Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Корреспондентский час


В этом выпуске:

- Снег в республике Коми уже идет, а школы все еще не топят;
- Врачи Кузбасса пытаются, но не могут спасти всех новорожденных;
- Тувинские учителя договариваются с властями только через суд;
- У самарских контрактников нет денег, чтобы ехать за деньгами в Чечню;
- Почему оренбургские пенсионеры боятся наступающей зимы;
- Тульская машинно-тракторная станция застряла между рынком и социализмом;
- Архангельск: страну накормит коза;
- Подмосковье: что появилось раньше - яйцо или посредники?
- Обнинск: туберкулез наступает;
- Астрахань: кто научит спасателей спасать?
- Иваново: как телевышка выгнала детей из школы;
- Череповец: где взять газ?
- Красноярск: как избавиться от газа?
- Псков: избиение журналиста преступлением не считается.


В эфире Сыктывкар, Николай Зюзев:

В республике Коми спустя месяц с лишним после начала учебного года сотни школьников занимаются в неотапливаемых классах. Для северного региона, где давно уже поздняя осень, ночные заморозки, дождь со снегом, - это означает, что дети и учителя не просто мерзнут, а всерьез рискуют собственным здоровьем, причем, все эти школы - сельские. В одном только Корткеросском районе не работают котельные в трех крупных школах, в которых учатся несколько сотен детей. Причина - отсутствие топлива. Если в городах власти республики этот вопрос урегулировали и с энергетиками, и с поставщиками топлива, то до деревни не снизошли. Среди пострадавших и средняя в школа в поселке Нижняя Омра Троицко-Печорского района. Говорит заместитель главы районной администрации Виктор Широков:

"Всегда эта проблема решалась, но - по-русски решалась. Пока петух не клюнет, никто не пошевелится. Пока шевеления нет. То есть, все обсуждают эту проблему, все думают над ней, звонки, факсы, все задействовано, - но пока топлива нет".

В Удорском районе весь сентябрь промерзли в классах ученики сразу 11-ти школ. За долги отключено тепло в ряде сельских профтехозучилищах республики. Но к самым тяжелым последствиям может привести срыв северного завоза в труднодоступные села и там готовы к наихудшему. В дальнем селе Петрунь Интинского района похоже остаются без солярки на зиму. Директор средней школы Татьяна Канева полагает, что учебный год может сорваться:

"Если солярки не хватит в течение учебного года, то учебный год останется незавершенным".

Уровень жизни в селах республики Коми все дальше отстает от городского. Здесь дольше ждут, когда выплатят зарплату, здесь выше безработица и самые холодные школы.

В эфире Кемерово, Ирина Сербина:

Более половины беременных женщин Кемерово страдают анемией, это патологическое состояние крови, связанное с недостатком питания и экологическими фактами. По мнению медиков, только 7% новорожденных можно считать условно здоровыми. При этом растет число малышей с врожденными аномалиями, пороками развития, часто несовместимыми с жизнью, так же количество преждевременных родов. По данным областного бюро медицинской статистики, в период с 1997-го по 1999-й год число преждевременных родов составило 3% от общего количества, а уже за 8 месяцев 2000-го года в роддоме №1 число преждевременных родов превысило 9%. Среди детей, рожденных с весом до одного килограмма, только 16% рождаются живыми. В течение недели 64% из них погибают. Были случаи, когда врачам удавалось выхаживать детей с весом 540-600-700 граммов. Для таких пациентов необходимо специальные инкубаторы - кювезы. Эта дорогая аппаратура не по карману кемеровским больницам, а в роддомах маленьких городов их практически нет. Имеющиеся у кемеровских врачей кювезы морально устарели, в них невозможно поддерживать необходимую для спасения недоношенных детей температуру тела. Говорит врач-неонатолог роддома № 1 Ольга Иванникова:

"Недавно у нас рождалась двойня, два мальчика с весом 450 и 500 грамм. С дыхательной аппаратурой мы справились, то есть легкие смогли расправить, но не могли, к сожалению, поддерживать температуру тела, в связи с чем от родовой травмы у нас дети погибли".

