Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час

  • Наталья Ротанина

В этом выпуске: Пенза: там, где расстреливали людей, снова молятся богу; Классики марксизма-ленинизма на службе обнинского бизнесмена; Почему жители Самары заново пересчитывают семейные бюджеты; В Магнитогорске многие верят хозяину на слово; Кто поможет сочинским военным пенсионерам; Омские собиратели песен поют частушки; Белгород: почему Елена Умеркина не согласилась идти на биржу труда; Ростов-на-Дону: отказ от наркотиков возможен; Саранск: Ольга Щербань против страшной болезни; Благовещенск: закроется или нет приамурский авторынок; Псков: Валерий Потеев любит учить первоклассников читать и писать; Сыктывкар: Лидия Логинова - женщина, которая поет на языке коми.

В эфире Пенза, Наталья Ротанина: Пенсионерка Юлия Михайлина намерена приложить все усилия для того, чтобы добиться хотя бы частичного восстановления пензенской церкви, построенной еще в конце 18 века. В здании этого храма, отданного на поругание местным революционерам в 1918-м году, с начала 30-х и до 50-х годов 20-го века располагалась пересыльная тюрьма, в которой содержались политические заключенные. Многие из них нашли там свои могилы. Говорит Юлия Михайлина:

"Недавно посетила храм. Что поразило меня в этом храме: храм разрушен, но часть его восстановлена. Храм очень бедный. Силами людей верующих храм восстановливается. Покрашен пол, побелены стены, сделаны два алтаря, где совершается тайна. Но то, что меня поразило в этом храме - это бедность. Храм этот 1794-го года. И с 37-го года по 56-й год в этом храме была тюрьма".

Как удалось выяснить, сама пенсионерка не раз тратила на частичную реставрацию церкви Воскресения Христова свою маленькую пенсию, но все это лишь капля в море, нужны масштабные реставрационные работы и, соответственно, не один миллион рублей. Власть ни областная, ни городская денег не выделяет. Юлия Михайлина опасается, что из-за преклонного возраста ничего не сможет успеть. По ее словам, активное желание восстановить справедливость не является самоцелью или желанием прославиться, просто пенсионерке очень хочется, чтобы жители Пензы знали, что в здании храма, расположенного на улице революционера Урицкого, происходили жуткие трагические события, о которых люди не должны забывать ни на минуту. Говорит истопник церкви Воскресения Христова Валерий Фадеев. "С 37-го года здесь в период сталинских репрессий была пересыльная тюрьма. Есть еще люди живые, которые здесь сидели, из прихожан есть женщины, которые сидели в тюрьме. Наверху была мастерская сделана пошивочная. Кроме того, что они ждали расстрела, они еще работали. Все разбито, даже разбили церковную арку, которая держала верхнюю часть помещения. Людей тут расстреливали очень много. Где гаражи стоят, там была траншея, одни сплошные человеческие кости. Мы убирали храм, выносили мусор, там находили очень много фрагментов человеческих костей".

По мнению пензенской пенсионерки, восстановленный храм должен стать памятником жертвам несправедливости и скорбным напоминанием потомкам о массовых расстрелах ничем неповинных людей. Простые жители Пензы не против восстановления церкви.

"Относимся мы очень хорошо. Но когда нам сделают такие зарплаты, что мы можем дать с этой зарплаты, мы с удовольствием будем давать на восстановление церквей".

"Это было святое место, оно и должно быть святым".

В эфире Обнинск, Алексей Собачкин: Тот, кто едет по Киевскому шоссе мимо Обнинска, обязательно обратит внимание на барельеф Маркса, Энгельса, Ленина, украшающий стену магазина стройматериалов. Под классиками кумачовый лозунг: "Коммунизм - это право каждого на чужое". Этот громоздкий барельеф когда-то висел на стене городского Доме ученых, а сохранил его предприниматель Владимир Шахрай, которому принадлежит магазин. Дело было так: барельеф, известный всему городу, валялся на складе одного из муниципальных предприятий. Изображение вождей деформировалось: Энгельс стал похож на Чернышевского, а Ленин на Аскара Акаева. Руководство предприятия отдало Шахраю барельеф за просто так, с формулировкой "на неограниченный срок хранения". Предприниматель отреставрировал изображение классиков марксизма-ленинизма и выставил его на всеобщее обозрение. Говорит Владимир Шахрай:

"Это ход рекламный, потому что, как оказалось, многие это запоминают, даже цитируют, снимают. Я вижу много людей с фотоаппаратами и с камерами, которые здесь останавливаются на киевской трассе".

Кто-то сворачивает с дороги к магазину. У входа на четырехметровом постаменте стоит бюст Ленина из серого гранита. Когда-то он находился на территории медицинского радиологического научного центра, и его выкупать не пришлось, заберите, как говорится, за ради Бога. С этим гранитным бюстом вообще приключилась история. Однажды его облили зеленой краской, и стоял он в потеках недели две. А потом появился совершенно посторонний человек с лесенкой, тряпкой и ведром моющего средства и стал отмывать Ленина. На вопрос, почему он так делает, ответил, что ему стало очень жалко вождя. У самой двери магазина висит мемориальная доска, на ней написано: "Здесь должен был выступить Ленин".

