Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Иракский кризис и проблема трансатлантического партнерства

  • Елена Коломийченко

Елена Коломийченко: Примерно за полчаса до первого выхода нашей программы в эфир в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций началось выступление Ханса Бликса и Мохаммеда Эль Барадея - двух главных военных инспекторов по Ираку. После детального обсуждения информации, представленной в отчетах инспекторов, Совет Безопасности примет итоговую резолюции.. Ни для кого не секрет, что в самом Совете нет пока единой точки зрения по поводу того, как будут развиваться события дальше, нет единой позиции и у европейских партнеров Соединенных Штатов Америки. Однако кризис в Ираке и возможная военная операция продолжают оставаться главными вопросами в международных дискуссиях на высшем уровне, в том числе и на форумах, которые проходят в эти дни на нашем континенте. В понедельник тема Ирака обсуждалась в Брюсселе и в Давосе.

Иракский кризис и проблема трансатлантического партнерства.

Опросы общественного мнения, проведенные в последние недели, показывают, что даже в Соединенных Штатах Америки значительная часть населения предпочитает, чтобы администрация президента Джорджа Буша действовала в Ираке, опираясь на поддержку широкой международной коалиции. В Великобритании, которая является сегодня единомышленником и наиболее близким союзником США, не говоря уже о других европейских странах, растет сопротивление военным действиям. На прошлой неделе в одном из своих выступлений министр обороны США Доналд Рамсфелд произнес слова о "молодой" Америке и "старой" и "новой" Европе. И хотя он, по-видимому, имел в виду Новый и Старый свет, это высказывание сразу же стало активно обсуждаться, стали говорить о серьезных проблемах во взаимоотношениях трансатлантических партнеров. Так ли это действительности? В разговоре участвуют: по телефону из Франции наш коллега Семен Мирский и находящийся в студии Радио Свобода политический комментатор Ефим Фиштейн.

Ефим Фиштейн: Прежде всего мне бы хотелось внести одно уточнение, связанное с определенным недоразумением. Пролистывая сегодня российскую печать, я обнаружил, что во многих изданиях высказывание Рамсфелда переводится не как Старая Европа, а как "устаревшая Европа", что принципиально нечто иное и гораздо более оскорбительное, чем понятие "старая Европа", которое, по всей вероятности, Рамсфелд выводит из Старого света. Так называли старый континент, ничего в этом особо дурного нет. Разумеется, Рамсфелд говорил не о Европе по каким-то причинам устаревшей, он говорил о том, что ядро Европейского Союза, которое составляют Германия и Франция, подкрепившие недавно новым заявлением свои старые узы, относится в принципе критически или, по крайней мере, я бы сказал, с некоторой сдержанностью к американским намерениям в Ираке, в то время как недавно вступившие в НАТО страны, в первую очередь Польша, Чехия и Венгрия гораздо активнее и практически без оговорок поддерживают начинания Соединенных Штатов.

Елена Коломийченко: Спасибо, Ефим. И коль скоро вы упомянули Польшу, как одного из наиболее последовательных союзников США в Европе, давайте послушаем нашего автора из Варшавы Ежи Редлиха.

