Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час




В этом выпуске прозвучат лучшие репортажи первой половины 2001-го года:

- Башкирские мытарства беженцев из Чечни;
- Омские психологи против домашнего террора;
- Почему самарские парни по вечерам боятся выходить на улицу;
- Тюрьма в великолукском доме престарелых;
- Что делать с неблагополучной семьей в Оренбурге;
- Милицейский налет на мурманскую школу;
- Воронеж: кто защитит иностранных студентов;
- Саранск: чиновники против семьи Ипатьевых;
- Магнитогорск: сирот лишили последней возможности заработать;
- Череповец: как спастись от наркоманов;
- Йошкар-Ола: директора типографий вновь борются с антисоветчиной;
- Чебоксары: жизнь на отшибе.

В эфире Уфа, Артур Асафьев:

К началу нынешнего года беженцы из Чечни, приехавшие в Башкирию, оказались в тяжелом положении. Местные органы бывшей миграционной службы никак не могут наладить свою работу из-за постоянных реорганизаций в этой федеральной структуре, которая теперь называется Министерством по делам федераций, национальностей и миграции. Финансирование федеральных программ на этот год до сих пор не начато - и, по словам местных чиновников, неизвестно, когда начнется.

Трудности сейчас испытывают многие беженцы и вынужденные переселенцы, но людям, выехавшим из разрушенной войной Чечни, приходится тяжелее всего. Даже законы, в частности федеральный закон, не на их стороне. Из-за неопределенности их правового статуса люди, бежавшие из Чечни, не подпадают под закон о беженцах, ни под закон о вынужденных переселенцах. На лукавом языке бывшей миграционной службы люди, бежавшие из Чечни, называются сейчас "временно перемещенными". Нередко в Башкирии они терпят нужду, испытывают постоянные трудности с регистрацией в органах внутренних дел, не могут получить жилье и устроиться на работу. Вот, например, история семьи Ибрагимовых, она характерна для многих беженцев из Чечни. Первую войну Ибрагимовы пережили в подвалах Грозного, испытали голод, холод и чудом остались живы. Во время второй войны глава семьи Адельхан Ибрагимов получил тяжелое ранение и был прикован к постели на несколько месяцев. Как рассказывают Ибрагимовы, солдаты федеральных войск стреляли в Адельхана в упор в его собственном дворе, а потом извинялись, что, мол, спутали его с боевиком. После этого семья была вынуждена покинуть Чечню - и оказалась в Башкирии. Уже целый год они скитаются по разным квартирам в Уфе, не имея собственного пристанища. Их дом в Грозном разрушен. Глава семьи нуждается в нейрохирургическом лечении. Старший сын, бывший студент факультета иностранных языков Грозненского университета, нуждается в продолжении обучения, но башкирский педагогический университет не принимает его на свой факультет иностранных языков, мотивируя отказ нехваткой мест. Ибрагимовы обращались уже в десятки инстанций с просьбой предоставить им статус беженцев или вынужденных переселенцев, помочь хотя бы с временным жильем, трудоустройством и пособием на детей. Последнее письмо было отправлено на имя председателя российского правительства Михаила Касьянова. Судьба всех обращений была одинаковой - все они вернулись обратно в Башкирию в территориальные органы Министерства по делам национальностей и миграции, откуда Ибрагимовы начинали свои мытарства. Оттуда они получили очередную отписку, мол, статус предоставить вам не можем, а за гуманитарной помощью обращайтесь в "Красный Крест".

В эфире Омск, Татьяна Кондратовская:

Акция "Пригласи ребенка на каникулы и выходные" вызывает у жителей Омска неоднозначное отношение. Газета "Красный путь" еженедельно публикует обращение к жителям пригласить воспитанника детского дома № 5 погостить в семье в дни весенних каникул. В обращении специально отмечено, что горожане могут просто принять участие в судьбе детей, не удочеряя или усыновляя их. Ранее детский дом уже проводил опыты по адаптации детей к взрослой жизни. Осенью, например, восемь подростков жили в военной части. Но двухнедельная экскурсия в суровые будни армии - совсем не то, что радостное путешествие ребенка в семейную жизнь и неизбежное возвращение обратно. Наверное, поэтому некоторые горожане приняли призыв так близко к сердцу. 70-летняя пенсионерка Мария Григораш первая откликнулась на призыв, и уже подружилась с шестилетним Гришей Кивбабой. Все выходные он теперь проводит вместе с ней и ее внуками, а летом они собираются ехать на дачу. Как говорит сама Мария Павловна, она ничего не загадывает надолго, но пока сможет, будет малышу бабушкой. Обозреватель Ольга Коновалова считает проведение акции гуманным поступком, который поможет и сиротам, и подружившимся с ними семьям.

"Я думаю, что это гуманно. В детстве около нас был детский дом, и я и играла с детьми, они приходили к нам, и никто не думал о том, жестоко или нет возвращаться им туда".

Не все разделяют такой оптимистичный взгляд. По мнению депутата областного собрания Николая Рядового, очень опасно ставить эксперименты на детях, тем более израненных жизнью.

"Этот ребенок, который воспитывается в детском доме, у него психика и судьба израненного человека. Конечно, надо бережно относиться. Ребенок, который побывал какое-то время, там очень хорошо и потом он опять перемещается, тяжело ребенку психологически".