Огромная проблема родильных домов это отказные, брошенные дети. В роддомах и детских больницах Кемерово одновременно находятся по десять брошенных детей. Большинство из них не могут быть усыновлены - не разрешают невропатологи. "Ненужные" дети ждут своей очереди в Дома ребенка иногда несколько недель. Все это время их необходимо кормить, лечить, пеленать. Денег на это нет. Главный врач третьей городской больницы города Кемерово Михаил Алекстанов сетует на то, что их роддом сегодня фактически работает на весь город и север Кузбасса, потому что родильный дом областной больницы - уже во второй раз за 2000-й год - закрыт на ремонт. С марта этого года по той же причине не работает роддом номер 5. Городская больница с трудом справляется с наплывом пациенток из всего Кузбасса. Сюда везут на так называемые трудные, осложненные роды. При этом дополнительного финансирования из областного бюджета городская больница не получает. От каждой женщины, которая рожает в этом роддоме, требуется принести из дома буквально все - от лекарств до мыла, пеленок, растительного масла, которым обрабатывают кожу малышей. Одноразовые шприцы, капельницы, детское питание - все это мамы оплачивают из своего кармана. Если родители не купят необходимый ребенку дорогостоящий антибиотик, врачи не смогут спасти его. Кровь и плазму для тяжелобольных детей тоже должны обеспечить родители. Не хватает аппаратуры. В роддоме, который обслуживает половину области, всего четыре аппарата для искусственной вентиляции легких. Если детей, которые не смогут самостоятельно дышать, окажется больше, то их немедленно нужно перевозить в отделение реанимации детской многопрофильной больницы. А транспортировка может только ухудшить состояние крошечного пациента. Не хватает необходимых внутривенных катетеров. Маленьким детям приходится ставить катетеры пупочные, что вполне может привести к осложнениям, например к некрозу печени. Самая сложная кропотливая работа ложится на плечи среднего медперсонала, и зачастую именно внимательное человечное отношение к детям, профессионализм медсестер и врачей - это единственное, что позволяет детишкам выжить. За такую работу государство платит врачам около 50-ти долларов в месяц, а медсестрам - меньше 20-ти.

В эфире Кызыл, Александр Филатенко:

В центре внимания общественности Тувы в эти дни остается забастовка учителей вечерней школы № 1. Дело в том, что в Кызыле не хватает школ. Поскольку число школьников постоянно растет (прежде всего, за счет приезжих из села), а новых школ не строится, то в некоторых школах - если не сказать во всех - дети вынуждены заниматься в три смены. Вот администрацией города совместно с городским отделом образования и было принято решение о реорганизации школ, в том числе и о слиянии вечерней школы № 1 с учебно-производственным объединением "Аныяк". С этим категорически не согласились педагоги школы и сразу же начали акцию протеста. Несмотря на то, что прокуратура признала действия администрации и ГорОНО законными, преподаватели продолжают выставлять пикеты у здания администрации, проводят другие акции, но работать в новом здании не соглашаются. Городской отдел образования, сославшись на законность своих действий, подтвержденных прокуратурой, начал набор новых преподавателей в вечернюю школу вместо бастующих. Приняли уже 27 заявлений от других педагогов, согласившихся работать в вечерней школе. Возможно, все так и "спустили бы на тормозах", но на прошлой неделе в конфликт вмешались вначале депутаты городского, а затем и верховного хурала Тувы, которые, судя по всему, акцию протеста педагогов поддержали, и конфликт только обострился. Во время посещения школы один из скандально известных депутатов Владимир Арусол, являющийся лидером движения "Свободная Тува", пригрозил физической расправой заведующей отделом народного образования города, если она не отменит приказ о переводе вечерней школы в новое здание. Мэр Кызыла тут же, со страницы городской газеты "Центр Азии", обратился в прокуратуру о возбуждении против депутата уголовного дела по факту угрозы физической расправы, и сам пригрозил бастующим педагогам тем, что классы вечерней школы уже сформированы, и если они продолжат акцию протеста, то их место займут другие. Обиженные преподаватели намерены обратиться в суд.

К слову сказать, подобное отношение к учителям в Кызыле стало уже нормой. Любые возникающие проблемы в городе учителя решают только через забастовки и суды. К примеру, до сего дня под арестом находится так называемый седьмой счет администрации города, на котором аккумулируются средства на зарплату. По решению суда с него снимаются деньги на непроиндексированную вовремя зарплату и на оплату так называемых забастовочных дней учителям в прошлом году. Несколько месяцев учителя бастовали, и им не выплачивали зарплату. Через суд они потребовали возместить ее в размере двух третьих. А не так давно на два дня был арестован основной счет администрации города. С него сняли деньги на методическую литературу учителям. Всего, по официальным данным, уже погашена задолженность по заработной плате учителей в размере 48 миллионов рублей, на сегодняшний день остается выплатить еще 7 миллионов. Скорее всего, на погашение этой задолженности и пойдут те девять с половиной миллионов рублей, которые Минфин республики перечислил 6-го октября из поступивших в республику трансфертов. А это значит, что будет задержана выплата текущей заработной платы. Впрочем, в Министерстве финансов Тувы уверены, что все проблемы с выплатой зарплаты учителям возникли как раз по вине администрации города и самих учителей.

