Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час


В этом выпуске:

- Степан Мельник из Подмосковья требует соблюдения его конституционного права на жилье;
- Нарушает тюменская милиция российскую Конституцию, или нет;
- Чернобыльца Николая Исаева из Обнинска лишили средств к существованию;
- Можно ли в Комсомольске-на-Амуре быть независимым от преступного мира;
- Ростовские волонтеры призывают целовать только тех, кто не курит;
- Иваново: станет ли интернат для обездоленных детей казармой;
- Саранск: Сережа Анискин просит, чтобы его посадили на 30 суток;
- Пенза: откуда ларечнику взять миллион рублей на строительство магазина;
- Дзержинск: хочешь свободы слова - строй свою телевышку;
- Екатеринбург: от туберкулеза не застрахован никто;
- Ульяновск: родина двух Ильичей.


В эфире Подмосковье, Вера Володина: Степан Мельник, проживающий в закрытом военном городке Монино, попробовал защитить свое конституционное право на жилище в Верховном суде. В городке военно-воздушной академии имени Юрия Гагарина часть населения квартиры приватизировала, другой части в этом отказали, и летом 2000-го года решением правительства Российской Федерации Монино получило статус закрытого города. По закону, военнослужащие и граждане, утратившие связь с вооруженными силами, должны выселяться с предоставлением другого благоустроенного жилья. Но этого не делали ни прежде, ни теперь. И в том же Монино в положении заложников волей военного командования оказываются сотни и сотни квартиросъемщиков. 74-летний пенсионер Степан Мельник, обращаясь в Верховный суд лично, фактически представлял интересы 1069 человек, в их числе - семь Героев Советского Союза; правда, двое из них уже умерли.

"Сами создали частную собственность, но - для некоторых, примерно на 712 человек. Для одних частная собственность разрешается, для других не допускается. Более того, согласно статье 4 федерального закона "О приватизации", частная собственность в закрытом военном городке запрещена".

Дело почему-то направили на рассмотрение в военную коллегию Верховного суда. Важная деталь: пришедшему на заседание истцу предложили подождать, а через три часа удивились: "Вы все еще сидите? А суд уже состоялся". Об этом рассказал Сергей Крыжов, уполномоченный по правам человека в Московской области.

"Просто наша судебная власть защитила государство, а не граждан. Доводы заключаются в том, что процедуру отнесения городков к военным правительство не нарушило. Процедура не нарушена, права граждан нарушены. А вот эти аргументы фактически не рассматривались. Не надо, чтобы военная коллегия рассматривала. Судья, который постоянно рассматривает подобные жалобы, сделал то же самое, что и обычно. Мельнику отказано, но у него остается право обжалования в надзорном порядке председателю Верховного суда, что он и сделал".

Степан Аксеньевич вынужден пока лечиться в госпитале после инфаркта, готовит обращение в Генеральную прокуратуру. Поскольку поражен тем, как Верховный суд российской Федерации трактует гражданское право.

"Почему вы допустили, что я стою на праве по одной статье и доказываю свою правоту, они видят, что я абсолютно прав. Они говорят: мы судим вас потому, что вы ущемляете права военнослужащих и лиц, проходящих военные сборы. Как можно так? В Конституции нет деления на право военнослужащих и право гражданина. Мы, как гражданские лица, одни и те же граждане одной страны по одной Конституции. А они мне приписывают чуть ли не уголовное дело, что - "мы вас будем преследовать, потому что вы ущемляете права военнослужащих, нам негде размещать военнослужащих". А я при чем?"

Повторить за Степаном Мельником этот вопрос Верховному суду могут сотни тысяч жителей Подмосковья, ведь в Московской области больше чем в какой-либо другой закрытых городков - 124. Уполномоченный по правам человека Сергей Крыжов уверен, что большая часть из них получает статус не из соображения секретности и безопасности.

"Статус закрытого городка обосновывают не тем, что надо жилье оставить за Министерством обороны, как пишет в своих решениях уважаемый судья Захаров коллегии Верховного суда, а тем, что действительно этот городок должен быть закрыт по соображениям обороноспособности и безопасности граждан. Таких городков очень немного в Московской области, а вот тех, которые названы "закрытыми" из-за того, чтобы жилой фонд оставить за министерство обороны, - их много. И это - двуличие, его надо как-то разрешать. На мой взгляд, вся эта система достаточно уже прогнила с закрытыми военными городками".

Жалоб в адрес уполномоченного по правам человека от проживающих в военных городках Подмосковья так много, что Сергей Крыжов заявляет о массовом ущемлении прав граждан. Они не могут обменять свои квартиры, вселить родственников, они беспокоятся за детей, которые могут не получить жилья в наследство. Вот так Степану Мельнику отвечали из Министерства обороны, когда он четырежды обращался с письмами к председателю правительства России.

"Отвечает мне замминистра обороны по расквартированию: вы писали, мы вам отвечаем - все законы надо трактовать так, что жилье нужно для военного ведомства. А раз нужно, то - ваше, если не сейчас, то потом отберем. Государство принижает, оскорбляет и безнравственно поступает по отношению к нам".

