Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час


В этом выпуске:

- То, что происходит с независимым телевидением в Москве, в Омске произошло уже давно;
- Нижний Новгород во мгле;
- Почему самарские парни по вечерам боятся выходить на улицу;
- Учить новосибирских инвалидов государству невыгодно;
- Директора типографий Марий-Эл вновь борются с "антисоветчиной";
- Кызыл: премия за счет умирающих от голода;
- Сыктывкар: где нарубить дров;
- Ульяновск: отключил свет - под суд;
- Липецк: наркоторговля - проблема государственная;
- Оренбург: что делать с неблагополучной семьей;
- Киров: один с сошкой, семеро с ложкой.


В эфире Омск, Татьяна Кондратовская:

В Омской области к весне 2001-го года не осталось ни одной независимой телевизионной компании. В марте прекратила работу информационная служба "Новости конкретно". Руководство телеканала "Агава" отказалось продлить договор о сотрудничестве с ее продюсером Владимиром Чижмой. В знак протеста весь коллектив "Новостей" подал заявление об увольнении. До последнего времени журналисты надеялись получить возможность выхода в эфир на одном из каналов. Их надежды не оправдались, и уникальный коллектив распался.

В Омске оппозиционность и независимость делают журналиста нежелательной персоной для власти и потенциальных работодателей. Почти год остается безработной редактор ликвидированной телекомпании "СТВ-3" Лариса Шкаева. Оппозиционная телекомпания "СТВ-3" была закрыта - при помощи прокуратуры и министерства печати - весной 2000-го года. Чуть позже потерял независимость городской телеканал "Антенна-7", партнер "НТВ". Эта компания ретранслировала передачи "НТВ", выпускала немало собственных программ, а ее информационное вещание было одним из лучших в Сибири. Администрация Омской области добилась лояльности руководства компании с помощью силовых структур и руководства "НТВ", отказавшегося от сотрудничества с городским каналом и заключившего договор со специально созданной областной компанией. Характерно, что нынешний партнер за все время давления на "НТВ" ни разу не упомянул об этом в своих программах, и сейчас не замечает - происходящего с телекомпанией. Независимые журналисты, подписывая обращение о солидарности с московскими коллегами, горько шутили, что о них вспоминают только, когда нужно идти на баррикады, но как только все улаживается, сотрудничают с теми, кто участвовал в расправе.

Областное отделение Союза журналистов, издания, контролируемые администрацией области, делают вид, что никакой проблемы свободы слова не существует. На днях независимый журналист Константин Бредников заявил: "То, что власть в Москве только пытается сделать, в Омске уже осуществилось. Властью полностью подмяты все телекомпании. В области создана система тотального контроля над средствами массовой информации. В Омске можно увидеть, что означает полное отсутствие свободы слова. Это не только замалчивание каких-то неприятных для властей фактов, это безудержный поток лести и подобострастия, по-азиатски гипертрофированное деяние мудрого руководителя, отца родного, фактически - культ личности. Судя по всему, вскоре это будет происходить уже в масштабах страны".

С коллегой согласны члены ассоциации омских журналистов, заявившие о том, что после установления контроля над "НТВ" власть завершит национализацию российской прессы. Это будет означать окончание краткого периода гласности в стране. Россия не заметила, как за несколько лет территория свободы слова сжалась до границ Москвы - и продолжает стремительно сокращаться. "НТВ" можно считать последним рубежом, одолев который, власть сможет облегченно вздохнуть и успокоиться - "все под контролем".

В эфире Нижний Новгород, Олег Родин:

В ночь на 5-е апреля нижегородцы провели акцию протеста. Несколько десятков человек из общественной организации "Народная защита" прошли с ручными фонариками по главной улице города, слабо освещенной только витринами магазинов. По ночам улицы города теперь темны как в годы войны при объявлении воздушной тревоги. С 27-го марта энергетики начали акцию по отключению городского освещения, и эта акция затронула уже около сотни улиц и площадей в Центральном районе Нижнего Новгорода. Не горят фонари на площадях Минина, Горького и Свободы, на главной улице города - пешеходной Большой Покровке, на множестве других.

"Тоскливо и неуютно стало в нашем городе".

"Очень плохо. Страшно. Сумки могут вырвать, ограбить".

"Глаз выколи".

"Очень неуютно. Идешь и не знаешь, стукнет тебя по голове кто-нибудь или не стукнет. Ничего не видно".

"Мы компанией идем, а одному очень страшно".

"Жутко. Сейчас такое положение в городе, что очень неприятно".

Энергетики предъявили ультиматум - улицы останутся без света, пока не будут погашены долги. Говорит генеральный директор предприятия "Нижновэнерго" Алексей Санников:

"К сожалению, халатные действия городской администрации или бездействие городской администрации привели нас к непростому выбору, что делать, когда не хватает энергии - понижать температуру в домах нижегородцев или отключать городское освещение. Я принял решение о том, что мы отключаем городское освещение".

