Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Programs - Business & Money



- Доминго Кавальо, автор денежной реформы в Аргентине - о путях вывода России из кризиса.
- В Казахстане будет введена частная собственность на землю.
- Глобальная система телефонной связи: проекты "Иридиум" и "ГлобалСтар".
- В Париже открылся международный автомобильный салон.
- Обзор публикаций очередного номера британского еженедельника "Экономист".


Сергей Сенинский:

"Программа первоочередных мер по выводу экономики из финансово-банковского кризиса". Так назывался 17-страничный труд - теперь уже непонятно, какой именно группы правительственных экспертов, но под общим руководством первого вице-премьера России Юрия Маслюкова. Труд сей еще за сутки до намеченного на четверг первого его рассмотрения на заседании - то ли правительства, то ли президиума - в полном объеме попал в Москве в ведущие информационные агентства и газеты. И спустя сутки обозначенное в этой программе - среди прочих - намерение ограничить хождение в стране иностранной валюты - уже обсуждалось широкими массами. И как бы ни называл премьер-министр Евгений Примаков обнародованный проект - то ли наброском, то ли - черновиком, и - лишь одной из экспертных групп, - это первый из ставших известными правительственный документ последнего времени, в котором хоть как-то сформулированы цели и методы их достижения.

И сформулированы по классической схеме: решаемая задача и ее порядковый номер, ответственный исполнитель, срок исполнения, и - мероприятия для решения задачи. Ровно 8 месяцев назад из Кремля с большой помпой был выдан весьма похожий документ, причем утвержденный президентом. Помните? - 12 главных дел правительства России на 1998-й год в области экономической и социальной политики - так он назывался. Там точно также ставились задачи, намечались сроки и указывались ответственные исполнители. Совсем недавно это было - 26-го января!

Мы решили познакомить вас сегодня еще с одной программой вывода России из финансового кризиса. Она, понятно, не первая и не последняя. Однако примечательна тем, что исходит она от бывшего министра финансов Аргентины Доминго Кавальо - автора аргентинской реформы, в результате которой темпы инфляции в стране снизились с почти полутора тысяч процентов - в 1991-м году - почти до нуля - в 1996-м. А аргентинский песо стал более чем устойчивой валютой. Мы уже рассказывали об этом опыте Аргентины. Бесспорно, трудно сравнивать две страны, хотя сам аргентинский экономист считает, что общего у них больше, чем различий. На минувшей неделе интервью с Доминго Кавальо, целиком посвященное России, было опубликовано с последнем номере ежемесячника "Централ Юропин Экономик Ревью", специальном приложении американской газеты "Уолл Стрит Джоурнэл" по экономике постсоциалистических стран Центральной и Восточной Европы, а также бывшего СССР. Познакомить вас с содержанием этого интервью поможет мой коллега Андрей Шарый.

  • Можно ли спасти Россию от экономического коллапса?


Чтобы спасти Россию от гиперинфляции следует организовать две базовых реформы одновременно. Во-первых, необходима денежная реформа, в результате которой рубль превратится в конвертируемую валюту через так называемую систему валютного комитета. Следует сделать так, чтобы одна из твердых валют - американский доллар или немецкая марка - могла использоваться как альтернатива рублю. Такая система предотвратит печатание необеспеченных денег и позволит правительству выполнить свои обязательства. То есть правительство должно обеспечивать каждый выпускаемый рубль долларом или маркой из своих валютных резервов. И ему придется согласиться на свободную конвертацию этих рублей - по определенному обменному курсу.

Вторая необходимейшая мера - налаживание системы сбора налогов. В Москве я предложил правительству сделать именно то, что мы сделали у себя в Аргентине. Когда мы ввели систему валютного комитета, мы учредили и новые правила уплаты налогов. Некоторые из них - особенно, налог на добавленную стоимость или налог на прибыль компаний и предприятий - уплачиваются ежемесячно и по так называемому принципу "наращивания", при котором доходы и расходы учитываются в момент их возникновения, а не когда те или иные суммы реально получены или оплачены. Компании, занимающиеся внешней торговлей, платят налоги в долларах или марках. Остальные налогоплательщики платят налоги в тех самых конвертируемых рублях.

Взаимозачеты не допускаются, а крупные корпорации выполняют роль как бы налоговых агентов, удерживающих НДС со своих клиентов и поставщиков. Кроме того, крупные корпорации должны полностью выполнять свои налоговые обязательства.

Правительство, со своей стороны, должно определить грань между прошлым и будущим. Если правительство России допускает возможность отступления от прежних налоговых обязательств, нелегко будет заставить их выполнять и в будущем.

Если две эти реформы провести одновременно, это позволит стабилизировать рубль и остановить гиперинфляцию. Однако главное условие здесь - способность правительства собирать достаточно налогов, чтобы не набирать новых долгов. И только когда это удастся, можно начинать переговоры с кредиторами - отечественными и зарубежными - о реструктуризации старых долгов. Они включают в себя как долги по заработной плате и пенсиям, так и государственный долг - внутренний и внешний. Рестуктуризация этих долгов необходима для восстановления доверия в будущем - особенно, со стороны отечественных инвесторов, но также и - зарубежных. Но этой цели - не достичь до тех пор, пока в стране не будет в целом восстановлен макроэкономический баланс.