Органы опеки в курсе проводимого эксперимента, но надеются, что в результате дети получат родителей, их не будут брать "на прокат" даже с благими целями. Инспекторы по опеке утверждают, что попасть в детский дом могут только люди, которые твердо заявили о желании усыновить сироту, не выбирая понравившегося ребенка. До знакомства с детьми они приносят справки о своем психическом здоровье, характеристики, другие документы, с семьей знакомятся социальные воспитатели. После подтверждения серьезности намерения детей можно пригласить в гости. Педагоги считают, что большинство откликнувшихся на призыв газеты оказались не готовы к долговременным и ответственным отношениям с детьми и поэтому в отделе опеки появились один раз. Организаторы акции уверены, что власти развели бюрократию и чинят препятствия им и добрым людям. Однако главный врач области Владимир Самойлов уверен, что приоритетом должно быть спокойствие и здоровье ребенка. Семья нужна, но нельзя отдавать сироту в руки неизвестного человека, которому вдруг захотелось побыть благодетелем.

"Есть, конечно, люди, которые желают искренне помочь, а есть люди, которые ради популизма. Жизнь незащищенного ребенка может пострадать. Здесь самое главное, чтобы это все служило во имя здоровья ребенка".

В эфире Самара, Сергей Хазов:

Число случаев коррупции и злоупотребления служебным положением среди сотрудников самарской милиции увеличивается с угрожающей быстротой - сообщил на пресс-конференции начальник управления собственной безопасности ГУВД Самарской области Александр Гадлин:

"Нами сейчас уже было рассмотрено более восьмидесяти жалоб и заявлений, по ним произведено около шестидесяти служебных проверок, это за неполные три месяца, и привлечено к дисциплинарной ответственности десять сотрудников, из них пять руководителей".

В большинстве заявлений, поступающих в отдел собственной безопасности УВД, самарцы жалуются на случаи избиения и вымогательства со стороны работников милиции. Причем вымогательством чаще всего грешат не сотрудники госавтоинспекции, а милиционеры патрульно-постовой службы. Классическим примером здесь может быть ситуация, когда нечистые на руку милиционеры во время патрулирования улиц, пользуясь властными полномочиями, задерживают гражданина, предлагая ему на выбор либо провести ночь в камере предварительного заключения ближайшего отделения милиции, либо решить вопрос, что называется, тихо-мирно, заплатив им сумму в 20-30 рублей наличными. Однако, даже при наличии заявления пострадавшей стороны, привлечь к ответственности милиционера-взяточника весьма непросто. Александр Гадлин продолжает:

"Это недоказуемо, будем говорить, вчерашний день. Мы стараемся наблюдать за ним, - методы и способы у нас определены в законе об оперативно-розыскной деятельности, - и взять с поличным. Потому что взятка это - вот человек, вот деньги".

Высокая коррупция среди самарских милиционеров значительно усложняет шансы поимки преступников в погонах. В 2000-м году из органов внутренних дел Самарской области по обвинению в связях с преступными группировками было уволено и привлечено к уголовной ответственности сорок человек. Это одна, официальная точка зрения. Простые самарцы предпочитают промолчать, если речь заходит о злоупотреблениях работников силовых структур. Люди боятся жаловаться на противоправные действия милиционеров. Сейчас самарская милиция проводит операцию под названием "Вихрь-Антитеррор". Неясно, насколько это связано с проходящей антитеррористической операцией, но сейчас в Самаре стало привычным делом, когда милицейский патруль останавливается рядом с компанией подростков и якобы для выяснения личности препровождает молодежь в отделение милиции. Там оформляются протоколы за мелкое хулиганство, по которым подростки платят штраф от двадцати до сорока рублей. По такому сценарию моего 19-летнего соседа Николая самарская милиция задерживала два раза, причем промежуток между задержаниями составлял всего три дня. Как рассказал Николай, в обоих случаях он был абсолютно трезвый, не хулиганил и не сквернословил, а просто сидел на лавочке у своего подъезда, когда его забирала милиция. На мой вопрос, зачем же он тогда подписался под протоколом, обвинившем его в хулиганских выходках, юноша ответил, что легче заплатить штраф, чем доказать свою невиновность. Подавать заявление на произвол сотрудников милиции Николай не собирается. Сейчас он вообще боится выходить на улицу.

В эфире Великие Луки, Андрей Щеркин:

На глухой окраине Великих Лук, второго по величине города Псковской области, есть четырехэтажное здание. Это дом-интернат для престарелых и инвалидов. Под опекой государства в нем постоянно проживают более четырехсот человек. Это пожилые люди, инвалиды, чаще всего одинокие. Многие из них не в состоянии даже передвигаться. Для общественности стало настоящим шоком известие о том, что в доме-интернате на протяжении нескольких лет действовало помещение камерного типа, то есть обыкновенная тюрьма. Людей в нее помещали без следствия и суда, просто по воле директора. Все это вскрылось в результате многочисленных жалоб жильцов интерната и расследования, которые провели журналисты газеты "Новости Пскова" Светлана Андреева и Людмила Николенко. Вот выдержка из материалов проверки дома-интерната прокуратурой города Великие Луки: "В ходе осмотра комнаты № 110 было установлено, что входная дверь изготовлена из металлических прутьев и закрывается на навесной замок. На трех окнах закреплены металлические решетки. На момент осмотра в ней находилось пятеро мужчин". Естественно, против директора интерната Нины Коротич было возбуждено уголовное дело за незаконное лишение свободы. В ходе следствия выяснилось, что через 110-ю комнату прошло как минимум 29 человек. Срок содержания определялся директором произвольно. Многие инвалиды отсиживали до 15-ти суток. А теперь об условиях их содержания. В комнате было всего 6 коек, а в ней запирали по 10-15 человек, в результате люди спали на полу. Об этом пишет проживающая в интернате Вера Кириченко: "Врачи меня предупредили, что жить по соседству со 110-й комнатой невозможно. Так оно и вышло: постоянно раздавались крики, в 110-ю волоком тащили стариков. Ночью приходил сын директора интерната Александр Коротич, открывал комнату и начинались побои. Людей держали сутками, обросшие старики умоляли купить им сигареты, а дверь не открывали даже в обед. Тарелки с едой проталкивали в щель, а посуду с остатками пищи составляли на пол. По нужде заключенные обитатели дома-интерната ходили в банки или на газету. Все это выставлялось за дверь рядом с посудой". За время существования камеры, а это несколько последних лет, были и попытки побегов. Кто-то, сорвавшись из окна, ломал ноги, кто-то устраивал в камере пожар в надежде освободиться. В ходе ведомственных проверок и следствия, проводимых по этим диким фактам, у директора великолукского дома-интерната Нины Коротич нашлось следующее объяснение: поскольку среди жильцов вверенного ей учреждения есть люди, имевшие судимость, и их поведение порой мешает, то она и предприняла такую меру - создала свою внутреннюю тюрьму. Как ни странно, великолукская прокуратура не усмотрела в действиях директора интерната Нины Коротич состава преступления, мол, все ее действия по устройству камеры в государственном социальном учреждении были продиктованы лишь крайней необходимостью. С этим заключением категорически не согласилась прокуратура Псковской области, которая отменила постановление о прекращении уголовного дела и потребовала дополнительного расследования. Казалось бы, справедливость скоро восторжествует, но совершенно неожиданно в защиту директора интерната Нины Коротич выступила главная газета области "Псковская правда". В целом ряде публикаций директора фактически оправдывали, прямо указывая областной прокуратуре, что не стоит далее усердствовать в расследовании событий в интернате. Такая позиция областной прессы объясняется тривиально: в последнее время отношение областной администрации и прокуратуры окончательно испортились. Попросту говоря, со сменой ключевых фигур прокуратура Псковской области перестала быть карманной силовой структурой губернатора. Теперь обстановка в великолукском доме-интернате накалена до предела. Все проживающие в нем расколоты на два лагеря - сторонники директора и противники. А самому директору, которая находится под угрозой суда, явно не до своих подопечных. Вот и получается, что беззащитные старики, которых государство взялось опекать, стали сначала жертвами социальных работников, а затем разменной монетой в политических играх губернаторских и прокурорских чиновников.

В эфире Оренбург, Татьяна Морозова:

Более полутора тысяч детей по решению суда были отобраны у родителей в Оренбургской области только за последние три года. Часть из них пополнила ряды детдомовцев, часть под опекой дальних родственников или приемных родителей. Таких детей, учитывая сирот, в Оренбуржье сейчас около семи тысяч. Нерадивые родители нечасто несут ответственность за неисполнение своих обязанностей. За те же три года суды области рассмотрели всего 65 дел по соответствующей статье уголовного кодекса. Осудили по ней 22 человека. Жительница райцентра Сорочинск Раиса Щербакова в прошлом году тоже была осуждена за неисполнение родительских прав, но тут же в зале суда освобождена в связи с амнистией. И двое ее детей по-прежнему остались вместе с ней и ее сожителем в неуютном доме, где выбитые стекла закрыты подушками, а совсем недавно за неуплату отключен свет и газ. Мать и отчим не работают. Зимой младший сын, 12-летний Коля Кашелев, убирал снег в соседних домах, зарабатывая таким образом семье на хлеб. Старшим, впрочем, как-то хватало и на спиртное. Об этом рассказала старший инспектор по делам несовершеннолетних Анна Мустаева:

"Дети к матери очень привязаны. Даже был случай, когда однажды мы приехали к ним, Раиса Михайловна лежала под кроватью, вообще невменяемая она была. Еле-еле мы ее смогли вытащить из-под кровати, она не может с нами разговаривать, сидеть даже не может. Мальчики были дома. Она говорит: Колька, неси мне стакан самогона!" Он ей наливает стакан, подносит. "Колька, закурить!" Он бегом спичку, сигарету несет ей, потому что она сама совсем не может, сидит вся, трясет ее".

Сотрудники инспекции сейчас опять собирают материал для лишения родительских прав, а мальчики помещены в больницу для обследования. Год назад перед тем, первым судом, врачи оценивали их физическое развитие как очень отсталое. И вес, и рост 11-летнего Коли и 13-летнего Сережи были намного меньше нижнего предела нормы. За прошедший год мало что изменилось. Я видела мальчиков в больнице, им вряд ли дашь больше восьми и десяти лет. В материалах дела отмечено так же, что из-за постоянной грязи и запаха одноклассники не хотят сидеть с ними рядом, и в больнице их поместили в инфекционное отделение. Книжек и учебников ребята с собой не взяли, откровенно скучают, хотят в школу и домой к маме. Специалист по охране прав детства Сорочинского городского отдела образования Татьяна Норижняк тоже считает, что этих детей лучше оставить дома с мамой.