Ежи Редлих: "Доналд Рамсфелд оказал нам медвежью услугу, осуждая "старых" европейцев и восхваляя "новых", - сказал руководитель польского Центра международных отношений Януш Райтер, и добавил: "нельзя допустить, чтобы возникло впечатление, будто целью сближения Польши с Америкой является удаление ее от европейских соседей". Речь идет, разумеется, об отношении к военной акции против Ирака. Франция и особенно Германия не поддерживают интервенцию, если не будет на то волеизъявления Организации Объединенных Наций. Польша же готова содействовать Соединенным Штатам, даже если они решаться начать войну без одобрения ООН. О подобной готовности объявили руководители Польши и, в частности, президент Александр Квасьневский, который добавил при этом, что он безгранично доверяет президенту Бушу. За это высказывание он подверг себя критике со стороны некоторых средств массовой информации. Даже социал-демократическая газета "Трибуна" написала, что "Квасьневский стал вассалом политики Соединенных Штатов Америки". Право-националистические газеты идут еще дальше, упрекают президента в том, что, подлизываясь к Америке, он хочет заслужить себе высокий международный пост, например, генерального секретаря НАТО. Сам Квасьневский энергично подобную версию отвергает. Он заявляет, что до завершения президентского срока ему остались еще почти три года, так что хлопотать о новом назначении он не намерен. Поддерживают ли поляки позицию своего президента по вопросу об интервенции в Ираке? Правда, в Польше, в отличие от некоторых других стран, массовых антивоенных, то бишь антиамериканских демонстраций нет и, тем не менее, проведенный на днях опрос общественного мнения показал, что 51% высказались вообще против вооруженной интервенции в Ираке, а 37% допускают интервенцию лишь в том случае, если комиссия ООН обнаружит наличие в Ираке оружия массового уничтожения. Больше половины, то есть 55% опрошенных, не желают, чтобы в случае интервенции Польша поддерживала действия Соединенных Штатов. Еще больший процент анкетированных против отправки польских воинских частей на войну в Ираке. На прошлой неделе в польском Сейме прошли прения о международной политике правительства и, в частности, о позиции Польши относительно войны в Ираке. Министр иностранных дел Владимир Тимошевич допустил возможность военной операции даже без поддержки Организации Объединенных Наций, хотя подчеркнул, что все еще верит в возможность мирного решения проблемы. Мнения депутатов разделились. Неожиданно наиболее решительно за войну в Ираке высказались депутаты правой партии "Право и справедливость". "Эта война есть и наша война в защиту западной цивилизации", - сказал лидер партии Ярослав Качинский. Союз левых сил поддержал позицию правительства, но его коалиционные партнеры - Союз Труда и Крестьянская партия не хотят военного участия Польши ни в какой форме. Старейший депутат от Союза Труда Александр Малаховский заявил, что "Польша не должна включаться в антитеррористическую истерию, которую раздувает президент Буш". "Мы хотим быть лояльным союзником Соединенных Штатов, но не хотим участвовать в неморальных действиях, которые никакого нравственного обоснования не имеют", - сказал депутат от правокатолической "Лиги польских семей" Мачей Гертих. Многие депутаты, как, впрочем, и обозреватели, подчеркивают, что первостепенная задача Польши - это членство в Евросоюзе, а для этого ей необходимо снискать расположенность крупнейших стран Западной Европы, именно тех старых стран Европы, о которых пренебрежительно высказывался американский министр обороны Доналд Рамсфелд. А между тем, безоговорочная поддержка военных планов США против Ирака может расшатать позицию Польши среди ведущих стран Европейского Союза.

Елена Коломийченко: Если с утверждениями о Польше можно согласиться, то в отношении Чехии мнения есть разные. Ныне председательствующий в Генеральной ассамблее ООН бывший министр иностранных дел Чешской республики Ян Кован заявил о том, что его страна не разделяет столь активную наступательную позицию, которую занимают Соединенные Штаты Америки по отношению к Ираку, то есть не разделяет стремлений Америки начать военную операцию в Ираке. Вместе с тем в стране так и не избран новый президент ( напомню: полномочия нынешнего президента Чешской республики Вацлава Гавела истекают 2-го февраля) и все, пожалуй, все из тех, которые претендуют на его место, тоже отнюдь не во всем готовы поддержать партнеров по ту сторону Атлантики.

Ефим Фиштейн: Это правда. Единства, которое мы наблюдаем в Польше, в Чехии нет и быть не может. Есть сильная оппозиция, есть правительство, есть, тем не менее, заявление правительства, поддерживаемое парламентом о том, что Чехия с единственной оговоркой - в случае, если будет на то резолюция Совета Безопасности ООН, - примет участие в военных действиях в Ираке. На территории Кувейта уже сейчас находятся подразделения противохимической защиты, которые считаются одними из лучших в мире, и другие военные подразделения направляются сейчас в Кувейт. Ясно, что Чехия и ее войска не будут ударной силой в этом конфликте, но то, что они все-таки в той или иной мере поддержат Соединенные Штаты, тоже очевидно.

Елена Коломийченко: Теперь поговорим о Европе "старой", о "локомотиве" послевоенной Европы - о союзе Германии и Франции. Германия активно противостоит началу военной операции в Ираке и, по словам канцлера Шредера, ничто не может заставить Германию, которая вот-вот должна занять председательское место в Совете Безопасности ООН, изменить свою позицию. На этом была построена и предвыборная кампания канцлера Шредера, который по сей день остается на своих позициях. Франция, как пишут многие газеты, занимает позицию скорее выжидательную, боясь опоздать к дележке того пирога, который может появиться по окончании военной операции.

Семен Мирский: Презрительное по сути своей высказывание Доналда Рамсфелда в отношении Франции и Германии в более жесткой и решительной мере относится к Франции, занимающей в иракском кризисе, как вы верно указали, выжидательную позицию, чем к Германии. Ибо все мы знаем и, конечно, Доналд Рамсфелд знает это не хуже нас, что канцлер Шредер построил свою предвыборную кампанию на решительном отказе поддержать американскую политику в отношении Ирака и, благодаря этой позиции, он вероятнее всего и выиграл выборы, был переизбран на пост канцлера. Так что здесь в решающей степени под вопросом и под ударом с точки зрения Вашингтона Доналда Рамсфелда, находится Франция, а заодно и то, что он назвал "старой" Европой. Ефим Фиштейн очень точно указал на неточность или принципиальную неверность перевода, которого решили придерживаться, скажем, российские газеты, речь идет, конечно, о "старой" Европе или, сказать шутливо и снисходительно, о старушке Европе. Я хотел бы чуточку остановиться на масштабах конфликта, который разразился по стопам высказывания Доналда Рамсфелда и, конечно же, это имеет самое прямое отношение к непосредственной теме нашего разговора, к позиции Франции в отношении Ирака. Итак, о масштабах конфликта можно судить хотя бы потому, что самые серьезные французские наблюдатели спрашивают сегодня, идет ли речь всего лишь о семейной ссоре или же мы присутствуем при первой стадии развода, развода между Францией, прежде всего, и Германией, с одной стороны, и Соединенными Штатами - с другой.

