Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час


В этом выпуске:
- Опасно или нет - строить нефтепровод рядом с Байкалом;
- Почему колымские медведи стали нападать на людей;
- Семья Неволиных из Сыктывкара не хочет жить в центре города;
- Валентине Минаевой из Ливен вернули дом, отобранный у ее отца советской властью;
- В Великом Новгороде будет восстановлен храм, разрушенный фашистами;
- Екатеринбург: должников выселяют из квартир;
- Пенза: сколько стоит бесплатная медицина;
- Благовещенск: очень "нескорая" помощь;
- Омск: жители Сибири умеют и любят отдыхать;
- Саранск: парашют - против пива;
- Хабаровск: нанайцы помнят время, когда им светили три солнца.


В эфире Улан-Удэ, Александр Мальцев: Угроза экологической системе Байкала, которая может стать реальностью со строительством газопровода от Ангарска до китайского города Дацин через южную оконечность озера, заставила ученых Бурятии обратить внимание общественности на недостатки в работе проектировщиков трубопровода. Нефтепровод, согласно межправительственным соглашениям, начнет строиться в 2003-м году, он рассчитан минимум на 25 лет, в течение которых планируется поставить в Китай 700 миллионов тонн российской нефти. Уже в 2005-м году намечено прокачать 20 миллионов тонн. Как заявил на местном радио заведующий кафедрой экологии Восточносибирского технологического университета Анатолий Имитхенов, заказчик - нефтяная компания "ЮКАС", отвлекает внимание ученых и местных жителей на второстепенные детали строительства. По мнению ученого, проектировщики оставляют в стороне предупреждение риска для экологии озера, предотвращение аварий, а Байкал признан ЮНЕСКО участком мирового природного наследия.

"Проектанты совершенно обходят стороной такой очень сложный вопрос, как экологический риск. Район очень сложный, мы летали, видели - полностью все долины покрыты наледью, до августа месяца лежат. Район, в сейсмическом отношении, очень неблагоприятный, 8-9 баллов. Постоянно бывают лавины, сели, наводнения, осыпи, обвалы, а их проектанты совершенно не учитывают, какие последствия".

На общественных экологических слушаниях представитель проектировщиков, сотрудник компании Христиан Хайнс не смог исключить возможности возникновения на байкальском участке такой аварийной ситуации, как разлив нефти; а это может стать для озера катастрофой. Однако в заочном споре с Имитхеновым Хайнс заявил, что специально для нефтепровода "Россия-Китай" разрабатываются специфические меры, это - повышенная толщина стенок трубы, увеличение числа автоматических задвижек и разработанное специально для проекта автоматическое отключение всей системы. Такие выкладки проектировщиков успокаивают далеко не всех местных жителей. В Закаменском районе Бурятии, одном из пяти, через которые, предположительно, пройдет трасса, они инициируют проведение референдума. В его ходе сельчане хотят определить - дать согласие или отказать проектировщикам в отводе земли под строительство. Пока местные жители не могут прийти к единому мнению, нужна ли им труба на своей земле.

Судя по словам экологов Читинской области, где тоже должна пройти трасса, похожая ситуация и там, но губернатор области Равиль Гениатулин пресекает всякие сомнения.

"У нас появляется шанс с помощью очень крупной современной инфраструктуры, транспортной системы, трубопроводной - дать новый импульс экономическому развитию этого края".

Гениатулин, оговорившись, что на экологическую составляющую необходимо обратить особое внимание, все же заявляет, что противники нефтепровода фактически предают интересы государства.

"Да, я обладаю информацией, что здесь вмешиваются геополитические силы, структуры, которых как-то не очень удовлетворяет наращивание и межрегиональных, и межгосударственных и политических контактов между Российской Федерацией и нашим крупнейшим соседом, стратегическим партнером Китайской Народной Республикой".

Возможно, из-за позиции главы региона, голосов людей, настроенных против строительства, на слушаниях в Читинской области практически не звучит. Проектировщики, как сказал в интервью руководитель байкальского общественного объединения Леонид Линхоев, дали мало шансов экологам и местному населению повлиять на ход проекта. До конца июля должно пройти только два экологических слушания в районах Бурятии, через которые планируется трасса. Как подчеркнул Линхоев, этого совершенно недостаточно. По мнению же Анатолия Имитхенова, в целом местные жители вводятся в заблуждение, что альтернативы нефтепроводу вблизи Байкала нет.