В кромешной тьме вольготно преступникам, труднее стражам порядка. Начальник нижегородской инспекции по безопасности движения Александр Карангов сообщил, что за весь прошлый год было 36 аварий из-за плохого освещения, в этом году уже 37.

"На сегодняшний день у нас в прошлом году было 36 происшествий, в этом году 37. Вчера свет отключали в Нижегородском районе, мы направили, и губернатору направили по этому поводу представление, мы направили в Горсвет, кто этим делом занимается, что если свершится ДТП по их вине, будут привлечены к ответственности. У нас если происшествия такие будут, мы направим на возбуждение уголовного дела в прокуратуру".

Проблемы и у врачей "скорой помощи" - травматизм на темных улицах вырос на треть, а на поиски нужного дома по вызову приходится тратить драгоценное время. Говорит Сергей Галкин, врач "скорой помощи":

"Увеличение травматизма за последние двое суток где-то в один и три раза. Сами знаете, как ходить по неосвещенным улицам: то кочку не заметите, еще что-нибудь. По несколько раз приходилось объезжать дома, так как не видно совершенно нумерации. Даже улицу посмотреть невозможно, так как нет света".

Прохожие говорят, что на темных улицах можно легко попасть под машину.

"Боимся переходить через дорогу. Транспорт идет, мы идем все в темном, переживаем - так попадем под машину. И кто за это будет отвечать?"

Вот как реагируют нижегородцы на эту акцию "Город во мгле".

"Я считаю, что глава нашего города несет ответственность за это".

А рецепт для выхода из кризиса предлагают такой:

"Выход? А выход есть - выгнать всех из Кремля. Выход будет".

Имелся в виду нижегородский Кремль.

В эфире Самара, Сергей Хазов:

Число случаев коррупции и злоупотребления служебным положением среди сотрудников самарской милиции увеличивается с угрожающей быстротой - сообщил на пресс-конференции начальник управления собственной безопасности ГУВД Самарской области Александр Гадлин:

"Нами сейчас уже было рассмотрено более восьмидесяти жалоб и заявлений, по ним произведено около шестидесяти служебных проверок, это за неполные три месяца, и привлечено к дисциплинарной ответственности десять сотрудников, из них пять руководителей".

В большинстве заявлений, поступающих в отдел собственной безопасности УВД, самарцы жалуются на случаи избиения и вымогательства со стороны работников милиции. Причем вымогательством чаще всего грешат не сотрудники госавтоинспекции, а милиционеры патрульно-постовой службы. Классическим примером здесь может быть ситуация, когда нечистые на руку милиционеры во время патрулирования улиц, пользуясь властными полномочиями, задерживают гражданина, предлагая ему на выбор либо провести ночь в камере предварительного заключения ближайшего отделения милиции, либо решить вопрос, что называется, тихо-мирно, заплатив им сумму в 20-30 рублей наличными. Однако даже при наличии заявления пострадавшей стороны, привлечь к ответственности милиционера-взяточника весьма непросто. Александр Гадлин продолжает:

"Это недоказуемо, будем говорить, вчерашний день. Мы стараемся наблюдать за ним (методы и способы у нас определены в законе об оперативно-розыскной деятельности) и взять с поличным. Потому что взятка это - вот человек, вот деньги".

Высокая коррупция среди самарских милиционеров значительно усложняет шансы поимки преступников в погонах. В 2000-м году из органов внутренних дел Самарской области по обвинению в связях с преступными группировками было уволено и привлечено к уголовной ответственности сорок человек. Это одна, официальная точка зрения. Простые самарцы предпочитают промолчать, если речь заходит о злоупотреблениях работников силовых структур. Люди боятся жаловаться на противоправные действия милиционеров. Сейчас самарская милиция проводит операцию под названием "Вихрь-Антитеррор". Неясно, насколько это связано с проходящей антитеррористической операцией, но сейчас в Самаре стало привычным делом, когда милицейский патруль останавливается рядом с компанией подростков и якобы для выяснения личности препровождает молодежь в отделение милиции. Там оформляются протоколы за мелкое хулиганство, по которым подростки платят штраф от двадцати до сорока рублей. По такому сценарию моего 19-летнего соседа Николая самарская милиция задерживала два раза, причем промежуток между задержаниями составлял всего три дня. Как рассказал Николай, в обоих случаях он был абсолютно трезвый, не хулиганил и не сквернословил, а просто сидел на лавочке у своего подъезда, когда его забирала милиция. На мой вопрос, зачем же он тогда подписался под протоколом, обвинившем его в хулиганских выходках, юноша ответил, что легче заплатить штраф, чем доказать свою невиновность. Подавать заявление на произвол сотрудников милиции Николай не собирается. Сейчас он вообще боится выходить на улицу.