Елена Коломийченко: По сути тогда речь может идти о сломе всей послевоенной географической карты и политической карты.

Семен Мирский: Совершенно верно. Министр иностранных дел Франции Доминик де Вильпан, разумеемся, не оставил без ответа обвинения главы американского военного ведомства. Он сказал: "Европа в лице Франции и Германии, которую господин Рамсфелд считает старой, это на самом деле континент, устремленный в будущее". Министр обороны Франции Мишель Алио Мари прибегла к более наглядным образам для того, чтобы возразить своему американскому коллеге, сказав: "Мы живем не в доисторическую эпоху, когда тот, кто держал в руках самую большую дубину, пытался ударить по голове другого охотника, чтобы отобрать у него бивень мамонта". Газета "Фигаро", которая пишет на ту же тему, озаглавила свою редакционную статью "Оскорбление, нанесенное Европе".

Елена Коломийченко: Спасибо, Семен. В Европе очень много говорят о возможных последствиях и сценариях развития военной операции в Ираке. Так вот, согласно одному, наименее вероятному, правда, по словам авторов, сценарию, в начале войны в Ираке цены на нефть могут подпрыгнуть до порядка ста долларов за баррель. Это произойдет в том случае, если в ответ на удары по Ираку Садам Хусейн ударит по своим ближайшим соседям - Кувейту и Саудовской Аравии, начнутся пожары нефтехранилищ, нефтяных месторождений, и в этом случае с нефтью, поступающей с Ближнего Востока, будет фактически покончено на некоторое время. Восстановление потребует довольно длительного периода, и в этом случае в проигрыше окажутся все, в первую очередь Европа, которая во многом зависит от ближневосточной нефти. Ефим Фиштейн, как могло бы это сказаться на восточной части континента, ведь на восток Европы нефть поступает и из России. Впрочем, как и в некоторые страны Западной Европы.

Ефим Фиштейн: Парадоксально - Центральная и Восточная Европа находятся в несколько привилегированном положении именно потому, что у них есть источники подпитки и с той, и с другой стороны, как с востока, так и с запада. То есть исчезновение или иссякновение западных источников не привело бы к параличу восточной экономики. Однако, несомненно это ударило бы по экономике, которая только-только начинает становиться на ноги, по сути дела, и, к счастью для себя, не испытывает пока еще тяжких последствий стагнации или начинающегося упадка, который наблюдается в Западной Европе. Это, несомненно, подрезало бы тот сук, на котором Восточная Европа сидит. Но мне хотелось вот на что обратить внимание наших слушателей: я, например, считаю, что угроза, исходящая от раскола трансатлантического сообщества более серьезна, чем та, которая есть сейчас на Ближнем Востоке. Та приходящая, а вот то, что происходит в отношениях между Америкой и Европой, это менее приходящее. Потому что, конечно, Европа устремлена в будущее, но и Новая Гвинея устремлена в будущее, никто не устремлен в прошлое. Каким будет это будущее - вот вопрос. И когда я читаю сегодняшнюю передовицу в газете "Ди Вельт" под названием "Национал-пацифизм", я понимаю, о чем идет речь. Речь идет о том, что старый, традиционный, исторический и весьма, я бы сказал, опасный национализм некоторых европейских государств на себя сейчас нацепил маску пацифизма, как в прошлом он цеплял и другие маски - интернационализма, капитализма, социализма," с человеческим" или" без человеческого" лица. Сегодня выгодно националистам говорить о том, что они пацифисты. И "Ди Вельт" неслучайно считает это проявлением некоего европейского национализма. И вот это развитие, мне кажется, очень опасным, оно не связано с Ираком напрямую. Кончится Ирак, начнется какая-то другая катастрофа.