Наверное, именно поэтому Степан Мельник, бывший преподаватель академии, полвека отработавший для авиации, готовит сейчас документы для обращения в Европейский суд по правам человека.

В эфире Тюмень, Алекс Неймиров: Накануне Дня конституции России представители азербайджанской диаспоры в Тюмени заявили, что статьи основного закона попираются милицией. В частности, статья 21-я, гласящая, что достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления. Поводом послужила операция "Рынок", проведенная 7-го декабря на рынке "Кольцо" сотрудниками по борьбе с организованной преступностью ГУВД Тюменской области в сопровождении бойцов специального отряда быстрого реагирования. 9-го декабря представители Тюменского регионального отделения общественной организации "Общероссийский азербайджанский конгресс" заявили протест в связи с фактом избиения граждан во время операции на оптовом рынке. Очевидцем событий стал и владелец рынка на Московском тракте генеральный директор общества "Апрель-2" Юрий Колесников.

"Вдруг услышал страшные крики, рев стоял дикий. Вышел на балкон и увидел, что двое в масках избивают - и ногами, и прикладами - людей кладут на землю здесь, в помещении".

В итоге 83 человека были задержаны, 75 поставлены на видео-учет в органах внутренних дел. В своем комментарии к инциденту исполняющий обязанности начальника ГУВД Тюменской области Вячеслав Матвеев сказал, что рынок "Кольцо" контролируют этнические группы, в частности, из Азербайджана. Своим обращением к власти они пытаются защитить, прежде всего, свои коммерческие интересы. При этом полковник упомянул и конституцию, статью 57-ю, которая гласит, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Матвеев считает, что СОБРовцы действовали согласно закону "О милиции", в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом и новым законом "О миграции".

"Методы, которые были применены органами внутренних дел, я думаю, были обоснованы. Не были применены ни спецсредства, ни наручники, никто не обращался ко мне с жалобами на то, что были нанесены телесные повреждения, не было освидетельствований".

Спецоперация, проведенная на тюменском рынке, обострила и актуальную проблему взаимоотношений мигрантов и милиции, в ведение которой с недавних пор передано регулирование миграционных процессов. Заместитель председателя регионального отделения Общероссийского азербайджанского конгресса Альшан Джафаров сказал мне, что официальная нота протеста будет направлена губернатору Тюменской области, в ГУВД и прокуратуру Калининского округа Тюмени.

"Составлен список пострадавших. Их не только избивали, унижали, у них отобрали деньги. Их заставляли покупать виноводочные изделия, какие-то продукты, чтобы их отпускали".

В эфире Обнинск, Алексей Собачкин: Николай Исаев, Кавалер Ордена мужества за участие в ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы, никак не может добиться исполнения решения суда. Он в Чернобыле потерял здоровье, стал инвалидом. По закону "О социальной защите граждан, пострадавших в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС", ему положена компенсация вреда здоровью. Действительно, с большим трудом добился этого права решением суда еще в 96-м году. Но чиновники не спешили выполнять это решение. Местные власти кивали на федеральные, а федеральные на местные. Пришлось Николаю Исаеву объявить голодовку протеста, и только тогда ему начали выплачивать установленные судом две тысячи рублей в месяц. Но через четыре года в 2000-м году эту сумму сократили почти в десять раз, объясняя тем, что денег в бюджете нет. У Исаева другое мнение:

"Мое судебное решение принято по закону, в соответствии с пунктом 25-м статьи 14-й, на которую целевые бюджетные деньги всегда выделялись. И то, что творится со мной, это к тому же является нецелевым использованием федеральных денег".

Надежда на улучшение своего положения у Исаева появилась после того, когда дела инвалидов-чернобыльцев в начале этого года передали местной администрации из Пенсионного фонда. Было достигнуто соглашение, по которому "администрация города Обнинска является правопреемником Пенсионного фонда по правам и обязательствам в части назначения и выплаты сумм возмещения вреда здоровья". Но, несмотря на взятые обязательства, местная власть также отказывается выполнять решение суда и платить Исаеву компенсацию.

"Я усматриваю этот злой умысел - видимо, я не нравлюсь многим тем, что я требую мне положенное и гарантированное законом. Это многим не нравится - то, что я опираюсь только на закон и требую исполнения его".

Трижды Исаев в этом году обращался в суд с иском к городской администрации, чтобы власть выполнила взятые на себя обязательства, и трижды ее представители не являлись на судебные заседания. А когда я попросил руководителя юридического отдела администрации Светлану Помещикову прокомментировать ситуацию, она ответила, что не уполномочена это делать, ее должностная инструкция не предусматривает общения с журналистами. А тут еще и судья, который занимался делом Исаева, в декабре переехал в Москву. Значит, в лучшем случае, новое рассмотрение этого дела пройдет не раньше февраля 2003-го года.

"Ждать и надеяться - а как иначе? У меня нет денег, чтобы достойно жить, я давно уже не могу нормально питаться, у меня нет денег на нормальную одежду, на нормальную обувь зимнюю".