В эфире Новосибирск, Андрей Кастьянов:

Проблема людей с ограниченными возможностями одна из дежурных в журналистике. В основном речь идет о тех, кто совершенно беспомощен, и существовать сегодня вынужден лишь на жалкие подачки государства. Но ведь есть и другие, те, кто не желает стоять с протянутой рукой у входа в метро или, в лучшем случае, выполнять несложные операции на спецпроизводстве за копеечную прибавку к пособию по инвалидности. Увы, если с обязательным средним образованием вопрос еще как-то решается, то далее каждый из них предоставлен сам себе. Егор Скрипко, детский церебральный паралич в тяжелой форме. Во время родов врачи спасали мать, сознательно жертвуя ребенком. Егор выжил случайно. Сейчас говорят, что по тем временам просто боялись испортить статистику смертности. Маме Егора, Лене Скрипко, предложили отказаться от ребенка, утверждая, что вырастет он еще и умственно отсталым. Врачи ошибались.

"Ну, он же умненький, он у меня уже читал в три года, в полтора года он знал буквы. Почему-то дети такие они умные очень. Я так считаю, что это природа компенсирует физический недостаток".

Егору повезло, правда, государство к этому отношения не имело. Брат Лены, сам программист по профессии, купил ему старенькую электронику и показал, как ей пользоваться. Далее Егор осваивал компьютер практически самостоятельно. В начале 90-х в школах города даже такой техники не было и учителя, приходившие к Егору домой, обучались у Егора сами.

"Они даже приходили, сами учились на этой технике работать, как и что он им показывал. Они его учили своим предметам, а он их учил информатике".

Сегодня он оканчивает школу с отличными отметками по всем предметам. Правда, почему-то по существующим законам золотая медаль ему не полагается. Егор мечтает стать программистом, для него компьютер большая часть жизни и основное средство общения с внешним миром.

"После школы нам обещают, так скажем, при НЭТе организуется группа в составе восьми человек, через институт социальной реабилитации будет обучение инвалидов. Обучение инвалидов будет дистанционное, то есть через компьютер, через Интернет все это пойдет. Пока набрали только, пока взяли документы только Егора. Потому что он обеспечен техникой, обучение может идти уже сейчас".

В городе действительно существует единственное за Уралом учебное заведение - институт социальной реабилитации. По словам Лии Зверевой, заведующей отделением по новому набору студентов:

"Мы обслуживаем очень большой регион. Вот плотно так от Урала до Дальнего Востока и от Якутии до Казахстана. Но у нас приезжают люди и из европейской части России".

Но, как выяснилось, не все так просто.

"На эту специальность мы берем только глухих и слабослышащих. Инвалидов других категорий, допустим, колясочников брать, у нас нет специально оборудованных помещений, ни пандусов специальных, ни лифтов, ничего такого нет. Для них же очень много надо приспособлений, это очень сложно, это очень дорого. Знаете, наш один студент стоит очень дорого".

Егору, видимо, повезет и на этот раз, но как быть с остальными?

"Я так скажу честно, что помощь государства только пенсия, больше ничего. На двоих у нас 620 рублей в настоящий момент".

По новосибирским ценам это - полторы буханки хлеба в день на человека.

"Купи компьютер, купи все остальное на эти деньги. Как?"

Лена Скрипко, понизив голос, чтобы не было слышно за дверью кухни, на которой мы беседовали, сказал напоследок:

"Ребенок, от него отказываются родители в роддоме, его, малютку, в дом малютки, в дом-интернат, и дальше. На этого ребенка тратится в месяц около трех тысяч по минимуму. Эти данные, уж сколько раз об этом говорили. Тут же на ребенка платится пенсия, если он находится в семье, 620 рублей. Вопрос, вот такое состояние двойное: государство либо подталкивает от таких детей отказываться. Ну, живут они там, в этом доме инвалидов, и живут, никаких проблем, пусть он там прозябает и не надо на него тратиться, не надо его обучать, ничего. А в семье если он живет, тоже государство, такое впечатление, что не помогает, оно не то, что не помогает, - оно губит".

А, может, и действительно - кто-то цинично не поленился подсчитать: три тысячи это 36 тысяч в год, а по словам Лии Зверевой, стоимость обучения в институте реабилитации около сорока тысяч в год. Какая-никакая, а экономия, и ведь речь идет о менее затратной категории обучаемых.

В эфире Йошкар-Ола, Елена Рогачева:

Газета "Открытые новости" выходит в Марий-Эл с 97-го года. Это издание, учредителями которого являются частные лица, всегда проводило оппозиционную политику к республиканским властям, независимо от того, кто стоял во главе Марий-Эл. А потому сам процесс печати газеты осуществлялся за пределами республики - марийские полиграфисты боялись испортить отношения с властями. Уже четыре года "Открытые новости" печатались в городе Цивильск Чувашской республики. Но последний номер цивильская типография печатать отказалась. Журналисты издания считают, что это случилось потому, что и в этом, и в предыдущем номерах газета публиковала резкие материалы уже не о местной власти, а о полпреде в Приволжском федеральном округе Сергее Кириенко, и о так называемой вертикали власти. Рассказывает один из учредителей газеты "Открытые новости" Дмитрий Семенов.

