Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Programs - Business & Money


- Что определяет сегодня обменный курс российского рубля?
- Нижегородская область: удастся ли избежать дефолта?
- Крупнейшие компании розничной торговли: стратегия на западе Европы и на востоке.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский:

В четверг на минувшей неделе курс российского рубля к доллару США достиг самого низкого уровня за последние месяцы, перекрыв почти на 60 копеек предыдущий минимальный уровень - 9 августа, по следам отставки правительства Сергея Степашина.

Объем золотовалютных резервов Центрального банка, по официальным сообщениям, за период с 20 по 27 августа сократился на 400 миллионов долларов - до 11 миллиардов 100 миллионов. По оценкам участников торгов на Московской межбанковской валютной бирже, только за один день - 2 сентября - Центральный банк был вынужден продать из своих резервов около 60 миллионов долларов, чтобы сдержать дальнейшее падение курса рубля. В этот день только за первые 15 минут сессии межрегиональных торгов курс рубля упал более чем на 2 с половиной процента. Но означает ли это, что удержание курса рубля дается Центральному банку с таким же трудом, как в самые "пиковые" периоды за последние год-два?

На наши вопросы отвечает в Москве сотрудница аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Екатерина Малофеева:

Екатерина Малофеева:

Действительно, с 20 по 27 августа резервы Центрального банка сократились на 400 миллионов долларов. Однако нельзя говорить однозначно о том, что эта сумма денег была потрачена банком именно на поддержание стабильности валютного курса.

Дело в том, что изменения в объемах золотовалютных резервов складываются из нескольких составляющих. С одной стороны, это то, что вы упомянули - интервенции Центрального банка на валютном рынке. С другой стороны, это платежи по внешнему долгу РФ. В первой половине этого года Центральному банку приходилось кредитовать министерство финансов для того, чтобы последнее смогло расплатиться по внешнему долгу страны.

Следующий фактор. Центральный банк покупает валюту у экспортеров, которые обязаны продавать часть своей валютной выручки. Таким образом, мы можем говорить о том, что за период с 20 по 27 августа всего на 400 миллионов долларов сократились резервы ЦБ, и, возможно, какая-то часть из них (может быть, и больше, чем 400 миллионов) была потрачена на поддержание валютного курса.

Вы упомянули, что 2 сентября Центральный банк потратил на валютном рынке порядка 60 миллионов долларов. На самом деле, это только оценка. Ситуация, в которой в настоящий момент оказался Центральный банк, не нова для него. Сильное давление на валютный курс Центральный банк испытал в конце 1997 года, летом 1998 и, конечно, накануне августовского кризиса 1998 года.

Сергей Сенинский:

Объем золотовалютных резервов Центрального банка России в течение последних месяцев сохраняется примерно на уровне 11 - 12 миллиардов долларов. Для сравнения: у Тайваня - 90 миллиардов; у Китая - 140 миллиардов, а если посчитать это вместе с резервами Гонконга, то общий объем превысит показатель Японии, объем валютных резервов которой - более 220 миллиардов долларов - является крупнейшим в мире.

Так вот 11 миллиардов долларов - насколько это мало для такой страны, как Россия? Выделяют ли эксперты валютного рынка некие показатели, если можно так выразиться, норматива валютных резервов? Скажем, столько-то процентов от объема валового внутреннего продукта, или какой-то иной показатель?

Екатерина Малофеева:

Вопрос определения необходимого или достаточного уровня золотовалютных резервов каждая страна решает по-своему. Тут, скорее всего, нет какого-то единого правила. В целом можно сказать, что крупные страны с достаточно развитой экономикой и с большим объемом внешней торговли обычно имеют больший объем золотовалютных резервов, чем другие страны. Но это правило соблюдается не всегда жестко.

При определении оптимального уровня золотовалютных резервов имеют значение очень многие факторы. Это, например, место страны в мировом внешнеторговом обороте, какая политика валютного курса проводится внутри страны. Это может быть политика, так называемой, "currency board" или валютной администрации, когда объем золотовалютных резервов требуется достаточно большой, по отношению к имеющейся в обращении денежной массе. Насколько распространена национальная валюта в мире, либо в определенном его регионе. Поэтому, скажем, Китай, чья стабильность очень важна для всех азиатских экономик, и США, чья валюта используется в качестве ведущего в мире расчетного средства, имеют большой объем золотовалютных резервов. Тогда как страны с весьма развитыми экономиками, но не столь большим объемом торговли и не столь большой значимостью в международных финансовых отношениях имеют значительно меньший объем резервов.