  • Если принять во внимание политическую ситуацию в России, насколько реально выполнение такого плана?


Им придется попробовать. Если не предпринять такую попытку или подобную, так и останутся гиперинфляция и экономический хаос. Это то, что было у нас в Аргентине.

  • Некоторые утверждают, что система валютного комитета может действовать лишь в небольших регионах - скажем, Гонконге или Эстонии. Сработает ли она в такой огромной стране как Россия?


Система валютного комитета имеет гораздо больше шансов на успех, чем та монетаристская политика, которой - для стабилизации рубля - в России следовали с 96-го года по 17-е августа 98-го. Такая монетарная политика, проводимая независимым Центральным Банком и столь одобряемая западными макроэкономистами, может стабилизировать рубль лишь ценой очень высоких банковских процентных ставок внутри страны. А они - в свою очередь - могут стать источником дополнительного бюджетного дефицита. И привести к ситуации 16 августа, за день до объявления моратория на возврат долгов и девальвации рубля.

Система валютного комитета не требует высоких банковских процентных ставок, так как в экономике оперируют и рублями, и долларами - или марками. И это - поддерживает баланс бюджета. И все это - также стало опытом Аргентины при обстоятельствах, весьма близких к тем, которые сегодня наблюдаются в России.

  • Но неужели что-то подобное действительно возможно повторить в России?


Знаете, многие говорят, что в Аргентине - еще до введения валютного комитета - уже была рыночная экономика. В отличие от России, с ее весьма искаженной экономикой. Я думаю, это не так. После 45-ти лет инфляции, безумных правительственных идей, засилья государственных предприятий и очень слабых банков, экономика Аргентины была искаженной не меньше, чем нынешняя российская. Однако новая денежная и налоговая политика не только изменили макроэкономический климат, но и предопределили общественную поддержку следующим шагам - дерегуляции и приватизации.

Без макроэкономической стабилизации невозможно говорить о структурных реформах, которые и могут превратить Россию в страну с эффективной рыночной экономикой. Денежная система, базирующаяся на стабильной валюте и налоговой системе, приносящей казне достаточные доходы, - такая система есть непременное условие для любых других реформ. Вся трансформация былой командной экономики не стала пока успешной, так как в стране не было создано финансовой системы, которая принесла бы стабильность цен и курса национальной валюты.

Если вы хотите получить экономику, основанную на частной собственности и принципах свободного рынка, вы должны уважать право собственности. А это уважение включает в себя и стабильную валюту. Если в стране инфляция и нестабильная валюта, тогда деньги мало что стоят.

Во-вторых, чтобы механизмы рынка работали, вам необходима низкая инфляция, или вообще - отсутствие инфляции. А когда цены постоянно меняются, рыночные механизмы не работают. Ни производители, ни покупатели, ни чиновники не в состоянии сделать самых простых расчетов, необходимых для принятия ежедневных экономических решений.

В Аргентине, мы, например, приватизировали компании в 89-м и 90-м годах, то есть в разгар гиперинфляции. И ни к чему хорошему эта приватизация не привела. Конкурентные правила игры было невозможно установить. После денежной реформы в 92-м и 93-е годах мы смогли выработать такие правила. Возникла конкуренция. Мы приватизировали крупнейшие монополии ПОСЛЕ того, как они были разделены на более мелкие структуры. И мы смогли организовать конкурентный и прозрачный фондовый рынок. Это уже была стабильность...

Я думаю, что и в России необходимо поддержать приватизацию и устранить перекосы в экономике - путем разделения крупных компаний, создания конкурентной среды и установления четких и понятных всем правил игры. Но все это станет возможным ЛИШЬ ПОСЛЕ того, как появится стабильная национальная валюта, а в экономике будет побеждена инфляция.

Любое российское правительство, которое хотело бы добиться успешных преобразований, должно в первую очередь приступить к созданию стабильной денежной и эффективной налоговой системы. Это - два важнейших приоритета. Это то, что мы сделали в Аргентине. Альтернативой может стать лишь печатание денег, взлет инфляции, господство бартера и полный хаос. Но никто не хочет такой альтернативы.

Сенинский:

Напомню, это интервью с бывшим министром финансов Аргентины Доминго Кавальо был опубликовано в последнем номере журнала "Централ Юропин Экономик Ревью" - ежемесячном приложении американской газеты "Уолл Стрит Джоурнэл".