"Есть вариант северный, но проектанты против этого, там же дороже обойдется. Южный, у них очень заманчиво, намного дешевле строительство и, главное, здесь рельеф. Только единственная преграда, это - Хамардаман, они это пройдут спокойно, у них опыт есть. Строители пришли, завтра ушли, а людям здесь жить со своими бедами. Я как специалист отношусь негативно. Решать местным жителям. Самая главная проблема встанет, когда трасса пройдет по Хамардаману. Экологическое нарушение начнется в период строительства. Кто сейчас заручится, скажет, что не будет ничего? Строительство БАМа - сколько было нарушений. Мы не учитываем ошибки прошлых лет".

В эфире Магадан, Михаил Горбунов: Колымские медведи нападают на людей. Не прошло и месяца с начала очередной лососевой путины в Магаданской области, а на нерестовых колымских реках от медвежьих клыков и лап уже погибло три человека. Первого, молодого жителя рыбачьего поселка Ола смерть настигла ночью 6-го июля. Оставшиеся в живых два его товарища по рыбалке рассказали, что зверь набросился на них, не имевших никакого оружия, из засады в кустарнике и буквально раздавил свою жертву. Пока медведь терзал труп, они успели убежать. Вторую тройку колымчан другой медведь загнал к реке, один из рыбаков пытался прыгнуть с берега в лодку, промахнулся, в тяжелой одежде попал сразу на глубину и не смог выплыть. На днях в тайге нашли третий труп - так трагически закончилась конная прогулка по сопкам третьего жителя поселка Ола. Судя по следам на теле, зверь в прыжке сбил его вместе с конем на землю. Уже после второго ЧП на некоторых участках нерестовых рек области был введен режим чрезвычайного положения. В тайгу направились вооруженные патрули милиционеров и егерей. К 20-му июля они застрелили уже четырех медведей, двух на ольском и двух на других лицензионных участках лова. Но до конца путины еще далеко. Почему же так озверели нынешним летом могучие северные медведи, обычно избегающие прямого столкновения с человеком? Ответ на этот вопрос знают на Колыме даже неспециалисты - виноват сам человек. Несколько предыдущих лет подряд колымские браконьеры буквально вычерпывали икряную кету, лосося, кижуча из нерестовых рек. Поголовье лосося было подорвано. В этом году его подошло к берегам Магадана втрое меньше прошлогоднего, и даже от урезанных лимитов лова за первый его месяц кеты, к примеру, добыто всего 52 тонны или 8% от лимита. Но летом лососевые - основной источник питания медведей. И если прежде они относительно мирно соседствовали на промысле и с честными рыбаками, и с браконьерами, то ныне началась борьба за пищу, голодные звери стоят за нее насмерть. Такого мнения придерживается и общепризнанный в Магадане знаток медведей, кандидат биологических наук, рыбак, охотник и тележурналист Михаил Кречмар. В газете "Колымский тракт" он пишет:

"Существует ситуация, когда нападение медведя становится очень вероятно - это встреча со зверем возле его добычи, груды рыбы или присвоенных зверем помоев. Не желая уступать человеку плоды своих трудов, такие медведи становятся особенно опасны".

За последние дни нападения медведей на людей на Колыме не зарегистрировано, но северяне постоянно настороже, ведь лов красной рыбы продлится до конца сентября, а медведи все так же голодны. Зато даже в неурожайный год в рыбачьих поселках под Магаданом можно свободно купить браконьерской красной икры.

В эфире Сыктывкар, Николай Зюзев: Чиновники администрации столицы республики Коми сидят без зарплаты. Не потому, что нечем платить, просто случилось небывалое - счета мэрии Сыктывкара арестованы по решению суда. А все потому, что семья Неволиных решила улучшить свои жилищные условия. Живут Тамара Алексеевна, Владимир Георгиевич и их две дочери в двухкомнатной квартире в самом центре города по соседству с центральным универмагом и Стефановской площадью, где стоят здание Госсовета Коми и резиденция главы республики. Но с 95-го года они беспрерывно судятся с городской администрацией, требуя предоставить им другое жилье. Все дело в том, что, согласно официальной экспертизе, износ этой деревянной двухэтажки, построенной еще в 30-х годах прошлого века, составляет 75%. При 60% здание признается аварийным и негодным для проживания. Ксения, младшая из дочерей, студентка местного университета, в этом доме родилась, выросла и знает, за что ее семья и она сама бились в длительных судебных тяжбах.

"Вот видите, провисает потолок, здесь было полностью видно межэтажное перекрытие, но мы делали все за свой счет. Потому что ни смету, ни денежных средств никаких, не предоставляли для того, чтобы производить ремонт, а жить здесь было просто невозможно. Например, у меня началась астма, потому что - пыль постоянная. Видите - все прорывается, страшно ночевать, потому что боишься однажды даже просто не проснуться, скажем так".