В эфире Самара, Сергей Хазов:

29-го сентября военнослужащие-контрактники Чернореченской комендантской роты пикетировали здание штаба Приволжского военного округа. "Нищета, в которой по вине Министерства обороны оказались сегодня военные из Черноречья, стала главной причиной пикета", - заявил организатор акции протеста, председатель общественной организации инвалидов локальных войн "Феникс" Вячеслав Толстов. Без малого двести военнослужащих Чернореченского гарнизона до сих пор не получили от командования ПриВО жалования за свою июньскую командировку на Северный Кавказ. Чиновники Министерства обороны обещали выплатить каждому контрактнику жалование в размере от 25-ти до 30-ти тысяч рублей в зависимости от выслуги лет и воинского звания. Однако, когда военные в июле вернулись из Чечни домой в Самару, выяснилось, что деньги за службу по контракту они получат не скоро. Как объяснили бойцам из Черноречья чиновники штаба Приволжского военного округа, к ним не поступало никаких документов, подтверждающих участие контрактников в боевых действиях. Рассказывает военнослужащий Сергей Понтюхов:

"И, как нам тут объясняют, говорят - "получите на базе половину суммы, а потом езжайте в Моздок, в Ханкалу, в Ростов-на-Дону и получайте в тех банках".

Поехать за обещанным Министерством обороны жалованием на место прежней дислокации своей части, а именно в Чечню, самарские военные не могут, на это у них просто нет денег. Как сказал контрактник Сергей Понтюхов:

"Эта наша проблема не волнует никого. Волнует тех, кто там воевал, кто там с БТРов падал, кому голову пробивало, это волнует. Кто здесь сидит в этом штабе - это никого не волнует".

С 5-го по 10-го октября военным из самарского гарнизона Черноречье предстоит отправиться в новую командировку на территорию Чеченской республики. Многие офицеры опасаются, что она может оказаться для них очередной поездкой в долг.

В эфире Оренбург, Татьяна Морозова:

В центре Оренбурга, в доме по проспекту Победы 12 "А" остались практически одни старики, живущие в нем с основания, то есть - 41 год. Дом, когда-то построенный шелкокомбинатом "хозспособом" (а значит - не слишком капитально), нуждается в более бережном уходе, чем современные панельные многоэтажки. Но муниципальное ЖЭУ-29, которому дом передан несколько лет назад, не слишком-то прислушивается к просьбам и даже крикам о помощи жильцов этого дряхлеющего дома. Три года они писали сначала заявки, потом письма, потом жалобы на протекающую крышу, разломанную во время очистки снега, и все - безрезультатно. Более того, их заявка на ремонт в ЖЭУ уже считалась почему-то выполненной. Это обнаружила, придя туда с очередной жалобой, пенсионерка Назия Хасанова.

"Я увидела в журнале - "выполнено". Тогда по "народному телефону" позвонила. Появилась статья в газете. Ну, думаю, сейчас ко мне уже придут, но ничего подобного".

Старший сын Назии Хасановой погиб, исполняя свой воинский долг в Средней Азии. Квартплату она вносит исправно и не понимает, почему безнаказанно могут не исполнять свой служебный долг оренбургские коммунальщики. Крышу кое-как, поставив резиновые заплаты на гвоздях и цементе, вместо жести, отремонтировали, и то - лишь после того, как жильцы попали на прием к заместителю главы администрации области. Но остались следы трехлетнего затопления - черные потолки, с отвалившейся местами штукатуркой. Серьезный ремонт не под силу старикам, да и должны ли они это делать? Нет, считает ветеран войны Вячеслав Кильбятьев, чья квартира тоже пострадала.

"Почему мы такие? Потому что, думаешь, старики тоже в Чечне, мытарства какие. Вроде раз скажешь, второй раз, третий раз стыдно уже идти, должны сами понять. Как же так, у меня квартира приватизирована, но они этот ущерб принесли".

Еще один адрес, тоже центр Оренбурга - улица Богдана Хмельницкого 2 "А", дом строили после войны пленные японцы. Живут тут рядом с центральным рынком не только старики. И хотя проблемы у жильцов другие, отношение ЖЭУ-29 к нуждам бывшего ведомственного, а теперь муниципального дома, - такое же. Полтора года ЖЭУ не выполняет обещание закрыть три ямки у подвальных окон.

"У нас уже чуть не случилась трагедия. В прошлом году в декабре, когда подъезд не был освещен, ждали электромонтера, вышла женщина, 70-летняя пенсионерка и упала в эту яму. Потому что по пешеходной дороге невозможно было ходить, скользко, она пошла вдоль дома".

Рассказывает Флюра Хасанова, жительница этого дома. Но самые большие проблемы создает близость рынка. Торгующие и покупающие вопреки всем дорожным и санитарным нормам устраивают туалеты и стоянки машин под самыми окнами. Зимой в квартирах пахнет бензином, летом еще хуже - разлагающимися отбросами. Жалобы во все инстанции, в том числе открытые письма в местных газетах, телерепортажи - остаются без ответа. Жильцы делают свои выводы:

"Мы никому не нужны, наши голоса, видимо, только нужны накануне выборов. Столько времени просили с этой автостоянкой. Это незаконно, здесь положено 10-метровые иметь, как минимум, под окнами. К нам же загоняют через тротуар прямо под форточки. Дышать нечем, деревья ломают варварски, из-за стоянки грязь, антисанитария. Ну почему мы должны в таких условиях жить? Хотя бы дожить бы нам дали, чистым воздухом подышать".