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, выступая в минувшую среду в национальном парламенте, заявил, что в самом скором времени правительство представит законодателям проект закона, предусматривающего введение частной собственности на землю, в том числе - сельскохозяйственные угодья. С подробностями - наш корреспондент в Алма-Ате Сергей Козлов:

Сергей Козлов:

Нурсултан Назарбаев высказывался за введение частной собственности на землю уже неоднократно. Два года назад в Казахстане появилось понятие владения землей с последующей ее передачей по наследству, однако это положение было обставлено целым рядом условий, сделавших его совершенно неприемлемым для сельских хозяев. К примеру, землю нельзя было закладывать или продавать, что делает приобретение ее с целью длительной обработки совершенно бессмысленным.

Надо заметить, что этот вопрос наталкивается в основном на традиционное мышление самого казахского населения, для которого, к примеру, продажа земли предков является актом кощунственным и совершенно неприемлемым.

Назарбаев же предлагает продавать далеко не всю казахстанскую землю, и лишь определенные участки. При этом сельскохозяйственные угодья будут строго специализированы и земли, предназначенные, например, для выращивания зерновых необходимо будет использовать только для этой цели.

Специальные аграрные комитеты при местных администрациях будут следить за целевым использованием сельскохозяйственных земель и наиболее привлекательные участки будут продаваться на конкурсной основе наиболее авторитетным и только казахстанским хозяевам, имеющим специальный статус сельхозпроизводителя. Чтобы его получить, будет необходимо доказать свою компетентность как специалиста в сельском хозяйстве, определенный стаж работы в данной области и кредитоспособность.

Земля будет выставляться на торги и, если Департамент по управлению государственным имуществом сочтет это нужным, они будут проводиться по голландской схеме - на понижение, то есть, предложенная изначально высокая цена будет постепенно снижаться - до первого согласившегося покупателя.

"Земли в Казахстане предостаточно, - заявил Нурсултан Назарбаев, комментируя свое заявление о необходимости изменений в сельскохозяйственной политике, - и, если даже мы продадим половину наших сельхозугодий в ближайшие пять лет, это ни в коей мере не поставит нашу сельскую экономику в какую-то зависимость".

Но, отметил при этом президент, на первом этапе приватизации на селе предполагается продать 30-40 миллионов гектаров пахотных земель или, примерно, десять процентов из общего фонда сельхозземель.

Вице-премьер казахстанского правительства Жанибек Карибжанов, курирующий аграрные вопросы, прокомментировал это решение казахстанского руководства необходимостью повышения эффективности отечественной сельской экономики и создания собственного товарного сельского рынка.

"Нам сложно подобрать какую-либо модель сельской приватизации, чтобы она помогла нам избежать ошибок, - заявил вице-премьер, - у Казахстана настолько специфические условия, что такого опыта передачи земли в частные руки в мире еще не было".

Напомнив, что основу сельского хозяйства республики всегда составляли зерновые совхозы-гиганты, владевшие тысячами гектаров пахотных земель, Карибжанов отметил, что попытки разделить эти подразделения между крестьянами окончились, в общем-то, неудачно. В условиях Казахстана вести сельскохозяйственное производство в одиночку крайне рискованно - не позволяют и климатические условия, и характер почв, и техническая отсталость села. К примеру, покупка даже одного комбайна для средних сельчан - цель малодостижимая. Кредитовать же сельского производителя сегодня никто не хочет, требуя в залог только новейшее оборудование и прочее имущество.

Как считает специалист в области сельской экономики, доктор наук Бектурган Алимханов: "Внедрение частной собственности на землю может более или менее успешно осуществиться в районах традиционного зернового земледелия и в некоторых южных районах, где культивируются овощеводство и садоводство. Для скотоводов такой порядок неведом и неприемлем. Поэтому, я считаю, эта реформа может поставить различные регионы страны в разные экономические условия и привести к еще более высокому уровню безработицы на селе и миграции сельского населения в город".

Между тем, вопрос о частной земельной собственности, скорее всего, будет вынесен на всенародный референдум уже в будущем году, но после предполагаемых досрочных президентских выборов, которые, как здесь считают, пройдут весной. Если на вопрос, можно ли в Казахстане продавать землю, будет получено народное "да", то уже в первые два года земельной приватизации руководство страны рассчитывает получить свыше 500 миллионов тенге поступлений в бюджет, то есть, около 6-ти миллионов долларов. А вот откуда у нынешнего вконец обнищавшего казахстанского крестьянина возьмется столько денег, реформаторы отвечают: "Деньги на покупку земли будут давать наши новые буржуа, которые быстро смекнут, что это достаточно надежное вложение капитала".

Произойдет ли все это на самом деле, покажет уже будущий год.

Сергей Сенинский:

Наша постоянная рубрика - обзор некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника Экономист, который вышел в пятницу, 2-го октября. С обзором вас познакомит Мария Клайн:

Мария Клайн:

Федеральная резервная система, выполняющая в США роль Центрального Банка, поступила абсолютно правильно, организовав финансовую помощь одному из крупнейших в США инвестиционных фондов - "Лонг Терм Кэпитэл Менеджмент", пишет "Экономист". Его крах привел бы к ухудшению ситуации на всем американском рынке кредитов. Равным образом, Федеральная резервная система сделала своевременный шаг, снизив на минувшей неделе банковскую ставку по кредитам на четверть процента, что должно способствовать оживлению экономики.

