Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Власть перед судом

  • Елена Коломийченко

Елена Коломийченко:

Министры иностранных дел стран Евросоюза, собравшиеся в конце прошлой недели в испанском городе Касерес, критиковали внешнюю политику Соединенных Штатов Америки за унилатерализм и говорили о том, что борьбу с международным терроризмом следовало бы теоретически серьезно обосновать. В Касересе шла речь и о приеме в ЕС новых членов. Эксперты утверждают, что кандидаты пока все еще терпеливо ждут объявления точных сроков приема, но у многих - терпение на пределе. Однако, даже активные сторонники расширения Европейского Союза на восток говорят, что ЕС не должен гнаться за количеством новых членов, что нельзя пренебрегать качественными сторонами самого объединения, тем более, что до сих пор процесс внутренних реформ общеевропейских институтов не завершен. Многие наблюдатели замечают и тот факт, что написание конвентом общеевропейской конституции может занять немало времени, а в процессе ее создания, вполне возможно, появятся трудности и противоречия не только общественно-политического, но и экономического характера. В Касересе говорили об успешном старте евро и обсуждали тревожные тенденции в экономике некоторых стран-членов ЕС.

Мы начнем с темы власть перед судом. В последних выпусках нашей программы мы уже говорили о том, что в нынешнем году многим европейским странам предстоят выборы. И хотя до дня их проведения еще далеко, и собственно избирательные кампании еще не начались, подготовка и пристрелка началась. В понедельник президент Франции Жак Ширак официально заявил о том, что будет выставляться кандидатом в президенты. Теперь, по утверждениям журналистов, следует ожидать серьезной конфронтации прежде мирно сосуществовавших правых и левых во Франции. Из Парижа - Дмитрий Савицкий:

Дмитрий Савицкий:

На шахматной доске предвыборной баталии заметно явное оживление. Среди армии пешек, а иногда и ферзей чувствуется желание (то белых, то черных) нарушить напряжение ожидания и пойти, ну хотя бы - конем. Нынешняя кампания построена на затягивании объявления об атаке. Всем ясно, что основные претенденты на президентское кресло Елисейского дворца - все те же: Лионель Жоспен и Жак Ширак. Главное оружие Ширака в предвыборной кампании - плачевные итоги правления социалистов; главное оружие Жоспена - разоблачение нелегальных фондов республиканской партии.

Но если итоги правления правительства Жоспена действительно плачевны, история разоблачения черных партийных касс - удар ниже пояса со стороны левых, удар не просто запрещенный, но и нравственно сомнительный, так как абсолютно всем известно, что нелегальная откачка денег в фонды партий существовала, однако, как на левом, так и на правом фланге:

Тогда в чем же дело? Почему пресса трубит о скандале и почему опросы показывают падение доверия к Шираку? (Результаты опросa "CSA-Parisien" на данный момент говорят о том, что, как хитро пишет левая "Либерасьон" "за Ширака не будут голосовать 52% французов, а будут - 45"...) А именно потому, что задолго до выборов, и уж конечно нынче, оппозиционная республиканцам пресса, то есть, левая, ведет сокрушительную войну против Ширака, войну, на которой все средства - хороши.

В течении семи лет жил в сладком изгнании на берегу теплого моря в Доминиканской республике, бывший соратник министра внутренних дел, видный голлист,

54-хлетний Дидье Шюллер. Он бежал из Парижа в 1995-м году после предполагаемого нажима на следователя, занимавшегося расследованием его роли в нелегальном финансировании голлистской партии. С тех пор Шюллер был в розыске, но абсолютно всем было известно, что он живет на берегу теплого моря, и даже, что он регулярно получает деньги из Франции и советы - продолжать загорать и ловить рыбу.