Не лучше обстоит дело и в многоэтажках, это показали летние ливни. А на носу зима, которая обещает быть морозной.

В эфире Тула, Сергей Новиков:

В этом году в Тульской области "де-факто" появилось еще 30 колхозов, осталось только оформить их существование "де-юре". Сейчас вместе с остальными коллективными хозяйствами они заканчивают сельскохозяйственный сезон. Особыми успехами пока не блещут. Необычна родословная новых колхозов. Это в первом поколении потомки машинно-тракторных станций или районных предприятий "Агросервис". В самом начале 90-х годов система централизованного обслуживания сельхозтехники в районах была разрушена. Ремонтом тракторов, комбайнов, сеялок и сноповязалок вынуждены были заняться сами сельские товаропроизводители, вне зависимости от формы собственности. В 97-м году, после прихода к власти коммунистов, районные предприятия по обслуживанию и ремонту сельхозтехники были срочно восстановлены. В это дело вложили огромные средства. В начале все новые хозяйствующие субъекты получили ностальгическое название "машинно-тракторные станции", затем некоторые были переименованы в "агросервисы". Но не в названии, конечно, дело, а в том, что работы для них не нашлось. Во-первых, техники в хозяйствах заметно поубавилось, а во-вторых, денег на ремонт и обслуживание у сельских товаропроизводителей не стало. В общем, то, что еще хоть как-то шевелится, до сих пор ремонтируют в основном сами хозяйства, своими силами. Наболевшим делится директор предприятия "Дубна-агросервис" Николай Шариков.

"В прошлом году для Дубнинского района мы сделали всего три двигателя и два трактора. Должны мы делать порядка сто комбайнов зерновых, порядка две тысячи двигателей. Все есть, и рабочие есть. Должны мы делать технических обслуживаний порядка полторы тысячи условных единиц в течение года. Ничего этого не делается".

И вот, чтобы не разгонять МТС и агросервисы, областные и районные власти занялись колхозным строительством. Закрепили за каждым предприятием землю, благо заброшенной пашни в Тульской области столько, что вполне можно накормить какую-нибудь Швецию. Отдали развалившиеся коровники и свинарники, и вперед. Техника своя есть, рабочие руки тоже.

"Сельхозтехника должна бы заниматься своими делами, своими ремонтными делами, ремонтировать животноводческие фермы. И все то, что движется, что ездит в колхозах, совхозах - нам бы ремонтировать, а мы начинаем пахать, сеять. Наверное, не у нас только это одних. В области сейчас много сельхозтехник уже стали колхозами, совхозами. Делать дополнительно еще 30 колхозов, которые вряд ли справятся с тем, чтобы было изобилие у нас зерна. Это - чтобы совсем не пропасть, чтобы удержаться. Но держаться сколько можно? Я вот работаю здесь 45 лет уже. Когда-то мы были побогаче, когда-то были и победнее, но сейчас все нам говорят - давайте держитесь. Можно было бы держаться, если бы знать, сколько держаться - год, два, три? Это еще можно как-то мобилизовать, можно проявить патриотизм. А если держаться всю жизнь?"

Но как можно удержаться, если проводить такую техническую политику, какую проводит администрация Тульской области? Три года назад на бюджетные деньги для уборки кукурузы было закуплено 82 комбайна-доминатора немецкой фирмы. Доминатор, конечно, машина хорошая, но он окупает себя при урожайности зерновых свыше сорока центнеров с гектара. В Тульской области в последние годы в среднем выходило на круг 13 центнеров.

В эфире Архангельск, Владимир Ануфриев:

Если прежде в деревнях архангельского севера величали кормилицами коров, помогавших выжить в любое лихолетье, то теперь так уместней именовать коз. Поголовье буренок сокращается. По данным областного комитета государственной статистики, за год коровье стадо уменьшилось более чем на шесть сотен голов, а численность коз, напротив, на глазах растет. Этих домашних животных можно увидеть мирно пасущимися на газонах даже в центральной части Архангельска. В пригородной деревне Степановская, где несколько десятков домов, еще прошлым летом всех коз можно было пересчитать по пальцам одной руки, теперь ими обзавелись многие. Появилась козочка и у семьи Людмилы и Валерия Фоминых, в которой девять детей мал-мала-меньше, а единственный постоянный доход - детские пособия, работы в деревне нет. Естественно, живут впроголодь, отчего дети отстают и в росте, и в развитии. Теперь, по словам главы семьи, с козами им станет легче. Со временем будут свои молоко и мясо.