Семен Мирский: Да, я хотел бы просто дополнить то, что до меня сказал Ефим Фиштейн. Ведь вы, наверное, заметили, что мое обобщение тех аналитических высказываний, которые слышны, в частности, во Франции, перекликаются с тем, что только что сказал Ефим. Я хотел бы просто еще чуточку заострить момент, процитировав редакционную статью в газете "Монд", которая, по-моему, содержит в себе синтез всех страхов и всех опасений, которые существуют сегодня во Франции и шире - в Западной, "старой", как сказал Доналд Рамсфелд, Европе в плане будущих отношений с Соединенными Штатами Америки. Здесь я себе позволю довольно длинную цитату, но она, по-моему, очень интересна. Статья в газете "Монд" озаглавлена шутливо - "Этот старый Рамсфелд", но сама статья весьма далека от шутливого тона и в ней подтекст скорее трагический. Итак, вчитаемся в эту статью: "Старый Рамсфелд прав, точнее, он прав отчасти. Но свою часть правды он - выходец из американского среднего Запада - высказал в свойственной ему форме - прямо, грубо, брутально, без обиняков". Итак, в чем же, по мнению газеты "Монд", отчасти прав старый, как она пишет, Доналд Рамсфелд? "Монд" имеет в виду фразу Рамсфелда о том, что центр тяжести Европы перемещается на Восток, в направлении бывших членов советского блока, которые уже в будущем году, и мы все это знаем, станут полноправными членами Евросоюза. "Именно эти страны, - пишет газета "Монд", - готовы автоматически следовать за Соединенными Штатами в вопросах обороны и внешней политики. Эти страны не заинтересованы в строительстве Европы, имеющей на международной сцене свое собственное политическое лицо. Пережившие травму, связанную с десятилетним существованием под советским ярмом, страны Восточной Европы доверяют только одной единственной державе, способной, по их мнению, гарантировать их безопасность". Полагаю, что нет нужды уточнять, какая именно держава является той, которой страны Восточной и Центральной Европы готовы доверить оборону своей безопасности. И вот, по-моему, самое спорное и самое интересное высказывание редакции газеты "Монд", содержащей в себе интерпретацию того, что именно хотел сказать Доналд Рамсфелд. Итак: "Соединенные Штаты, - пишет "Монд", - видят в объединенной Европе всего лишь большой рынок, рынок, действующий в тени союза НАТО". Позволю себе короткое резюме. В свое время, до падения берлинской стены Германию принято было называть "экономическим великаном и политическим карликом". В изложении газеты "Монд" нечто подобное сегодня думает о Франции, Германии и ряде неназванных стран старого континента американское руководство в лице министра обороны Доналда Рамсфелда. И поэтому этот конфликт, который, как сказал Ефим Фиштейн, может оказаться более важным и судьбоносным, чем вопрос о том, кто будет или кто не будет воевать на стороне Соединенных Штатов и Великобритании в Ираке.

Елена Коломийченко: Последний вопрос, адресованный Ефиму Фиштейну: то, о чем мы говорили, как может проецироваться на отношения внутри самой Европы, не вызовет ли это конфликта между "старой" западной частью континента и новыми членами с Востока и Центра?

Ефим Фиштейн: Несомненно, линии раскола могут пройти по самым разным границам. И здесь нужно уточнить - не вся Западная Европа относится к той "старой" Европе, которую имел в виду Рамсфелд, он имел прежде всего Францию и Германию. Есть ведь еще страны, страны с высокой экономической и политической динамикой - это Испания, это Италия, не упомянута Великобритания, у которой позиция совсем другая. Я думаю, что эти страны внутри Евросоюза образуют некий противовес паре Франция-Германия. И Восточная Европа несомненно окажется здесь в ряду этих стран, мной упомянутых. Почему? Потому что травма, о который пишет газета "Монд", она не придумана, она произрастает из реалий прошлого века. Как можно, не лишившись здравого ума, скажем, полностью доверить свою судьбу тем, кто в прошлом ни разу не оправдывали этого доверия. И снова, и снова убеждались та же Польша, Чехия, я думаю, и Венгрия, что действительно гораздо более они могли положиться на Соединенные Штаты, которые достаточно бескорыстно спасали их от рабства, чем на другие страны, так называемой "старой Европы". Поэтому их привязанности исторически обусловлены.

Елена Коломийченко: Очевидно, что события вокруг Ирака и предстоящая военная операция напрямую влияют на внутреннюю политику в разных европейских странах. Именно активная антивоенная позиция и отказ поддержки односторонних действий США в Ираке во многом обеспечили успех немецкому канцлеру Герхарду Шредеру на выборах в сентябре прошлого года. О том, как влияет иракский кризис на экономику и внутреннюю политику Франции - из Парижа Дмитрий Савицкий.

Дмитрий Савицкий:

Было бы наивно предполагать, что разногласия между США и Францией по иракскому вопросу приняли окончательную форму лишь на прошлой неделе.

Разногласиям этим по крайней мере полвека. Вспомним хотя бы закрытие де Голлем натовских баз во Франции. И Ирак в данном случае лишь поправка на 2003 год?