И вот на прошлой неделе Дидье Шюллера вернули во Францию; то есть, пообещали вернуть силой и он вернулся сам, заявив, что на его сына оказывается немилосердное давление, цитирую "International Herald Tribune " "сектой связанной с европейским фашизмом", и, предупредив прессу Доминиканской республики, что он не собирается кончать с собой, и что если об этом будет объявлено, это будет обозначать, что он "распрощался с жизнью не по своей воле..."

На прошлой же неделе бывший премьер-министр Ширака Алан Жюпэ, выступая по каналу LCI, сказал, что (цитирую "Либерасьон") "социалисты перемешивают дерьмо", имея в виду, что практически экстрадиция Дидье Шюллера во Францию была задумана исключительно для очернения Жака Ширака.

На данный момент можно сказать, что левым гораздо легче удается стратегия подрыва авторитета Ширака, чем правым - критика политики левых. Можно пойти дальше и сказать, что левые планомерно ведут свою избирательную кампанию, суть которой и есть разрушение имиджа Ширака, в то время как правые надеются на то, что слова резкой критики, которые по идее должны прозвучать накануне выборов, слова о невероятном росте преступности, об экономических трудностях, о неразрешенных социальных проблемах - пробудят во французах желание проголосовать за правых.

Если бы Жак Ширак вел бы себя точно так же, как Лионель Жоспен, дело о троцкистском прошлом Жоспена должно было бы всплыть в ближайшие недели, а не восемь месяцев назад. А так же все те тупиковые аферы, связанные с черными партийными кассами социалистов, которые существуют ровно в такой же степени, как и на правом фланге. В свое время Алан Жюпе предлагал амнистировать как левых, так и правых, перестать выяснять, каким образом соперничающие партии финансировали свое движение, так как с практикой подобного финансирования - покончено. Социалисты - отказались.

Несомненно, они гораздо сильнее право-центристов в искусстве демагогии и на демосе это сказывается. К тому же, если почти половина французского электората с симпатией относится к Жаку Шираку, меньшую симпатию вызывают его фавориты Алан Жюпе, Никола Саркози, Филип Дусте-Блази, Жан-Луи Дебре:

В прессе мелькнуло предположение, что, быть может, под угрозой дела Дидье Шюллера Жак Ширак решится на объявление своей кандидатуры, то есть на начало избирательной кампании, а значит и фронтальной критики политики социалистов - в самом начале этой недели. Но в любом случае можно уже сказать, что Ширак и его приближенные менее мобильны, менее изобретательны и даже - менее расчетливы в своих действиях, чем их оппоненты.

Елена Коломийченко:

Теперь приглашаю к микрофону моего коллегу Джованни Бенси. Джованни, не только во Франции, но и в Италии глава правительства, Сильвио Берлускони обвиняется в коррупции. Не так ли?

Джованни Бенси: Да, обвинений много, и они вызвали уже огромные скандалы. До доказательств до сих пор мало. Но винить Берлускони легко, потому что он крупный предприниматель, вернее, один из крупнейших в Италии, его карьера как бизнесмена была молниеносной и чрезвычайно успешной, что, конечно, всегда дает повод для толков и перетолков.

Елена Коломийченко:

В любом случае Берлускони необычная фигура. Можете ли рассказать более подробно?

Джованни Бенси:

Действительно, Берлускони необычная фигура в политике, не только итальянской, но и европейской. Он не профессиональный политик, в отличие от большинства других глав государств или правительств, вроде Ширака и Жоспена. Берлускони - крупный бизнесмен, воспользовавшийся благоприятным случаем, чтобы попытать счастья и счастье ему улыбнулось.

Елена Коломийченко:

Как это произошло?