"Это интригующая доска, которая заставляет людей то ли улыбаться, то ли задумываться внезапно. Сначала они смотрят, читают, начинают спрашивать, а что здесь раньше было? Когда говоришь, что здесь был пустырь, откуда же вы знаете, что здесь должен был выступить Ленин? Я говорю: видение пришло мне такое, Крупская приснилась, и сказала, что Ленин должен был у вас выступить. А некоторые за чистую монету принимают. Даже один из бывших работников горкома партии, который заведовал отделом пропаганды, он сказал: "Действительно, вот здесь бы Ленин у вас выступил, именно здесь и больше нигде".

У Шахрая внушительная коллекция коммунистического искусства. В его офисе стоят статуи Ленина разных размеров, на стенах живописные полотна с изображением вождей. А недавно ему подарили холст с портретом маршала Ворошилова, состояние его ужасное, потребуется реставрация. Откуда же у Шахрая такая страсть к символам ушедшей эпохи? Нет, он не левых взглядов, более того, считает себя антикоммунистом. В конце 60-х годов Шахрай, тогда преподаватель художественной школы, даже пострадал за вредномыслие. 18-го января 1977-го года "Комсомольская правда" напечатала небольшую заметку Шахрая в защиту исторического памятника "Дом шел под снос".

"Вскоре после этой заметки дом был снесен, а я оказался на улице, без работы. После чего пришлось устраиваться на должность маляра".

Тем не менее, он не озлобился. Ему часто приходилось "халтурить", то есть оформлять коммунистической символикой "красные уголки" и тому подобное. И, наверное, привычка жить и работать рядом с изображением властей осталась.

"Это, наверное, какие-то символы нашей недавней жизни, за которыми стоят очень трагичные, печальные страницы, но, тем не менее, я решил сохранить и продолжаю собирать, умножать, реставрировать".

А самая большая мечта предпринимателя Владимира Шахрая - иметь в коллекции статую Ленина в полный рост.

В эфире Самара, Сергей Хазов: С первого ноября в Самаре на 50% повысилась квартплата. Мэр Самары Георгий Лиманский объяснил происшедшее экономической необходимостью.

"Если в 97-м году город отдавал энергетикам 300 миллионов, то сегодня такую сумму город отдает в месяц".

По новым тарифам самарцам, проживающим в двухкомнатной квартире, придется платить за жилье не триста, а 450 рублей в месяц. В первую очередь повышение квартплаты отразилось на работниках бюджетной сферы. Рассказывает преподаватель Надежда Шевцова:

"Квартплата очень высокая, половину зарплаты составляет. У меня семья четыре человека, трехкомнатная квартира. Два ребенка разнополые, три комнаты всего. Для моей семьи жилье не роскошь, а необходимость. 50% моей зарплаты будет составлять квартплата. В рублях около тысячи за нашу квартиру придется платить. Я вообще не представляю, как буду платить. Мне придется больше работать, больше часов, больше трудиться. Повышение не в пользу простых людей".

Повышение квартплаты затронуло и молодые семьи. Евгений Орлов рассказал, что, узнав о том, что с первого ноября придется платить за квартиру по новым расценкам, он был вынужден, что называется, перекраивать семейный бюджет.

"У нас зарплата не очень большая, четверо человек живет фактически на мою зарплату. Я думаю, что для нас это будет достаточно накладно. У нас только квартплата без учета телефона составляет процентов двадцать от бюджета. Учитывая, что у нас маленькие дети, для нас это очень существенно. Платили за квартиру триста с небольшим, на 50% - будет 450 порядка. Сложновато для нас. У нас два источника - это материальная помощь родителей с обеих сторон, и стараемся дополнительно подработать, других источников нет. Хорошо, нам родители помогают, а у кого такой возможности нет, я думаю, что это очень сложно".

Не в лучшем положении после повышения квартплаты оказалась и самая малоимущая часть жителей Самары - пенсионеры. Исключение составили лишь участники войны и ветераны труда, имеющие федеральные льготы по оплате жилья. Остальные, а таких среди самарских пенсионеров большая половина, восприняли новость о повышении квартплаты так же, как Ирина Никонова.

"Мы живем вдвоем с родственницей, обе пенсионерки, у нас трехкомнатная квартира. До сих пор на квартиру у нас получалось больше тысячи на двоих, сейчас повысится на 50%, это можно представить, сколько мы будем платить. Получается - две тысячи. У нас бюджет четыре с половиной тысячи на двоих, из них полторы тысячи мы будем платить за квартиру - это очень много, значит, мы чего-то себя лишаем, естественно, каких-то лекарств или чего-то. Большая дыра в нашем бюджете получается. Каким-то образом мы уже его сверстали. Это ведь маленькое государство - наша семья. Предусмотрели какие-то расходы, какие-то доходы. А так, как сейчас это произойдет, это все сразу рушится. Это надо нам в чем-то ужиматься, в питании или где-то".