Франция всегда стремилась вернуть себе ранг лидирующей мировой державы. Но то, что было возможно в 19 веке, стало затруднительным в ХХ и еще более трудным в 21 веке, стартовавшим под знаком единственной сверхдержавы - США. США и Франция - союзники, лидирующие страны западной цивилизации, защищающие по сути дела одни и те же ценности, свободу, демократию, права человека. Но США и Франция и соперники: в плане экономическом и в плане международного влияния. В США в какой-то момент высказывали вслух предположение, что франко-германский проект Европейского Союза и введение общеевропейской валюты есть по сути дела стремление к созданию Соединенных Штатов Европы - в противовес Соединенным Штатам Америки. И высказывания эти не лишены подоплеки, взять хотя бы евро, которое в данный момент возвышается над долларом?

Со стороны может показаться, что французский МИД, Орсейская набережная, рассержены не самим напористым поведением Вашингтона в зоне Персидского залива, а явным невниманием к мнению союзников, которое дипломаты Буша высказывают. И это действительно так, но это не доминирующий фактор в трениях между "молодой", по словам Дональда Рамсфелда, "Америкой и старой Европой". У Франции свои экономические интересы на Ближнем Востоке и в Ираке; Франция, как кстати и Россия, заинтересована в возвращении Багдадом внушительного долга. В случае смены власти и режима этот, предполагаемый миллиард долларов, исчезнет, как оазис в пустыне. Франция в то же самое время находится в щепетильной экономической ситуации. Правительство Раффарана обещало, одновременно, и сокращение налогов и экономическую стабильность. В то время как налицо - всеобщий спад. Война в Заливе несомненно еще более ухудшит эту ситуацию и даже может быть подорвет репутацию правых, если экономическая неустойчивость превратиться в кризис. Во время первой Войны в Заливе потребитель инстинктивно перестал потреблять, что и подтолкнуло Запад к кризису. Вряд ли, если начнется Вторая Война, реакция потребителей будет иной. Человеку свойственно в кризисные моменты копить, а не тратить. Так, что (если смотреть из Парижа) американцы весьма не- кстати затеяли иракскую бучу.

С другой стороны, можно понять и Вашингтон: Францией почти что в течение двадцати лет правили левые, и хотя страна оставалась союзницей США, что подтвердил Миттеран, отправив войска в Залив, республиканцам вряд ли по душе капиталистический социализм или социалистический капитализм французов, который "Раффаран со товарищи" только-только начал демонтировать.

Да и "французский невроз" (как его называют сами французы) - живучий антиамериканизм, особенно в интеллектуальной среде, не может радовать американцев. Добавим к этому списку проявления антисемитизма, участившиеся в последнее время, включающие и нападение на парижского раввина.

Не забудем, что во Франции проживают почти что пять миллионов магрибинцев, среди которых могут начаться беспорядке в том случае, если потенциальное вторжение в Ирак, спровоцирует эффект домино и приведет к серии конфликтов на Ближнем востоке. Это учитывают и Ширак, и Раффаран, и де Вильпан. Любопытно, что в Европе почти не говорят (в отличие от США) о целях смены багдадского режима, о попытке создать современное и демократическое государство там, где до сих пор правят лишь тираны и монархи. В Европе упор делается на агрессивность команды Белого дома и на нефть.

В отличие от Германии, где ослабленная позиция Шрёдера, возможно будет окончательно ослаблена 2 февраля во время региональных выборов, Франция оставляет для себя изрядное количество свободного дипломатического пространства для маневров. Французское вето было бы слишком серьезным шагом во франко-американских отношениях, и скорее всего, Ширак и де Вильпан будут до последнего момента выступать в роли противников вторжения, но, как отметили комментаторы телеканала LCI, "на Орссейской набережной прекрасно понимают, что те, кто не участвуют в начале операции, не участвуют и при распределении привилегий по ее окончанию". Так что вполне возможно, что французский МИД вскочит на подножку уже отходящего поезда, что, впрочем, возможно и в Германии...И тогда в старой-старой Европе начнут задумываться над политическим цинизмом и перечитывать биографию князя Тайлерана?

Елена Коломийченко: "Старушка" Европа и молодая Америка. В самом начале передачи мы уже говорили, что "старушка" не так уж стара, что приток новых стран в Евросоюз способен придать Европе новую силу, а заодно и изменить какие-то параметры в партнерских отношениях с США. Вот как видится это находящемуся сейчас в латвийской столице обозревателю Сергею Замащикову.