Джованни Бенси:

Это было в середине 90-х годов, когда кампания против коррупции, начатая миланской прокуратурой (знаменитая "операция чистые руки") смела с политической сцены партии старой системы, прежде всего - Христианско-демократическую. Многомиллионная масса избирателей стала бездомной, и это могло бы стать источником серьезных социально-политических потрясений. Берлускони это понял и основал свою организацию "Форца Италиа" ("Италия вперед"), которая построена не как традиционная партия, а скорее всего - как огромное рекламное, или, как говорят, "пиаровское" агентство. У нее нет определенной идеологии, кроме культа частного предпринимательства и "успеха", понимаемого в категориях спортивной игры: "Форца Италиа"!" - это выкрик, которым итальянские болельщики подгоняют национальную сборную по футболу на международных матчах. При всем этом, "Форца Италиа" сумела перехватить осиротевший право-консервативный электорат и с его поддержкой пришла к власти в первый раз в 1994-м году.

Елена Коломийченко:

Какова карьера Берлускони?

Джованни Бенси:

Он родился в 1936-м году, окончил юридический факультет и вошел в мир бизнеса, основав небольшую строительную фирму. Но уже в 1962-м году, когда ему было всего 26 лет, эта фирма построила три микрорайона в Милане, в которые перешли жить представители средней и высшей буржуазии.

Елена Коломийченко:

Каким образом стал возможным такой быстрый успех? Откуда Берлускони взял деньги?

Джованни Бенси:

Видите ли, ходят самые дикие легенды, об этом были написаны книги. Автор одной из них, Джованни Руджери (книга называется "Бизнес президента") утверждает, что Берлускони якобы был причастен к отмыванию "грязных" денег, что у него были связи с сицилийской мафией. Эти обвинения повторили накануне выборов в мае прошлого года два левых журналиста, Элио Вельтри и Марко Травальо, в книге "Запах денег". Книга вызвала бурную полемику, стала предметом дебатов по телевидению и разошлась более чем в 18.000 экземпляров. Берлускони грозил подать на авторов в суд, но потом ничего не сделал.

Елена Коломийченко:

Имеют ли основания обвинения, выдвинутые этими авторами против Берлускони?

Джованни Бенси:

Трудно сказать. Факты таковы. В Милане Берлускони дружил с адвокатом Чезаре Превити, известным как "фаччендиере", ну, лоббист. Сейчас Превити депутат итальянского парламента от "Форца Италиа" и, вместе с Берлускони, находится в центре крупного судебно-политического скандала: именно Превити помог Берлускони вступить в контакт с лидером Социалистической партии Беттино Кракси, премьер-министром в середине 80-х годов. Впоследствии Кракси был обвинен в коррупции, сбежал из Италии и умер "в изгнании" в тунисском городе Хаммамете.

Елена Коломийченко:

Дружба политика с бизнесменом, это мы знаем по опыту многих стран, начиная в России, как правило приносит бизнесмену много преимуществ:

Джованни Бенси:

Так и было в данном случае. При финансово-политической поддержке Кракси, говорят, в 1980-м году Берлускони создал частную телевизионную компанию "Медиасет" с тремя каналами, скоро занявшую второе место в системе электронной информации Италии после государственного телевидения "РАИ". Кроме компании "Медиасет", финансовая империя Берлускони, холдинг "Фининвест", включает универмаги, издательства и многое другое. Кроме того, Берлускони создал телекомпании и за границей, например "Телесинко" в Испании. Говорят, это не обошлось без взяток и подкупов, о чем ведет следствие мадридский следователь Гарсон. Дело еще далеко не закончено. Словом, вылитый "олигарх".

Елена Коломийченко:

Конечно, но владеть телекомпаниями для богатого бизнесмена не преступление, в этом ничего необыкновенного нет.

Джованни Бенси:

Верно, но когда бизнесмен становится премьер-министром, это создает крупную проблему, которую в Италии принято называть "конфликтом интересов". Суть вопроса такова: может ли глава правительства быть владельцем крупнейшей финансовой империи страны? Ведь через свою телеконмпанию Берлускони может непосредственно влиять на общественность, пользуясь огромным преимуществом по сравнению с оппозицией. Совместимы ли интересы Берлускони как предпринимателя с интересами страны?

Елена Коломийченко:

Как отвечают в Италии на эти вопросы?