Возмущенные повышением квартплаты самарцы, объединившись в инициативную группу, начали сбор подписей под обращением о выражении недоверия городским чиновникам.

В эфире Магнитогорск, Ксения Харламова: Ваши отношения с работодателем оформлены?

"Официально? Не оформлены".

И вас это не смущает?

"Не смущает. Я уже не первый год работаю, так что нормально все".

По данным инспекции труда, около половины работающего населения города либо вовсе не имеют договора, либо он носит фиктивный характер.

А если работодатель на вас рассердится за что-то и просто выставит на улицу без заработной платы?

"Я уверен, что такого не получится. Я говорю, потому что этого человека знаю хорошо, можно сказать уже со школы, и работаю уже не первый год. Такого просто не получится".

А то, что ваши отчисления не идут в Пенсионный фонд, соцстрах и так далее и тому подобное, вас тоже не смущает?

"Об этом буду думать потом. Уже, как говорится, когда петух клюнет, тогда буду думать".

Петух клюет, как правило, при увольнении, когда работодатель не выплачивает работнику заработную плату в оговоренном ранее размере.

"Если к нам человек обращается, когда он еще работает на данном предприятии, предпринять что-то можно попытаться. Но, сами понимаете, когда человек работает, ни с кем ссориться не хочет, а когда его уволили, уже поздно что-либо предпринимать".

Говорит старший инспектор инспекции труда Альберт Кукушкин. На его памяти из нескольких десятков обращений помочь удалось лишь в одном случае. Причина все та же - трудовой договор носил чисто формальный характер. В подтверждение тому еще одни цифры:

"У нас предприятий шесть торговых, которые действительно ставят реальную заработную плату, а остальные ставят минимальную оплату труда. С первого октября 600 рублей, и у нас с первого октября по сегодняшний день в приемные дни постоянно скандалы с работодателем, прямо именно скандалы".

Это слова Любови Партиной, начальника отдела по труду и социальным вопросам управления соцзащиты администрации города. Именно здесь регистрируются трудовые договоры, которые частный предприниматель заключает со своими работниками. Вводя порядок регистрации такого договора, власти города стремились обеспечить хотя бы минимальный объем социальных гарантий, положенных по закону. Среди них и многострадальный 15% уральский коэффициент, который работодатели никак не хотят включать в трудовой договор, втопчем, как и собственный домашний адрес.

"Многие работодатели не хотят указывать свои координаты. С работника анкету чуть ли не с пятого поколения собирают все, чтобы он, не дай бог, каким-то образом не обманул, себя защищают. А свой адрес они не хотят указывать, потому что вдруг работник потом будет с претензиями куда-то приходить. Хотя это двусторонний договор, повторяю, должны быть координаты полностью работника и работодателя указаны".

Вывести из тени рынок труда в ближайшее время не удастся, считают специалисты. И самой главной причиной называют не только работодателей, сколько самих работников. Отвечая на вопрос, согласились бы вы работать за приличную зарплату без оформления документов, они, не раздумывая, говорят:

"Конечно, согласилась бы. Кто бы не согласился на такое?".

Представьте: вы с работодателем поссорились, он вас увольняет, говорит: "Вот тебе 600 рублей. До свидания".

"Правильно, я знала, на что иду".

И вы не стали бы требовать?

"Абсолютно".

В эфире Сочи, Геннадий Шляхов: Брошенные - так говорят о себе 30 семей бывших офицеров, прослуживших в армии более 20 лет. Военную часть в поселке Уч-Дере близ Сочи расформировали в 1994-м году. Военный городок, в котором жили офицеры и прапорщики, стал бесхозным. Четыре дома барачного типа остались без воды и отопления. Говорит Надежда Дергелева:

"Хотелось бы, наверное, все-таки расселения. Потому что мы семь лет в разводе, жить очень трудно в одной квартире. Это двухкомнатная, смежная, ни ванны, ни туалета, ни душа у нас нет, воду холодную 10 лет назад сами подвели сюда. Туалет разбитый на улице, и ремонт никто не делает, крыша уже протекает. У меня в кладовке стоит таз, как дождь идет, у меня туда капает".

Впрочем, не столько бытовая неустроенность волнует бывших офицеров. Городок был военным, жилье служебным, не стало части, вроде как и не стало городка, однако квартиры военнослужащие так и не получили, живут как временщики. Мурат Сеферян в армии 25 лет, служил в Германии, в Московской области. Вместе с частью был переведен из Абхазии в Уч-Дере - уходили от войны.

"Мы, например, пять человек живем на 17 квадратных метрах. Нас, как ненужных людей, оставили без тепла, хотя мы отдали 25 на благо Советской Родины, России".

Виктор Дергелев тоже отставник, в пригород Сочи перебрался служить из Прибалтики.