Так что однозначный ответ на вопрос, каков оптимальный уровень золотовалютных резервов для той или иной страны, дать довольно сложно.

Сергей Сенинский:

И правительство России, и Центральный банк неоднократно заявляли в последнее время, и зафиксировали это положение в совместном меморандуме для Международного валютного фонда, что снижение курса рубля будет соответствовать динамике роста цен в стране. В какой степени, на ваш взгляд, можно говорить сегодня о таком соответствии? Особенно - на фоне продолжающегося роста цен на бензин, влияющие на цены огромного количества товаров? И какой, если можно так выразиться, образовался запас падения курса рубля - на сегодня?

Екатерина Малофеева:

Действительно, между валютным курсом и уровнем инфляции в стране существует некая взаимосвязь. Она работает через механизм ценообразования на импортируемые в страну товары.

Следует особо подчеркнуть, что вопрос о ценах на бензин, это несколько обособленный вопрос, поскольку Россия является страной, которая не импортирует бензин. Большая часть бензина, которая продается в стране, производится внутри страны, и затраты на производство этого бензина, в основном, привязаны к рублевым затратам, а не к доллару. Поэтому рост цен на бензин не сказывается напрямую на уровне валютного курса.

С другой стороны, есть, конечно, большое количество товаров, которые на потребительский рынок завозятся, и динамика валютного курса, конечно же, связана с ростом цен на потребительские товары. И в этом смысле поддержание стабильного или даже "укрепляющегося" курса национальной валюты по отношению к другим валютам в некоторых случаях помогает сдерживать уровень инфляции.

За последние несколько месяцев валютный курс был очень стабильным, если не считать последних нескольких дней, и скачков, вызванных отставкой правительства Степашина, и инфляция опережала девальвацию рубля. Разница эта была небольшой, однако, действительно, возник некоторый потенциал для дальнейшего снижения курса рубля, для того, чтобы темпы девальвации и темпы инфляции примерно совпадали.

Сейчас Центральный банк, похоже, вспомнил о том, что когда-то он обещал такую динамику валютного курса, чтобы изменение валютного курса соответствовало темпам инфляции. И говорит о том, что до конца года курс рубля к доллару опустится до 27 рублей за доллар. И очень приблизительные расчеты показывают, что это примерно тот уровень, который бы компенсировал, с точки зрения валютного курса, рост цен, который наблюдался за последние месяцы без соответствующей девальвации рубля.

Сергей Сенинский:

На наши вопросы отвечала в Москве сотрудница аналитического управления инвестиционной компании "Ренессанс-Капитал" Екатерина Малофеева.

Администрация Нижегородской области заявила в минувший вторник, что намерена обратиться к своим зарубежным кредиторам с просьбой об отсрочке очередного платежа по обслуживанию внешнего долга. Речь идет о так называемых "купонных" платежах по еврооблигациям, которые областная администрация разместила в 1997 году на международных финансовых рынках - на общую сумму 100 миллионов долларов и сроком на 5 лет. "Купонные" платежи представляют собой платежи по процентам держателям этих облигаций. Отказ эмитента долговых бумаг или отсутствие у него средств для обслуживания своего долга и есть дефолт.

Обращение администрации Нижегородской области к кредиторам с просьбой об отсрочке платежей - первый ли это случай за минувший год, когда российский регион оказывается не в состоянии обслуживать свой долг? Наш собеседник в Москве - менеджер управляющей компании "Тройка-Диалог" Олег Ларичев:

Олег Ларичев:

Речь идет о еврооблигациях Нижегородской области, выпущенных на сумму 100 миллионов долларов. Сразу же после кризиса 17 августа 1998 года стало достаточно очевидно, что у российских эмитентов еврооблигаций, вероятно, возникнут сложности с их обслуживанием. В частности, у Нижегородской области были определенные проблемы, но эти купоны, а именно - в октябре 1998 и в апреле этого года,- Нижегородская область оплатила. И то, что она оказалась сейчас в непростой ситуации перед грядущим в начале октября купонным платежом, это не для кого не сюрприз.