Джованни Бенси:

Надо сказать, что в момент своего первого прихода к власти, в 1994-м году, Берлускони формально сложил с себя обязанности администратора "Фининвеста", но остается его владельцем. В парламенте представлены законопроекты, от правительства и от оппозиции, для решения "конфликта интересов". Самый радикальный вариант предусматривает продажу имущества Берлускони каким-то третьим лицам. Однако парламент, в котором доминируют "Форца Италиа" и ее союзники, принял к обсуждению правительственный законопроект, который является довольно беззубым.

Елена Коломийченко:

Итальянского премьера обвиняют в коррупции, разражаются скандалы в СМИ, но было ли что-то доказано?

Джованни Бенси:

До сих пор очень мало. Берлускони неоднократно судили за взяточничество, но его почти всегда опрадывали. В нескольких случаях факт коррупции установлен, но его приписывали его подчиненным, якобы действовавшими без ведома и согласия шефа. В других случаях Берлускони оправдали просто по истечению срока давности.

Елена Коломийченко:

Но, кажется, есть и гораздо более серьезный случай:

Джованни Бенси:

Да. Сейчас в Милане идет процесс, на котором Берлускони и упомянутого его близкого друга, ныне члена парламента, Чезаре Превити обвиняют в том, что они подкупили взятками в размерах сотен миллионов лир двух римских судей, Филиппо Верде и Ренато Скуилланте, с тем, чтобы те решили в пользу Берлускони спор о приватизации, в 1985-м году, государственного предприятия пищевой промышленности "СМЕ". На приобретение концерна претендовали две группы: одна во главе с Берлускони, другая во главе с бизнесменом Карло Де Бенедетти. В финансовом отношении у последнего было больше шансов, но группа Берлускони выиграла якобы в результате дачи крупным взяткам двум судьям. Дело всплыло на поверхность, потому что о нем рассказала женщина-лоббистка по фамилии Ариосто. Поэтому процесс в Милане обозначается как "процесс СМЕ-Ариосто".

Елена Коломийченко:

Что предвидится, будет ли осужден Берлускони?

Джованни Бенси:

Посвященные говорят, что шансы премьера на оправдание не очень велики. Но он теперь глава правительства, министр юстиции Роберто Кастелли принадлежит к партии "Лига Севера", союзнице "Форца Италиа" по коалиции. Оппозиция утверждает, что правительство прибегает ко всевозможным трюкам, чтобы сорвать процесс или его затянуть до истечения срока давности. Например, один из двух главных подсудимых, Превити, прибегает к обструкции, не является на заседания суда, ссылаясь на неотложные парламентские обязанности, министр юстиции Кастелли принял меры в отношении суда, которые, по мнению критиков, направлены на то, чтобы парализовать его деятельность.

Елена Коломийченко:

Все это, вероятно, имеет и политические последствия.

Джованни Бенси:

Конечно. Это привело к острейшему конфликту между правительством и "магистратурой" - судебным ведомством: в конце января миланский прокурор Саверио Боррелли в речи на торжественной церемонии открытия судебного года призвал судей к сопротивлению, за что министр Кастелли подал на него в суд за "бунтарство". Ситуация, конечно, весьма опасная для демократической стабильности.

Елена Коломийченко:

Как защищается Берлускони от обвинений, которые явно задевают и его политическую честь?

Джованни Бенси:

Берлускони защищается, ссылаясь на "заговор" левой оппозиции против него. В недавнем интервью французской газете "Фигаро" он отрицает, что операция "чистые руки" начала 90-х годов действительно имела целью искоренить коррупцию в политических кругах. Коррупция, говорит премьер, существовала, но была равномерно распространена среди всех политических сил; тем не менее, прокуроры ударили только по правительственным партиям, прежде всего Христианско-демократической и Социалистической, на которых держалась вся политическая система. Коммунистов же никто не трогал, хотя они тоже занимались незаконными финансовыми махинациями. И это, по мнению Берлускони, неспроста: в течение предыдущего десятилетия, дескать, коммунисты целенаправленно проталкивали в судебное ведомство своих людей с целью подорвать "буржуазный" строй не революционным, а судебным путем. Надо сказать, что, пусть не в этой радикальной форме, такое мнение считается многими в Италии не совсем необоснованным.

