внутри США, но во всем мире конкуренция значительно возросла именно в последнее время - с окончанием "холодной войны" и попыткой одновременного перехода многих стран к рыночной экономике.

Что же касается довольно резкой перемены мест в списке крупнейших компаний, то в условиях глобальной экономики никому не гарантировано место в в этом перечне. Это место может меняться каждый день в зависимости от того, удаётся или не удаётся компании удовлетворить спрос массового потребителя по доступной ему цене.

Для потребителя очень хорошо, что конкуренция стала намного острее. Прошли времена, когда можно было привлечь покупателя, просто прислав ему по почте купон на скидку в 5%-10% или опубликовав рекламу в газете. И прошли времена, когда владелец бизнеса мог три раза в течение рабочего дня - в 10, в 2 и в 4 - устраивать себе длительные перерывы (так называемые "Кофе-брейк") или вообще являться на работу в 10 утра, а уходить с работы в 2 часа, чтобы в 4 уже появиться на поле для игры в гольф. Сейчас каждому, кто хочет добиться серьёзного успеха в мире бизнеса, работать приходится по 14-16 часов в сутки. И опять же для потребителя это хорошо.

Ян Рунов:

Но так работают бизнесмены во многих странах мира. Почему же в одних странах разразился и затянулся финансово-экономический кризис, другие страны он в в той или иной степени затронул, а, например, Соединённых Штатов он практически не коснулся?

Фрэд Смит:

Как мне лично представляется, - потому что в большинстве стран мира немало вреда развитию экономики экономике наносят действия правительств. А американское правительство это делает в наименьшей степени.

Экономическая модель США отличается от западно-европейской или японской минимальным регулированием предпринимательства, приватизированной промышленностью, низкими торговыми барьерами, стабильной монетарной политикой, низкими налогами. Именно благоприятный инвестиционный климат позволяет США быть на шаг впереди других стран мира, когда дело касается новых технологий, а это, в свою очередь, обеспечивает конкурентоспособность американской экономики.

Ян Рунов:

Чем можно объяснить, что некоторые нефтяные компании (такие как "Экссон", "Шелл") сохранили свои ведущие позиции в списке крупнейших, хотя цены на нефть упали? Этот вопрос я задал экономисту из Колумбийского университета в Нью-Йорке, профессору Станиславу Вэлишу.

Станислав Вэлш:

Это компании - не столько нефтедобывающие, сколько нефтеперерабатывающие и продающие нефтепродукты.

Ян Рунов:

По-другому объясняет причины успеха нефтяных компаний глава исследовательского института "Компетитив Энтерпрайз" Фрэд Смит:

Фрэд Смит:

Цены на нефть падают последние 100 лет. Давайте вспомним: вся теория Томаса Мальтуса построена на уверенности, что, по мере роста народонаселения, роста продолжительности жизни и повышения уровня благосостояния, будет возрастать потребность в нефти, древесине, продуктах питания, которых поэтому будет оставаться всё меньше и меньше. И потому будущее человечества выглядело довольно печально.

Но Мальтус ошибся. Он забыл, что человек - это не только желудок, но ещё мозг, и руки. Не подумал Мальтус и о том, что если человек будет в большей степени освобождён от опеки правительства, то он всегда найдёт выход. Положение с нефтью и нефтяными компаниями лишний раз доказывают это.

Надо доверять деловому, предпринимательскому инстинкту человека, как правило, стремящегося не к бедности, а к богатству, к улучшению, а не ухудшению условий своей жизни. Предприниматели ищут пути повышения своих доходов даже в те периоды, когда цены на сырье и продукцию падают.

Цены на любую продукцию падают либо временно, либо навсегда. В самом падении цен нет ничего нового.

Цены на нефть за последнее столетие поднимались только во время Второй Мировой войны и во время нефтяного кризиса 70-х годов, искусственно вызванного политикой правительств разных стран. Я лично думаю, что цены на энергоресурсы будут падать и дальше и достигнут половины нынешних уже лет через 20. Падают и будут падать также цены на сталь и т.д.

Но это вовсе не означает, что нефтяные или сталелитейные компании будут исчезать. В том-то и гениальность свободного рынка и частного предпринимательства, что возможность снизить себестоимость производства всегда изыскивается быстрее, чем снижаются цены на продукцию. Цены на нефть могут упасть вдвое, но при этом нефтяная промышленность может повышать свои доходы.