Если говорить вообще об облигациях российских регионов, в том числе и рублевых, то там были прецеденты не то что невыплаты процентов, а невыплаты основной суммы долга. А по еврооблигациям... если Нижегородская область не выплатит купон, то это будет первый случай.

Сергей Сенинский:

Вспомним, а какие вообще регионы России выпускали собственные еврооблигации? На какую сумму в целом? И больше она или меньше объема эмиссии еврооблигаций, выпущенных министерством финансов?

Олег Ларичев:

Всего 3 российских региона выпустили еврооблигации: город Москва, город Санкт-Петербург и Нижегородская область. Примерный объем всех выпусков - около 1 миллиарда долларов, при этом Нижегородская область выпустила на 100 миллионов долларов. Это существенно меньше объема федеральных еврооблигаций, который, по номиналу, составляет около 15 миллиардов долларов.

Сергей Сенинский:

Существуют ли на рынке еврооблигаций некие заранее известные ограничения, некий "потолок" для заимствований, которые может проводить на нем та или иная страна, регион или компания? Скажем, в процентах от объема валового внутреннего продукта?

Олег Ларичев:

Общепринятых ограничений по величине долга не существует, однако, есть некоторые параметры, на которые ориентируются, в частности, суверенные заемщики. Например, один из Маастрихтских критериев вхождения в зону единой евровалюты - сумма долга отдельной страны не должна превышать 60 процентов ВВП. В принципе, этот критерий можно применить к долгу любого субъекта Федерации или к самой РФ, но я говорю здесь обо всем долге, а не об отдельном сегменте, которым являются еврооблигации.

Но нужно заметить: чем более развита страна, тем проще ей обслуживать имеющийся у нее долг. И вот эти 60 процентов, даже в случае Евросоюза, не являются такой уж строгой границей. Например, общий долг Италии - около 100 процентов ВВП, но, тем не менее, в силу того, что это развитая индустриальная страна, никакой речи о невыплате или о задержке и быть не может.

А в случае менее развитых стран этот оптимальный критерий, достаточно субъективный сам по себе, снижается. К сожалению, сейчас возникла такая ситуация, что многие развивающиеся страны, включая Россию, имеют долги превышающие 60 процентов ВВП, что создает сложности в обслуживании этого долга.

Сергей Сенинский:

Тот факт, что на грани дефолта оказывается субъект Российской Федерации, предполагает ли какие-то дополнительные обязательства со стороны федерального центра? Иначе говоря, в какой мере Центр отвечает за долги своего региона?

Олег Ларичев:

Для федерального центра неприятен факт возможного дефолта по еврооблигациям субъекта, но прямых финансовых обязательств для федерального центра это не влечет. То есть субъект автономен в деле выпуска и обслуживания своих облигаций. Само по себе это - неприятный факт, так как это снижает репутацию всей страны как заемщика, и в частности, России как заемщика на рынке еврооблигаций. Но прямых финансовых обязательств по облигациям Нижегородской области федеральный центр не несет.

Сергей Сенинский:

Почему дефолт именно по еврооблигациям, а не другим долговым обязательствам, скажем, внутреннему долгу, считается абсолютно крайней и недопустимой мерой?

Олег Ларичев:

Еврооблигации, как правило, размещаются на скрытых рынках и предлагаются широкому кругу частных инвесторов. Исторически так сложилось, что страны предпочитают не выполнять обязательства по еврооблигациям лишь в самых крайних случаях. Объяснение может быть лишь полурациональным: считается, что частные инвесторы - это последняя надежда, что они могут дать деньги, когда другие заемщики уже не будут давать денег. Поэтому, если обмануть частных инвесторов, то страна, корпоративный заемщик или муниципальный заемщик смогут вновь выйти на международный рынок капитала очень не скоро.