"Когда в Прибалтике начались события по поводу отделения, когда там вся шумиха пошла - "Иван, бери шинель, иди домой", начали свистеть пули, жена мне сказала, что надо как-то детей спасать и убираться отсюда. Вот и пришлось ехать и искать себе место здесь. Второй раз получается, что я попадаю в такую ситуацию, что меня выбрасывают как ненужный элемент. Сюда перебрался, и здесь уволили, и получился не у дел. Что в Риге бросили, что здесь бросили. Как отработанный материал выбросили на задворки. Два человека у нас уже умерли, так и не дождавшись своих положенных квартир. А что, одно и то же, ждут пока мы все "сандалии склеим".

Куда только ни обращались военные пенсионеры, чтобы отселили их из забытого всеми военного городка. Писали в Москву, но - толку? Видно, так и суждено им оставаться брошенными.

В эфире Омск, Татьяна Кондратовская: Не зря говорится - народ не обманешь. Каждое изменение жизни он осмысливает, переваривает и ставит свой диагноз. Только вот звучит этот диагноз не на латыни, а на самом что ни на есть русском языке и часто без купюр. То, что люди не могут прочитать и напечатать в газете, они поют. Вот как говорит о связи жизни и народной песни профессор Николай Данилов:

"В наше время сатирические частушки - самый главный такой жанр, который пользуется большой популярностью среди населения. Народ поет обо всем, начиная от местного колодца, который загнил, упал, воду не дает, и кончая нашими всеми руководителями нашего общества".

В коллекции частушек омских фольклористов хранятся частушки о Колчаке, Троцком, Хрущеве и Ленине, Брежневе и Горбачеве. Одни из них, записанные в омских селах, рассказывают о первых годах советской власти.

"Ленин Троцкому сказал:
"Пойдем, товарищ, на базар.
Купим лошадь карию,
Накормим пролетариев".


А вот эта частушка написана в конце 80-х, когда у Бориса Ельцина возникли проблемы. Она, по мнению исполнительницы Ксении Стриженовой, явно городская.

"Кто-то Ельцина не любит,
Но его он не погубит.
Любим мы как давеча
Бориса Николаича".


По частушкам можно изучать политическую и экономическую жизнь России. Во время экспедиции известный омский фольклорист Елена Чешигорова записывает множество народных песен, которые тоже меняются со временем.

"Допустим, довольно забавные бывают "нескладухи". Туда входят такие персонажи, как новые материалы: "По реке плывет кирпич ломом подпоясанный, но и пусть себе плывет, нам не нужен пенопласт".

Вот частушка уже о перестройке, ее записала барнаульский филолог Валентина Федорова:

"Нынче чаю мы не пьем,
Сахара не кушаем,
С девяти до десяти
Горбачева слушаем".


То, что Ленин называл "живым творчеством масс", никогда не прекращается, что бы ни случилось, жители сел и городов поют о насущном. Если на носу выборы, то вам споют и про депутатов, и про партии. И про олигархов, и про президента. Правда, специфическое отношение к политикам сказывается на лексике, не все можно дать в эфир, но зато выбор огромный.

"Выбирали, выбирали,
Опять надо выбирать.
Раз вчера зарплату дали
Завтра могут и не дать".


В эфире Белгород, Оксана Быкова: В конце 80-х годов 9 семей беженцев из Таджикистана приехали в Москву в товарных вагонах. Куда ехать дальше и где жить, они не знали. Среди этих беженцев была Елена Умеркина:

"Будучи в Москве, не зная, что делать, встав около карты Советского Союза и думая, что делать и куда ехать, решили в Белгородскую область ехать целой группой. И все 9 семей находятся здесь, помогаем друг другу".

Все переселенцы свою жизнь делят на две части - до и после переезда в Россию. Елена Умеркина в Таджикистане работала главным технологом на крупном оборонном предприятии, в России же она оказалась без работы. В службу занятости не пошла принципиально, полагая, что это унизительно для нее. Искала работу сама, но получала отказы, и в этом она была далеко не одинока.

"Переехав сюда и испытав огромное количество трудностей, когда пытались устроиться на работу, когда пытались зарегистрироваться по месту жительства, нам было очень трудно, мы пытались как-то противостоять жизненным трудностям. И вот тогда и возникла идея создания такой организации, чтобы мы, объединившись, могли решать какие-то проблемы, помочь себе, таким же, как мы".

Общественную организацию женщин-переселенцев назвали "Вера". Потому что люди, оказавшись в сложной жизненной ситуации, не имели права терять веру в то, что их жизнь в России тоже наладится. Но этого они должны были добиться сами, в том числе. открывая собственный бизнес. Так считала организатор и руководитель переселенческой организации "Вера" Елена Умеркина. Она разработала проект "Начни свой бизнес", который выиграл грант Фонда "Евразия". Так появились деньги на обучение азам бизнеса всех желающих, причем не только переселенцев. Эту школу бизнеса окончила Эльвира Косухина. В той, другой и уже такой далекой жизни она была инженером-химиком, оказалась без работы и, чтобы выжить и прокормиться, торговала картошкой. А сейчас у нее собственные дело.