Случается, козы изменяют и весь уклад жизни человека. Так, горожанка Фаина Гулакова завела их, и теперь не в силах бросить - вот и осталась зимовать в глухой архангельской деревеньке Денисовской, где всего-то шесть дворов, а на зиму живыми остаются только два, если считать домом избушку самой Фаины Гулаковой, переделанную из бани. А до ближайшего села с магазином пять километров.

Нужно отдать должное властям, они оценили значение коз для выживания людей в деревнях, рабочих поселках и решили помочь создать высокопродуктивное стадо коз в личных подворьях Архангельской области. Как сообщил заместитель генерального директора департамента агропромышленного комплекса областной администрации Александр Суворов, на селе много людей, которые не могут содержать коров. Молодым для этого подчас не хватает времени, а пожилым - сил. Уход за козами менее трудоемок, поэтому в области и принята программа разведения коз высокоудойной заанинской породы. Они способны давать до пяти литров диетического молока в сутки, а шерсть - прекрасный материал для народных промыслов. Племенных животных завозят из Пермской и Тверской областей, а разводят на специальной ферме под Архангельском.

Желающих приобрести породистых коз больше, чем возможности фермы. Только от пенсионеров Архангельска подано более двухсот заявок на козлят. Местные острословы давно окрестили надои на архангельских молочных фермах "козьими", поскольку в стойловый период здесь в большинстве хозяйств с трудом надаивают от коровы по три литра молока в сутки. Похоже, скоро это уже не будет выглядеть шуткой, здесь всерьез подумывают о товарных козьих фермах. В областной агропром уже пришли заявки от двух сельских общин на племенных животных.

В эфире Подмосковье, Вера Володина:

Птицеводы Московской области втайне мечтают о запрете ввоза в Москву и область яиц, произведенных в соседних областях. Конечно, более дешевое ярославское или тверское яйцо торговые предприятия приобретают охотнее, да и сам производитель-сосед доволен, что попал на насыщенный деньгами столичный рынок. Этот рынок прежде монопольно обслуживался подмосковными птицефабриками, они вообще производили совсем недавно каждое десятое яйцо в России. Москва сегодня потребляет все те же два миллиарда яиц в год, что и в 80-е годы, правда, областные птицефабрики завозят теперь в Москву лишь половину. По самым скромным подсчетам, в этом секторе рынка оборачивается немало денег - 20 миллиардов рублей, по крайней мере, и из них - не менее сорока процентов - это улов посредников, охотно работающих с поставщиками из других областей. А местный производитель зачастую против своей воли является прикрытием для желающих уйти от налогообложения посредников, считает директор крупнейшей в Подмосковье Щелковской птицефабрики Виктор Литвинов.

"Везут из Тулы, везут из Рязани, везут из Ярославля, везут из Костромы, везут из Челябинска, везут из Свердловска, везут из Тюмени, из Белоруссии. Везут не сами. Вы посмотрите, пойдите купите в магазине белорусское яйцо, которое по накладной пришло именно с Белоруссии, которое пришло с Тюмени. Нигде вы этого не найдете. Садишься - и начинаешь звонить одному, другому, третьему, пятому, десятому магазину. Прозвонил, кто-то возьмет, кто-то не возьмет. Мы приезжаем, они говорят - привезите пять коробок. Мы производим тысячу коробок, а им привезти пять коробок. Вот разделите это - 200 магазинов нужно в день объехать. А почему пять коробок? Да им нужен наш документ, наш сертификат, нужны наши накладные. Потому что это все проходит по официальной бухгалтерии, а кроме того, мы не знаем".

А директор Ногинской птицефабрики Александр Шаров уверен, что отрасль разрушает и то, что и сам производитель отлучен теперь от такого гарантированного спроса как государственный заказ. Все сливки от снабжения продуктом армии, больниц, школ получают посредники, и получают - из того самого бюджета, который те же самые птицефабрики за неполный год пополнили уже на полмиллиарда рублей.

"Госзаказ полностью спущен на посредников. То есть, на сегодняшний день, этот госзаказ оккупировал криминалитет, полуфинансовый криминалитет. Они приезжают, сбивают нам цену и в ту же воинскую часть, те же детские сады, те же больницы, тюрьмы везут нашу же продукцию по той же цене, как мы отпускаем, но там уже заложена дельта, на которую они работают. Что здесь надо большие усилия правительства Московской области, чтобы навести порядок?"

Кстати, узнать, по совету Александра Шарова, по каким ценам приходит то же самое яйцо в отдельно взятую воинскую часть или больницу, оказалось делом не простым. Директора же уверены, что немало было бы сэкономлено бюджетных средств, если бы контролировались цены государственного заказа.