В эфире Комсомольск-на-Амуре, Антон Лузгин: Криминальная столица Дальнего Востока - последние десять лет неофициальный статус Комосмольска-на-Амуре. Изначально город создавался как один из огромных цехов оборонной промышленности Советского Союза. Авиационный, кораблестроительный, сталеплавильный заводы - здесь было занято три четверти трудоспособного населения. Конверсия разом превратила Комсомольск в город безработных, боевые самолеты и подводные лодки стали не нужны стране в прежнем количестве. Заводские цеха опустели. В начале 90-х все. У кого была возможность, покидали Комсомольск. За сравнительно короткое время население полумиллионного города сократилось до 300 тысяч человек. Именно в это время в Комсомольске образуется управленческий центр дальневосточного "общака". Недостатка в "новых кадрах" криминальные структуры не испытывали. Челночный бизнес, сфера обслуживания, рыбный промысел - одни из немногих способов легально заработать деньги в новых условиях. И очень трудно найти способ быть независимым от так называемых "людей", как именуют себя воры в законе. К несговорчивым применяются меры - квартирные кражи, поджоги дач и гаражей, физические расправы, вплоть до убийства. Как альтернатива ворам и их подопечным, которых здесь именуют "бродягами", стали создаваться спортивные объединения, спонсируемые частным и средним бизнесом. Ничего хорошего из этого не вышло. Со временем возникли новые полукриминальные группировки со спортивным уклоном. "Спарта" - так называют их комсомольчане. Свои интересы спортсмены-коммерсанты отстаивают с помощью малолетних бойцов. Рассказывает социальный работник Ирина Нестерова.

"Эти спортивные организации, я не имею в виду детские спортивно-юношеские школы, допустим, восточные единоборства, как правило, школы восточных единоборств - имеют довольно мощную материальную базу. Они имеют свои интересы в городе, контролируемые районы. Определенные места контролируются "Спартой". У них есть свои забегаловки, ресторанчики, кафе, свои торговые точки. И чтобы это оставалось в их распоряжении, чтобы противостоять диктату воров в городе, стали устраиваться какие-то "разборки". На эти разборки берут мальчиков подросших. Если все прошло удачно, мальчики легко получают приличную сумму, которую родители в нормальной семье, далекой от бизнеса, скажем, в семье, где родители работают на законе, в сфере образования, - они не могут столько денег дать ребенку на карманные расходы. Зато мальчик их получает, отправляясь "на разборки". Это сильно развращает молодых людей, и потом на них уже фактически невозможно повлиять. Семья просто свое влияние на ребенка утрачивает".

Воры, бродяги и так называемая "Спарта" стремятся как можно больше вовлечь в свои ряды молодежь. Всё очень жестко, желание здесь не спрашивают. Молодые люди, начиная с 14-ти лет, обязаны примкнуть к какой-либо группировке. Те, кто не согласен с установленным порядком, вынуждены просто прятаться. Об одном таком случае рассказывает студентка Татьяна Артемьева:

"У меня етсь знакомый, которого непосредственно "общак" доставал, они его постоянно подстерегали возле дома, в квартиру пытались пробраться. Постоянно что-то от него требуя, либо денег, даже дело доходило до того, что и избивали из-за того, что он не подчинялся. Он не захотел во все это дело влезать, но так как его разыскивали, ему приходилось скрываться дома, два года просидел, не вылезая из дома, его родители содержали, а он просто отсиделся".

Родители могут купить независимость своему ребенку, точнее, постоянно платить взносы за его неучастие в криминальных разборках. Искать защиту у милиции бесполезно - считает комсомольчанка Ольга Терехова.

"У нас про милицию в городе все давно забыли. Все решают проблемы своими силами. Во-первых, милиция неохотно берется за рассмотрение таких дел. Все боятся просто, что толпа узнает, что в милицию поступал сигнал, и просто попрет на тебя еще сильнее. Мне ходить по улице страшно, я боюсь за своего ребенка. Я боюсь, что он вырастет и вляпается во что-нибудь нехорошее, причем не потому, что он сам такой нехороший, а потому что его просто вынудят вляпаться".

Предприниматель Эдгард Зайцев первым в этом городе догадался сделать деньги из мусора. В 93-м году он взял в аренду шлакоотвал завода "Амурсталь". Переработка металлургического брака принесла неплохой доход. Предприниматель стал вкладывать деньги в новые предприятия, в городе появились кафе "Чародейка" и "Харлей-блюз". В этих заведениях представителей криминального мира бесплатно обслуживать не собирались, а вскоре вообще перестали пускать на порог. Авторитетам ничего не перепало от деятельности Эдгарда Зайцева, такого неуважения они не потерпели. В феврале прошлого года неизвестные закидали помещение кафе "Чародейка" банками с зажигательной смесью, погибло восемь человек, все погибшие были школьниками или студентами. После этого чудовищного преступления молодые комсомольчане написали письмо на имя президента, а также представителям районной и городской власти. В письме содержалась только одна просьба - "защитите нас от насилия". Вскоре с авторами письма в школах провели профилактическую работу, чтобы не писали "куда не следует!.