Однако, прежде чем хвалить пожарных из Федеральной Резервной Системы, пишет "Экономист", давайте разберемся, почему возникают такие критические ситуации? С 17-го века и до сих пор их причиной является спекулятивные тенденции, порождающие неоправданный оптимизм и ведущие к тому, что резко увеличиваются объемы кредитов и инвестиций. Именно такая ситуация возникла к концу прошлого года в странах Восточной Азии , когда там разразился финансовый кризис. Работавшие в Азии банки и инвесторы действовали без оглядки, воодушевляемые примером своих коллег в Мексике, которые не пострадали от финансового краха в 1994-м - 1995-м годах , благодаря помощи Международного валютного фонда и США.

Выводы, которые должны сделать для себя архитекторы новой мировой финансовой системы заключаются в том, чтобы усовершенствовать условия оказания финансовой помощи в критических ситуациях, пишет "Экономист". Сейфы МВФ должны быть полны, чтобы оказывать действенную помощь - но только странам с достаточно устойчивой экономикой. В конкретных случаях Фонд должен прежде всего выступать в качестве посредника между инвесторами и банками, ходатайствуя перед последними об отсрочке выплаты кредитов. Одним из решений может стать предоставление фондом гарантий кредиторам, чтобы предотвратить панику и бегство капиталов. В целом, МВФ сам выполнял бы в таком случае роль некоего авторитетного кредитора, заключает "Экономист".

Программы помощи Международного валютного фонда странам, охваченным нынешним финансовым кризисом, были задуманы правильно, утверждает в специальной статье, опубликованной в "Экономисте", первый заместитель директора-распорядителя МВФ Стенли Фишер, отвечая на критику в адрес фонда. По его словам, ожидаемый результат не был достигнут из-за сбоев и задержек в осуществлении программ правительствами этих стран, а также в связи с ухудшением мировой экономической ситуации и особенно спадом в Японии.

Определенный прогресс был достигнут и в России, отмечает Стенли Фишер. Однако российские правительства оказались не в состоянии осуществить программы реформ, прежде всего организовать эффективную систему налогообложения. Новое российское правительство может в ближайшее время прибегнуть к денежной эмиссии и ужесточению контроля над экономикой. Однако, в долгосрочной перспективе эти меры экономически несостоятельны. Если Россия возвратится на путь реформ, помощь может возобновиться. Но до этого необходимо убедить новое правительство России достичь компромисса с кредиторами по поводу условий обмена гособлигаций на новые ценные бумаги и по поводу отмены моратория на выплату долгов, пишет в последнем номере "Экономиста" первый заместитель директора-распорядителя Международного валютного фонда Стенли Фишер.

На рынке информационных телекоммуникационных систем Соединенных Штатов развертывается ожесточенная конкурентная борьба между двумя гигантскими корпорациями - Люсент Текнолоджиз и Сиско Системз, пишет Экономист. Производитель телекоммуникационного оборудования Люсент Текнолоджиз, все акции которого стоят 100 миллиардов долларов, имеет пока слабые позиции на этом рынке, где доминирует Сиско. Между тем, рынок информационных телекоммуникационных сетей очень привлекателен - он растет на 25 процентов в год, в то время, как рынок телекоммуникационного оборудования всего на 10 процентов в год. Сейчас корпорация "Люсент" намеревается купить крупную информационную телекоммуникационную сеть. Одновременно "Люсент Текнолоджиз" начала производство 30-ти новых видов оборудования для этих систем. По расчетам Люсент Текнолоджиз, это и другие приобретения помогут ей занять свое место и на мировом рынке телекоммуникационного оборудования, который в 2001-м году будет оцениваться в 650 миллиардов долларов, заключает "Экономист".

Сергей Сенинский:

Спасибо, Мария Клайн познакомила вас с обзором некоторых публикаций очередного номера британского еженедельника Экономист, который вышел в пятницу, 2-го октября.

Какой быть глобальной системе беспроволочной телефонной связи? Свои ответы на этот вопрос готовят сейчас два главных конкурента: американская корпорация "Моторола", готовящая проект "Иридиум", и корпорация "Глобал Стар", предлагающая свою систему. О перспективах каждой из этих систем с американским экспертами беседует наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов:

Ян Рунов:

Вашингтонскую компанию "Иридиум" - дочернее предприятие корпорации "Моторола" - возглавляет 62-летний Эдвард Стейано. Он известен тем, что, будучи одним из менеджеров "Моторолы", создал производство сотовых телефонов и за десять последних лет принес корпорации 11 миллиардов долларов дохода. Теперь он занимается новым грандиозным проектом: созданием системы глобальной беспроволочной телефонной связи, основа которой - так называемое "ожерелье" из 66 спутников.