"Сейчас крайне неблагополучных семей в городе около пятидесяти. Нам последний раз пришла бумага из нашего управления образования, что на местах совершенно не занимаются профилактикой неблагополучия семей и увлекаются тем, что лишают родительских прав. Дело в том, что все детские дома переполнены. У нас открыли спецшколу, переделали в детский дом, ее буквально за месяц переполнили. Если сейчас забирать детей, в каждом третьем доме надо детей убирать. Потому что - тунеядство или безработица, нищета. Сказать, что именно эти дети на краю гибели - это неправда. Вот у меня есть справка, что их поместили в инфекцию, потому что они соматически здоровы. Они абсолютно здоровы, единственное - что они худенькие. Мы эту маму никогда не видели пьяную, сколько раз мы к ней ездили. Но то, что она пьет, естественно, понятно".

Главный специалист областного управления образования Галина Черепанова побывала в Сорочинске после того, как 14-го марта на совещании помощник областного прокурора рассказал о протесте прокурора по поводу того, что Раису Щербакову не лишили родительских прав. Галина Черепанова считает, что сорочинский отдел образования должен был о время прошлого суда выполнить требование 77-й статьи семейного кодекса и отобрать детей у родительницы. Не использовал отдел образования также и возможности передать дело в суд на лишение Раисы Щербаковой родительских прав, хотя прошло уже девять месяцев с момента первого суда. Но, оказывается, специалист по охране прав детства Татьяна Норжиняк на деле охраняет от детей бюджетные средства.

"У нас работает одна треть, а две трети у нас в городе не работает. Нам не положено меньше восьмисот рублей опекунские платить. Как грибы они растут, опекуны. И получается, что мы сейчас просто тратим свои деньги на вот этих детей".

В эфире Мурманск, Лев Коньков:

На прошедшей неделе Мурманск был взбудоражен новостью - отныне милиция для раскрытия школьных краж проводит насильственную дактилоскопию. Такой случай произошел в 5-й мурманской школе: у одной из девятиклассниц пропали сапоги, которые она оставила в кабинете. В школе и раньше происходили кражи, но прежде не бывало, чтобы в милиции возбуждали уголовные дела. На этот раз расследование началось в рекордно короткие сроки. К концу шестого урока в школе появилась опергруппа, милиционеры в штатском начали снимать отпечатки пальцев в классе с парт и подоконников. Правда, учителя так и не поняли, зачем это нужно, потому что в школе после занятий уже произвели уборку. А на следующий день после уроков в 11-й класс зашли эти же милиционеры и заявили: мы хотим, чтобы дети пошли с нами. Завуч школы Лариса Сидорова попыталась убедить стражей порядка, что делать этого не нужно. Но что может сделать завуч против милиционеров, они же все-таки представители власти. Дети под конвоем милиции были доставлены в ближайший отдел внутренних дел. Ни классного руководителя, ни завуча школы в отдел не пустили. Класс разделили - мальчиков отправили на один этаж, девочек на другой и детей стали по одному заводить в кабинет и допрашивать. Сначала фотографировали в фас и профиль, после снимались отпечатки. Вся процедура была зафиксирована на видеокамеру. У девочек кроме этого проводился осмотр вен на руках и ногах - милиционеры искали следы от уколов, подозревая практически всех учениц 11-го класса в наркомании. Только вечером дети были отпущены из отела внутренних дел. Родители детей были настолько возмущены происходящим, что собрались вместе практически на следующий день. Вместе решили требовать от милиции объяснений, писать заявления в прокуратуру, но толку из этого не вышло. Представитель милиции объяснил, что это дело раздуто на пустом месте. Иными словами, если более 30-ти подростков оказались арестованы и унижены без всякого повода с их стороны - это самый заурядный случай и удивляться здесь нечему. Но а теперь главное, почему же произошло именно такое расследование. Папа девочки, у которой пропали туфли, тоже милиционер, и не какой-нибудь постовой, а начальник дежурной смены этого самого отдела внутренних дел. И, скорее всего, все протесты родителей так и останутся без ответа.

В эфире Воронеж, Марина Корчагина:

Седьмого марта более 150-ти китайцев, студентов воронежского государственного университета, объявили бессрочную забастовку и не вышли на занятия. 11-го марта к ним присоединились и студенты подготовительного факультета. Иностранные граждане обучаются в Воронеже уже более сорока лет, и все эти годы Воронеж имел репутацию гостеприимного и теплого города. Но за последние два года ситуация резко изменилась. Все началось с того, что в прошлом году руководство воронежского государственного университета неожиданно столкнулось с тем, что от обучающихся в университете иностранных студентов начали поступать заявления о преследовании их на этнической и расовой основе, на почве политических взглядов. Часто звучала аббревиатура "РНЕ", упоминались организованные молодежные группировки, в частности, "скинхеды". В подавляющем большинстве случаев политические мотивы в инцидентах стали отнюдь не на первом месте, и массового характера это явление никогда не принимало. В этом же учебном году не проходит и дня, чтобы кого-то из иностранных студентов не ограбили или не избили. Хуже всего обстоят дела в районе университета, расположенного на окраине города. Здесь вообще райский уголок для хулиганья всех мастей. Вокруг учебного корпуса и студенческого общежития лес, а в темное время суток территория не освещается. Группы подростков нападают на иностранцев, избивают их с применениями металлических предметов, камней, палок, ножей. Есть студенты, получившие тяжелые травмы. Одна из последних жертв хулиганов - вьетнамский студент, его жестоко избили, отняли деньги, дорогие часы. Это произошло в четыре часа дня на глазах прохожих, из которых ни один не пришел ему помощь. Был избит и другой вьетнамский студент и африканская девушка, серьезно пострадал студент из Китая, ему рассекли голову, врачам пришлось накладывать швы. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала произошедшее поздним вечером седьмого марта избиение двух китайцев, студентов университета, группой малолетних воронежских хулиганов. После этого китайцы и решили, что внимания и защиты со стороны властей кроме как забастовкой не добиться. Одна из причин - иностранцы уже перестали верить в эффективность обращений в органы российской государственной правоохранительной системы. Вместо помощи и обеспечения безопасности они часто сталкиваются с равнодушием и даже враждебностью со стороны милиции. Дошло до того, что иностранные студенты начинают действовать теми же методами, что и хулиганы. После очередного нападения на своих, они собираются в небольшие отряды и выбегают с палками на улицу, чтобы отомстить обидчикам. Только в воронежском государственном университете, говорит декан подготовительного факультета госуниверситета Владимир Родионов, за счет обучения иностранцев содержится около двухсот рабочих мест. То есть деньги, которые платят иностранные студенты за обучение, это гарантированная зарплата для работников университета, деньги в бюджете вуза и города. Сейчас в Воронеже проживает почти две тысячи иностранцев. Бастующие представили администрации вуза свои требования, среди них: встретиться с патроном милиции; создать постоянный милицейский пост в районе корпуса университета и студенческого общежития; в кратчайший срок решить проблему с освещением территории. По сути требования бастующих сводятся к тому, чтобы им обеспечили безопасность и дали возможность спокойно жить и учиться. С 11-го марта в районе корпуса университета и студенческого общежития, где наблюдаются беспорядки, было организовано совместное дежурство сотрудников университета и милиции, на что иностранные студенты прореагировали так: да два-три дня походят, попатрулируют, а потом опять начнется то же самое. И администрации университета, и милицейскому начальству пришлось в эти дни сильно поволноваться. Ведь студенты всерьез собирались выполнить свою угрозу - выйти и перекрыть одну из главных улиц города или устроить митинг на центральной площади как раз в день приезда в Воронеж министра МВД России господина Рушайло. Воронежскому губернатору Владимиру Кулакову, а также мэру Воронежа Александру Ковалеву передано обращение администрации университета с подробным анализом сложившейся ситуации. Сейчас большинство студентов подготовительного факультета воронежского государственного университета снова вышли на занятия. Китайские студенты собираются продолжать забастовку до тех пор, пока их требования не будут удовлетворены. Они говорят - забастовка это единственный способ, чтобы нас услышали.

В эфире Саранск, Игорь Телин:

В состоянии осадного положения пребывают жильцы одного из домов, расположенных в центральной части мордовской столицы. Конфликт между ними и администрацией Саранска уже получил широкую огласку и, может быть, поэтому городские власти не приступают пока к активным действиям, а по всем правилам боевого искусства решили взять обитателей крепости, то есть дома, измором.

"Отопления нет, и не включали в этом году, газом топимся. Электричество отключается".

"От того, что отопление не работает, мы топимся от электричества, обогреватели и газ, газ горит постоянно, только на ночь выключаем, чтобы от пожара. Дети спят в спортивных костюмах, в шерстяных носках. Белье стирать проблематично, потому что сохнуть ничего не сохнет, сушим точно также над газом".

Семья Ипатьевых, живущая здесь, описала суть конфликта. А состоит он в следующем: дом этот двухэтажной, довоенной еще постройки, портит, по мнению городских властей, облик одной из центральных улиц Саранска. Был он признан бесперспективным по части ремонта и потому принято решение его снести, предоставив тем, кто его населяет, новое равноценное жилье. На самом же деле - совсем не новое и далеко не равноценное. Рассказывает Владимир Ипатьев:

"По закону нам полагается такая площадь, какая у нас есть, например, сто квадратов, четырехкомнатная, нам должны предоставить точно такую же площадь. Вот у нас - четырехкомнатная квартира, предлагали трехкомнатную порядка шестидесяти метров. То же дом б.у., ТЭЦ-2, мы, соответственно, отказались. Второй вариант нам предлагали б.у на "Химмаш". Это просто было на словах, что ищите б.у., потому что нового нет жилья".