Конечно, будь у Неволиных деньги, давно купили бы жилье сами. А супруги - водитель и косметолог - столько не зарабатывают. И в 95-м году они начали со скромного требования - произвести капитальный ремонт в квартире. В принципе им, можно сказать, пошли навстречу и даже предоставили временное жилье на время ремонта. Другое дело - какое жилье. К примеру, сельский дом, куда их пытались переселить, оказался просто-напросто без крыши. В конце концов, Неволины решили требовать уже не ремонта, а нормального жилья вместо этого. Суд, приняв во внимание все предшествовавшие события, удовлетворил этот иск и обязал городскую администрацию квартиру семье предоставить. У Неволиных был праздник, когда им назвали в мэрии адрес их новой квартиры. Но праздник - короткий, потому что, когда они туда пришли, то выяснилось, что там уже проживает совершенно другая семья. Точно таким же, с небольшим нюансом, оказался и второй предложенный вариант. Раз такие дела, неугомонные Неволины потребовали уже не квартиры, а ее денежного эквивалента, и судья сыктывкарского городского суда Евгения Петрова вынесла решение в их пользу. Трехкомнатная квартира была оценена по местным меркам скромно, всего в 410 тысяч, но и этих денег на счетах мэрии не оказалось. И тогда счета были арестованы. В городской администрации не согласны с судебным решением, указывая на то, что сами рядовые служащие, которые теперь неизвестно когда получат зарплату, тут совершенно ни причем, и вообще речь должна идти о тех строках местного бюджета, по которым выделяется сумма на жилищное строительство. Но все дело в том, что никаких денег там нет. Уже долгие годы город из-за безденежья почти никакого жилья не строит. Наверное, именно поэтому стоит в центре города этот прогнивший памятник типовой деревянной архитектуры времен первых пятилеток. Его бы давно снести. А между тем за дни, прошедшие с последнего процесса Неволиных, в суд поступило уже около десятка аналогичных исков. Кто виноват в том, что создается подобная ситуация или почему люди десятки лет не продвигаются в очереди на муниципальное жилье? Группа депутатов городского совета и простых горожан попыталась выяснить это. Сформировали общественную комиссию по проверке порядка распределения жилья в городе. Руководство мэрии предоставить соответствующие документы отказалось наотрез.

В эфире Орел, Елена Годлевская: Лишь в прошлом году орловским правозащитникам удалось добиться исполнения российского закона от 97-го года "О реабилитации жертв политических репрессий" на территории Орловской области. 17 судебных решений потребовалось для того, чтобы престарелым детям репрессированных выдали удостоверения, подтверждающие их статус и права на различного рода льготы и доплаты. Однако собственность, изъятую в годы советской власти, им так и не вернули. И вот первая ласточка: Ливенский районный суд признал право 90-летней Валентины Минаевой на отнятый в 29-м году у ее родителей дом.

"Я всегда мечтала об этом, - говорит жительница города Ливны Орловской области Валентина Минаева. - Бывало, постою рядышком со своим домом, полюбуюсь, и вроде как становится легче".

Жизнь не баловала Валентину, ее отец, бывший приказчик в лавке известного в Ливнах купца Горышкина, купил дом в 22-м. Три комнаты, кухня, прихожая - как раз то, что нужно для большой семьи. Но спустя семь лет Минаевых посчитали социально опасными элементами, судили, а дом решением уездного НКВД отобрали. Не дожидаясь более серьезных репрессий, отец уехал на Украину, а мать с детьми спряталась у знакомых. Так и мыкались годами, меняя города и поселки. Когда Валентине исполнилось 18, она, пересилив страх, вернулась в Ливны. Пролетарское происхождение мужа скрыло ее позор дочери репрессированного, но не вернуло родного очага. С помощью тетки купила Валентина кусочек другого дома в полквартале от того, что по праву принадлежал ей. О законе "О реабилитации жертв политических репрессий" Валентна Минаева узнала из газет и написала президенту России письмо. Вскоре старушке пришел ответ, что ей надо подавать иск о возвращении дома в Ливинский районный суд, так как в 47-м году ее дом был признан собственностью государства. На адвоката у пенсионерки денег не хватило, и Минаева решили бороться за свои права сама, положившись, как она говорит, "на волю Божью". Суды то удовлетворяли иск, то отклоняли. Администрация города напирала на то обстоятельство, что ее бывший дом давно уже в муниципальной собственности, причем не раз отремонтирован коммунальными службами. Минаева же приводила свои аргументы. За всю жизнь государство не обеспечило ее жильем, а то, что она купила за свои деньги, уже на 70% изношено, не имеет ни водопровода, ни газа и фактически непригодно для проживания старого человека. И суд, в конечном итоге, признал доводы пенсионерки. Два года потребовалось властям города Ливны, чтобы переселить людей из дома Валентины и предоставить им новое жилье. К слову, прежние жильцы восприняли это решение в штыки и, видимо, в знак протеста вывезли с собою все, что только было возможно, даже рамы и дверь. Теперь старушка ждет приезда дочери, которая приведет все в порядок, и хоть на 91-м году жизни Валентина Минаева заживет как полагается, спокойно и счастливо. Неожиданная победа Минаевой придала силы отчаявшимся добиться возвращения отобранной собственности детям репрессированных и в Ливнах, и в Орле. В суды поступают новые заявления. Но не все так просто. Например, орловец Анатолий Красильников, праправнук обозника знаменитого партизана времен Отечественной войны 1812-го года Дениса Давыдова, уже не один год пытается вернуть дом в селе Песочное Верховского района, принадлежавший его репрессированному отцу. В 30-е годы дом отобрали под сельсовет, а семью Красильниковых выслали, признав кулацкой. Чего только в том доме не было - и магазин, и пекарня, теперь за долги последнего его владельца агрофермы "Нива Верховья" он выставлен на аукцион. С чужим добром расставаться не жаль. А для Анатолия Красильникова этот дом - и история его семьи, и единственная возможность улучшить жизнь внуков. Своя-то прошла безрадостно, под клеймом сына врага народа.