"Четвертого апреля я прибыл туда для того, чтобы изготовить очередной номер газеты. Честно говоря, не знаю, либо плакать, либо смеяться, потому что ситуация была такая, просто так это не опишешь, это надо видеть. Нас встретили, как всегда, с приветливыми, открытыми лицами, я пошел уже в бухгалтерию оплату производить. И мне вдруг говорят: подождите минут пять, мы сейчас узнаем у директора, можно вас печатать, или нельзя. Через пять минут несколько должностных лиц типографии вышли из кабинета директора, как я понял, они куда-то звонили, и говорят, что - извините, мы не можем сегодня, приезжайте в другой раз. Я был в коридоре, они ходили вокруг меня, обсуждали, кто возьмет на себя ответственность за этот выпуск. Сказали - покажи пленки. Просмотрели и сказали одну любопытную фразу: вроде бы ничего антисоветского. Судя по всему, они ожидали, может быть, увидеть что-то антипутинское. Возможно, смутила публикация о деятельности товарища Кириенко и второго полпреда Южного федерального округа Казанцева. Коллаж на первую полосу, где энкэведешный плакат с известной тетенькой в красном платке, которая плотно прижимает палец к губам, и написано "Не болтай". А на правой стороне этого плакатика были размещены логотипы, в том числе и "НТВ", - уже, по сути, ликвидированных программ. Туда вошел логотип программы Доренко. Плохой он или хороший - это другой вопрос, человека выбросили из эфира, это уже тогда был симптом. И третий квадратик был пустой, но в нем был знак вопроса. Собственно, сам вопрос - и написано "кто?". Вот таким образом мы попытались выразить свою позицию по нынешней ситуации, сжимающейся как шагреневая кожа свободы слова в России".

У вас есть версии, откуда могло пойти такое распоряжение и почему типография вдруг начала выступать в роли цензора?

"Ситуация такая: как бы есть редакция, типография, читатель. Я полагаю, что сейчас будет отслеживаться новая тенденция. Власть должна говорить: да вы что, мы же никого не трогаем, ни в одну редакцию не ходим. Они это будут заявлять совершенно честно, потому что они будут давить типографии. Государственные типографии будут слушаться, поскольку они у них в подчинении, иерархия. А частные типографии свободно заявляют - нам "маски-шоу" не нужны, завтра же придет налоговая полиция, инспекция, и всех заказчиков растеряет человек. Мы попали в рамки единого информационного пространства. Наша республика входит в Приволжский федеральный округ, Приволжский полпред господин Кириенко выжимает из этой ситуации массу для себя полезного, нужного. С каждым днем пудра демократа с его лица осыпается, и виден холодный, жестокий чиновник".

На ваш взгляд, ситуация с "НТВ" и ситуация воздействия на типографию - это звенья одной цепи или это случайное совпадение?

"Ситуация с "НТВ" - это была та зеленая ракета, по которой можно давать старт к построению единого информационного пространства. Но самое страшное то, что такие вещи не зафиксировать, потому что типография всегда придумает тысячи причин. Вот, сегодня с утра мы все-таки пытались разобраться и побеседовать с директором цивильской типографии. Он заявляет, что там большая загрузка, и называл еще десятки причин, не имеющих никакого отношения к происходящему".

Пленка злополучного последнего номера газеты "Открытые новости" уехала в одну из московских типографий, где и будет отпечатан тираж. Но журналисты очень опасаются, что скоро любое инакомыслящее издание нельзя будет отпечатать даже в Москве ни за какие деньги.

В эфире Кызыл, Александр Филатенко:

Врачи республиканской психиатрической больницы обирали своих больных. Например, они выдавали на руки тем, кто был занят работой в гардеробе, на кухне, в кочегарке около 40% заработка, хотя начисляли его полностью. При этом врачам и медперсоналу больницы только за полгода было переплачено 270 тысяч рублей. Эти и многие другие факты стали известны правозащитникам, которые провели там совместную проверку. Рассказывает председатель совета тувинского республиканского общественного правозащитного движения Августа Переляева:

"Была организована проверка комиссией по правам человека при президенте республики Тува, куда входил входил член совета Дажимбад Анаданилович, проверка психиатрической больницы. Мы заметили, что там за короткий срок умерло 15 человек. Дажимбад поинтересовался: а каков диагноз, отчего умирают люди? Ему сказали медицинский термин. Он, ни чуть не стесняясь, говорит: а что же значит этот медицинский термин? Оказывается, это значит - истощение. Люди умерли, попросту говоря, от голода, 15 человек. И мы, заинтересовавшись этим, обнаружили, что там несколько месяцев не давали больным хлеба".