О сути идеи рассказала мне Кэрен Карлссон из специализированной еженедельной газеты "Wireless Week":

Кэрен Карлссон:

Это низкоорбитальная система. То есть спутники вращаются в нижних слоях атмосферы, ближе к земле. А суть идеи в том, чтобы иметь один телефонный аппарат, с которым можно путешествовать по всему миру и звонить из любой точки земного шара в любую другую точку планеты. При этом у владельца такого телефона будет постоянный телефонный номер, действующий повсюду. Такова идея. Но осуществляют ее принципиально разными способами. "Иридиум", например, идет, так сказать, внеземным путем. И в этом у компании нет конкурентов. Система "Иридиум" рассчитана прежде всего на часто разъезжающих по разным странам бизнесменов.

Ян Рунов:

Это была Кэрен Карлссон из специализированного еженедельника "Wireless Week".

Первоначально было объявлено, что система начнет работать с 23 сентября 1998 года. Затем ввод в строй был отложен до 1 ноября. Среди трудностей, которые "Иридиуму" приходится преодолевать - сложные переговоры с правительствами разных стран (система охватывает 122 государства), неблагоприятные погодные условия, из-за которых приходилось откладывать очередные запуски спутников связи, дополнительные технические проверки и т.д.

Спутниковая система телефонной связи "Иридиум" обходится "Мотороле" в 5,7 миллиарда долларов. По некоторым подсчетам, чтобы окупить расходы, одна минута разговора по телефону "Иридиума" должна стоить сегодня 7 долларов. Но при вступлении в строй системы минута вряд ли будет стоить более 4,5 долларов. При этом у главного конкурента "Иридиума" - компании "Глобал Стар", которая идет к той же цели, но иным путем, - одна минута будет стоить дешевле чуть не на доллар. Поэтому глава "Иридиума" Эдвард Стейано торопится выйти на мировой рынок почти на год раньше своего основного конкурента. Без отпусков, и, как правило, сверхурочно работают под руководством Стейано 500 инженеров и техников. По 12 часов длятся заседания совета директоров, куда входят 28 крупных менеджеров и международных инвесторов.

О принципиальной разнице в подходах к реализации идеи конкурирующими компаниями "Иридиум" и "Глобал Стар" рассказал мне Хершел Шостек, президент консалтинговой коммуникационной компании "Шостек энд Ассошиэйтс" в штате Мэриленд:

Хершел Шостек:

В системе "Иридиум" телефонный сигнал идет от спутника к спутнику, что технически гораздо сложнее, чем система "Глобал Стар", суть которой - взаимодействие спутников с наземными станциями и использованием существующей инфраструктуры. И хотя я скептически отношусь к обеим системам, на мой взгляд, подход компании "Глобал Стар" экономнее и проще.

Компания "Глобал Стар Лимитед Партнершип" вложила в свою систему беспроволочной глобальной телефонной связи 2,6 миллиарда долларов, то есть в 2 раза меньше, чем "Моторола". Поэтому и сервис "Глобал Стар" будет дешевле. "Иридиум" будет спасен, если он захватит рынок первым и если качество его связи будет намного выше.

На разработку системы "Иридиум" "Моторола" потратила 11 лет. На создание спутников и на прочее техническое оснащение было выделено почти 13 миллиардов долларов. "Иридиум" проводит сейчас испытания своей новой системы телефонной связи. Для этого недавно были розданы 2 тысячи телефонных аппаратов "Иридиум", чтобы выяснить реакцию потребителей. Телефоны и пейджеры для системы "Иридиум" создаются на заводах Америки и Японии. "Моторола" рассчитывает, что уже к концу этого года число подписчиков телефонного сервиса "Иридиум" удастся довести до 100 тысяч. Компания заключила 295 договоров с провайдерами и партерами о распространении сервиса на более чем 100 миллионов потенциальных подписчиков. Система будет обслуживать не только телефонную, но компьютерную и телевизионную связь, а также пейджеры. Сервис будет предоставляться через провайдеров.

Ян Рунов:

Неужели "Моторола" не сможет обойтись без провайдеров даже при спутниковой системе связи? - спросил я у президента компании "Interactive Call Brand" в Нью-Йорке Джудит Оппенгеймер.

Джудит Оппенгеймер:

Всегда нужен некий посредник, предоставляющий услуги и взимающий плату за них.

Ян Рунов:

За какую команду вы, так сказать, "болеете": за "Иридиум" или за "Глобал Стар"?

Джудит Оппенгеймер:

Я считаю, что единая планетарная система связи, принадлежащая только одной корпорации, противоречит законам рынка. Я за обе "команды". Если на рынке останется одна корпорация, то не будет конкуренции цен, и она сможет полностью контролировать потоки информации. Это слишком опасно.

Ян Рунов:

Джудит Оппенгеймер уверена, что 1 минута разговора по глобальной спутниковой связи будет стоить одинаково, независимо от расстояния между говорящими - находятся они в соседних странах или в разных полушариях, так как для системы спутников расстояние между абонентами на Земле не имеет принципиального значения:

Инициаторы планетарных систем беспроволочной телефонной связи "Иридиум" и "Глобал Стар" твердо верят, что новый сервис найдет спрос у многих миллионов людей.