В эфире Ростов-на-Дону, Григорий Бочкарев: "Целуй тех, кто не курит, и почувствуй разницу", - с таким необычным призывом обратились к ростовчанам активисты местной биржи волонтеров. В домашних почтовых ящиках, в школах и вузах появились информационные листки с подобными обращениями к жителям города, в основном - к молодежи. Акция "Целуй тех, кто не курит" проходила в рамках международного дня отказа от курения, который с 1975-го года отмечается каждый третий четверг ноября. За последний год волонтеры провести много таких громких и известных всему городу акций, как "Мусор - это серьезно", "День чистого воздуха", "День защиты детей", "День мира", "Все дело в воздухе", "День дерева". О том, как она стала волонтером, рассказывает Анна Малиновская.

"Я работаю юрисконсультом фирмы, которая занимается дорожным строительством. У меня - самый маленький стаж, я пришла сюда в сентябре. Об акции "Дело в воздухе" я прочла в газетах. Первый на моей памяти проект - это по спасению деревьев. Я собирала окурки вокруг молодых деревьев. Мы собирали мусор, посыпали опилками, чтобы было легче перезимовать и, естественно, это было как бы массово-зрелищно. Людей, которые проходили мимо, мы пытались их завлечь, тоже раздавали буклеты, объясняли, что мы делаем, как мы это делаем и как они могут помочь деревьям, которые растут где-нибудь рядом с ними. Мне хочется гордиться своим городом, местом, где я живу. Для меня это важно".

Ростовская биржа волонтеров образовалась несколько лет назад в результате проектов, которые осуществляли местные общественные экологические организации. Для проведения своих акций они активно привлекали волонтеров, в основном из числа молодежи. Затем сами же волонтеры предложили создать нечто подобное бирже труда, куда они могли бы обращаться и получать информацию о возможности применить свои силы не только в экологии, но и в других сферах общественной жизни. Такие организации, как молодежная правозащитная группа "Ростов", общественное молодежное движение "Молодая Европа", ростовское отделение Международной амнистии постоянно обращаются на биржу в поисках добровольных помощников для проведения правозащитных акций. А совместно с ростовским региональным общественным Фондом содействия и поддержки гражданских инициатив волонтеры занимаются обучением детей-сирот, помогая им овладевать компьютерными технологиями. В начале декабря в Ростов возвратились добровольцы, успешно отработавшие год с детьми-инвалидами в Берлине.

В эфире Иваново, Елена Смагина: Ивановская международная школа-интернат российского Красного креста существует в Иванове с 1933-го года. В разные годы в интердоме получили образование дети более чем из 80-ти стран. Сейчас в интердоме учатся 420 детей 25-ти национальностей. Основная часть детей - социальные сироты из 39-ти регионов России, остальные дети - жертвы межнациональных конфликтов и экологических бедствий на территории России и бывших советских республик, есть дети и из других стран. Интердом - огромный жилищный комплекс с общежитиями, школами, бассейнами, спортивными сооружениями, прачечной и кухней. Все очень добротно и красиво. Истерзанные детские души здесь оттаивали и, благодаря замечательным воспитателям, обретали новый настоящий дом. Но, видимо, есть что-то важнее этого, раз 19-го ноября правительство Российской Федерации подписало постановление о ликвидации ивановской школы-интерната и создании на ее базе Суворовского училища. Воспитанники интерната оказались должны покинуть свой дом до 2006-го года, а ведь многие из них ученики начальной школы. Говорит директор ивановской международной школы-интерната Галина Шевченко:

"Есть, конечно, проекты: не разместить ли нас в Ивановской области в детских домах? Во-первых, извините: почему ивановские дети должны в детских домах страдать? У нас не два, не три и не десять детей, а их 300 с лишним человек. Тем более, мест нет, мы знаем, что такое проблема беспризорности у нас на сегодняшний день. Кроме того, почему эти дети должны идти туда, почему они должны ухудшать свои условия, почему они должны в очередной раз менять свой дом? Вчера у нас были представители Министерства обороны, которые приехали именно с целью посмотреть, что это за школа, что она собой представляет. Ато делать с детьми? Это - уже после того, как документы были приняты".

Но, как оказалось, в Министерстве обороны не знали не только, что делать с детьми, но и как использовать здание интерната. О впечатлениях военных об интердоме рассказывает депутат Законодательного собрания области Наталья Ковалева.

"Классы маловаты, у них же - совершенно другие. Пропускная способность столовой, говорят, маловата; там 450, а им 600 надо. Потом, ведь они же живут в казармах, а там комнатки на несколько человек. Это большие деньги, это все нужно ломать".

В то же время в городе Кинешме военная часть усыновила 18 детей, потерявших своих родителей. Там давно мечтают о создании для них специальной школы.

"В области у нас есть опыт хороший, есть площади для этого в Кинешме. И у нас в Законодательном собрании находится сейчас обращение к Кинешме. Там ничего не надо воссоздавать, там все есть, они будут в военно-полевых условиях воспитываться и заниматься в школе".