Августа Переляева приводит такие цифры: за полгода больные получили мяса на три тысячи килограммов меньше нормы, молока - почти на восемь тысяч килограммов, яиц на 28 тысяч штук, чая - на три тысячи килограммов, и так далее. Калорийность пищи была в два раза ниже нормы.

"Один мужчина поступил, рассказывают, сто килограмм весом, умирал он, где-то на половину потеряв вес, и просил перед смертью корочку хлеба. Другие родственники больных рассказывают, что у них если лежит больной, то сами медки предлагают приносить ему продукты питания, даже по булке хлеба в день. Естественно, мы подняли шум по этому поводу, невозможно было сидеть спокойно и ждать. Если бы положение было таково, что денег на больницу не хватало, и она бы недофинансировалась в таких огромных размерах, мы бы, конечно, считали, что врач не виноват. С другой стороны, врач и весь персонал, руководство, должны были поднять шум, в том числе - и в средствах массовой информации, обратиться к общественности. Как правило, общественность откликается на такие вещи. Мы когда, например, опекали детей-сирот, люди много сдали вещей, мы их одели. И тут многие могли бы пожертвовать и продукты, и так далее. Но все у нас было тихо, пока не вмешалась эта комиссия".

Правозащитники обнаружили, что медработники постоянно получали надбавки к зарплате. Даже после того, как было проведено две ревизии контрольным управлением Минфина и вынесен протест прокуратурой, выяснилось, что главный врач, правда, теперь уже бывший, очень часто ездил в командировки, там значатся такие города как Москва, Санкт-Петербург, Сочи. Переплата суточных, квартирных, да еще такси вылилось в круглую сумму.

"И мы убедились, что там были незаконные выплаты в виде зарплаты, которые с лихвой перекрывали то недофинансирование на продукты питания и лекарства, которое официально производилось по документам. И поэтому, мы считаем, что в данном случае вина полностью ложится на руководство этой больницы. Ибо, когда видишь, что человек с голоду помирает, естественно, нужно не выплачивать премии и материальное поощрение, а стараться человека от голода уберечь этими же деньгами. Почему, вы думаете, сопротивляются такие организации как раз общественному контролю и общественной проверке? Именно потому, что если бы мы проводили регулярно общественную проверку подобных учреждений, мы бы, конечно, не допускали, чтобы там творилось такое беззаконие постоянно. И люди, вполне возможно, остались бы в живых. Именно те руководители, которым есть что скрывать, они всегда препятствуют общественному контролю".

В результате ревизии установлена недостача, незаконное расходование средств более чем на два миллиона рублей. Этих средств вполне хватило бы на питание больных и медицинские расходы. Никто не понес за это наказание, никакой оценки случившееся до сих пор не получило ни в Минздраве, ни в прокуратуре Тувы. Буквально на днях правозащитники направили очередной запрос прокурору республики Степану Масияшу. Они настаивают на возбуждении уголовного дела.

В эфире Сыктывкар, Николай Зюзев:

В республике Коми происходит хищническая рубка леса, в то время как жители сельских районов не могут запастись лесом для собственных нужд. Причина проста - сельчанам для вырубки предоставляют участки на таком расстоянии от населенных пунктов, что вывозить лес оттуда можно только, проделав дорогу и имея транспорт. То есть, такое под силу только лесопунктам, но никак не обнищавшим сельским мужикам. Но даже если участок выделен недалеко от деревни, это не значит, что все в порядке. Повсеместно сельчане сталкиваются с тем, что на отведенной им делянке леса, оказывается, просто на просто нет. Такое, в частности, случилось в селе Богородск Корткероского района, где возмущенные жители обратились напрямую к главе республики Коми Юрию Спиридонову с тем, чтобы заменить эти, по сути пустоши, на участки с годным для строительства лесом. В этом деле им содействовала их депутат в госсовете республики Коми Светлана Черных:

"В просьбе жителей села Богородск было отказано. Основание было то, что выделено по указу главы республики, хватит очень надолго, на 71 год".

Автору указа, согласно которому за богородским сельсоветом закреплен лесной массив с перспективой на 70 лет, тогда как леса там фактически нет, является сам глава республики Коми Юрий Спиридонов. И этот документ в данном случае, и во многих аналогичных, является основанием для разрешения на хищнические вырубки, которые производят частные предприниматели буквально на сельской околице. Ни сами сельчане, ни даже местные лесничества не могут этому воспрепятствовать. Говорит Светлана Черных:

"Предприниматели, они у нас на лесных аукционах покупают эти кварталы и, естественно, предпринимателям это очень хорошо, потому что эти кварталы находятся не очень далеко от самих сел и, как правило, там есть дорога. И поэтому, естественно, для них это очень выгодно валить там. Но, если, допустим, мы все отдадим предпринимателям вблизи населенных пунктов, ведь население не имеет ни машин, ни тракторов, ничего, у них потом возникнут проблемы, как они будут заготавливать дрова, как они будут заготавливать дрова, валить лес и строить дома в будущем".