В эфире Великий Новгород, Карина Довтян: Уникальный памятник архитектуры 12-го века церковь Петра и Павла на Сельнище в ближайшее время будет полностью восстановлен. Последний раз храм реставрировали почти 40 лет назад, церковь серьезно пострадала во время Второй Мировой войны. Однако тогда архитекторы воссоздали лишь разрушенные артиллерийскими снарядами западную стену и кровлю, а также укрепили перекрытия. Средств на полное восстановление церкви не хватило. Сейчас новгородские реставраторы ждут денег из Министерства культуры. На первый этап реставрационных работ федеральный бюджет выделил около миллиона рублей. По мнению Владимира Дружинина, начальника архитектурно-реставрационного отдела, в целом на ремонт церкви требуется не менее пяти миллионов.

"На тот момент, когда, видимо, ждать стало больше нельзя, потому что уже катастрофическое состояние наступило кладки и кровли, если бы еще год он простоял в таком состоянии, то просто своды могли бы рухнуть".

Сейчас ученые Санкт-Петербургского университета занимаются исследованием фундамента. Работа уже близится к концу. Петербургские специалисты считают, что предыдущие реставраторы поработали на славу, фундамент в восстановлении не нуждается. Другое дело - кровля и стены. На крыше храма растут деревья, стены потрескались и покрылись плесенью. Внутри церкви стоять небезопасно, своды рушатся на глазах. Согласно исследованиям, возводили церковь полоцкие зодчие, об этом свидетельствует характерная для этих мастеров кладка кирпича, так называемая "кладка со скрытым рядом", и раствор, смешенный с кирпичной крошкой. Позднее в 15-16-м веках храм достраивался, утолщались столбы и своды. По мнению Ильи Антипова, начальника новгородского отряда архитектурно-археологической экспедиции, все это следует убрать.

"Просто нужно раскрыть, убрать поздние наслоения и под этими поздними наслоениями предстанет монгольский храм. Будет убрана поздняя кровля, которая там сейчас есть, будет возвращено полукруглое покрытие, которое на фасадах видно, на других фасадах его даже не видно, и этот храм предстанет перед новгородцами, приходящими сюда, как действительно памятник 12-го столетия".

Ремонтные работы завершатся к концу следующего года, тогда же церковь Петра и Павла на Сельнище перейдет в ведение Новгородской епархии.

В эфире Екатеринбург, Евгения Назарец: По закону 24 тысячи екатеринбургских семей могут лишиться своих квартир за коммунальные долги. Это спровоцировал трехкратный рост тарифов на коммунальные услуги в течение последнего года. Только в Екатеринбурге граждане задолжали за жилье и коммунальные услуги 347 миллионов рублей. Многим жителям стали не по карману просторные квартиры по две-три комнаты, в которых люди провели едва ли не всю жизнь. Но все-таки власти придерживаются мнения, что большинство просто откладывают коммунальные платежи до последнего, ведь еще два года назад за это практически ничего не грозило. Сегодня поводом для иска на выселение из квартиры может стать полугодовая задолженность по коммунальным платежам вне зависимости от причин. Несколько дней назад в городе Полевской Свердловской области судебные приставы привели в исполнение первое карательное решение в отношении должников. 9 семей за долги по квартплате лишились части своего имущества, две семьи по решению суда должны переселиться из своих отдельных квартир в коммуналку и общежитие. В Екатеринбурге пока таких прецедентов не было, но тому есть довольно прозаическая причина. Рассказывает заместитель председателя комитета по юридической работе администрации Екатеринбурга Юрий Канаев:

"Дело в том, что для выселения должника в суд необходимо представить документы о предоставлении выселяемому должнику и его семье иного помещения, пусть это будет комната в общежитии, какое-то иное приспособленное для жилья помещение. Но на сегодняшний день в городе сложилась такая ситуация, что те помещения, которые были выделены специально для этой цели, в результате разрушения двух жилых домов в городе Екатеринбурге были предоставлены тем семьям под отселения для временного проживания. Поэтому фактически сложилась ситуация, когда в городе нет помещений, которые можно было бы предоставить для отселения должников. Но как только ситуация изменится и эти помещения освободятся, то у комиссии появится возможность исполнить те решения, которые были приняты в отношении нескольких должников, категорически отказывающихся оплачивать свои долги. Комиссия, естественно, не ставит перед собой задачу выселить как можно больше граждан. Это уже крайняя мера, с которой приходится прибегать лишь к злостным должникам".

Принятие судебного решения по таким вопросам может состояться и в отсутствии самого должника. Именно так произошло с Галиной Яковлевной Козловой, которая по решению суда оказалась в числе должников. Оплачивая коммунальные услуги по льготному тарифу как ветеран труда, она, по причине бюрократических проволочек, на данный момент не имеет в наличии подтверждающих это документов. Решение вопроса о принудительном взыскании долгов и аресте ее имущества было принято без подобных задержек.

В эфире Пенза, Наталья Ратанина: Телефон доверия, работающий в Министерстве здравоохранения Пензенской области, ежедневно принимает около десяти жалоб от больных или их родственников. Они жалуются на вымогательства со стороны медицинских работников. Суммы называются разные - от ста рублей до пяти тысяч долларов. Повсеместные намеки на оплату лечения приводят людей в отчаяние, так как 70% жителей области живут за чертой бедности. Когда стало известно, что мать прооперированного больного пригрозила отправиться лично к президенту России и рассказать о вопиющем взяточничестве в пензенских больницах, министр здравоохранения и социального развития Пензенской области Виктор Лазарев заявил, что его сильно беспокоят масштабы взяточничества среди медработников. По его словам, пензенская медицина давно из бесплатной превратилась в платную, и пора принимать решительные меры. О том, какие это будут меры, министр рассказал местным журналистам на пресс-конференции и крайне их удивил. Он сказал:

"Предлагаю отныне считать взятки медицинским работникам сооплатой, сделать эту сооплату прозрачной и узаконенной, а милиции тут и делать нечего".

Журналисты спросили у Виктора Лазарева, как такой способ уничтожения взяточничества будет выглядеть с правовой точки зрения? Министр ответил, что он непременно проконсультируется со знающими людьми, и закон ни в коей мере нарушен не будет. Пензенский хирург Михаил Карпенко сказал мне, что его коллеги, в основном, очень рады предложению министра здравоохранения Пензенской области, а сам же он не понимает сути заботы высокого чиновника, потому что считает сказанное Лазаревым беззаконием и чепухой. Еще никто в мире не смог сделать взятки законными и прозрачными, да и лучше, по его словам, просто дать всем медикам достойную зарплату, чтобы хватало на нормальную жизнь. Пока же жители Пензенской области обсуждают неожиданное предложение министра здравоохранения о легализации взяток. Особенно возмущаются больные граждане, на лечение которых, согласно данным областной статистики, бюджетом выделяется всего по 780 рублей на каждого. Та же статистика утверждает, что каждый заболевший житель Пензенской области тратит сверх бюджетных денег еще по полторы-две (а то - и по три тысячи) собственных рублей на приобретение лекарств, шприцев, систем для переливания крови и диагностические услуги.

В эфире Благовещенск, Антон Лузгин: В отдаленных районах Приамурья живут люди крепкого здоровья, на болезнь не жалуются, врачей не посещают. Об этом говорят данные статистики, точнее - их полное отсутствие. В глубинке просто некому заниматься профилактикой заболеваний и вести учет. Все началось с реформы медицины на местном уровне. Европейская модель здравоохранения оптимальна для Амурской области - так решили власти в начале 90-х годов. Люди должны получать качественную медицинскую помощь в специализированных лечебных учреждениях, которых нет в районах и в сельской местности. Во многих деревнях и селах были ликвидированы фельдшерско-акушерские пункты и участковые больницы. Однако на прием к врачу в районные центры люди не стали чаще ездить. Вот что рассказывает житель Благовещенска, родственники которого проживают в сельской местности.