"Я занимаюсь пиломатериалами, то есть закупка леса, переработка и продажа пиломатериалов. Эти курсы помогли мне в том, что, во-первых, у нас проводились занятия на такие темы, без которых невозможен бизнес. Я считаю, они нужны любому предпринимателю. Кроме того, с нами занимались люди, представители таких организаций как банк, система налогообложения, таможня, приходили люди из Фонда развития предпринимательства, из бухгалтерии. Все они давали исчерпывающую информацию, и, в конечном итоге, я смогла подобрать себе банк, который подходил мне по критериям моего бизнеса. Я взяла на работу бухгалтера. Так же я смогла оценить конкурентов, не только оценить, но и превзойти их, как я считаю. Это сыграло очень важную роль в моем бизнесе. И спустя год у меня бизнес не только процветает, но я еще и расширяюсь. Я смогла обойти своих конкурентов тем, что я продаю пиломатериалы таких размеров, что больше нет ни у кого в городе".

Школу бизнеса, которую организовала переселенческая организация "Вера", закончили более трехсот человек. Говорит ее руководитель Елена Умеркина:

"Конечно, не все они стали предпринимателями, не все открыли свое дело, поскольку к этому нужно призвание какое-то иметь. Навыки мы им давали, а вот именно внутреннюю мотивацию не все они могли. Но отрадно, что даже те люди, которые не стали предпринимателями, они почувствовали уверенность после этих курсов, смогли устроиться на работу, найти себе какое-то дело. И даже были случаи, когда они устраивались на работу, в группе кто-то начинал дело, к нему устраивались на работу из этой же группы, которые не открыли свое дело, то есть они находили тут же работу".

Самым главным достижением общественной организации "Вера" Елена Умеркина считает, что сегодня не все переселенцы ходят с протянутой рукой по кабинетам власти. Организация "Вера" помогла и научила их зарабатывать деньги и кормить свои семьи. А все началось с того, что Елена Умеркина, беженка из Таджикистана, не захотела идти на биржу труда.

В эфире Ростов-на-Дону, Григорий Бочкарев: Реабилитационный центр "Назарет" совсем не похож на другие заведения, которые лечат наркозависящих людей от их пагубной привычки. Прежде всего потому, что здесь нет никакой платы за лечение, никаких лекарств, только вера в себя и в Бога. Реабилитационный центр находится под Азовом среди садовых участков, недаром более известно его второе название "Зеленый". Раньше здесь была воинская часть, но несколько лет назад военные покинули базу. Летом 2000-го ее заняли первые реабилитанты, семь человек. За три с лишним года статус бывшего военного городка так и не определился. Министерству обороны он больше не нужен, городские власти Азова не хотят брать его на свой баланс. Как рассказал один из соучредителей азовской общественной организации "Матери против наркотиков" Юрий Голубев, люди готовы, если им предоставят такую возможность, собрать деньги и на эти пожертвования выкупить по остаточной стоимости бывший военный городок.

Условия проживания в центре, прямо скажем, спартанские. С другой стороны, люди, живущие здесь, вышли из подвалов, наркопритонов, мест лишения свободы, так что бытовыми трудностями их не удивишь и не испугаешь. Тем более, что они пришли сюда сами, и они верят. Верят в то, что смогут вернуться к нормальной жизни, а многие и просто к жизни. В "Назарете" исповедуют веру в единого бога, чьего бога - не важно, ведь реабилитационный центр межконфессиональный, в нем вместе собрались православные, католики, протестанты, баптисты и прочие. Друг друга обитатели лагеря называют братья и сестры. Постоянно в реабилитационном центре живут от 60 до 70 человек. Рассказывает бывший наркоман со стажем 26-летний брат Валерий, к мнению которого прислушиваются не только ровесники, но и люди намного старше.

"Точно так же, как раньше распространяли мы наркотики, сажая друг друга на иглу, то сейчас распространяем такую новость о том, что можно преодолеть эту зависимость наркотическую благодаря реабилитационным центрам. Для человека, приходящего на реабилитацию, единственным и основным условием является желание человека что-то изменить в своей жизни. Если человек не желает продолжать вести такой образ жизни наркомана и пытается что-либо изменить, пытается стать нормальным, здравым человеком".

Сейчас уже более трех тысяч наркоманов прошли через "Назарет". Удивительно, но факт: около половины реабилитантов в корне изменили свою жизнь и перестали употреблять наркотики.

"Для многих людей не получается с первого раза все, но у такого человека есть шанс, если он уходит из реабилитационного центра, у него есть шанс через месяц вернуться сюда и начать все заново. Многие прошли реабилитацию не с первого, некоторые с третьего, с четвертого раза, но все-таки прошли реабилитацию".

Попадая в "Назарет", каждый реабилитант обязуется соблюдать устав центра: не хранить и не употреблять наркотики, алкоголь, табачные изделия, не ругаться, пройти медицинское обследование, посещать общее собрание и прочее. Несмотря на то, что здесь вместе находятся и мужчины, и женщины, в "Назарете" никакого секса, даже семейные пары живут раздельно. Средний возраст реабилитантов за 30 лет, многие из них украшены татуировками с головы до ног. Вместе собрались очень колоритные личности, представители современного криминального мира. Казалось бы, достаточно малейшей искры и не миновать поножовщины, но конвоя здесь нет, как нет и никаких склок, выяснения отношений по понятиям. Более того, в мирской жизни они никогда прежде не работали, с трудом представляли себе, что это такое вообще. Теперь же братья выезжают на поля и сады, заработанное на шабашках отдают на всех. Те, кто исцелился в "Зеленом", поддерживают друг друга и за пределами центра в нормальной обычной жизни.