Сергей Сенинский:

В России к рынку к заимствованиям на рынке еврооблигаций прибегали не только федеральные власти или администрации некоторых регионов, но отдельные компании и предприятия. Справляются ли они с текущим обслуживанием своего долга?

Олег Ларичев:

Некоторые российские предприятия и банки выпустили свои еврооблигации, естественно, до кризиса 17 августа 1998. Среди предприятий это нефтяные компании, такие как "Сибнефть", "ЛУКойл", "Татнефть"; среди предприятий, не относящихся к нефтяному сектору, - "Мосэнерго", "МГТС"; это банки, такие как "ОНЭКСИМбанк", "Альфа-банк".

По банковским еврооблигациям, выпущенных российскими эмитентами, можно сказать, что все банки, кроме "Альфа-банка", допустили дефолт по своим еврооблигациям. Если говорить о нефтяных компаниях, то они все произвели купонные платежи. Были определенные сложности у "Татнефти" в прошлом году, но сейчас в связи с тем, что за последний год цена на нефть существенно выросла, нефтяные компании чувствуют себя гораздо увереннее.

Долги "Мосэнерго" и "МГТС" также достаточно высоко котируются, и предполагается, что эти компании и в ближайшем будущем смогут обслуживать свои еврооблигации.

В России есть три муниципальных заемщика - Москва, Санкт-Петербург и Нижегородская область. Нижегородская область оказалась в худшем положении, чем Москва и Санкт-Петербург, у которых финансовые потоки гораздо существеннее, и у которых финансовые возможности больше. Тем не менее, еще пока рано говорить о том, что Нижегородская область допустит дефолт по своим еврооблигациям. Один из возможных сценариев то, что платеж все-таки будет сделан или же будет проведена реструктуризация при согласии большинства кредиторов.

Сергей Сенинский:

На наши вопросы отвечал в Москве менеджер управляющей компании "Тройка-Диалог" Олег Ларичев.

Обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист". Он вышел в пятницу, 3 сентября. С обзором вас познакомит Андрей Шароградский.

Андрей Шароградский:

Заставлять пожилых работников выходить на пенсию не только негуманно, но и неразумно, пишет "Экономист. В 60-е годы среднестатистический мужчина к 68 годам уже имел не менее 50 лет работы. В 90-е годы 76-летний мужчина имеет обычно трудовой стаж не более 38 лет.

С ростом продолжительности жизни количество людей пенсионного возраста непрерывно увеличивается, а на работающих ложится все более тяжкое налоговое бремя - растут их взносы в пенсионный фонд и на социальное страхование. В такой ситуации даже небольшое повышение пенсионного возраста могло бы иметь большой эффект, пишет "Экономист". Ведь эти пожилые люди продолжат платить налоги, а им - не надо будет платить пенсию вообще, или выплачивать ее в гораздо меньших размерах.

Кто-то, достигнув пенсионного возраста, хочет заботиться о внуках или путешествовать, другим - совсем не хочется прекращать работу. Лучший выход - дать людям возможность выбора, заключает "Экономист".

Для стран Латинской Америки настали тяжелые времена, в большинстве из них экономика переживает глубокий спад. Такая картина, пишет "Экономист", печальна для континента, где десять лет назад начались демократические преобразования и рыночные реформы. И все-таки реальность имеет и свои положительные нюансы.

Растет экономика Мексики, в первую очередь - благодаря вступлению в Североамериканскую ассоциацию свободной торговли. Похожая тенденция - правда в меньшей степени - наблюдается в других странах Центральной Америки. С другой стороны, глубина нынешнего кризиса в Южной Америке вызвана, в основном, внешними факторами. В 1997-1998 годах западные инвесторы, напуганные кризисом в Азии, забрали свои деньги со всех развивающихся рынков, снизились цены на товары.

Когда ситуация стабилизируется, экономический рост возобновится, пишет "Экономист", но даже в странах, занимающих благоприятное геополитическое положение, он, скорее всего, не будет быстрым. Экономики стран Латинской Америки находятся в очень большой зависимости от экспорта и от иностранного капитала. Они по-прежнему нуждаются в реформах, - прежде всего финансовых систем. И еще: в них должно вырасти новое поколение предпринимателей, заключает "Экономист".