"Районный центр находится в 18-ти километрах. Допустим, человек заболел, у них медицинскогопункта даже нет, и попасть, допустим, за 18 километров не у каждого есть транспорт или транспорт находят - бензина нет. И всей деревней бегают, ищут бензин, чтобы заправить машину, увезти в районный центр больного".

Если на юге области при относительно развитой сети автодорог людей еще можно доставить на лечение, то на отдаленных северных территориях тяжелобольной человек практически обречен. Говорит главный врач амурской областной инфекционной больницы Алексей Тарасов:

"Наверное, та модель, она присуща для таких стран, как Нидерланды, Швеция, Германия, Польша, - но она абсолютно неприемлема для Амурской области. У нас нельзя всех моментально схватить и притащить в центр. Республика Татарстан или Липецкая область, там эта модель, наверное, вполне приемлема. Когда человек заболел, через три-четыре часа он находится в областном центре. Как сегодня нам привезти в период распутицы больного в Благовещенск? Невозможно".

По данным областного Комитета по здравоохранению, в районах Приамурья насчитывается 380 фельдшерско-акушерских пунктов, десять лет назад их было почти в два раза больше. Но и те пункты, что есть сегодня, не укомплектованы, в большинстве своем существуют номинально. Похожая ситуация и в сельских больницах. В Ураловке Шимановского района уже три года нет врача, помощь больным оказывает медсестра. В распутицу, чтобы попасть к более квалифицированным специалистам, надо сплавляться 50 километров по реке. Из-за нехватки врачей и отсутствия диагностики на начальных стадиях болезни время зачастую бывает упущено. Сегодня Благовещенск не справляется с потоком тяжелобольных людей из районов. Областные власти планируют возведение новых лечебных корпусов, но не всегда планы осуществляются вовремя. Рассказывает по телефону главный врач Амурского онкологического диспансера Виктор Гордиенко:

"К нам приезжает больной с последней стадией заболевания. Мы его отправляем назад, умирать. Вот у нас сейчас был Коротков, пристройку нам к кардиологическому корпусу делает, пообещали к первому сентября, сейчас говорят - нет, только к концу следующего года. Леонид Викторович, говорю, да как же так, люди умирают, у нас очередь два-три месяца, больной пришел с начальной стадией заболевания, через три месяца мы начинаем его лечить, уже вторая-третья стадия заболевания. Мы только за пять лет потеряли город Свободный по численности".

Только в Зейском и Тындинском районах структура здравоохранения осталась прежней. Руководители этих территорий решили сохранить и взять на свой баланс объекты, которые финансировались из областного бюджета. Но это - исключение.

В эфире Омск, Татьяна Кондратовская: Нынешнее лето в Омске выдалось нежарким и дождливым. Может быть, это и к лучшему, потому что в жару горожанам просто некуда податься. Все омские пляжи закрыты эпидемиологами из-за плохого санитарного состояния и грязной воды в Иртыше. Так что небогатые горожане "сливаются с природой" на своих дачах или на рыбалке. А "свободные" от дач и лишних денег омичи игнорируют запреты и отдыхают на городских пляжах, кое-кто даже ловит рыбу себе на ужин.

"Погода не позволяет отдыхать в полную меру, и по мере возможности выезжаем за город".

"На пляж ездим, на рыбалку, за грибами".

"Щиты, что запрещают купаться, мы видели, мы еще не купались почти, мы только хотим загорать, но довольно прохладно".

Средний класс, по данным туристических агентств, давно выбрал для отдыха российское Черное море и турецкую Анталию. Впрочем, известные омские бизнесмены тоже предпочитают отдых на морском песочке. Как, например, президент областного Союза предпринимателей Александр Третьяков:

"В выходные выезжаю на природу, а в отпуск стараюсь тоже далеко не уезжать, ненадолго. Дочку стараюсь отправить на море, на две-три недели максимум".

Но не все могут отдать несколько сотен долларов за короткую поездку на юг. Раньше остающихся дома выручали открытые кафе и гуляния в центре Омска. Теперь в скверах у фонтанов почти безлюдно. Мэр Омска Евгений Белов не одобряет отдых с пивом, поэтому решил, что в этих скверах будут только цветы, музыка, мороженое и тихий культурный отдых. Но неугомонные горожане все равно находят пиво, компанию и активный досуг. Журналист Михаил Лебедев в выходные отдыхает за бильярдом, а для отпуска выбирает другое мужское развлечение.

"По вечерам - у телевизора, по выходным - бильярдный зал обязательно и, по возможности, рыбалка. В отпуске, в этом году будет 15-й отпуск подряд на горных речках, Северное Забайкалье. У меня ребенок четыре речки со мной прошел, начиная с десятилетнего возраста".