Упомянутые Владимиром Ипатьевым ТЭЦ-2 и Химмаш - это микрорайоны Саранска, где существуют проблемы как транспортные, туда, особенно на ТЭЦ, очень трудно добраться, так и проблемы, связанные с экологией. Рынок же вторичного жилья в мордовской столице не выдерживает никакой критики. Это, собственно, признают и городские власти. Комментирует ситуацию пресс-секретарь администрации Саранска Галина Савинова:

"Семьи, которые выселяются сейчас из какого-то аварийного жилья, им вообще-то предлагается несколько вариантов улучшения своего жилищного вопроса. Как правило, эти семьи не идут на этот выбор, потому что, во-первых, не хотят идти во вторичное жилье, а вторая причина - не хотят уезжать из центра. В настоящее время что-то в этом плане предпринять очень сложно, потому что городской бюджет в этом году очень сложный, и приобрести для этих семей новые квартиры в настоящий момент не представляется возможным".

Нового жилья для обитателей этого дома в Саранске нет. Это при том, что и республиканское, и городское руководство на разных совещаниях, встречах и других публичных мероприятиях постоянно заявляет об увеличении жилищного строительства в Саранске. Да, жилые дома строят, но преимущественно так называемые элитные, квартир в которых для семьи Ипатьевых и их соседей нет. Предложения же им формируются по принципу: вот вам, Боже, что нам негоже - будете жить там, где мы вам укажем, равноценного жилья вы все равно не получите.

"Как один сказал чиновник, он сказал так: против системы вы зря идете, вас все равно сломают".

В этой связи Владимир Ипатьев не исключает: для того, чтобы справиться со строптивыми жильцами дома, власти мордовской столицы уже в самое ближайшее время могут отключить дом от подачи электричества и газа.

В эфире Магнитогорск, Ксения Харламова:

Принято считать, что работа больше нужна взрослым, чем детям, потому что именно взрослые должны заботиться о детях. На трудоустройство взрослых и направлены основные усилия федеральной службы занятости. Но как быть тем детям, о которых некому позаботиться? Надя Андреева сирота с самого детства, сейчас ей 17 лет, и она заканчивает 90-е училище по специальности штукатур-маляр. Все три года учебы Надя работала при училище на общественных работах.

"Обои клеила, душевые мы летом красили, полы на пятом этажи красили. Ремонтные работы. Ну где еще можно денег взять человеку, у которого нет родителей, некому помочь".

И пусть деньги были небольшими, от ста до двухсот рублей, зато выплачивались они 22-го числа каждого месяца. Такую же сумму студенты зарабатывали и на практике, правда, там получить деньги было гораздо труднее.

"Даже на практике мы работали СУ-1, чуть ли не накололи нас с деньгами. Три месяца вообще не платили денег. И то говорили - закрыли не так, как надо, хотя мы работали, как папы Карло. Тут, в училище, пошел горячий обед поел, окна покрасят, помыл, денежки тебе".

Общественные работы при училище № 90 оплачивала служба занятости в рамках программы летней занятости подростков. Но для детей-сирот служба организовывала такие работы круглый год. Как говорит завхоз училища Надежда Лебедева:

"Наши дети в основном дети из малообеспеченных семей. Они хотят работать, им даже эти 95 рублей и то какая-то помощь. Они сейчас следом за мной ходят, за Людмилой Александровной - когда можно приступить к работе? Работ у нас очень много всяких хозяйственных, но бесплатно, конечно, в наше время никто не работает. Центр занятости, мы бы хотели, чтобы и в дальнейшем они оплачивали труд наших подростков".

Но в январе этого года служба не продлила договор с училищем, хотя польза от такого сотрудничества была очевидна всем. Виной тому отмена сбора в федеральный фонд занятости и введение единого социального налога. Отныне служба занятости будет оплачивать только пособия по безработице и зарплату своим работникам, а вопрос финансирования остальных программ повис в воздухе.

"Выделяют деньги на содержание безработных, они забывают о подростках, я имею в виду центральные органы, мотивируя это тем, что это проблема территорий и территории должны решать эту проблему самостоятельно, несмотря на то, что деньги уже перечислены".

Программа занятости подростков, а также программа переобучения безработных существуют уже десять лет. Они позволяют корректировать особенности городского рынка труда и держать уровень официальной безработицы в пределах 1%. Но, как говорит Вячеслав Таркин:

"Но если пойдут отрицательные тенденции в городе, тогда да, тогда уровень скрытой безработицы может достичь и 15-ти, и 20%. И посылы к этому уже есть. Снова появляется неполная рабочая неделя, снова неполный рабочий день. Эти примеры уже есть, но это только начало года".

Это означает, что на рынке труда в городе не останется места для подростков. Для самой Нади Андреевой такой прогноз не слишком печален, через три месяца она получает диплом и становится квалифицированным специалистом. Но есть еще 94 подростка в том же 90-м училище на курс-два моложе ее, и у которых тоже нет родителей. По словам Нади:

"Им только остается, что здесь им надеяться на лишние деньги с училища, с центра занятости, им не на что больше надеяться, куда, кто их возьмет. Если мы считаемся нормальными рабочими, то остальные только учатся - и шибко делать ничего толком не умеют. Им только здесь остается, потому что и требования поменьше и времени поменьше занимает".

Городская служба занятости не собирается отказываться от помощи детям-сиротам. Вячеслав Таркин намерен бороться за финансирование этой программы из городского бюджета. Заседание городского собрания, где будет рассматриваться этот вопрос, состоится 21-го февраля.