Компания "Сан Майкросистемз" предпринимает новую попытку подорвать господство корпорации "Майкрософт" на рынке программного обеспечения, пишет "Экономист". "Сан" объявила о покупке немецкой кампании "Стар Дивижн" и намерена бесплатно предоставлять пользователям ее популярную компьютерную программу "Стар офис" - конкурента программы "Майкрософт Офис".

Этот ход "Сан", впрочем, может оказаться и проигрышным. Получая бесплатную программу, компании, конечно, сэкономят. Ведь одна копия "Майкрософт офис" стоит почти 500 долларов. Но тем же компаниям все же придется потратить деньги, чтобы научить своих сотрудников работать с новой программой.

У "Сан Майкросистемз" есть и другие планы. Компания намерена сделать так, чтобы продукцию "Стар офис" пользователям не нужно было бы записывать на жесткие диски своих компьютеров, а доступ у ней был бы обеспечен через Интернет с помощью обычного персонального компьютера или даже мобильного телефона.

Тактика "Сан Майкрософт" отражает общую тенденцию на компьютерном рынке. Такие корпорации как "Хьюлетт-Паккард", немецкая "Сап" и другие также намерены предоставлять все больше своих услуг через Интернет.

Остается открытым вопрос, на чем тогда они будут зарабатывать деньги? Вариантов много, однако основным остается размещение рекламы, заключает "Экономист".

Объявленное на минувшей неделе слияние французских сетей супермаркетов "Каррфур" и "Промодес", которое оценивается в 17 миллиардов долларов, - скорее признак слабости, нежели агрессивности на рынке, пишет "Экономист".

Во-первых, слияние или поглощение одной компании другой - единственный путь роста на местном рынке. Во вторых, и это самое главное, крупнейшая торговая компания мира - американская "Уол-Март", - появившись на немецком рынке в прошлом году, теперь "положила глаз" и на Францию. Опасения за свое положение в связи с появлением "Уол-Март" в Европе испытывают владельцы крупнейших супермаркетов не только во Франции, но в других европейских странах. Эксперты считают, что, пытаясь выстоять в конкуренции, эти компании также станут объединяться.

Местные аналитики во Франции с сожалением отмечают, пишет "Экономист", что супермаркеты, хотя и сдерживают инфляцию, но серьезно меняют образ жизни в деревне. К примеру, упрощают и стандартизируют гордость Франции - французскую кухню.

Сергей Сенинский:

Андрей Шароградский познакомил вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист", который вышел в пятницу, 3 сентября.

Итак, как уже было сказано, две из крупнейших во Франции компании розничной торговли - "Каррфур" и "Промодес" - объявили на минувшей неделе о предстоящем объединении. Если эти планы реализуются, возникает самая крупная в Европе подобная компания и вторая в мире - если считать по общему объему продаж. Самой крупной в мире компанией розничной торговли - причем, по объему продаж, с отрывом более чем в два раза от будущего европейского лидера - сегодня является американская "Уол-Март".

О тенденциях на европейском потребительском рынке и о том, почему крупнейшие на нем компании в своей экспансии на восток не идут пока дальше Польши, Чехии и Венгрии, мы говорили с экспертами в Лондоне и Мадриде, к которым обратились наши корреспонденты Наталья Голицына и Виктор Черецкий.

Начинает Майкл Пойнор, директор консалтинговой компании "Коба Групп", Лондон:

Майкл Пойнор:

Прежде всего следует разобраться в том, что представляют собой французские компании розничной торговли. Среди них есть такие, которыми полностью владеют акционеры. В этом смысле они похожи на такие британские и американские компании, как "Теско", "Сайнсбери" или "Уолл-Март". Это так называемые "public companies".

Второй вид компаний - типа "Промодес" - которые, в основном, контролируются основавшими их семьями. Первая же категория магазинов не контролируется их основателями, даже если они формально и носят их имена.

Третья категория - это некие гибриды кооперативов и свободных объединений. Этот тип магазинов широко распространен сейчас во Франции и Германии. Это компании типа французских "Леклер" и "Интермарше".