Но этот проект почему-то Москву не заинтересовал. Разрушить то, что есть, показалось более легким. Говорит директор ивановского интердома Галина Шевченко:

"В этой школе никогда не было НВП, никогда детям в этой школе не давали оружие держать, потому что многие из них прошли через войну, потеряли родственников. Они видели горе, они видели кровь, многие пострадали от войны. На сегодняшний день среди современных наших воспитанников есть дети, которые о сегодняшней войны пострадали, которые рождены были в ходе войны, это я говорю о чеченских детях, которые у нас здесь учатся. И когда хотят создать военное училище, это просто, я считаю, кощунственно. Самое, наверное, обидное было то, что согласование на проекте постановления правительства, которое разрабатывало Министерство обороны, поставило и Министерство образования в лице замминистра. Но, насколько я знаю, это сейчас рассматривается в Министерстве образования как ЧП. Потому что человек, который поставил эту подпись, в общем-то, его никто не делегировал это делать".

В федеральную собственность здания интердома, с 1947-го года принадлежащее российскому Красному Кресту, были переведены незаконно.

"Поражает настойчивость, с которой, при всех контраргументах, лоббируется вопрос перепрофилирования школы. Когда так делается, при условии, что на многих совещаниях из уст представителей Министерства обороны, и в печати, когда брали интервью, они тоже об этом говорили. В Иваново, в принципе, и не планировалось создание училища, это просто идея администрации Ивановской области. Какие могут быть выводы? Значит, какие-то интересы стоят у тех, кто так защищает идею перепрофилирования школы".

Говорит депутат Законодательного собрания Сергей Вальков.

"Очень бы не хотелось, чтобы в угоду каким-то коммерческим структурам мы пожертвовали единственным в своем роде таким учебным воспитательным учреждением. И весьма печально, что Касьянов подписал это постановление".

Договор между Министерством обороны и администрации Ивановской области о создании Суворовского училища составлен таким образом, что в случае отсутствия финансирования будущего училища в течение 12-ти месяцев объект переходит в распоряжение Министерства имущества и на вполне законных основания может быть продан. Если учесть, что комплекс интердома расположен на границе города и одного из лучших городских парков Иваново, созданных еще до 17-го года, в собственность можно получить не просто здание, а прекрасный пансионат, готовый хоть на следующий день после торгов принять посетителей. Интересно, что идеологом анти-интердомовской кампании выступил председатель правительства Чеченской республики Михаил Бабич, бывший в то время вице-губернатором Ивановской области.

В эфире Саранск, Игорь Телин: Проблема детской и подростковой преступности в Мордовии является весьма острой. Милицейские сводки регулярно отмечают криминальные события, участниками которых являются дети. При этом, как заявил бывший прокурор Саранска Валерий Юртайкин, преступления, совершаемые детьми. Отличаются повышенной жестокостью.

"Все по своему анализу в процессе расследования совершены с такой жестокостью, которую, можно сказать, не прочитаешь ни в одной книжке. Если почитать постановления о привлечении в качестве обвиняемых, никто не поверит. Я не знаю, кто их воспитывал, это действительно просто дети-Потрошители, целые группы детей-Потрошителей".

Причин увеличения количества детей, совершающих преступления, несколько, но все они, в той или иной мере, связаны с общим социальным фоном в Мордовии. На территории республики расположен крупный железнодорожный узел Рузаевка, ставший едва ли не Меккой для путешествующих на поездах беспризорников. Низкий уровень заработной платы взрослых жителей Мордовии является причиной того, что родители в первую очередь озабочены тем, как повысить семейный доход, а не воспитанием своих детей, которые фактически остаются без присмотра вне стен учебных заведений. В Саранске, да и в районах республики органы власти регулярно проводят заседания различных комиссий и комитетов по борьбе беспризорностью и безнадзорностью, но реальных результатов эти заседания не приносят. Милиция привыкла работать с детьми жесткими методами: за любую провинность прямой путь в детский приемник-распределитель, центр временной изоляции или спецПТУ. Последние мало чем отличаются от мест лишения свободы, отнюдь не способствуют реальному исправлению ребенка. Но с принятием нового федерального закона решение о направлении сюда принимают только суды, которые, по мнению майора милиции Владимира Лазарева, не всегда правильно оценивают совершенные детьми правонарушения.

"Заслушивался материал по несовершеннолетней, которая подлежала направлению в спецПТУ. Однако суд посчитал отказать в направлении этой несовершеннолетней в учебное воспитательное учреждение, хотя на ее счету несколько краж. Подобных моментов очень много".

С начала этого года в суды Мордовии было направлено 176 материалов, связанных с нарушениями несовершеннолетних, положительное решение принято только по 80-ти. Часть детей направлено в Центр временной изоляции несовершеннолетних. Это словосочетание вызывает у граждан далеко не лучшие ассоциации. Естественно, что в судьбе каждого ребенка, попавшего сюда, настоящая трагедия.

"Здравствуй, Сережа, проходи, садись".

Примерно так начинается для каждого малолетнего правонарушителя знакомство с Центром временной изоляции. И хотя причины, по которым попадают сюда дети, самые разные, провести им здесь по решению суда предстоит от 10-ти до 30-ти дней.