Ян Рунов:

Естественным считает колумбийский профессор Станислав Велиш, что среди первых в списке "Глобал 500" стоят телекоммуникационные и электронные компании:

Станислав Велиш:

Невероятное развитие получили телекоммуникационные компании за последние 30 лет во всём мире. И они по темпам развития намного опередили промышленный сектор. Трудно сказать, как долго это будет продолжаться, но в мировой экономике это - одно из самых удивительных явлений со времён Второй Мировой войны.

Ян Рунов:

Можно ли, сравнивая данные за 1997-й и 1998-й годы, определить тенденции на 1999-й по секторам экономики, по регионам, по континентам? Мнение Станислава Вэлиша:

Станислав Вэлиш:

Сейчас, как известно, в кризисе экономика Японии и Южной Кореи, что очень чувствительно отразилось на общемировой экономике. Но по всем признакам эти страны скоро встанут на путь полного выздоровления. За время кризиса они утратили свои позиции в конкурентной борьбе с США в области электронных средств связи и информации.

В научных разработках США всегда лидировали, и эта тенденция, по всей вероятности, сохранится. В то же время сейчас идёт активный процесс глобализации. И очень многие работы для американских электронных и компьютерных компаний делают в Индии, где немало талантливых, высокообразованных математиков и программистов. В то же время за их труд можно платить гораздо меньше, чем за труд таких специалистов в США.

Вообще, разговор о том, что в списке 500 крупнейших лидируют американские компании, а, например, японские - уступили свои позиции, весьма условен. В век глобализации всё труднее определить национальную принадлежность компаний. Всё больше среди них международных. Штаб-квартиры многих таких компаний, действительно, находятся в США. Но производственные предприятия разбросаны по разным странам.

Владелец такой компании часто остаётся анонимным, а менеджмент многонационален. И говорить, что эта корпорация американская или японская, немецкая - всё труднее. Возьмите, например, японскую компанию "Тойота", продажи которой в Японии сейчас пришли в упадок вместе с упадком всего автомобильного рынка внутри страны. Но в США или Европе автомобили марки "Тойота" - наоборот, пользуются повышенным спросом.

Нельзя больше судить о национальной принадлежности компании по тому, где находятся ее штаб-квартира и конструкторские бюро. Да, многие проекты создаются в США, где сконцентрировано много талантливых специалистов. Но очень многие из них - иностранцы, приглашённые на работу в Америку. Поэтому воспринимать списки типа того, что опубликован в газете "Файненшэл Таймз", следует как весьма условные, потому что рынок глобален и определения на нем меняются.

Ян Рунов:

А вот прогноз на ближайшее будущее - на основе списка 500 крупнейших компаний 1998 года - Фрэда Смита из института "Компетитив Энтерпрайз":

Фрэд Смит:

В любой стране мира, где правительство ослабит свой сдерживающий контроль, высвободившаяся из-под этого контроля деловая активность предпринимателей приведёт к экономическому росту в отдельных отраслях, а затем и в стране в целом. И наоборот, в тех странах, где правительство усилит свой контроль за созидательной деятельностью общества, возможности для нормального экономического развития сократятся.

Анализируя тенденции, очевидные при сравнении списка 500 наиболее успешных компаний мира в 1997 и в 1998 годах, я, например, прихожу к выводу, что в 1999 году положение в Европе - ухудшится, в Африке - не улучшится, в Латинской Америке - выправится, в США - останется стабильным, а в Азии - наметится некоторое улучшение. Я, в целом, с оптимизмом оцениваю перспективы стран Азии потому, что, как мне кажется, они в результате кризиса поняли, что социалистические методы управления экономикой и финансами не работают, и что от них надо, наконец, отказаться. Посмотрите на долю государственного и частного сектора в экономике: в любой области экономики, где правительство увеличивает своё участие, частные инвестиции сокращаются, но как только правительство уменьшает свою роль в том или ином секторе, туда тут же вновь устремляется частный капитал.

Ян Рунов:

На наши вопросы отвечали директор вашингтонского института "Компетитэв Энтерпрайз" Фрэд Смит и профессор экономики Колумбийского университета в Нью-Йорке Станислав Вэлиш.

Сергей Сенинский:

Спасибо, Ян Рунов, наш корреспондент в Нью-Йорке.