Если говорить об общих объемах продаж отдельных компаний из этих трех групп, то они, действительно, выглядят внушительно. Следует иметь в виду, однако, структуру этих компаний. По существу, это сложные конгломераты из частных компаний, дочерних предприятий и компаний, работающих под единой торговой маркой.

Например, в структуре компании "Промодес" - сеть гипермаркетов "Континенте", сети супермаркетов "Шампья" или "Видевит". Она владеет также торговой сетью "Кэш-энд-кэрри" под названием "Промо-кэш", им принадлежит крупная сеть по снабжению продовольствием ресторанов, наконец, компания владеет сетью дискаунтеров под названием "Бия". Так что "Промодес" представляет собой очень сложный конгломерат компаний и предприятий разных форм собственности. И "Промодес групп" не является единоличным и полновластным владельцем всех входящих в ее состав компаний.

Сергей Сенинский:

Французские компании "Каррфур" и "Промодес" владеют также двумя крупными сетями супермаркетов в Испании - "Прика" и "Континенте". Соответственно, им также предстоит объединиться. Не нарушит ли эта сделка антимонопольное законодательство? Хосе-Луис Гарсия дель Посо, компания "Андерсен Консалтинг", Мадрид:

Хосе-Луис Гарсия дель Посо:

Разумеется, любое слияние крупных компаний подпадает под действие антимонопольного законодательства и Испании, и Европейского Союза. И оно предусматривает, что доля любой одной компании на рынке страны не может превышать 30 процентов.

С одной стороны, сети супермаркетов "Прика" и "Континенте", объединившись, будут контролировать лишь примерно 23 процента испанского рынка. То есть формально антимонопольное законодательство эта сделка не нарушает.

Но это - в масштабах всей страны в целом. В отдельных же провинциях, и об этом, кстати, уже было заявлено министерством экономики Испании, объединенная сеть супермаркетов окажется практически монополистом. В Каталонии, к примеру, на северо-западе, по предварительным подсчетам, новая компания будет контролировать до 60 процентов рынка. В столице, в больших городах и в населенных районах серьезную конкуренцию новой компании составят другие крупные торговые центры. А в некоторых отдаленных провинциях, в городах небольших, такой конкуренции нет.

В любом случае, следует дождаться заключения антимонопольного ведомства при министерстве экономики Испании, а затем - Комиссии Европейского Союза.

Сергей Сенинский:

Остающиеся примерно 77 процентов потребительского рынка Испании между какими компаниями поделены?

Хосе-Луис Гарсия дель Посо:

Сети гипермаркетов "Иперкор" и "Корте Инглес" принадлежат испанским компаниям. Есть и другие испанские компании розничной торговли, располагающие сетью магазинов меньшего размера. Они действуют, в основном, в мало заселенных районах.

А всего на испанском потребительском рынке доминируют десять крупных компаний, как национальных, так и международных. На долю иностранцев приходится примерно 32 процента рынка, на долю испанских компаний - 20 процентов.

Оставшиеся 48 процентов рынка приходятся на долю мелкой торговли, в основном национальной.

Сергей Сенинский:

Французская "Каррфур" - 6 в мире компания розничной торговли. Вообще среди 10 самых крупных таких компаний - сразу 6 французских, две американских, одна - немецкая и одна - голландская. Майкл Пойнор, Лондон:

Майкл Пойнор:

Одна из причин успеха компании "Карфур" чуть ли не в 20 странах мира - подчеркнутое уважение к местным особенностям, в частности, к торговой и потребительской культуре. Это как раз то, что с таким трудом удается американской "Уол-Март", крупнейшей в мире компании розничной торговли. Когда "Уол-Март" приходит на рынок другой страны, то стремится привнести собственную, то есть американскую культуру торговли. Несмотря на неоспоримые плюсы, она не везде легко приживается.

Французская "Карфур" всегда нанимает местный персонал, оставляя за Парижем лишь стратегическое управление. Местные же предприятия компании управляются местным персоналом. И это - одна из причин успеха "Карфур".

Сергей Сенинский:

В Испании - каково соотношение разных типов магазинов на потребительском рынке? Хосе-Луис Гарсия дель Посо, компания "Андерсен Консалтинг", Мадрид.