Сергей Замащиков: "Времена - они меняются", - эти слова известной песни Боба Дилана невольно вспоминаются в сегодняшней Риге. Ведь если еще совсем недавно словами НАТО, Пентагон или, скажем, бундесвер здесь пугали детей, то теперь дети эти подросли и уверенно маршируют в Североатлантический союз. Впрочем, изменяются далеко не только союзнические отношения. Рига, которую в бывшем Советском Союзе часто, хотя и с долей иронии, называли маленьким Парижем, теперь по-настоящему становится похожей на французскую столицу. Причем, кое в чем Парижу, пожалуй, и не угнаться за Ригой, к примеру, по количеству открываемых ресторанов, баров и ночных клубов. Впрочем, спорить о том, какой город лучше, можно до бесконечности... Тем не мене, кое-какие вещи вполне поддаются сравнению, к примеру, цены на жилье в центре Риги вполне сопоставимы со столицами в некоторых странах НАТО. Неуклонно ползут вверх и цены на бензин, сейчас они раза в два выше, чем в такой стране-члене НАТО, как США, но пока все же ниже, чем в Германии или Англии. Но все еще впереди, в этом смысле догнать западноевропейских соседей Латвии не составит труда, гораздо труднее будет сравниться с Западом по уровню жизни населения. Хотя здесь и наметился прогресс, но зарплата, как и во всем остальном постсоветском пространстве, сильно отстает от уровня цен. Эта проблема занимает рижан гораздо больше, чем вступление их страны в НАТО. Местный политический истеблишмент за исключением не очень влиятельной левой оппозиции, воспринимает членство в Североатлантическом союзе как данное - за это они боролись и это записано в их политических программах. Латвия гордится своими теплыми отношениями с Соединенными Штатами и в целом поддерживает американскую позицию в отношении Ирака. Но эта южная, богатая нефтью страна находится от латвийского порта Вентспилс намного дальше, чем российский сосед, от транзита нефти из которого во многом зависит латвийская экономика. Неудивительно, что новости из Ирака редко появляются на страницах местных газет. Например, сегодня латвийская пресса вышла с фотографиями норвежского миноносца "Вале". Судно это норвежское правительство подарило латвийскому военно-морскому флоту. Не сомневаюсь, что дар этот вызовет злорадные комментарии российского Минобороны. Арбатские генштабисты в очередной раз поспешат доложить в Кремль, что вот, мол, вам и подтверждение наших худших предположений - вооруженная до зубов латвийская эскадра готовится к походу на Кронштадт. Думается, что штабу российского Балтфлота объявлять тревогу рано, норвежский дар - судно снабженческое и на вооружении имеет лишь одно орудие. Латвийские политики сейчас гораздо более обеспокоены тем, что транзит латвийской нефти через Вентспилс неуклонно падает. Популярный мэр этого города, которого называют латвийским Лужковым, недавно сказал, что если ранее Латвия заботилась о военной безопасности, которую гарантирует вступление в НАТО, то теперь стране нужен план экономической безопасности в контексте проблем с транзитом нефти. Как будет решаться этот вопрос - мы увидим в ближайшем будущем. Тем более, что российские компании хотят увеличить экспорт своей нефти в США, а самый дешевый путь пока ведет через трубу, которая заканчивается в гостеприимном прибалтийском Вентспилсе.

Елена Коломийченко: Иракский кризис, Европа и партнеры по разные стороны Атлантики - завершим эту тему обзором печати.

Иван Воронцов: Основная тема споров противников и сторонников идеи применения военной силы против Ирака - действительно ли он представляет опасность для региона и всего мира благодаря своему оружию массового уничтожения, или же таковое - не более чем предлог для стремящихся к контролю над запасами нефти Соединенных Штатов.

"Кровь за нефть", - с этими словами на обложке вышел предыдущий номер немецкого еженедельника Spiegel. Да, пишет Spiegel, ни у кого из экспертов не вызывает сомнений то, что в Ираке ведутся работы по созданию оружия массового уничтожения, однако, государства региона, за исключением Израиля, не видят для себя угрозы, тем более сейчас, когда Ирак сдерживают возобновившиеся инспекции ООН. А аргумент Джорджа Буша о том, что Саддам может напасть на Америку и парализовать экономику страны, настолько притянут за уши, что газета New-York Times считает его просто неприличным. Между тем, Буш и его команда имеют обширные связи с нефтяной отраслью и прекрасно понимают значение этого сырья для Америки. Теракты 11 сентября 2001-го года не только потрясли Соединенные Штаты, но и особенно четко показали, в какой опасности находится снабжение страны нефтью. 15 из 19 угонщиков самолетов были выходцами из Саудовской Аравии, и перспективы надежного получения нефти из королевства уже не выглядят столь надежными, как раньше. Вашингтон судорожно ищет альтернативных поставщиков, в Западной Африке, России, Каспийском регионе, однако, большой куш - именно Ирак. Нигде еще, кроме Саудовской Аравии, нет такого большого количества так легко добываемой и столь качественной нефти - пишет Spiegel.