"Дело в том, что к нам дети сюда поступают не для того, чтобы изолироваться от общества".

Говорит начальник центра временной изоляции несовершеннолетних Валерий Якимов.

"Подросток к нам приходит для того, чтобы не совершить повторных правонарушений. А изолируем тех подростков, которые достигли возраста, когда к уголовной ответственности еще не привлечь, до 14-ти лет, - они их заставляют совершать то или иное правонарушение".

По словам Валерия Якимова, в центре временной изоляции детям созданы едва ли не домашние условия - трехразовое питание, душ, мягкие кровати, чистое белье, возможность учиться. Ребята могут посмотреть телевизор, поиграть в игры. Подчас всего этого они лишены в своих семьях. Начальник центра говорит, что было несколько случаев, когда ребята пускались на различные хитрости (причем, противоправные), чтобы вновь попасть сюда.

"Они в доме такого не видят. К нам поступил подросток Анискин Сережа, он здесь просился, хотел даже остаться. Мы не можем больше 30-ти суток дать, потому что определено судом, мы его будем направлять в реабилитационный центр. Мама пьет, в квартире грязь, мы неоднократно ходили на эту квартиру, где проживает мама, просили, чтобы она пришла посмотрела, она категорически отказывается. Ребенок брошен".

По мнению Валерия Якимова, многие дети, попадающие в центр временной изоляции, по-настоящему талантливы, но в силу проблемности своего быта о занятиях в школе не думают. На улице таланты воспитываются совсем другие. Один из десятилетних ребят только в центре научился писать свое имя, но зато за считанные мгновенья расправляется с любой автосигнализацией. В центре с детьми работают учителя одной из городских школ, составлена здесь и специальная учебная программа, которая должна привлечь ребят к знаниям, что, собственно, и происходит. По крайней мере, появились любимые предметы.

"Русский, история и чтение".

В эфире Пенза, Наталья Ратанина: Пензенская городская администрация распорядилась снести с улиц 500 киосков и палаток, торгующих шоколадом, печеньем, пивом и прочим мелкооптовым товаром. Чиновники мэрии утверждают, что пошли на этот шаг для того, чтобы улицы Пензы стали чище и красивее. С такими действиями городских властей согласился председатель пензенской Лиги защиты культуры Анатолий Салычев, заявивший, что администрация поступает правильно в своем стремлении навести в городе порядок. Пенза, по его словам, должна стать высококультурным городом, а торговые ларьки уродуют городской облик. С Анатолием Салычевым согласен политолог Анатолий Бодров.

"Вот уже на протяжении трех лет реализуется программа по "оцивилизовыванию" данного рынка услуг. И это решение о том, что необходимо сносить ларьки, оно в принципе правильное. Я убежден в том, что те же самые предприниматели, которые являются, по сути. владельцами ларьков, на сегодняшний день должны пойти дальше".

У владельцев торговых палаток и киосков, а также у продавцов мнение совсем другое. Говорят торговцы:

"Я - против, чтобы убирали палатки из города, потому что работать, во-первых, негде, все заводы закрыты или, которые работают, не платят вовремя зарплату и вообще по полгода не выплачивают. Лишают нас последних рабочих мест, где хоть можно что-то заработать".

"Они просто хотят до конца развалить город. Просто деньги не нужны бюджету".

Говори Герман Жаков, заслуженный художник, член Союза художников России.

"Ларьки прилично поставлены - не страшные, по крайней мере. Не самодеятельные. Художник города есть, художники района, они всегда смотрели за этой стороной".

В связи с предстоящей ликвидацией торговых точек у жителей Пензы возникли подозрения, что эта непопулярная акция имеет некую финансовую подоплеку. Говорит Сергей Леонтьев, преподаватель художественного училища имени Савицкого.

"До сих пор эти ларьки были установлены не без ведома властей и архитектуры. И в то время, когда их проектировали и устанавливали, также занимались вопросами эстетики, и об этом шла без конца речь. Что в это время устарело, не совсем понятно, по-моему, это очередное вытряхивание денег из предпринимателей, из людей, которые нашли какую-то работу, хотя под благими пожеланиями, под лозунгами это все проходит. По-моему, то же самое".

Администрации Пензы утверждает, что снос ларьков не будет иметь никаких отрицательных последствий. Владельцы торговых палаток, не располагающие средствами на строительство магазинов, могут объединить свои капиталы, построить новые совместные супермаркеты. Чиновники уверены, что ликвидация ларьков не приведет и к увеличению безработицы. По их мнению, те, кто работали в палатках, будут продолжать работать и в магазинах. Но городские власти лукавят, они знают, что далеко не все палаточники и ларечники, как их называют в Пензе, смогут найти денег на покупку или аренду земли, на оформление проектно-сметной документации и на зарплату строителям. На все это потребуется более миллиона рублей, столько стоит мини-магазинчик.