"Действуют послереабилитационные служения в Новочеркасске, в Ростове, в Азове, в нескольких других городах. Люди собираются, которые прошли реабилитацию, живут дома, собираются на домашние группы по вечерам, два-три раза в неделю для того, чтобы иметь общение друг с другом, для того, чтобы поддерживать друг друга и помогать, если у кого-то возникают неустройства в жизни".

О чудесах и Божьей благодати здесь говорят все и постоянно. Для того, чтобы выжить, человек должен во что-то верить, и они верят.

В эфире Саранск, Игорь Телин: В списки причин смертей жителей Мордовии рак занимает второе место после болезней сердечно-сосудистой системы. Больные с четвертой стадией рака, как правило, живут несколько месяцев после того, как врачи ставят им этот диагноз. Но бывают и счастливые исключения. Жительница поселка Отяшево Ольга Щербань обманула болезнь на целых 13 лет. Именно 13 лет назад врачи республиканского онкологического диспансера поставили ей диагноз - рак желудка. Жить женщине оставалось недолго.

"Я стала осознавать, как это страшно. И втихаря и плакала, и руки опускались. Подхожу к зеркалу или к окну, вижу свой силуэт, мне становится страшно. Я начинаю плакать - неужели это я?".

Но вопреки обрушивавшимся невзгодам и перешептываниям соседей за ее спиной, женщина смогла найти в себе силы, чтобы противостоять приближающейся смерти. Проблемы с желудком у Ольги Щербань начались давно, однако она не придавала особого значения боли, нужно было работать, чтобы кормить и одевать маленького сына, которого она воспитывала одна после развода с мужем. Когда боли стали невыносимыми, легла в больницу столицы Мордовии Саранске. Было это в середине 80-х годов прошлого века. Тогда, как, впрочем, и сейчас, с лекарствами было сложно, на больных из районов врачи обращали мало внимания. С чем приехала, с тем и выписалась спустя два месяца. Позже Ольга второй раз вышла замуж, супруги решили завести ребенка. Рожать врачи разрешили. 7 мая 1990-го года появилась на свет дочь Маша, радости и счастью в семье не было предела. Но ровно через месяц состояние Ольги резко ухудшилось, ей срочно требовалась операция. Увидев свою дочь после операции, престарелые родители Ольги были в шоке - настолько она похудела. Медики не говорили ей, что она серьезно больна, и лишь случайно она увидела запись в истории своей болезни - рак. Сеанс химиотерапии улучшения не принес, оказалось, врачи проводили его без соблюдения необходимых требований. Диагноз - рак в четвертой стадии, врачи давали ей срок жизни не более полугода. Как это часто бывает во врачебной практике, ее отправили домой, фактически умирать. "Я много думала о своем положении и решила, что именно из-за детей не могу позволить себе умереть", - говорит Ольга. Таким образом, она решила бороться за жизнь. Начинает пить травы, принимать уринотерапию, несмотря на боль, заниматься зарядкой и закаливанием. Выходя на улицу, ловила на себе жалеющие взгляды соседей, но она никогда не замыкалась в себе, старалась как можно чаще выходить в люди, ходить в гости к своим подругам. И случилось чудо - болезнь отступила или, как говорят медики, находится в стадии ремиссии. То, что это именно чудо, повреждает видавший много главный врач республиканского онкологического диспансера Геннадий Мильцаев.

"Я, к сожалению, за тридцать лет своей работы такого случая не встречал, чтобы больной подтвержденный со злокачественным заболеванием жил десять-двадцать лет".

В Отяшево Ольгу Щербань считают живой легендой. Часто к ней приходят раковые больные, люди спрашивают совета, как побороть болезнь и стоит ли лечиться. Ее главный совет таков:

"Если кто-то хочет вылечитьс, нужно верить в свои силы, верить нужно себе и нужно вставать с Богом и ложиться с Богом - это самое главное в жизни".

Сейчас Ольга много работает, как будто старается наверстать то, что не имела возможности сделать за годы лечения. Вместе с мужем занимаются натуральным хозяйством, содержат бычков, коров, поросят. Но до сих пор, по ее признанию, ложась спать, она, обманувшая смерть, не уверена в том, что утром проснется. Вечером она молит о том, чтобы не умереть, а утром, открыв глаза, благодарит за новый подаренный день.

В эфире Благовещенск, Антон Лузгин: Дальневосточники не спешат пересаживаться на продукцию отечественного автопрома. Очередное повышение пошлин на иномарки не вызвало ажиотажного спроса на "Волги" и "Жигули". Сейчас авторынок перенасыщен, до поднятия пошлин было ввезено огромное количество машин, и предложение намного превысило спрос. На благовещенском рынке продавцы считают удачей продать хотя бы одну машину в месяц. Пока автобизнесмены относятся к этому спокойно - товар по старым ценам уйдет рано или поздно, а вот новый ценник из-за возросших пошлин отпугнет покупателя со средним достатком.