Еженедельник публикует интервью с бывшим министром энергетики Саудовской Аравии шейхом Ахмедом Саки аль-Джамани. Он называет Саддама убийцей, способным, когда он загнан в угол, на все. При этом, по мнению шейха, успех американской операции в Ираке приведет к падению, после взлета на время войны, цен на нефть и распаду ОПЕК, а мечта американцев - избавиться от нефтяной зависимости от Саудовской Аравии и, в конечном итоге, возможно даже построить трубопровод, по которому иракская нефть поступала бы в Израиль и оттуда развозилась бы танкерами, в том числе и в Европу, через контролируемое американскими военными кораблями Средиземное море. Между тем, эксперт, консультант Всемирного банка Мамду Саламех называет в интервью еженедельнику Spiegel позицию американских ястребов близорукой. С одной стороны, по оценкам, еще не разработанные нефтяные запасы Ирака на 50 процентов больше саудовских. Однако, американцам, может, не удастся сохранить под контролем ситуацию в Ираке после свержения Саддама и все последствия войны, в том числе дестабилизацию региона и целого мира. По мнению эксперта, для обеспечения надежного снабжения нефтью следовало бы не проливать иракскую и американскую кровь, а найти мирное решение, договориться с Ираком.

Эта точка зрения перекликается с утверждениями тех, кто считает, что, на самом деле, Америка собирается воевать не из-за нефти. Так, подобный комментарий публикует американская Washington Post. "Если бы США хотели увеличения количества поступающей на мировой рынок иракской нефти и, соответственно, падения цен на нефть, этого можно было бы добиться снятием санкций с Ирака. И вообще, даже если предположить, что будет реализован самый худший для Америки сценарий: в Саудовской Аравии приходят к власти резко антиамерикански настроенные экстремисты, может быть, они откажутся продавать нефть США, но они вряд ли откажутся вообще продавать ее кому-либо, так как у страны нет других источников средств к существованию. В этом случае европейские и азиатские потребители станут закупать саудовскую нефть, отказавшись от услуг своих нынешних поставщиков, которые заменят, в свою очередь, саудовскую нефть для Америки. Тем более, что даже и антиамериканские режимы согласны продавать нефть Соединенным Штатам, потому что им нужны деньги. Именно это делает и Саддам Хусейн в рамках программы "нефть за продовольствие". В случае же раскола Ирака и нестабильности, добыча нефти может сократиться даже по сравнению с нынешним уровнем", - пишет " Washington Post.

Основным аргументом сторонников политики президента Буша остается, наряду с оружием массового уничтожения, перспектива создания демократического Ирака, который подаст хороший пример соседям по региону. Впрочем, все не так просто. Вспоминаются недавние сообщения из постталибовского, идущего к демократии Афганистана. Производство опиума и героина там, как известно, растет, а вот верховный судья нового Афганистана распорядился запретить кабельное телевидение, как противоречащее исламу и морали.

Елена Коломийченко: В воскресенье в Турине на площади перед Собором 15-го века собрались тысячи людей, чтобы проститься с Джованни Аньелли - главой клана Аньелли, который останется в европейской и итальянской истории как могущественный глава автомобильного концерна "Фиат". Один из присутствовавших на площади заметил: "Я не знаю, что бы было с этим городом, да и с самой Италией без Аньелли". Я прошу рассказать об этом человеке и роли, которую ему и его семье выпало сыграть в судьбе нашего континента, Джованни Бенси.

Джованни Бенси: "Фиат" и семья Аньелли стали символом не только послевоенной Италии, но вообще Италии, начиная с конца 19-го века. История "Фиата" и история семьи Аньелли неразрывно связана и переплетается со всей историей итальянского государства. "Фиат" - крупнейший фактор итальянской экономики. "Фиат" был основан в самом конце 19-го века, в 1899-м году Джованни Аньелли, но это дедушка нынешнего Джованни, который скончался несколько дней назад. Старый Джованни Аньелли был человеком очень больших способностей финансовых способностей, да и экономических. Он принадлежал к семье богатой туринской буржуазии, он основал завод, завод стал ведущим в машиностроении.

Елена Коломийченко: Для многих периоды войн являются особым испытанием. Сегодня мы узнаем о семьях крупных промышленников, об их не всегды безупречном с точки зрения гуманизма поведении во время Второй мировой войны, вероятно, что-то можно обнаружить и в годы Первой мировой войны. В семья Аньелли было что-то подобное?