Идея глобальной телефонной связи захватила многих. Глава компании "Майкрософт" Билл Гейтс сказал, что тоже работает над собственной версией такой связи. Но "Иридиум" и "Глобал Стар" хотят первыми захватить хотя бы развивающиеся рынки в странах бывшего Советского Союза, Латинской Америки, в Китае.

Однако далеко не все верят в коммерческий успех новой системы, особенно в редакции "Моторолы". Сомнения основаны на том, что затраты слишком велики, чтобы их окупить, а получить достаточное количество подписчиков не удастся, так как стоимость услуг чересчур высока.

За телефонный аппарат и подключение абоненту придется уплатить до 3 тысяч долларов. Минута разговора, как мы уже сказали, будет стоить в лучшем случае от 3,5 до 4,5 долларов. Такие деньги смогут платить разве что крупные корпорации. По мнению Хэршела Шостека, президента консалтинговой коммуникационной компании "Шостек энд Ассошиейтс" в городе Уитоне, штат Мериленд, "Иридиум" выйдет из бизнеса уже через пару лет, а чуть позже за ним последует и "Глобал Стар" (позже потому, что их сервис дешевле).

Хэршел Шостек:

Мы провели 7 различных исследований потребительского рынка беспроволочной телефонной связи и пришли к неутешительным выводам: на рынке достаточно продуктов, которые могут в довольно значительной степени заменить "Иридиум" и "Глобал Стар". В конце 80-х, когда "Моторола" начала разработки "Иридиума", планировалось, что система должна была стать коммерчески активной уже в 1996 году и обойтись в 2,5 миллиарда долларов. Затем решили, что она должна заработать в сентябре 1998-го года и ее эксплуатационная стоимость не должна была превысить 5,5-5,7 миллиарда долларов. Скорее всего, "Иридиум" вступит в строй не раньше будущего года и его эксплуатационная стоимость составит около 8 миллиардов долларов. Рыночный спрос не таков, чтобы покрыть эти расходы. Он не таков сейчас и не будет таковым в обозримом будущем. Это трудно было предвидеть в конце 80-х на раннем этапе проектирования. Трудно было предугадать, что западный мир так быстро пойдет по пути демонополизации в области телефонной связи, а Советский Союз распадется на независимые государства, которые выберут рыночную систему и приватизацию. Сегодня по крайней мере в столицах республик телефонная связь, в том числе сотовая, довольно хорошего качества. Я как-то говорил с журналистом, позвонившим мне из Алма-Аты. Слышимость была прекрасная. Отмечая это, я сказал ему, что слышимость такая, будто связь идет не через спутник, а по новейшему оптико-волоконному кабелю. А в ответ я услышал:"Она действительно идет по новейшему оптико-волоконному кабелю". Так вот, если провести оптико-волоконные кабели по столицам и основным городам мира, то отпадет необходимость в более дорогой спутниковой системе общемировой телефонной связи. Кроме того, никто не мог лет 10 назад предугадать, что сотовая связь получит такое распространение. Теперь не только в Нью-Йорке, Токио и Париже, но и в Москве и ряде других городов России сотовые телефоны становятся все популярнее. Внутри городов и их ближних пригородах сотовая связь вполне приличная. Это значит, что там есть новые сети связи. При наличии превосходной наземной проволочной связи и распространенной сотовой - спрос на дорогостоящую глобальную спутниковую связь будет недостаточным. Если американский, японский или западноевропейский бизнесмен оказывается в Казахстане или в Азербайджане, то ему вовсе не обязательно срочно связываться со своей тещей в Вашингтоне, Токио или Бонне. А со своим офисом в Баку или Алматы он может войти в контакт и по местным линиям телефонной или радиосвязи. А в Европе или в ряде регионов России они могут воспользоваться общей в этом районе земного шара системой сотовой связи Global System for Mobile Communications (сокращенно GSM). Эта система намного дешевле. Почему же "Моторола" не отказалось от своей затеи, когда ситуация в мире изменилась? Из-за своих слишком больших амбиций. Эта корпорация действительно - один из лидеров в мировой радиоэлектронной промышленности, и она хочет оставаться таковой любой ценой, иногда даже в ущерб здравому смыслу. Я думаю, что месяцев через 12-18, в крайнем случае 24, "Моторола" объявит, что рынок просто оказался не готов воспринять величие этой идеи и блистательность новой технологии, и закроет проект.

Ян Рунов:

Вы уверены, что ошибаются они, а не вы?

Хэршел Шостек:

Я бы сказал, что все это - мои предположения. Кроме потребительского спроса, в недостаточности которого я уверен, ибо мы проводили специальные исследования.

Ян Рунов:

Словом, вы бы вообще не советовали инвесторам вкладывать деньги в глобальную систему телефонной связи?