Хосе-Луис Гарсия дель Посо:

Сети крупных супермаркетов, как международных, так и местных, начали возникать в Испании с середины 80-х годов. И сегодня крупные торговые центры разместились практически во всех городах Испании, вернее на их окраинах, на основных подъездах к этим городам.

Но все-таки в городских центрах преобладают традиционные небольшие магазины. Именно здесь испанцы делают ежедневные покупки. В отличие от закупок на неделю-две, которые они предпочитают делать в супермаркетах.

Что касается продовольственных рынков, то их роль в Испании по-прежнему велика. Цены здесь обычно выше, чем в супермаркетах, но зато и уровень, если хотите, традиционной индивидуализации обслуживания гораздо выше. Так что многие семьи предпочитают эти рынки. Кстати, по испанскому законодательству, каждый населенный пункт с населением более 10 тысяч человек обязан иметь такой рынок.

Сергей Сенинский:

Заявление французских компаний "Каррфур" и "Промодес" о предстоящем слиянии вызвало в Испании протесты, в том числе - компаний-производителей продовольствия. А какова доля испанских товаров в общем ассортименте крупных испанских магазинов?

Хосе-Луис Гарсия дель Посо:

Доминируют испанские товары, как продовольственные, так и промышленные. Среди продовольственных товаров это, прежде всего, свежие продукты. В Испании они дешевле, чем во Франции, особенно овощи и фрукты, которые здесь и созревают раньше. Конечно, на испанский рынок все больше попадает зарубежной продукции по низким ценам - из Франции и других стран Европейского Союза. Но пока в супермаркетах "Континенте" и "Прика" их доля не превышают 15 процентов.

И "Прика", и "Континенте" строились в Испании французскими компаниями еще в середине 80-х годов. Их появление совпало по времени со вступлением Испании в Европейский Союз. До этого в Испании таких гигантских торговых площадей практически не было. Только в Мадриде был магазин "Джумбо" - знаменитый слон- также с участием французского капитала. В этом году ему исполнилось 25 лет.

Сергей Сенинский:

Майкл Пойнор, консалтинговая компания "Кобэ групп", Лондон, продолжает:

Майкл Пойнор:

Одной из главных причин, которые сподвигли европейские компании розничной торговли к объединению, стала экспансия американской "Уол-Март". Сначала она купила две крупных сети магазинов в Германии, а недавно - одну из крупнейших торговых компаний в Великобритании.

Любопытно сравнить реакцию на планы "Уол-Март" в Англии и во Франции. В Англии о супермаркетах часто говорят, что с ними нужно бороться, что они слишком задирают цены. Так вот британское правительство, включая премьер-министра Тони Блэра, приглашало "Уол-Март" в Англию. Из резиденции премьера позвонили руководству "Уол-Март" и пригласили на переговоры. Мне известно, что "Уол-Март" получала письма от членов британского парламента, в которых они приглашали американскую компанию в Англию, утверждая, что ее появление на местном потребительском рынке приведет к снижению цен и будет способствовать защите прав потребителей.

Что же касается позиции французского правительства, то оно восприняло приход "Уол-Март" в Европу как угрозу суверенитету страны и национальной торговле. В Париже постоянно говорили о необходимости противостоять крупнейшей в мире торговой компании из-за океана. И слияние "Карфур" и "Промодес", первой и четвертой компаний на французском потребительском рынке, хотя и может стать угрозой для более мелких французских торговых компаний, воспринималось во Франции прежде всего как акт защиты от американского пришествия.

Любопытно, какой будет реакция на планы слияния двух французских компаний новой Европейской комиссии во главе с Романо Проди? И как на объединение этих не только французских, но и испанских торговых компаний отреагирует Марио Монти, новый председатель антимонопольной подкомиссии?

Сергей Сенинский:

В маркетинговой стратегии крупных компаний розничной торговли из разных стран - больше общего или специфики? Клайв Воэн, директор консалтинговой компании "Retail Intelligence", Лондон:

Клайв Воэн:

Думаю, что больше общего. Использование современных информационных технологий позволяет с большой долей достоверности прогнозировать самые широкомасштабные торговые операции. Именно в такого рода операциях американская компания "Уол-Март" добилась высокой эффективности.