Молодые и интересные девушки развлекаются за счет кавалеров и экономят деньги на интересный отпуск. Они выбирают клубы, кафе, боулинг или даже парашютный спорт, а отпуск стараются посвятить путешествиям, пусть даже не за границу, а в другой город, как, например, только начавшая карьеру Полина Тихоненко:

"Я смотрю, кто как отдыхает, в основном пьют пиво в летних кафе, караоке, музыку слушают. Сейчас из транспортного института очень интересная группа наша выступает, довольно талантливая. Ходим в развлекательные центры, боулинг, бильярд, парашютным спортом пыталась заниматься. А отпуск предпочитаю вне Омска".

Несмотря ни на что, у жителей Омска хорошее отпускное настроение.

В эфире Саранск, Игорь Телин: В самом скором времени значительное количество школьников столицы Мордовии смогут стать настоящими парашютистами. Министерство образования республики и спортивно-техническое общество на базе Саранского аэроклуба создают в средних учебных заведениях города кружки парашютистов. Идея занять саранских школьников парашютным спортом, по словам заместителя руководителя спортивно-технического общества Мордовии Владимира Фадеева, появилась минувшей зимой.

"Планировали уже в то время организовать в нескольких школах города Саранска парашютные кружки, сейчас уже все воплощаем в действительность".

Кружки парашютистов появились пока только в трех учебных заведениях Саранска. Ученики школы № 32 первыми в городе получили возможность испытать себя и совершить прыжок. Свои впечатления о первом прыжке новоиспеченные саранские парашютисты выражают только в восторженных тонах.

"Попробовав один раз, я чувствую, что тяга появляется, что и второй, и третий тоже хочется".

"Здорово, мне понравилось, просто незабываемо".

"Все хорошо, приземлился".

Обучение основам парашютного дела саранские старшеклассники прошли под руководством опытных специалистов, которые считают, что прыжки с парашютом - это не только спорт, но и воспитание.

"Прекрасно, что ребята занимаются этим видом спорта, который, мне кажется, трудно сравнить - по эмоциональному воздействию на них - с другими видами. Это ощущение свободного полета. Кроме того, этот спорт занимает довольно много времени, который отвлекает их от улицы, то есть один день, который мы вытащили ребят с улицы, они не пошли пить пиво, то есть они занимаются делом. Я думаю, что им еще неоднократно захочется прийти в наш аэроклуб и совершить эти прыжки. Родители, конечно, волнуются перед первым прыжком отпускать детей, но те парашюты, на которых совершаются эти прыжки, у нас считается самым надежным парашютом, который открывается практически в любой ситуации, так что никаких волнений быть не должно".

Страх перед первым прыжком с парашютом - дело вполне естественное, считает и командир парашютного звена саранского аэроклуба Алексей Ольшанчиков:

"Первые прыжки - естественно, боязнь, ребята побаивались. Но первый прыжок, тем не менее, все выполнили в воскресенье, а через два дня им предстояло, и они уже выполнили по два прыжка с парашютом. Получили сейчас все третий разряд, вручили значки, свидетельства парашютиста. Все довольны, все, можно сказать, счастливы".

Однако это счастье может оказаться недолгим. Вот что говорит Владимир Фадеев:

"Может это в следующем году и не быть, потому что у нас в следующем году выходит ресурс самолета АН-2".

Для профилактики и ремонта самолета нужны деньги, которых пока нет.

"Мы бы отремонтировали, в следующем году мы бы обязались максимум школ охватить города Саранска этим спортом".

В спешном порядке руководители Саранского аэроклуба разослали по различным инстанциям письма с просьбой о выделении денег. Ответов пока нет, как нет уверенности в том, что старшеклассники столицы Мордовии смогут продолжить занятия парашютным спортом.

В эфире Хабаровск, Марина Ильющенко: Когда-то на небе светило три солнца и стояла страшная жара, все живое на земле сгорало, река пенилась как кипящее молоко в котле, а камни были мягкими как глина. Оставшиеся в живых люди прятались от палящих лучей в пещеры. И тогда отважный юноша Мэргэн решил попытать свое счастье и сбить меткой стрелой светила, которые уничтожали жизнь на земле. Легенду о трех солнцах сложили жители местности, которая впоследствии получила название Сикачаалян. От Хабаровска до Сикачааляна езды два часа. Сколько лет этому селу - никто не знает, история его теряется в веках. Жительница села Жанна говорит, что очень давно на этом селе живет ее род Октанко, тотемным знаком которого считался тигр.