Хэршел Шостек:

Нет, телекоммуникации - хорошее капиталовложение. Даже в России в столь трудное время политической и экономической неопределенности. У телекоммуникационных компаний, таких, например, как московская "Вымпелком", все равно большое многомиллиардное будущее. А вот в "Иридиум" я бы своих денег не вкладывал.

Ян Рунов:

Несмотря на скептицизм таких специалистов как Хершел Шостек, президента мерилендской консалтинговой компании "Шостак энд Ассошиейтс", свой оптимизм компании "Иридиум" и "Глобал Стар" объясняют следующим образом. Сегодня сотовыми телефонами пользуются в мире 250 миллионов человек. 42 миллиона из них часто бывают в деловых поездках за границей и их доход достаточно высок, чтобы позволить себе пользоваться глобальной телефонной сетью. К 2002 году и "Иридиум", и "Глобал Стар" планируют каждая довести количество подписчиков до 3 миллионов человек. "Иридиуму" требуется всего 750 тысяч подписчиков, чтобы оправдать текущие расходы. "Глобал Стар" рассчитывает в одном только бывшем Советском Союзе за 3 года набрать 250 тысяч подписчиков.

Среди оптимистически настроенных экспертов - финансовый аналитик из бостонской компании "Янки груп" Филип Рэдман, который считает, что 60% населения планеты еще не имеют телефона, то есть миллиарды людей. И если получить хоть малую часть этого рынка - можно очень хорошо заработать. Филип Редман утверждает, что сейчас более 300 тысяч пользователей сотовой телефонной связи в России и 12 тысяч в Казахстане не могут говорить по сотовому телефону вне определенного района, так как стандарты разных компаний различны. Телефон, купленный в Казахстане, работает в Киргизии и Узбекистане, но не работает в Азербайджане и на большей части России. И уж тем более - в Нью-Йорке или Лондоне. Вот вакуум, который глобальная телефонная сеть намерена заполнить. У новой системы будет единый стандарт. "Моторола" и "Глобал Стар" не единственные, кто пытается это сделать. Телефоны корпорации "Comsat" под названием "Planet 1" стоимостью 3 тысячи долларов, например, работают в любом районе Земли с помощью 3 спутников связи Inmarsat. Но "Planet 1" не получил широкого распространения, так как его обладатель должен возить с собой двухкилограммовый ящик с телефоном. "Иридиум" и "Глобал Стар" утверждают, что они эту проблему решили: их телефонные аппараты длиной 15 см и стоимостью от 750 до 3 тысяч долларов весят всего 300 граммов.

Сергей Сенинский:

В четверг, 1-го октября, в Париже открылся очередной Международный автомобильный салон - юбилейный сразу по нескольким причинам. Своими первыми впечатлениями от увиденного делится наш корреспондент в Париже Семен Мирский:

Семен Мирский:

"Салон столетия". В этом словосочетании слово "столетие" имеет несколько значений: сто лет назад, осенью 1898-го года, в парке Тьюильри, прилегающем к Лувру, открылся первый в мире международный автомобильный салон. В парке Тьюильри было 220 экспонатов, и корреспондент газеты "Фигаро" Поль Меан, писавший об этой "сенсации сезона" ровно столетие назад, закончил свою статью пророческим восклицанием:"Сегодня я видел фиакры завтрашнего дня!"

Салон, отрывшийся 1-го октября 1998-го года, заслуживает названия "салон столетия" еще и потому, что он - последний из салонов в Париже в 20-м веке. (Парижский автосалон проводится один раз в два года). И, наконец, ровно 100 лет назад, 1-го октября 1898-го года, 20-летний Луи Рено, сын богатого фабриканта текстиля, пришел к отцу и сказал: "Сегодня я уведомил префекта о моем решении открыть мастерскую, в которой буду изготовлять моторизованные экипажи".

Стоит ли удивляться, что именно автомобильная корпорация "Рено", которой столько же лет, сколько самому автомобильному салону, стала королевой "салона столетия". Именно ей посвящен грандиозный музыкальный спектакль, написанный и отрежиссированный знаменитым французским композитором Мишелем Леграном.

Проведя в павильонах автомобильного салона шесть часов, я видел по собственным подсчетам примерно одну десятую часть выставленных там моделей, но поверьте, что одна десятая в данном случае это очень много... Подойдя к стенду корпорации "Рено", я познакомился с коммерческим директором этого крупнейшего автостроителя Франции Брюно Эрнандезом. Господин Эрнандез, как ваша фирма готовилась к "салону столетия"?

Брюно Эрнандез:

Как вы знаете, уже несколько лет назад мы начали проводить новую политику, касающуюся соотношения качества и цены нашей продукции, и вот сегодня мы видим, что эта политика принесла плоды: мы предлагаем потребителю машины лучшего качества по более низкой чем прежде цене. Конкретный пример: машина "Твинго-2" на 5000 франков дешевле, чем предшествовавшая ей модель "Твинго-1". То же самое и с нашей "Клио-2", машиной совершенно новой, включающей массу технологических усовершенствований, которая на 5-10 тысяч франков дешевле, чем "Клио-1"...