К этому надо добавить, что лес это, конечно, не только стройматериалы, но и грибы, ягоды, рыба и дичь. Накануне прошедшего в конце прошлого года съезда коми-народа, а коми составляют большинство сельского населения, на местной конференции люди выступали с наказом установить вокруг деревень десятикилометровые зоны, где бы запрещались любые вырубки. Как все обстоит на деле, хорошо известно жителям деревни Беляевское района. Староста деревни Юрий Беляев обратился через прессу с буквально криком о помощи. Здесь, можно сказать прямо под окнами, частники вырубают угодья с отборным строевым лесом. При этом происходит фактически настоящее истребление леса, после чего на многие километры вокруг села остаются только пни. Вершки при этом достаются приезжим бизнесменам. Такова странная логика указа главы республики Коми и местного природоохранного ведомства, этот указ защищающего.

В эфире Ульяновск, Галина Ильясова:

На днях суд города Ульяновска вынес приговор начальнику межрайонного отделения акционерного общества "Ульяновскэнерго" Сергею Седову. Его признали виновным по статье "Прекращение подачи энергии, повлекшее по неосторожности тяжкие последствия" и обязали выплатить триста минимальных оплат труда. Кроме того, виновник должен заплатить жительнице поселка Ишеевское Светлане Казаковой десять тысяч рублей за нанесенный ущерб. Как сказал Василий Зима, старший помощник главного прокурора области, впервые в России за отключение электричества наказывается конкретное лицо. Сергей Седов же считает, что пострадал за служебное рвение. 31-го октября прошлого года по его распоряжению поселок Ишеевка был полностью отключен от энергоснабжения, как он утверждает, за долги. В этот день лишилась энергии и районная больница. В тот момент в срочном хирургическом вмешательстве нуждалась Светлана Казакова с диагнозом внутреннее кровотечение. Чтобы спасти жизнь пациентки, медикам пришлось вести ее в Ульяновск за двадцать километров. По дороге состояние больной было критическим и врачам приходилось проводить реанимацию. "Это безобразие. Мы в заложниках у монополистов" - говорят жители поселка Ишеевка. Николай Клюшенков, заместитель генерального директора акционерного общества "Ульяновскэнерго" видит эту ситуацию так: "Энергетики устали от конфликтов. У нас то самовольный захват подстанции, то электриков берут в заложники. А во всем виновата власть, она сталкивает нас с народом лбами. Они хотят быть добренькими для народа, придумывают льготы, пониженные тарифы, а на деле не финансируют их выполнение".

В эфире Липецк, Андрей Юдин:

29-го марта от передозировки героина умер 23-летний молодой человек, его звали Александр. Почему это могло произойти, говорит врач областного наркологического диспансера Вячеслав Трушов:

"Некоторые наркоманы - как волки-одиночки, отбившиеся от стаи, пытаются встать на путь познания четвертого состояния сознания. Он в первый раз в жизни укололся и умер. Но бывает передозировка и у опытных наркоманов. Как правило, чистых наркотиков не бывает, и поэтому тут не только передозировка, даже обычная доза может вызвать смерть. "Золотой укол" - это когда наркоману надоедает жизнь, он вводит себе запредельно высокую дозу наркотика. Что он при этом испытывал и ощущал, ни один наркоман не знает, потому что с того света вестей до сих пор никому не поступало".

В данном управлении здравоохранения и госсанэпиднадзора Липецкой области, в городе Липецке официально 10% потребителей наркотиков. Реально потребляющих наркотики внутривенно от 12-ти до 15-ти тысяч человек. Основными потребителями наркотиков является молодежь в возрасте от 15-ти до 20-ти лет. В наркоманию вовлекаются дети. О сложившейся ситуации говорит врач наркологического реабилитационного центра Галина Клеменова:

"Когда они у нас здесь полежат, привыкнут к нам, начинают рассказывать все, что они видели и знают, и говорят, что очень много детей, даже начиная с 10-летнего, 11-летнего возраста".

Очень часто директора школ скрывают истинную картину происходящего среди подростков. По этому же принципу действуют и чиновники отдела народного образования. Об этом говорит руководитель общественной организации "Родители против наркотиков" Галина Шальнева:

"Многое зависит от помощи, которая должна исходить от отделов образования. Чиновники от образования не понимают угрозу такого заболевания - распространение наркотиков по Липецкой области".

В 2000-м году в Липецкой области выявлено 958 преступлений, связанных с наркотиками. С начала этого года зарегистрировано 232 преступления, из них 118 по сбыту наркотиков, заведено 202 уголовных дела. Говорит начальник отдела по борьбе с наркобизнесом Аркадий Слепокуров:

"Громадные деньги предлагают наркодельцы, громадные. Но мы же арестовываем этих бандитов. В целом государственная это проблема, надо закрыть все границы, тогда мы с вами будем спокойно жить".