Джованни Бенси: У "Фиата" есть два лица, так сказать. С одной стороны, старый Джованни Аньелли был человеком спорным: в 1908-м году его обвинили в целом ряде экономических махинаций, обмане и так далее. Это побочное, другое дело. Но заслуга Аньелли и заслуга "Фиата"в том, что этот завод начал производить автомобили, которые в то время были символом социального статуса, автомобиль был доступен лишь для богатых. Аньелли понял, что надо производить автомобили, которые были бы доступны простому народу. И это он сделал на самом деле, он поставил Италию на колеса. Но большую роль в обогащении, в успехе этой семьи и этого завода сыграли войны. Начиная с 1912-го года, когда Италия объявила войну Турции и завоевала Ливию, Ливия стала итальянской колонией, "Фиат" производил военную технику, военные грузовики, самолеты, пулеметы и так далее для итальянской армии и, это, конечно, сыграло большую роль в обогащении предприятия. В Первой Мировой войне "Фиат" на монопольных условиях снабжал итальянскую армию всем необходимым. Старый Джованни Аньелли добился для города Турина статуса военной зоны, зоны военной операции, что было само по себе неправомерно, потому что в Турине никто не воевал, Турин не пострадал, там никаких разрушений не было, и Первая мировая война в Италии проходила на северо-востоке, а не на северо-западе, но, тем не менее, он добился этого статуса. А это значит, что были большие налоговые льготы и субсидии со стороны правительства. Война в Испании в 36-м году - "Фиат" снабжал итальянских ополченцев, которые воевали на стороне Франко в в Испании. А потом Вторая мировая война... во время Второй мировой войны у "Фиата" были тесные связи с фашистской партией, с Муссолини и так далее. Это одна из сторон истории завода. В 50-е годы наступает период экспансии. Из южной Италии приглашаются массы людей. В южной Италии ведь жили очень плохо, было много безработных, был голод. Десятки тысяч южан переехали на север, в Турин, в Милан. "Фиат" создал образцовую систему социальной экономической помощи. В распоряжение этих эмигрантов с юга предоставлялись квартиры на льготных условиях, была создана сеть школ для детей эмигрантов, была создана система медицинской помощи, которая превышала по качеству своих услуг общенациональную систему медицинской помощи. Тогда председателем "Фиата" был Виторио Валетто, старый Джованни Аньелли умер, а новый молодой Джованни Альелли был тогда еще слишком молод. Валетто в то же время стал проводить и политику политической дискриминации, не принимались на работу коммунисты, например. Валетто пытался ограничивать на заводе влияние профсоюзов. Это был период 50-х годов - начало 60-х , когда Турин и "Фиат" стали центром ожесточенных социальных боев. Профсоюзы, особенно коммунистические профсоюзы, организовывали все время забастовки, которые продолжались неделями. Но потом это все каким-то образом улеглось. "Фиат" стал до последнего времени играть такую важную роль в развитии итальянской экономики.

Елена Коломийченко: И не только в развитии итальянской экономики, но и ее связей с экономиками других стран, в том числе и лагеря социализма в свое время.

Джованни Бенси: В 66-м году Джованни Аньелли, ныне покойный, стал председателем "Фиата", и он сразу понял, что этот завод должен был распространять свое производство и на другие страны, где индустриализация начинается или еще не достигла апогея. Тогда начались тайные сначала тайные переговоры с Советским Союзом. Тут сыграла роль какая-то таинственная фигура - инженер Саворетти. Инженер Саворетти в Турине владел финансовым обществом, который каким-то образом был связан с коммунистами и с Советским Союзом тоже. Через этого-то Саворетти и расширялись, развивались контакты. И говорят, между прочим, со всех платежей, которые шли из Советского Союза через Саворети, снимались какие-то проценты, которые шли в кассу коммунистической партии. Так что "Фиат" до Второй Мировой войны содействовал экономическому успеху фашистского режима, а после войны он содействовал экономическому благополучию коммунистической партии.

Елена Коломийченко: Джованни, если подвести итоги, резюмировать все сказанное выше, действительно уходит символ. Есть ли какие-то прогнозы, какая судьба ожидает концерн "Фиат" в будущем?

Джованни Бенси: Несомненно, уходит символ. Потому что именно из-за этих тесных связей между семьей Аньелли и политикой, Аньелли был назначен пожизненным сенатором, сенатором с пожизненным мандатом. Сейчас "Фиат" ожидает большой кризис, связанный отчасти с кризисом международной экономики, но и отчасти с ошибками, которые были допущены в самом руководстве "Фиата", это неспособность разработать новые модели и так далее. Сейчас достигнута какая-то договоренность, но есть несколько тысяч рабочих, которые могут оказаться без работы и в Турине, и в некоторых других городах Италии, где существуют филиалы "Фиата". "Фиат" тесно связан с американским "Дженерал Моторс". Есть целый ряд попыток увязать "Фиат" с международным капиталом, это может привести к успеху, этого надо ожидать, но в то же время "Фиат" перестанет быть чисто итальянским предприятием и символом итальянской экономики.

XS
SM
MD
LG