"Мы жили всегда здесь на этом месте, только на лето отправлялись за дикоросами, рыбачили, на озера уходили, а так на зиму всегда возвращались именно в это место. И само название села - Сикачаалян - оно связано с тем, что в действительности когда-то это происходило. Раньше Сикачаалян произносился Сахаче. Сахаче это у нас - "знали", "знать", "узнавать". А слово Алян, есть такое слово "аляуре" - "переходить", переваливать что-то. И мы думаем, что связано как раз с этими петроглифами, мы думаем, что "знать", "узнавать" и "переходить". Вот эти валуны и изображения служили своего рода ритуальным местом".

Как только взошло первое солнце, отважный Мэргэн сбил его, повествует легенда, когда взошло второе, он промахнулся.

"И когда третье солнце появилось, он в него выстрелил и попал в третье солнце. На небе осталось лишь одно солнце. Жара спала".

Екатерина Мурзина, прожившая в Сикачааляне 75 лет, вспоминает, что эту легенду в детстве рассказывала ей бабушка.

"Раньше было очень жарко, целыми днями в воде сидели. Камни были мягкими, земля переворачивалась. Поэтому есть места, как кирпич обожженный, вот это все когда-то было раскаленным, а потом все остыло. Были мягкие эти камни, и рисовали на этих камнях. Там видно даже, есть олень нарисованный, морда тигра, это сколько тысячелетий прошло".

Валуны, на которых изображены загадочные рисунки, оставленные, по легенде, древними людьми, лежат на берегу Амура примерно в двух километрах от села Сикачаалян. Несмотря на то, что неподалеку от этого места есть телефоны, телевидение, радио, дома, электричество; здесь это кажется наносным, несущественным.

"Вот эти валуны и изображения служили своего рода ритуальным местом. У шаманов раньше был обряд отправления души в загробный мир. Этот обряд совершался через год после смерти человека. Нужно было отправить душу в загробный мир, чтобы эта душа не оставалась в нашем миру и не превращалась в злой дух. Этот обряд совершали не в любом населенном пункте, а конкретно только в определенном месте. И мы считаем, что это место, где совершался этот обряд".

Когда-то в Сикачааляне было много шаманов, теперь не осталось ни одного. Несколько лет назад после смерти последнего в школьный музей шаманские атрибуты принесли его родственники.

"Он был очень могущественный шаман, у него на шапочке рога, это говорит о его ранге. Он, кроме того, что мог излечивать больного, он мог совершать обряд отправления душ в загробный мир. Вот эта птица - на этой птице душа шамана путешествует в загробный мир. Тут есть зеркало, зеркала во время путешествия защищали его от стрел злых духов. Затем бубен, с помощью бубна совершаются обряды".

Жанна Октанко также рассказала мне, что неподалеку от валунов с петроглифами стоит младшая каменная бабушка.

"Раньше у этой бабушки было семь дочерей, и когда они провинились, что-то сделали нехорошее, мать их прокляла, и они умерли. Бабушка их положила в гроб, сама села рядом с ними и окаменела. Сейчас этих каменных гробов там нет на этом месте. Дело в том, что в соседнем селе Малышево строили дамбу, соединяли село с островом и под основание этой дамбы вывозили камни, валуны и они, по всей вероятности, были удобны для перевозки, и они все оказались в дамбе замурованными".

"А старшая бабушка каменная была на озере Петропавловском, там есть утес, вот на этом утесе, и ее разбомбили. А камни куда-то под фундамент увезли. Старые люди говорили, как разгромили, разбомбили эти камни, бабушку старшую, - так стали люди там гибнуть в этом озере, тонут-тонут. Правда, восемь человек утонули, нельзя было разрушать".

Жанна Октанко долгое время работала учителем в средней школе Сикачааляна, она считает, что в скором времени нанайский язык может стать мертвым.

"На уроках изучают нанайский язык, но это - один раз в неделю. Они, что на этом уроке сказали, они уже на следующий урок забывают. Английский язык - и то больше. Если бы разговаривали в быту, дома, у них бы что-то осталось. Они же дома не говорят, сами родители не говорят, везде говорят на русском языке. Мы же живем среди русских. Если куда-то поступать учиться, там тот же самый русский язык и иностранный английский язык. Я иногда разговариваю, говорю своим детям, они понимать понимают, а отвечают мне на русском. А внуки, естественно, уже знать не будут этого языка. Так вот язык потихоньку вымирает".

По селу ходят слухи, что в скором времени богатая туристическая фирма выкупит у села камни с петроглифами, разработает свой туристический маршрут, пригласит экскурсоводов, камни отгородят, к ним можно будет подойти как в музее, заплатив деньги.

XS
SM
MD
LG