В эфире Нижний Новгород, Олег Родин: В Нижегородской области опять отключаются местные телеканалы. После истории с прекращением вещания общественного телевидения в районном центре Сергач теперь идут акции протеста по поводу лишения телеэфира частных компаний в городе химиков Дзержинске. 18-го ноября по распоряжению администрации было опечатано помещение редакции канала "Ока-ТВ", а через неделю прервано вещание второй местной телекомпании "Дзержинск-ТВ". В начале декабря дзержинские и нижегородские журналисты провели пикет протеста у здания городской администрации, поскольку многие уверены, что именно чиновники своими действиями и бездействием способствовали тому, что жители Дзержинска остались без местных теленовостей. Так, в частности, объясняет ситуацию генеральный директор телекомпании "Дзержинск-ТВ" Игорь Пронин.

"Это - давление на средства массовой информации. Я думаю, что это не только на телекомпании "Дзержинск", такая образцово-показательная порка уже на самом деле произошла, дан знак средствам массовой информации, может быть людям, которые чем-то недовольны в силу объективных причин, дан знак, что мы можем это делать достаточно жестко".

Дело, видимо, еще и в том, что на прошедших выборах мэра Дзержинска обе телекомпании не поддерживали победившего в результате Владимира Бриккера. Это дает основание журналистам считать их отстранение от эфира политическим заказом. В то же в мэрии заявляют, что в наличии спор хозяйствующих субъектов телекомпаний и владельца телевизионной башни АО "Волговятскхимснаб". Однако заместитель нынешнего мэра по собственности Григорий Щербинин, бывший руководитель того АО "Волговыятскхимснаб", которое обслуживает передающее оборудование телекомпании и является в Дзрежинске в этой сфере услуг. Мэр Владимир Бриккер заявляет, что он пытается как-то исправить ситуацию, но вмешиваться в спор не может.

"Я пытаюсь проводить переговоры с этими структурами, коммерческими, частными структурами. Предсказать результат я не могу".

Скандал с лишением эфира Дзержинских телекомпаний вышел на уровень федерального Министерства по печати, а председатель областного Законодательного собрания Евгений Люлин считает, что в наличии не рядовой спор, а чрезвычайная ситуация.

"Сегодня нельзя предъявить конкретные претензии администрации города Дзержинска, нельзя предъявить по формальным признакам. Но даже если не имеешь никакого отношения, мэр города обязан вмешаться в эту ситуацию. Это телеканал, который смотрят все дзержинцы. Это нарушение антимонопольного законодательства, поэтому здесь очень серьезные нарушения. Я думаю, что администрация и мэр города очень сильно проигрывают, когда спокойно реагируют на такую ситуацию".

Расстроены этой ситуацией и жители Дзержинска, которые привыкли получать местные новости из передач независимого телевещания.

"Я узнаю новости только или из газеты "Дзержинск" или по нашему телевидению".

"О своем городе практически ничего не знаю, только новости от кого чего слышишь".

Сейчас работники опальных телекомпаний намерены заняться строительством своей собственной телевышки, а пока пытаются возобновить вещание с мачтой на одном из многоэтажных зданий города Дзержинска.

В эфире Екатеринбург, Ирина Мурашова: В последний раз всеобщее обследование жителей на туберкулез проводилось в 1991-м году. Тогда из ста тысяч человек эта болезнь была обнаружена у 34-х. В Свердловской области это соотношение было чуть лучше - 29,3 к ста тысячам. За 11 лет ситуация изменилась и не в лучшую сторону. Рассказывает доктор медицинских наук Георгий Мордовской:

"Заболеваемость в Свердловской области в 2001-м году составляла 100,2 случаев на сто тысяч населения. Вы представляете, возросло почти в три раза по сравнению с 1991-м годом".

Чаще всего туберкулез у нас пытаются вылечить изонеазидом. Лекарство это по-своему неплохое, но есть у него одно "но" - оно создает сильнейшую токсическую нагрузку на организм больного, поэтому доза всегда подбирается меньше, чем нужно, чтобы убить микроба. Лечение затягивается минимум на полгода, максимум - на несколько лет.

"Возникает вопрос, как сделать так, чтобы этот препарат имел менее токсическое действие на организм и усилить убивающее действие на микроб".

Такое лекарство уже, можно сказать, есть, изобрели его уральские ученые. Его авторы смогли решить сразу несколько проблем. К примеру, препарат легко и быстро проникает через 9 защитных слоев микробактерий туберкулеза. Рассказывает один из создателей препарата Ольга Федорова:

"Целенаправленно действует именно на микробактерию и меньше воздействует на организм человека. Проблема для инфицированных СПИДом и больных туберкулезом, у них эта проблема обостряется, поскольку иммунитет снижен, а от туберкулеза попутные инфекции надо лечить годами, препараты токсичны, они потом умирают, не поймешь. То ли от туберкулеза, то ли от СПИДа, то ли от лекарств, которыми лечат туберкулез. Потом еще у них такая особенность, что они заболевают, заражаются нетипичными формами туберкулеза, от которых лекарств практически нет".

Список достоинств уральского лекарства можно продолжать еще долго. Его производство будет простым, практически безотходным и недорогим. Все предклинические испытания сейчас пройдены примерно на две трети, уже получены российские и европейские патенты.