В эфире Череповец, Иван Жуков:

В Череповце не ослабевает волна квартирных краж, грабежей и разбоев, совершенных наркоманами. Как показывает статистика, за прошедший год три тысячи череповчан заявили в правоохранительные органы о краже имущества, пострадали от хулиганов или стали жертвой разбоев и грабежей. Начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Исмаил Юнусов считает, что подавляющее большинство преступлений совершено наркоманами.

"Где-то процентов 70-80 краж, грабежей, разбоев совершается наркоманами. Я считаю, преступления, связанные с наркотиками. Цифры такие большие".

Фактически каждый шестой череповчанин - наркоман. За последнее время тяжелые наркотики, зависимость от которых возникает после первого употребления, вытесняют все другие психотропные вещества. И с каждым днем количество наркозависимых людей в Череповце растет в геометрической прогрессии. По словам Исмаила Юнусова, перекрыть все каналы поступления милиция просто не успевает.

"На сегодняшний день мы уже не удерживаем ситуацию под контролем, потому что столько уже каналов появляется. Местные мы контролировали, но когда утром приходишь на работу, слышишь, что уже привезли из Костромы, это уже новость. Чтобы контролировать, город надо, 25-30 стабильных сотрудников, тогда можем сказать - да, мы контролируем город. Сейчас сил не хватает".

Сил действительно мало, поскольку перекрыть поток наркотиков пытается всего 15 человек. Кроме того, существующее законодательство порой защищает наркоторговцев. На заседании городской Думы начальник местного УВД рассказал о том, что хорошо известного в городе наркодилера, кстати, весьма престарелую даму, несколько раз задерживали за торговлю наркотиками, но в виду ее преклонного возраста и большого количества несовершеннолетних детей отпускали на время следствия под подписку о невыезде, и она вновь и вновь продолжала заниматься своим преступным промыслом. Сегодня жители города не верят в то, что власть может их защитить, и предпочитают рассчитывать в основном только на себя.

"Не на кого надеяться абсолютно".

"Захотят, ограбят все равно. Несла сумку, пакет с банками. Прихожу - разрезан пакет".

"Как страус голову в снег или в песок, что есть под рукой, только так".

"Есть такие районы, в которых действительно страшно ходить. Раньше как-то милиция защищала, а сейчас - нет".

"У нас сигнализация сделана в квартире, собаки две. В основном надо и самим быть начеку, как говорится".

Судя по всему, столкнувшись с проблемой всеобщей наркотизации населения, власть пока не способна ее решить, ни на федеральном, ни на местном уровне. Поэтому ждать уменьшения количества наркоманов, равно как и сокращения преступлений, ими совершаемых, в Череповце пока не стоит.

В эфире Йошкар-Ола, Елена Рогачева:

Газета "Открытые новости" выходит в Марий-Эл с 97-го года. Это издание, учредителями которого являются частные лица, всегда проводило оппозиционную политику к республиканским властям, независимо от того, кто стоял во главе Марий-Эл. А потому сам процесс печати газеты осуществлялся за пределами республики - марийские полиграфисты боялись испортить отношения с властями. Уже четыре года "Открытые новости" печатались в городе Цивильск Чувашской республики. Но последний номер цивильская типография печатать отказалась. Журналисты издания считают, что это случилось потому, что и в этом, и в предыдущем номерах газета публиковала резкие материалы уже не о местной власти, а о полпреде в Приволжском федеральном округе Сергее Кириенко, и о так называемой вертикали власти. Рассказывает один из учредителей газеты "Открытые новости" Дмитрий Семенов.

"Четвертого апреля я прибыл туда для того, чтобы изготовить очередной номер газеты. Честно говоря, не знаю, либо плакать, либо смеяться, потому что ситуация была такая, просто так это не опишешь, это надо видеть. Нас встретили как всегда с приветливыми, открытыми лицами, я пошел уже в бухгалтерию оплату производить. И мне вдруг говорят: подождите минут пять, мы сейчас узнаем у директора, можно вас печатать или нельзя. Через пять минут несколько должностных лиц типографии вышли из кабинета директора, как я понял, они куда-то звонили, и говорят, что, извините, мы не можем сегодня, приезжайте в другой раз. Я был в коридоре, они ходили вокруг меня, обсуждали, кто возьмет на себя ответственность за этот выпуск. Сказали - покажи пленки. Просмотрели и сказали одну любопытную фразу: вроде бы ничего антисоветского. Судя по всему, они ожидали, может быть, увидеть что-то антипутинское. Возможно, смутила публикация о деятельности товарища Кириенко и второго полпреда Южного федерального округа Казанцева. Коллаж на первую полосу, где энкэведешный плакат с известной тетенькой в красном платке, которая плотно прижимает палец к губам и написано "Не болтай". А на правой стороне этого плакатика были размещены логотипы, в том числе и "НТВ", уже по сути ликвидированных программ. Туда вошел логотип программы Доренко, плохой он или хороший, это другой вопрос, человека выбросили из эфира, это уже тогда был симптом. И третий квадратик он был пустой, но в нем был знак вопроса, собственно сам вопрос и написано "кто?". Вот таким образом мы попытались выразить свою позицию по нынешней ситуации, сжимающейся как шагреневая кожа свободы слова в России".

У вас есть версии, откуда могло пойти такое распоряжение и почему типография вдруг начала выступать в роли цензора?