Зачастую врач-нарколог остается один на один с проблемой наркозависимых. Об этом говорит начальник управления здравоохранения Липецкой области Василий Мурузов:

"Есть проблема. Сегодня в Ельце и городе Липецке уровень заболевания наркоманией выше, чем по Российской Федерации. Что нужно сделать в первую очередь? Перекрыть доставку наркотиков и перекрыть распространителей этого зла. Если этого не будет сделано, ни медики, ни образование, ни культура, ни какие-то общественные организации ничего не сделают".

В эфире Оренбург, Татьяна Морозова:

Более полутора тысяч детей по решению суда были отобраны у родителей в Оренбургской области только за последние три года. Часть из них пополнила ряды детдомовцев, часть под опекой дальних родственников или приемных родителей. Таких детей, учитывая сирот, в Оренбуржье сейчас около семи тысяч. Нерадивые родители нечасто несут ответственность за неисполнение своих обязанностей. За те же три года суды области рассмотрели всего 65 дел по соответствующей статье уголовного кодекса. Осудили по ней 22 человека. Жительница райцентра Сорочинск Раиса Щербакова в прошлом году тоже была осуждена за неисполнение родительских прав, но тут же в зале суда освобождена в связи с амнистией. И двое ее детей по-прежнему остались вместе с ней и ее сожителем в неуютном доме, где выбитые стекла закрыты подушками, а совсем недавно за неуплату отключен свет и газ. Мать и отчим не работают. Зимой младший сын, 12-летний Коля Кашелев, убирал снег в соседних домах, зарабатывая таким образом семье на хлеб. Старшим, впрочем, как-то хватало и на спиртное. Об этом рассказала старший инспектор по делам несовершеннолетних Анна Мустаева:

"Дети к матери очень привязаны. Даже был случай, когда однажды мы приехали к ним, Раиса Михайловна лежала под кроватью, вообще невменяемая она была. Еле-еле мы ее смогли вытащить из-под кровати, она не может с нами разговаривать, сидеть даже не может. Мальчики были дома. Она говорит: Колька, неси мне стакан самогона!" Он ей наливает стакан, подносит. "Колька, закурить!" Он бегом спичку, сигарету несет ей, потому что она сама совсем не может, сидит вся, трясет ее".

Сотрудники инспекции сейчас опять собирают материал для лишения родительских прав, а мальчики помещены в больницу для обследования. Год назад перед тем, первым судом, врачи оценивали их физическое развитие как очень отсталое. И вес, и рост 11-летнего Коли и 13-летнего Сережи были намного меньше нижнего предела нормы. За прошедший год мало что изменилось. Я видела мальчиков в больнице, им вряд ли дашь больше восьми и десяти лет. В материалах дела отмечено так же, что из-за постоянной грязи и запаха одноклассники не хотят сидеть с ними рядом, и в больнице их поместили в инфекционное отделение. Книжек и учебников ребята с собой не взяли, откровенно скучают, хотят в школу и домой к маме. Специалист по охране прав детства Сорочинского городского отдела образования Татьяна Норижняк тоже считает, что этих детей лучше оставить дома с мамой.

"Сейчас крайне неблагополучных семей в городе около пятидесяти. Нам последний раз пришла бумага из нашего управления образования, что на местах совершенно не занимаются профилактикой неблагополучия семей и увлекаются тем, что лишают родительских прав. Дело в том, что все детские дома переполнены. У нас открыли спецшколу, переделали в детский дом, ее буквально за месяц переполнили. Если сейчас забирать детей, в каждом третьем доме надо детей убирать. Потому что тунеядство или безработица, нищета. Сказать, что именно эти дети на краю гибели - это неправда. Вот у меня есть справка, что их поместили в инфекцию, потому что они соматически здоровы. Они абсолютно здоровы, единственное - что они худенькие. Мы эту маму никогда не видели пьяную, сколько раз мы к ней ездили. Но то, что она пьет, естественно, понятно".

Главный специалист областного управления образования Галина Черепанова побывала в Сорочинске после того, как 14-го марта на совещании помощник областного прокурора рассказал о протесте прокурора по поводу того, что Раису Щербакову не лишили родительских прав. Галина Черепанова считает, что сорочинский отдел образования должен был о время прошлого суда выполнить требование 77-й статьи семейного кодекса и отобрать детей у родительницы. Не использовал отдел образования также и возможности передать дело в суд на лишение Раисы Щербаковой родительских прав, хотя прошло уже девять месяцев с момента первого суда. Но, оказывается, специалист по охране прав детства Татьяна Норжиняк на деле охраняет от детей бюджетные средства.

"У нас работает одна треть, а две трети у нас в городе не работает. Нам не положено меньше восьмисот рублей опекунские платить. Как грибы они растут опекуны. И получается, что мы сейчас просто тратим свои деньги на вот этих детей".