В России могут вскоре появиться золотые, а чуть позднее - и серебряные монеты. Соответствующие законопроекты готовятся сейчас в Государственной Думе. В последнем, по времени, их обсуждении - на прошлой неделе - участвовал бывший заместитель министра финансов России, ныне - директор отдела налогов международной аудиторской компании "ПрайсУотерХаусКуперз" Сергей Шаталов, который ответил на вопросы нашей программы.

Итак, прежде всего, что конкретно имеется в виду: ограниченный выпуск золотых монет - как объектов для привлечения накоплений населения, или выпуск большого числа таких монет - в наличное обращение? И в какой мере нынешние планы правительства сравнимы с введением в России так называемого "золотого червонца" - во времена НЭПа, в начале 20-х годов?

Сергей Шаталов:

Эти планы ничуть не напоминают те планы и действия, которые осуществляло советское правительство в 20-е годы во времена НЭПа. Правда, в то время никакой золотой валюты в виде червонцев не ходило. Это были обычные бумажные деньги, которые отличались от предыдущих советских денег только тем, что имели золотое обеспечение. Это были "твердые" и надежные деньги, которые признавались на международном рынке.

Сейчас никто не ставит перед собой задачу вернуться к золотому стандарту. К тому, чтобы золотая монета ходила наряду с бумажными деньгами - это прошлое. Сейчас это невозможно уже, наверное, ни в какой стране.

Но в то же самое время, многие государства чеканят золотые и серебряные монеты. Ну, просто для сравнения: 29, 30, 40, 50 тонн золота расходуют многие государства - например, США, Швеция, Южная Африка и другие - ежегодно на то, чтобы чеканить монеты. Какие цели они преследуют? Прежде всего, это - отвлечение средств населения, "связывание" денег, ну, и плюс - потребности нумизматов. Эти монеты с удовольствием покупают не только у себя в государстве, но и во всем мире.

Для сравнения: Россия тоже чеканит золотую монету и тратит на это в год около 400 килограммов золота. Ну, понятно, что цифры совершенно не сравнимы.

Хочется еще раз подчеркнуть, что здесь нет попытки ввести в обращение новую монету. Есть попытка "связать" часть средств населения, ну, и в какой-то степени, это будет попыткой вытеснить доллар, который в России скоро может стать второй национальной валютой.

Сергей Сенинский:

Давайте обратимся к недавней истории России. Открытая продажа наличного золота частным лицам была разрешена в середине 1997-го года. Тогда же в отношении операций по купле-продаже золотых слитков был введен налог на добавленную стоимость, который с купли-продажи валюты - не взимается! Тогда, в 1997-м году вы были заместителем министра финансов. Скажите, как в этом ведомстве объясняли логику введения НДС для купли-продажи золота?

Сергей Шаталов:

Вы совершенно правы в том, что НДС не взимается с операций по обращению валюты - российской или иностранной. Но в тоже самое время НДС содержит и исключения, которые предусматривают, что такой налог должен уплачиваться в том случае, если какие-то монеты, банкноты или другие платежные средства используются и приобретаются в целях нумизматики.

Вернемся к 1997 году. Не то, что был введен НДС, - появилась новая операция, которой не было раньше и для которой не сделали исключения. На нее был распространен тот общий режим, который существовал для всех операций по реализации товаров, работ и услуг, как это звучит в нашем новом российском национальном налоговом законодательстве.

Очень долго и подробно обсуждался этот вопрос, следует ли облагать налогом реализацию населению или банкам мерных золотых слитков? Ну, и в конце концов, были приняты те решения, которые действуют до сих пор. В чем состоят эти решения? В принципе, по всей цепочке - от добычи золота до приобретения его Гохраном, Центробанком или уполномоченными банками - НДС нет. Налог мог появиться или не появиться только при реализации другим банкам, либо населению.

В принципе, НДС - 20 процентов. Но по операциям с золотом был предложен механизм, который соответствовал правилам, действующим у нас в розничной торговле. Поскольку здесь была та же самая розничная торговля такими золотыми мерными слитками, НДС устанавливался не на всю цену слитка, то есть, цена слитка увеличивалась не на 20 процентов, а только на ту надбавку, которую брал себе банк с разницы между ценою, уплаченной своим поставщикам, и той ценой, которую он взял со своего покупателя.