В эфире Астрахань, Владимир Тимков:

Астраханские спасатели не могут оказать помощь при возникновении чрезвычайных ситуаций на Каспии. 29-го августа небольшое рыболовное судно из Астрахани ТТР-8 при переходе в Баку попало в шторм, израсходовав все топливо, подало сигналы бедствия. Но помочь рыбакам, попавшим в критическую ситуацию, смогли только пограничники, после того, как стихло волнение на море. Астраханские спасатели просто не могли прийти на помощь, потому что своих вертолетов у них нет. Астраханский МЧС оказывает помощь, в основном, только в городе, и из средств передвижения у спасателей есть только автомобили. База спасателей астраханского аэропорта арендует вертолеты у частных компаний, но только если за вылет кто-нибудь заплатит. Поэтому на ситуацию, в которых жизни астраханских рыбаков оказались в реальной опасности, в Астрахани никто не среагировал.

Еще одним доказательством того, что астраханские спасатели не готовы к оказанию помощи на Каспии, стали учения, проводившиеся с 14-го по 16-е сентября. В учения принимали участие спасательные службы Астраханской области, Калмыкии и Дагестана, то есть всех регионов России, прилегающих к Каспийскому морю и еще 28 спасательных организаций различных ведомств. Однако при оказании помощи условным пострадавшим у спасателей возникли многочисленные проблемы. Спущенную на воду моторную лодку завести не удалось. Когда с другого судна спустили еще одну моторную спасательную шлюпку, мотор на ней тоже не завелся, и она не тронулась с места. Не меньшие проблемы возникли и при попытке оказать помощь терпящим бедствие с воздуха. Пилот вертолета не смог опуститься и зависнуть над теми, кто изображал терпящих бедствие, и спасатели не сумели выйти из самолета. Непонятно при этом, почему в целом подготовка была признана соответствующей требованиям. В действительности единственная часть учений, завершившаяся успешно, была теоретическая. И все это позволяет сделать вывод, что служба спасения пока только теоретически готова к оказанию помощи при аварии на Каспийском море. Конечно, объяснить это легко - недостаток средств, плохая техника, отсутствие у пилотов вертолета необходимой практики и, соответственно, опыта. Сами учения проводились в первый раз.

В эфире Обнинск, Алексей Собачкин:

В Обнинске - чрезвычайная ситуация: в этом году в городе уже два человека умерли от туберкулеза. 15 лет назад это не могло присниться в самом кошмарном сне. Тогда регистрация одного больного туберкулезом за год рассматривалась как редкий, уникальный случай. Сейчас в Обнинске регистрируется один-два больных туберкулезом в неделю. Давно забытая чахотка не на пороге, она - уже в нашем доме. Статистика угрожающая. В Калужской области, в которой находится Обнинск, насчитывается около тысячи зарегистрированных туберкулезников, а сколько незарегистрированных? Умершей от этой болезни в Обнинске женщине диагноз был поставлен только после смерти. Известно, что на одного выявленного инфекционного больного приходится 5-10 невыявленных. В СССР была создана надежная система профилактики туберкулеза. 90% людей ежегодно проходили флюорографию, проверяли на туберкулез буквально всех детей. Сейчас система профилактики туберкулеза рухнула, флюорографию стало проходить необязательно, поэтому в Обнинске обследуются всего около 30% населения. Под контролем врачей остались только школьники. В Калужской области удельный вес инфицированных выше, чем по стране в целом. Это вызвано еще советским указом о 101-м километре, по которому сюда ссылались бывшие заключенные. Их здесь много, а там, где зэки, там и туберкулез. В основном это болезнь людей дна, а на дне становится людей с каждым годом все больше и больше. А еще скоро к нам вернутся тысячи амнистированных, многие из них больны. В 20-ти километрах от Обнинска находится туберкулезная больница Минздрава России. Лечебное оборудование устарело, денег на его обновление нет, нет денег и на ремонт, а он нужен не для красоты. Сырость, темнота и холод - наилучшие условия для размножения туберкулезной палочки. Эти условия в больнице созданы. Последний ремонт проводился 10 лет назад. Что тут говорить, однажды больницу вообще чуть было не закрыли, так как не было денег на то, чтобы мыть полы с хлоркой. Когда санитарные врачи приняли постановление о закрытии больницы, Минздрав деньги на хлорку нашел. На питание больных выделяется 15 рублей в день. По самым скромным подсчетам нужно в 3-4 раза больше. В прошлом году на лечении в этой больнице находилось 606 человек, из них умерло 34. В этом году ушли из жизни уже 20 больных. И это в одной из лучших туберкулезных больниц России.