По мнению благовещенца Евгения Нестеренко, продавца с десятилетним стажем, рынок подержанных иномарок вскоре перестанет существовать.

"Цены будут подниматься, потребителей будет все меньше и меньше, и со временем он заглохнет. Работали же на среднего потребителя, имющего от трех до четырех тысяч долларов. Это те же колхозники, кто сою сдал, кто мясо, кто что вырастил, сдал, старатели получили, приехали, купили. Сейчас уже средняя машина будет стоить пять-семь тысяч, это не каждому под силу, уже, считай, деньги большие".

Не все смотрят на происходящее столь безнадежно. Пусть шестилетняя "Тойота" сравнялась по цене с новыми "Жигулями", все равно выбор покупателя будет не в пользу отечественного авто. Во мнение Олег Орлова, продавца "Тойоты Карины".

"Пока мы изыскиваем, чтобы были не совсем золотыми машины. Все равно та же "Карина", седьмой год, 1,8 двигатель, все у нее есть - суперсалон, подушки - 6 500. Если расценивать, то наша "десятка" абсолютно деревянная, без кондиционера, без магнитофона, без ничего она будет стоить 6800, двигатель полтора, а тут двигатель 1,8, она цветная вся. То есть машина есть машина. Она даже классом выше, чем та же "десятка". Все равно, мне кажется, люди, которые поездили на японской машине, так и будут на них ездить, для них главное, чтобы совсем астрономическим не стал ценник".

Олег считает, что победу над праворульными японцами российский автопром одержит лишь в единственном случае:

"Это надо совсем все запретить абсолютно, тогда - да, потому что куда мы денемся? Когда выездят японские машины, тогда начнут что-то покупать. А так они на автопробеги ездят, показывают, что на Западе делается. Все равно это очень дорого для нашего жителя, уровень жизни не такой высокий, как кажется".

Сейчас во всю работает механизм доставки машин, как говорят, . Ввозятся отдельно двигатель и кузов. Пошлина в этом случае намного меньше. Затем в документе на давно отъезженную машину вписывается замена агрегатов. Машина собирается зачастую в кустарных условиях и эксплуатируется на вполне законных основаниях. Схема не является секретом ни для таможни, ни для ГАИ. Там тоже люди, как говорят автопродавцы, ищут способ, как подешевле купить. В автомобильной столице Владивостоке к сборке иномарок поход более масштабный. Рассказывает главный редактор журнала "Мужской разговор" Сергей Багаев:

"Во Владивостоке уже начинают собирать, открывается небольшое производство, но не "Жигули", а иномарки. Выгоднее привезти разобранную машину, собрать ее, сделать небольшой тюнинг, и после этого машина уходит. Скажем так, неадекватная реакция приморцев, находкинцев, когда жгли даже автомобили типа "Запорожец" в июне этого года, говорит о том, что большинство людей не хотят ездить на советском автохламе, который выходит из строя буквально через две недели эксплуатации".

И все же большинство автобизнесменов склоняются к тому, что все обходные варианты провоза зарубежных машин до поры до времени. И документов для собранных авто не напасешься, и дальнейший запрет на ввоз агрегатов неминуем. Более надежно теперь вкладывать деньги в автомастерские: автопарк из Японии будет стареть, качество российских машин вряд ли улучшится. Механики говорят - хлама на наш век хватит.

В эфире Псков, Анна Липина: Низкая зарплата и невысокий социальный статус учителя стали причиной того, что не идут, как правило, выпускники педагогического института работать по специальности. В Пскове из почти двух тысяч работающих учителей только 157 педагоги-мужчины. Практически все из них учителя-предметники и лишь один - учитель начальных классов. Валерий Потеев работает в младших классах вот уже 14 лет.

"Нас в семье было пятеро, я был последний, и много всегда было детей, и племянников, и своих, и друзей, и всегда я возился с ними".

В этом году Валерий Потеев снова взял первоклашек. Говорит завуч лицея № 4 Наталья Матвеева: "Мы были несколько озадачены в том плане, как воспримут родители. Потому что маленькие дети, они пришли из садика, где только женины воспитывали, дома тоже больше мама занимается воспитанием, и вдруг им предстояло отдать своих детей в руки учителя-мужчины. Валерий Валентинович буквально за первые три-четыре дня сумел завоевать их доверие, и после первой недели были самые лестные отзывы об учителе".

Для учителя начальной школы каждый первый класс - это снова букварь, обучение письму, счету и всему тому, что должно послужить прочной основой тех знаний, которые получит ученик в дальнейшем.

"Нравится работа тем, что ты находишь отклик в сердцах детей и благодарность со стороны родителей - это самое главное, я думаю, в нашем труде".

Для младших школьников учитель - человек особенный. В классе Валерия Потеева дети чувствуют отношение к себе учителя требовательное, но очень доброе и платят ему благодарностью.