Поскольку банки вели себя сравнительно по-божески и надбавки устанавливали сравнительно небольшие, то сумма этого налога была где-то на уровне 1-го процента. Поэтому, в общем-то, решили, что ради таких сумм особенно копий ломать не стоит.

Это было обусловлено еще и тем, что при другом решении продажа золотых слитков населению могла быть использована как очень неплохой "канал" ухода от налогообложения, что, конечно, тоже принималось во внимание. Потому что... Представьте себе ситуацию, когда ювелирная промышленность приобретает золото на самых общих основаниях, с НДС, уплачивая свои 20 процентов. А граждане приобретают золото без НДС, но при этом им ничто не мешает отправить это золото на переработку. Потому что никаких запретов здесь не существует. Понятно, что появился канал искушения, достаточно большой, ну, и чтобы не плодить таких проблем, и было принято такое решение.

Сергей Сенинский:

То, что купля-продажа наличного золота не стала столь же массовой, как покупка-продажа валюты, вряд ли только существованием налога объясняется?

Сергей Шаталов:

На самом деле, я думаю, что проблема налогообложения здесь была совсем небольшой. На мой взгляд, здесь дело совсем в другом.

Во-первых, золото не является таким ликвидным товаром, каким является иностранная валюта. Которую всегда, без проблем, можно обменять, превратить в рубли, потратить и прочее. С золотом, конечно, значительно больше проблем.

Во-вторых, золото освобождалось от налогообложения и при банковских операциях, и при приобретении физическими лицами - в том случае, если оно хранилось в специальных сертифицированных банковских хранилищах. Это тоже своя проблема, потому что за хранение нужно платить деньги.

И, наконец, конъюнктура на мировом рынке в отношении золота была не такой радужной; и в принципе нельзя было рассчитывать заработать большие деньги, просто подержав у себя золото достаточно долго.

Сейчас обсуждаются варианты, чтобы продавать населению не только золотые мерные слитки, но и специально чеканить золотую монету, которую тоже можно было бы размещать среди населения. Обеспечивать тем самым определенный интерес для граждан в накоплении.

Эти вопросы сейчас в Думе обсуждаются достаточно подробно и в том числе - с такой точки зрения: а какой налоговый режим будет применяться по отношению к этим новым инструментам? Пока совершенно понятно, что в отношении монет, видимо, будет принято точно такое же решение, как и в отношении иностранной валюты. И здесь никаких исключений не будет и НДС - тоже.

А вот в отношении НДС на мерные слитки, решение пока не найдено. Этот вопрос по-прежнему обсуждается. Причины для обсуждения практически те же самые. Правительство и Центробанк сделали предложение о том, чтобы освободить от НДС продажу слитков населению, но в формулировках, которые практически невозможно использовать в законе. Они просто-напросто сказали: ґ...продаются без НДС в том случае, если впоследствии это золото не будет отправлено на переработкуµ.

Ну, можно представить, что это означает с точки зрения контроля. То есть, в принципе несколько лет налоговая служба должна отслеживать, были проданы или не были проданы эти мерные слитки, и применять к нарушителям какие-то меры. А кто потом должен уплатить налог, если там было что-то нарушено? Понятно, что вот такие технические детали могут создать очень серьезные проблемы.

Я подозреваю, что сохранится примерно старый режим. Если слитки будут храниться в сертифицированных хранилищах и менять владельцев, не покидая этих хранилищ, то в этом случае НДС не будет уплачиваться. Но как только они будут выходить в свободное обращение, и как только будут возникать риски, что из слитков будут делаться золотые украшения - возникнут проблемы с тем, что следует ли устанавливать здесь какой-то льготный режим?

Сергей Сенинский:

Законопроекты, о которых вы только что рассказали, как скоро могут быть приняты Государственной Думой?

Сергей Шаталов:

Я думаю, что оптимальный срок - третья декада февраля. Скорее всего, Дума сможет принять это во втором и третьем чтениях. И если очень поспешит Совет Федерации и до 1 марта тоже одобрит эти решения, то тогда они должны будут вступить в силу с 1-го апреля.

Сергей Сенинский:

Спасибо, напомню, на вопросы нашей программы отвечал из Москвы бывший заместитель министра финансов России, ныне - директор отдела налогов международной аудиторской компании "ПрайсУотерХаусКуперз" Сергей Шаталов.

XS
SM
MD
LG