Семен Мирский:

"Качество должно идти по восходящей, а цены - по нисходящей" - вот как бы организующий принцип нынешнего парижского автосалона, по меньшей мере тех фирм и марок, которые выставляют машины, предназначенные не для фанатиков и знатоков, а для обычных людей. Если сто лет назад первый автомобиль, произведенный во Франции, купил маркиз де Дион, второй - купил банкир, за ним - столь же богатый нотариус, ну и так далее, то начиная с 30-х годов, с легкой руки Генри Форда, автомобиль становится атрибутом среднего класса; 70-е годы начинаются в Европе под лозунгом "автомобиль - в каждой семье". Сегодня принцип автосалона это "автомобиль - для каждого".

Машины южнокорейской фирмы "Дэу" не слишком хорошо известны во Франции. Тем большее удивление вызвало большое скопление посетителей у стенда этой фирмы, причем почти все взгляды были устремлены на маленькую по своим габаритам машину с непривычным названием "Матиз". Все смотрят, посмотрел и я. Технические параметры практически те же, что у новейшей модели "Фольксвагена", модели "Лупо", только вот цена значительно ниже - меньше 7-ми тысяч долларов. "Скажите, не является ли цена главной причиной притягательной силы этой модели?" - спросил я у представительницы компании "Дэу" во Франции, госпожи Катрин Мутье:

Катрин Мутье:

Нет, вы знаете, "Матиз", это маленькая машина, но которая обладает целым рядом преимуществ: у нее пять дверей, очень милая, прямо-таки соблазнительная внешность и кроме того, очень динамичный двигатель, делающий ее пригодной для дальних перегонов. Так что у этой машины множество козырных карт.

Семен Мирский:

После стендов "Дэу" и других компаний, производящих и бойко продающих автомобили для людей со средним достатком, я подошел к стенду "Мерседеса", где мне тут же вручили настоящий шедевр полиграфического искусства: фотоальбом, посвященный новейшей модели "Мерседес-Класс Эс", в сиденье водителя которого вмонтировано устройство, производящее массаж спины. И это только одна деталь. Одна из сотен. Я беседую с директором "Мерседес-Франс" Этьеном Гофманом. Господин Гофман, машины вашей фирмы славятся во-первых, качеством, во вторых, увы, своей высокой ценой. Что сделала ваша фирма, чтобы не отстать от новейшей тенденции: повышать качество, снижая цену?

Этьен Гофман:

Стратегия развития нашей марки претерпела перемены уже несколько лет назад.- Ее результатом стал выход на рынок в прошлом году новой модели, известной под названием "Мерседес-класс А", продающейся во Франции за 109 тысяч 500 франков (это примерно 18 тысяч долларов), и очень-очень многим автомобилистам эта цена оказалась по карману. А что же касается "Мерседесов" экстра-класса, то вот мы стоим с вами перед нашей новинкой, "Мерседес-Класс Эс" и она, заметьте, стоит дешевле, чем наши машины того же класса прошлых поколений.

Семен Мирский:

В павильонах парижского "автосалона столетия" есть стенд и российского "Автоваза".

Мой первый собеседник возле него - начальник коммерческо-рекламного отдела "АвтоВАЗа" Александр Егошин.

Александр Егошин:

Естественно, та система, которая у нас была раньше и которая существует во всем мире, по дотированию, спонсированию и вложению средств в создание новых разработок, - она сейчас полностью у нас нарушена. Это нам, как разработчикам, нанесло первый удар, потому что именно инвестиции, вливания извне в создание и запуск новых образцов является сейчас наиболее проблематичным.

Cемен Мирский:

Вместе с Александром Егошиным крупнейший в России автозавод представляет на парижском автосалоне и главный дизайнер "Автоваза" Сергей Синельников. Западные дизайнеры, когда они говорят о своей работе, о своем "продукте", они очень часто пользуются заимствованным у англичан словечком "Look". Вот, во Франции говорят "Look Пежо" или "Look Ситроен". А есть ли "Look АвтоВАЗ"?

Сергей Синельников:

Есть такое понятие - корпоративный стиль. Это, по всей видимости, отражение того самого понятия "Look", то есть это может быть на что-то похожим, может быть рожденным в самой компании в течение какого-то периода времени. И этот период весьма велик бывает порой. Те же знаменитые компании, которые имеют сегодня свой сложившийся корпоративный стиль во всей цепочке, прожили не один десяток лет, пока собрали все эти особенности.

Я бы сказал о Волжском автомобильном заводе - в этом смысле, что мы переживаем период некой организации своего собственного корпоративного стиля. Это - не только особенности производства, но и особенности в образах, чертах, каких-то линиях или деталях. И я думаю, нам это еще предстоит сделать.

Cемен Мирский:

Международный автомобильный салон продлится в Париже до 11-го октября.

XS
SM
MD
LG