В эфире Иваново, Елена Смагина:

29-го августа, в день переклички, учителя и родители школьников, обучающихся в школе № 2 города Родники, узнали, что детей из школы выселяют. Здание школы по решению родниковской администрации должно быть передано в долгосрочную аренду частному предпринимателю Чернышеву, который, в свою очередь, сдаст его в аренду центру отдыха ветеранов. Его решила открыть бывшая заместитель главы родниковской районной администрации, а ныне - заведующая областным отделом социальной защиты, Валентина Рыбина. Детям предложили перейти в школу, добраться до которой можно, лишь преодолев пешком три километра. Выселение назначили на 3-е октября. Не теряя времени, родители и учителя направили письма во все вышестоящие органы власти, включая заместителя председателя правительства России Валентину Матвиенко и генерального и окружного прокуроров. Все письма вернулись в родниковскую районную администрацию. Неужели забота о ветеранах заставила чиновников воевать с детьми?

Увы, все оказалось гораздо банальнее. В так называемом центре собираются оборудовать самый современный компьютерный комплекс с выходом в Интернет, возможностями видеографики, созданием собственного сайта, стационарную и передвижную телестудию, музыкальную студию. Все оборудование профессиональное, общая его стоимость - порядка одного миллиона долларов. В области началась предвыборная кампания во все органы власти, а в Родниках есть 107-метровая телевизионная вышка. Только непонятно, под какими лозунгами областные власти собираются провести эти выборы, явно не под призывом "Все лучшее детям".

В эфире Красноярск, Александр Макаров:

Уже несколько месяцев в Красноярске нечем дышать, постоянно пахнет тухлыми яйцами. Экологи быстро определили, что это сероуглерод и сероводород. Причем, превышение предельно допустимой концентрации просто запредельное. Российские, и без того мягкие нормы, превышеныя в несколько десятков раз. Оба эти вещества считаются достаточно вредными, но особо опасен сероводород. Он, по словам начальника отдела краевого санэпиднадзора Игоря Метешева, оказывает сильное негативное влияние на психику. У беременных женщин сероводород может спровоцировать преждевременные роды.

Виновники газовой атаки на Красноярск хорошо известны. Жителям маленького пригородного поселка Фестивальный страшно не повезло - они живут в серном угаре почти десять лет. Расположенное неподалеку озеро стало шламовым полем двух крупных красноярских предприятий - целлюлозо-бумажного комбината и биохимического завода. Ежедневно они сбрасывают туда десятки тонн отработанной технической воды. Последних пару лет запах тухлых яиц доходит и до Красноярска. А с недавнего времени при восточном ветре накрывает весь миллионный город. Нет спасения даже в элитных жилых районах. По мнению экспертов, это шламовое поле давно уже выработало свои ресурсы, поэтому необходимо строить новое. Причем, уже есть проект, предполагается расположить новый отстойник поближе к Енисею. Экономически очень убедительный вариант, однако, по мнению экологов, через короткое время сероводород и сероуглерод накроют Красноярск так, что нынешнее злоключение покажется жителям краевого центра милой шуткой. Разрешения на строительство пока не дали, но рано или поздно эту проблему придется решать. Местные власти практически не в состоянии контролировать ситуацию. Для того чтобы закрыть предприятие, загрязняющее окружающую среду, необходимо, как минимум, массовое отравление жителей города. А до тех пор, пока два десятка красноярцев не оказалось в больницах, городской комитет по экологии может только штрафовать руководителей этих предприятий на смешные суммы. Самый крупный штраф составил 20 тысяч рублей. При условии, что эти издержки руководителям предприятий, как правило, компенсируются, наказания выглядят чисто символически. И это - не говоря о социальных последствиях закрытия промышленного предприятия, которое зачастую дает работу десяткам тысяч людей. Впрочем, представители "Гринпис в России", специально приехавшие в Красноярск, полагают, что выход есть. Жителям города, занедужившим в результате сероводородных выбросов, необходимо получить в поликлинике медицинскую справку о причине своего недомогания и подать иск в суд на руководителей предприятий, загрязняющих воздух в Красноярске, с требованием возместить материальный и моральный ущерб. Когда таких исков станет достаточно много, городские власти больше не смогут отмахиваться от этой проблемы.

В эфире Череповец, Иван Жуков:

Городские котельные и крупные промышленные предприятия испытывают острую нехватку газа. Часть заводов остановила свои агрегаты, часть работает в аварийном режиме. Городские котельные перешли на ручной режим работы. Руководитель череповецкого коммунального хозяйства Василий Семичев не исключает возможность техногенной катастрофы.

"Вообще-то очень сложно вести процесс и здесь возможны аварии, аварийные ситуации вплоть до взрыва".

Долгов за газ у города нет. Однако владельцы газовой трубы, резко снизившие давление газа в магистралях, объясняют ситуацию трудностями переживаемого периода и сверхнормативным перерасходом голубого топлива. Пресс-секретарь "Вологдарегионгаза" Юрий Багатурия прокомментировал эту ситуацию так:

"Начало отопительного сезона и, главным образом, систематические сверхдоговорные суточные переборы газопромышленностью создали острый дисбаланс между возможностями и потребностями. Одним словом, сложилась объективная ситуация, когда газа в трубе просто не хватает".