Сейчас у нас есть все основания полагать, что объединение французских компаний "Карфур" и "Промодес" - это начало процесса консолидации компаний розничной торговли в Европе. В результате на европейском рынке в этой сфере останется немного очень крупных игроков: "Карфур-Промодес" будет в одной их группе, а "Уол-Март" - в другой.

В целом формы массовой розничной торговли во всех странах мира сейчас очень похожи - это огромные магазины со смешанным продовольственным и непродовольственным - ассортиментом; это очень низкие цены, благодаря чему, собственно, и возникла так называемая "широкомасштабная потребительская экономика".

Европейским компаниям приходиться выдерживать жесточайшую конкуренцию со стороны американской "Уол-Март", ориентироваться на ту же самую "широкомасштабную потребительскую экономику", в которой "погоду" делают постоянно снижающиеся цены. И именно это стимулирует консолидацию европейских торговых компаний.

Сергей Сенинский:

Некоторые крупные европейские компании розничной торговли - скажем, британская "Теско" или бельгийская "Делвита" - уже прочно обосновались в таких постсоциалистических странах, как Польша, Чехия или Венгрия. Но дальше на восток пока не идут. Каковы принципиальные условия прихода международной торговой компании на потребительский рынок той или иной страны? Майкл Пойнор, Лондон:

Майкл Пойнор:

Первое условие заключается в том, что в этих странах должен существовать потребительский рынок минимально необходимого уровня. Этот уровень, включающий и потребительский спрос, должен оправдывать приход торговой компании в эту страну.

Причем это вовсе не вопрос масштабов местного рынка. Гораздо важнее - предрасположенность и способность населения покупать, что, естественно, связано с уровнем дохода тех социальных групп, на которые ориентированы товары, предлагаемые осваивающей новый для себя рынок компанией.

Следующий фактор - конкуренция. Имеется в виду способность местных компаний составить серьезную конкуренцию пришельцам, способность вытеснить последних со своего рынка.

Не менее важный фактор - насколько тесными и традиционными являются связи местных торговых компаний с местными же поставщиками. Приходящей в страну иностранной торговой компании бывает трудно установить такие же связи.

Очень важный фактор - правовой режим в этой стране. Если вам предстоит строить супермаркет или большой универмаг, вы должны получить специальное разрешение у местных строительно-архитектурных организаций. Кстати, одна из причин, почему, например, в Италии торговые сети расширяются не столь быстро, чем, скажем, в Испании или Португалии, - более жесткое в этой области местное законодательство, чем в других средиземноморских странах.

Наконец, еще один важнейший показатель - степень рискованности инвестиций в новую страну. К примеру, почти четвертью акций крупнейшей британской торговой компании "Теско" владеют крупные пенсионные фонды и другие финансовые институты в разных странах. Так вот, хорошо это или плохо, но они хотят быть уверенными, что стратегия расширения торгового бизнеса, в который они вложили миллионы фунтов, не угрожает им серьезным риском.

Что касается России, то она представляется западным компаниям зоной повышенного риска, прежде всего из-за царящей там политической нестабильности. И если та же "Теско" вдруг захочет вложить в освоение российского рынка крупные средства, то в этом случае крупнейшие акционеры самой этой компании, которые и контролируют ее деятельность, мягко говоря, занервничают. И как результат - упадет стоимость акций "Теско".

Здесь все дело - в оценке уровня риска. До сих пор крупнейшие европейские и американские корпорации воспринимали инвестиционные риски, скажем, в Польше, Венгрии или Чехии, как приемлемые. А в других странах Центральной и Восточной Европы этот риск пока представляется им неприемлемым.

Сергей Сенинский:

Спасибо все нашим собеседникам. Это, напомню, в Лондоне - руководители консалтинговых компаний "Кобэ Групп" и "Retail Intelligence" - Майкл Пойнор и Клайв Воэн. С ними беседовала наш корреспондент Наталья Голицына. И в Мадриде - сотрудник компании "Андерсен Консалтинг" Хосе-Луис Гарсия дель Посо, к которому обратился наш корреспондент Виктор Черецкий.

XS
SM
MD
LG