"У нас инициатива наказуема. Изобрели мы этот препарат и сами с ним возимся, сами ищем деньги. Если бы у нас были деньги, при самом лучшем раскладе, я думаю, это можно было бы сделать года за два, за три. Но денег пока у нас таких нет".

А время между тем не ждет, и лучше всего это знают врачи. Несмотря на все усилия, сейчас умирает каждый четвертый из заболевших туберкулезом. Врачи, кстати, давно уже бьют тревогу и предупреждают, что нынешний высочайший уровень заболевания туберкулезом в России это еще "цветочки", по сравнению с тем. Что ждет нас в ближайшие годы. Туберкулез пока чаще встречается среди социально неблагополучных слоев населения, но на самом деле сейчас от него не застрахован никто. Особая группа риска - это дети. Еще раз предоставим слово доктору медицинских наук Георгию Мордловскому:

"Большей частью заболевание происходит так: в детском возрасте получает инфекцию, она оседает в лимфоузлах, и при неблагоприятных условиях из этих лимфоузлов развивается туберкулез. Тот же самый бомж, который сел перед вами в трамвае, и начал кашлять, вам деваться некуда - все".

В среднем на лечение одного туберкулезного больного государство тратит две тысячи долларов в месяц.

В эфире Ульяновск, Сергей Гогин: Превратившись со временем из дворянского Симбирска в идеологически выдержанный Ульяновск, родину Ленина, этот город только сегодня начинает переосмысливать свой образ. В нем соединяются вещи, казалось бы, несоединимые. В самом центре города пересекаются улицы Ленина и Гончарова. Уроженец Симбирска писатель Иван Гончаров создал мощный образ Ильи Ильича Обломова, который стал нарицательным. Соседство двух Ильичей - реального и виртуального - Ленина и Обломова создает некое поле исторического напряжения, сложную культурную аномалию. Этот феномен исследует выставка "Ульяновск - родина двух Ильичей", которая открылась в здании Ленинского (никуда уж тут не денешься) мемориала. Как говорил Уильям Фолкнер, "Россию погубили два Ильича". Директор дома-музея Ленина Татьяна Брыляева, один из авторов выставки, далее цитирует американского писателя:

"Ленин и Обломов выразили протест капитализму, один бездеятельностью, а другой активным разрушающим действием".

Выставка документально и графически отражает пересечение двух улиц, двух образов Ильичей и, в конечном итоге, двух эпох в жизни города и страны. Материалы, посвященные дворянскому Симбирску, размещены на синих волнообразных стендах; это - плавное, патриархальное, обломовское течение жизни. В него жестко вклинивается красная стрела - линия Владимира Ульянова. На пересечении этих линий как кульминация конфликта газета "Пролетарский путь" от 10-го мая 24-го года, На первой полосе крупно - "Нет Симбирска, есть Ульяновск. Осиновый кол в дворянский Симбирск. Да здравствует родина Ильича!" Так прервалась дворянская история города и началась его тотальная ленинизация. Директор музея Гончарова Антонина Лобкарева, автор идеи выставки, говорит о старом Симбирске:

"По изящной внешности, он - истинный дворянин на Волге, так говорили. Это был город, где было много знатных русских дворянских семей, которые оставили заметный след в истории русской культуры".

Среди знатных симбирских дворян - историк государства Российского Карамзин, поэт Языков, декабристы Тургенев и Ивашев. Да и семья Ульяновых была типичной дворянской семьей, где играли в шахматы и крокет, любили музыку и книги и изъяснялись на трех европейских языках. Татьяна Брыляева продолжает:

"Семья Ульяновых - это не семья-остров. Эти люди жили в определенной среде. С Владимир Ильичем учился некто Наумов, который был всегда его соперником. Открывая его воспоминания, мы читаем, что семья Ульяновых - это семья уважаемая, семья аристократии духа в Симбирске".

Выставка "Родина двух Ильичей" однако не дает ответа, почему в этой аристократической семье все дети выросли революционерами, а весьма талантливый, всегда "усердный и аккуратный Володя Ульянов" (цитата из гимназической характеристики) в итоге забьет осиновый кол не только в Россию Обломова, но и в Россию Штольца, дав дорогу Шариковым и Швондерам. Депутат областного Законодательного собрания Татьяна Сергеева считает, что будущее города и страны будет зависеть от соотношения двух Ильичей в общественном сознании.

"Думающий человек - он сам себе задаст вопрос: а в моей душе какого Ильича я бы хотел иметь и видеть больше?"

Что такое "обломовщина"? Одни отвечают - паразитический образ жизни, лень, инертность, для других это самодостаточность, гармония и даже - свобода. Значит, линия Обломова жива. С другой стороны, Ульяновск - один из немногих российских городов, который за время реформ даже не попытался вернуть себе историческое имя, зато здесь обсуждают идею восстановления Троицкого собора, разрушенного при большевиках. Если его построят, он будет стоять на площади Ленина рядом с памятником Ленину.

XS
SM
MD
LG