У череповецкого предприятия "Фанеро-мебельный комбинат" лимиты еще не исчерпаны, и за газ оно платит исправно. Тем не менее, по словам руководителя ФМК Евгения Короткова, его предприятие несет прямые убытки.

"Предприятие простаивает, сегодня работает на уровне 50%. Если пересчитать на убытки, это порядка 800 тысяч каждый день. У нас заключен договор с поставщиками и, где бы мы не находились, мы все равно газ должны получить. Мы, кроме того, что - технология, мы еще отапливаем жилой район, в жилом районе живут дети, люди, детские сады. Мы-то платим, почему должны дети страдать от того, что не хватает газа. Контролирующие органы, государственные органы должны себя проявить на самом деле железной рукой. Почему это до сих пор не решается - для меня загадка".

Сами того не желая, череповчане уже до тонкостей изучили - каково нормальное давление газа, при каком давлении исчезает тепло в квартире, при каком полностью встает фанерно-мебельный комбинат и дохнут куры на местной птицефабрике. Пока их знания чисто теоретические, однако, череповчане считают, что подобное поведение газовиков просто недопустимо.

"Это ужасно просто, это ужасно, потому что без этого нельзя жить".

"Не по-честному они поступают, и поэтому надо, чтобы в первую очередь заинтересованы они были, о народе забота была, а потом уже свои проблемы".

"Это просто газовая служба экономит за счет средств населения".

"Много чего и так не хватает, если и газ, до кучи, - так это мало что изменит. И так настолько хреново живем, что хуже уже некуда".

Ситуация действительно непростая, и решить ее на местном уровне достаточно сложно. Приходится признать, что своевременный расчет за газ уже не является гарантией бесперебойного снабжения города голубым топливом. И что за этим стоит - действительно ли нехватка газа, или благоприятная конъюнктура внешнего рынка?

В эфире Псков, Анна Липина:

Взаимоотношения органов власти и ряда независимых средств массовой информации Псковской области давно вышли за рамки цивилизованных. Факты препятствования журналистам в осуществлении их непосредственной работы стали явлением обычным, а с приближением выборов губернатора Псковской области, назначенных на 12-е ноября, ситуация усугубилась. Журналистов оппозиционных действующему губернатору Евгению Михайлову средств массовой информации, мягко говоря, забывают аккредитовать на пресс-конференции или могут просто физически не допустить на публичные мероприятия с участием губернатора.

Одним из ярких примеров подобного может служить эпизод, когда журналистку газеты "Так надо" не пустили на встречу губернатора Евгения Михайлова с тружениками одного из районов области. Стоит отметить, что за свою настойчивость журналистка поплатилась клоком волос, который остался в руке у чиновника, отвечавшего за состав участников со стороны средств массовой информации. Эта ситуация заинтересовала Фонд защиты гласности, который направил в Псков своего представителя, журналиста-эксперта Александра Осипова.

"Поводом послужило как раз обращение в Фонд защиты гласности журналистов газеты "Так надо", по поводу конфликта в районе - когда управделами администрации области Кусов применил насилие к журналистке. Когда мы просмотрели видеозапись, проанализировали ее, там, кроме того, что Кусов действительно применил насилие к женщине, еще охранник так себя вел... он же угрожал физической расправой оператору, личный охранник Михайлова. Это есть в материалах проверки прокуратуры".

Далее события развивались так:

"Написали, естественно, заявление в правоохранительные органы, воспрепятствование профессиональным действиям журналистов. Редакция направила эти заявления, получила ответ, что все правоохранительные органы решили не возбуждать уголовное дело за отсутствием состава преступления. Нас это опять же удивило. Настолько очевидно, что это нарушение именно уголовного законодательства, не просто гражданского. Мы просто почувствовали, что правоохранительные органы хотят самоустраниться".

Приехав в Псков разобраться в конкретной ситуации, Александр Осипов столкнулся с целым рядом вопиющих фактов.

"Выяснилось, что этот эпизод - лишь из серии многих эпизодов, косвенных, необязательно человека выталкивали, но его не допускали на какие-то мероприятия. Там, например, был факт, когда журналистов двух газет, "Панорамы" и "Так надо", не пустили на встречу с уполномоченным по правам человека Мироновым. То есть сам факт уже был курьезным: приехал уполномоченный по правам человека и тут же за дверьми нарушаются права и человека, и гражданина, и журналиста в том числе".

Фонд защиты гласности принял решение осуществить в Пскове специальный пилотный проект "Средства массовой информации и выборы".

"В данной ситуации, мне кажется, присутствие сторонних наблюдателей даст возможность противоборствующим сторонам соизмерять, что ли, свои силы".

Вся собранная информация о конфликтах, участниками которых являются средства массовой информации Псковской области, будет направлена в Фонд защиты гласности для опубликования в центральных средствах массовой информации, а юристы Фонда займутся анализом полученных материалов.

XS
SM
MD
LG