"Ситуация такая, как бы есть редакция, типография, читатель. Я полагаю, что сейчас будет отслеживаться новая тенденция. Власть должна говорить: да вы что, мы же никого не трогаем, ни в одну редакцию не ходим. Они это будут заявлять совершенно честно, потому что они будут давить типографии. Государственные типографии будут слушаться, поскольку они у них в подчинении, иерархия. А частные типографии свободно заявляют - нам "маски-шоу" не нужны, завтра же придет налоговая полиция, инспекция и всех заказчиков растеряет человек. Мы попали в рамки единого информационного пространства. Наша республика входит в Приволжский федеральный округ, Приволжский полпред господин Кириенко выжимает из этой ситуации массу для себя полезного, нужного. С каждым днем пудра демократа с его лица осыпается и виден холодный жестокий чиновник".

На ваш взгляд, ситуация с "НТВ" и ситуация воздействия на типографию - это звенья одной цепи, или это случайное совпадение?

"Ситуация с "НТВ" - это была та зеленая ракета, по которой можно давать старт к построению единого информационного пространства. Но самое страшное - что такие вещи не зафиксировать, потому что типография всегда придумает тысячи причин. Вот сегодня с утра мы все-таки пытались разобраться и побеседовать с директором цивильской типографии. Он заявляет, что там большая загрузка и называл еще десятки причин, не имеющих никакого отношения к происходящему".

Пленка злополучного последнего номера газеты "Открытые новости" уехала в одну из московских типографий, где и будет отпечатан тираж. Но журналисты очень опасаются, что скоро любое инакомыслящее издание нельзя будет отпечатать даже в Москве ни за какие деньги.

В эфире Чебоксары, Дмитрий Лишнев:

14-го января в Чувашской республике прошли выборы депутатов и глав органов местного самоуправления. Однако некоторым гражданам Российской Федерации, проживающим в Чувашии, государство не стало обеспечивать реализацию их конституционного права и, разумеется, не стала его защищать. Дело в том, что в глухих, в прямом смысле слова, медвежьих углах Чувашии люди порой узнавали о прошедших выборах лишь выбравшись из своих заброшенных, бесперспективных, как их обозвали в прошлом, деревень в крупные села, расположенные у проезжих домов. Деревушка Первое мая, изначально именуемая Поляны, один из таких заброшенных населенных пунктов. Одиннадцать домов и четыре ее жителя выбираются зимой до Сурмайданской сельской администрации только на лыжах. Семь километров заснеженной лесной дороги, разрываемой волчьими переходами, давным давно уже никем не расчищаются. С трудом верится, что старые люди еще способны самостоятельно преодолевать это расстояние с котомками за плечами.

"О выборах я узнал, когда в Сурмайдан пришли. У нас тут ни о каких выборах и не слыхали".

Говорит Василий Арефьев в ответ на вопрос, за кого же он голосовал.

"Вот в магазин надо было сходить, собрались с дедом и пошли по колено в снегу. До Суры дошли, а через нее не перейти - вода на льду. А уж назад шли - страх божий".

Точно также обстоят дела и в другой бесперспективной деревне района Березовой поляне. Когда-то на берегу Суры у живописнейшего Княжьего яра действовал пионерский лагерь, а в самой Березовой поляне отделение колхоза Присурский. Ныне домики лагеря зияют пустыми оконными проемами, из которых с корнем вырваны рамы, а от колхозного отделения остался седой пожилой бригадир Виктор Рябов, да еще семь стариков, постоянных жителей деревни.

"Я не голосовал. Раньше, бывало, к нам с урнами приезжали на выборы, а теперь давно никто не приезжает - дороги нет. Раньше хоть за сеном приезжали, дорога была, а сейчас сено не возят и дороги нет. Живем мы тут, никому не нужны. А там, кому начальство надо, сами выберут, без нас. Хорошо хоть свет есть, слава Богу. А то, говорят, недавно с нашей линии в Долгой поляне под напряжением хотели провода снять. Денег-то нет у людей, вот и воруют".

Недавно в соседнем районе по сигналу местных жителей на место хищения алюминиевых проводов линии электропередач выехал наряд милиции. Один из злоумышленников, завидев подъезжающих к ним машину, открыл огонь из карабина. Только предупредительные автоматные очереди милиционеров заставили похитителей сложить оружие и прекратить сопротивление. Оказалось, что стрельбу открыл районный охотовед, впоследствии он объяснял, что на воровство его заставило пойти сложное материальное положение. Скудная заработная плата, около пятисот рублей, не позволяла содержать большую семью. Действительно, в такой ситуации людям уже не до выборов.

  • 16x9 Image

    Артур Асафьев

    Внештатный корреспондент в Республике Башкортостан. Сотрудничает с Радио Свобода с 1998 года. 

    Родился в 1966 году в Уфе. В 1991 году закончил исторический факультет Башкирского государственного университета. Журналистикой занимается с 1990 года. Работал в независимых печатных изданиях Башкирии, сотрудничал с "Новой газетой" и изданием "Новое время"/"The New Times". Лауреат журналистского конкурса "Вопреки" имени Ларисы Юдиной 1999 года.

    Артур Асафьев ВКонтактеFacebook

XS
SM
MD
LG