В эфире Киров, Андрей Полозов:

Ежедневно около сотни грузовых машин курсируют между Кировым и другими регионами страны. Автопуть - самый главный источник снабжения рынков, магазинов и некрупных предприятий Вятки, так как по железной дороге товар доставлять невыгодно и неудобно. Большинство машин едет в Москву. На днях я проделал весь путь с одним из дальнобойщиков Сергеем. Сергей наемный шофер, сейчас едет в столицу на "Газели". Совместно с хозяином машины он по разным каналам, чаще по газетным объявлениям, ищет любой груз туда и обратно. За рейс в Москву можно заработать до семи тысяч рублей. Отсюда вычитаются около двух с половиной тысяч рублей на бензин, штрафы, взятки гаишникам. Сергей обычно получает при двух поездках в месяц три-четыре тысячи рублей. Работает без напарника и без охранника - так выгоднее. При этом нарушаются все мыслимые нормы труда. Например, до Москвы мы ехали без отдыха почти сутки. В столицу ведут две дороги. До последних лет ездили через Нижний Новгород. Про нижегородское шоссе Сергей говорит, что ему кажется, что долго обстреливали из минометов. Проехать по нему, не повредив подвески или колесные диски, очень сложно. Это тем более странно на трассе федерального значения, рядом с самым богатым городом страны. А во Владимирской области и вовсе кошмар - там почти вся трасса давно и безуспешно ремонтируется. Неудивительно, что после открытия новой дороги через Кострому половина потока переместилась туда. Особо стоит сказать о ценах на бензин. После выезда из столицы горючее стоит в среднем 7 рублей 30 копеек за литр 92-го. Тотальное подорожание начинается в Кировской области, там цена ниже 8 рублей 40 копеек не опускается. Шоферам это очень не нравится, и они во всю ругают местных начальников и бензиновых королей. Обедают водители в основном в одних и тех же крупных кафе. Тормозить у многочисленных мелких забегаловок и шашлычных, особенно в Подмосковье, не рискуют, в таких местах их обычно поджидают бандиты-рэкетиры. Большинство водителей спят в кабинах, некоторые ночуют у знакомых или в комнатах отдыха фирм, куда едут, так как самая дешевая московская гостиница на окраине как минимум 250 рублей. На ночлег в пути все останавливаются исключительно на постах ГИБДД, организуя огромные спальные колонны. Гаишники - вообще особая тема для дальнобойщиков. По словам Сергея, взяточники в погонах встречаются в основном под Москвой, реже в самой столице. Ни в Кировской области, ни в соседних с ней регионах он с таковыми не встречался. Нас тормозили восемь раз, чем ближе к Москве, тем чаще. Был заплачен один официальный штраф: 30 рублей за грязный номер, и одна взятка: инспектор придрался к неправильно поставленной дате на документах и наедине стал описывать Сергею все последствия нарушения - вызов ОБОПа, арест машины, гигантские штрафы для фирмы. В таких случаях понимающий водитель должен спросить - сколько? Что Сергей и сделал. Инспектор попросил положить стандартную сумму двести долларов в книжечку. В результате торгов Сергей договорился о двухстах рублях. С него много не возьмешь, так как он не владелец груза. Нередко люди в погонах занимаются вымогательством в Москве. Типичный случай - пропуск в центр для грузовиков стоит восемьсот рублей, гаишники пропускают за двести рублей без квитанции, но пару раз Сергею приходилось платить мзду дважды. Но гораздо страшнее ГИБДД для водителей придорожные бандиты. В нашей поездке был всего один инцидент. У дальнобойщиков есть заповедь: главное - не останавливаться на трассе под Москвой. Но в этот раз Сергей по технической причине остановился, и тут же рядом тормознула "девятка". С обеих сторон к "Газели" подошли лысые ребята, назвали расценки - двести рублей стоит проезд пустой машины, четыреста груженой. Пришлось платить. Ведь даже если вышибут лобовое стекло триплекс, расходов не оберешься. Но бандиты попались благородные, нарисовали что-то на бумажке для своих "коллег" по пиратству, что мы уже заплатили. Всего за последние полтора года Сергея около десяти раз обирали московские бандиты. Вообще на трассе много интересного. Ночью мужики машут с обочин картонками, предлагают любые поддельные документы, проституток полно, особенно их много почему-то во Владимирской области. Стоят почти на каждой бензозаправке и шашлычной. Цены от ста рублей и выше за один секс, спрос на них стабилен. Вся поездка заняла почти четверо суток. Бесконечные провинциальные узкие дороги, пара заносов, кончившиеся благополучно, вываливающиеся бревна из лесовоза перед нами и дикое движение в столице - во всем этом приятного мало. Однако Сергей утверждает, что очень любит свою работу, дорога для него как неотъемлемая часть жизни. Нравится управлять машиной, нравится быть в пути. А дорожные издержки - к этому привыкаешь.

XS
SM
MD
LG