"Я хочу сказать, что наш учитель очень хороший, и он исправляет ошибки, которые мы делаем иногда".

"Мне нравится он тем, что он все хорошо всегда объясняет". "Никогда ни на кого не ругается и всегда все четко объясняет".

"Он все знает, и он нас очень хорошо учит".

"Умный, добрый, сильный".

"Я хочу сказать, что наш учитель нам вручает ордена. Он очень добрый. Мне нравиться учиться в школе, и мне нравится, как он нас учит хорошо".

Но школа - это не только знания, проводя там достаточно большое количество времени, ребенок еще и воспитывается. Валерий Потеев это понимает и старается, чтобы его класс стал коллективом, а ученики научились понимать друг друга, радоваться и переживать за того, кто рядом.

"Ваше настроение передается и детям. Если мы будем улыбаться детям, если мы оставим за классным кабинетом свою грусть, свое плохое настроение, то в работе все получится".

В эфире Сыктывкар, Николай Зюзев: Это голос Лидии Логиновой и поет она один из своих хитов, хотя слово это в применении к самодеятельной песне вроде бы и не уместно. Тем не менее, это настоящий хит. Бум самодеятельной песни начался в Коми в начале 90-х. Председатель Союза композиторов республики Михаил Герцман считает, что талантливых людей всегда было много, но заявили они о себе лишь, когда для этого появилась возможность, а именно в начале перестройки, с формированием коми национального самосознания. Певица Лидия Логинова полагает, что все началось с композитора Лидии Чувьюровой, она дала образцы, как вообще должна звучать коми-песня.

"У нас работала Чувьюрова, у нее был ансамбль. Она натолкнула на то, чтобы появился конкурс "Василей"".

Конкурс организовали три жителя Усть-Куломского района, три Василия Лодыгин, Гущин и Чувьюров. В честь них так праздник и называется "Василей" - так ласково именуют Василиев. Конкурс дал невероятный импульс самодеятельным авторам. Сейчас десятки непрофессиональных поэтов и музыкантов пишут песни, которые ежедневно звучат на местном радио и телевидении, выходят на дисках, их крутят в доме и дороге, на концертах народ битком. И все же этого успеха, вероятно, не было бы, если бы не голос Лидии Логиновой. Лидия сама из тех, о ком пишут ее авторы. Она родилась в отдаленной деревне в обычной крестьянской семье. По материнской линии в роду все были певуньи, деваться было некуда.

"Деревенские дома, печка, загороженная занавеской, за занавеской концерты показывала маленькая. Во втором классе я впервые на сцену вышла, пела песню "Гайдар шагает впереди". Потом второй вызвали, третий раз".

Лидии даже в голову не приходило стать певицей, да и не поняли бы в деревне, что это за работа - пение. Работа - это сенокос, уборка урожая, заготовка леса. Тем более, что воспитывали девочку строго.

"Нас в семье было три девочки, я самая младшая. Отец ждал мальчика, и вообще меня растили как мальчика. И это у меня осталось, я иногда люблю поработать, чтобы у меня все кости трещали, чтобы крепко по-мужицки поработать топором, пилой или лопатой, что-нибудь потаскать тяжелое".

В результате девочка занятие по сердцу выбрала соответствующее:

"Вообще-то я хотела быть шофером, у меня отец это приветствовал, говорил: "Молодец, Лида, давай. Приедешь обратно домой, у нас будет своя машина, будешь привозить нам дрова, сено, вообще хорошо жить будем".

Но в водители не пустила мама. В итоге Лида поехала в Сыктывкар учиться в дошкольное педучилище. Там ее пение заметили тотчас, приглашали учиться в московскую творческую мастерскую. Не поехала.

"Как в молодости бывает - любовь. Я поссорилась со своим парнем, и у меня никакого настроения не было".

В общем, поехала она в деревню, работала с малышами, вышла замуж и все бы хорошо, да сердце не на месте.

"У меня были истерики через каждые полгода. Дочка младшая должна была идти в первый класс, я все-таки решила уехать".

Так семья Логиновых оказалась в Сыктывкаре, и здесь постепенно к Лидии и пришел успех, причем как раз с самодеятельными песнями.

"Когда человек в молодом возрасте, он проще ко всему относится. А то, что я пришла на сцену поздно, уже прожито в жизни, и всякие радости и горести, больше песню чувствуешь, больше можешь донести до зрителя. Один раз я пела какую-то песню и до того, видимо, вошла в эту песню, мне почувствовалось, что я куда-то улетела, и подумала, что сейчас я упаду".

Сейчас Лидия Логинова настоящая звезда, которая давно по популярности затмила собой всех местных профессиональных артистов. Что самое удивительно - ее слушают все, независимо от того, понимают они коми язык или нет. Композитор Михаил Герцман:

"Она ездила по русским районам, бешеный успех и переполненные залы. То есть настоящая музыка она не знает никаких языков, а мелодия она везде мелодия. И в Китае, я думаю, если бы ездила Лидия Петровна, они бы с ума сходили по ней".

XS
SM
MD
LG