Елена Коломийченко:

На чем же зиждется популярность Берлускони, одержавшего внушительную победу на прошлогодних выборах?

Джованни Бенси:

Тут играют роль различные факторы. Накануне майских выборов прошлого года в европейской печати, начиная с британского "Экономиста", развернулась кампания против Берлускони, которая в Италии вызвала эффект солидаризирования с ним. Во-вторых, многим итальянцам надоели бесконечная болтовня и идеологическая косность лево-центристской коалиции, правившей страной в течение последних пяти лет. Кроме того, Берлускони обещал, и отчасти осуществил, ряд популярных мер: приватизацию крупных, но малоэффективных государственных предприятий, снижение налогов, упрощение бюрократии, реформу здравоохранения, повышение минимальных пенсий для особенно нуждающихся до миллиона лир (около 13.660 рублей) в месяц. В этом, вероятно, залог его успеха.

Елена Коломийченко:

Введение общеевропейской валюты настоятельно требует координации многих сторон национальных экономик в странах Европы. И эти проблемы тревожат многих специалистов. Беспокойство вызывает и ситуация в Германии, которой вот-вот грозит превышение допустимого барьера в дефиците бюджета, установленного в три процента, кстати, Германия была одним из главных инициаторов этого. Вот что пишут европейские газеты. Обзор подготовил Иван Воронцов:

Иван Воронцов:

Объединенной Европе с ее общей валютой приходится координировать свою налоговую и бюджетную политику. Проблемы той или иной страны неизбежно касаются всех. Сейчас недовольство структур Европейского союза вызывает рост бюджетного дефицита в ФРГ. "Бункерное мышление канцлера Шредера, - так озаглавлена редакционная статья в британской "Файненшел Таймс". - И Еврокомиссии, и правительству Германии стоит пожалеть о том, что их противостояние в связи с немецким бюджетным дефицитом зашло так далеко. Если министры финансов на своем совещании в понедельник проголосуют против предостерегающей Германию резолюции, это станет унижением для комиссии и подрывом авторитета еврозоны, если же они проголосуют за - это станет неприятным поражением канцлера ФРГ Шредера, неразумно превратившего этот спор в пробу сил", - пишет "Файненшел Таймс". В другой статье эта газета обращает внимание на вскрывшиеся факты фальсификации данных о своих успехах в немецком федеральном агентстве по трудоустройству. 70 процентов статистических данных не соответствовали действительности. Например, временно найденные работы для игравших пару часов Деда Мороза студентов фиксировались как успешное трудоустройство человека - пишет "Файненшел Таймс".

"Канцлер-солнце" - так иронично называет Герхарда Шредера немецкая "Зюддойче Цайтунг". "Канцлер неузнаваем. Вдруг он стал весел и добр к своим коллегам по партии. В чем дело? Канцлер переходит в наступление и, кажется, вспомнил о том, как плохо обстоят дела у него в войсках. Многие начинают замечать то, что до сих пор принималось как должное: Шредер слишком мало консультируется с коллегами, полагаясь только на себя. В руководстве соцдеков все танцует вокруг Шредера. "Если он приходит на заседание веселый - у всех хорошее настроение, если он хмурый, как это, как правило, было в последнее время - тогда все подавлены и ничего не делается", - замечает один из членов президиума СДПГ. Не поддакивает шефу только мэр Берлина Клаус Воверайт. Многие уверены, что референты канцлера не дают ему достаточно информации о подготавливающихся законах. Канцлер наверняка только из газеты узнал о том, как новый закон насолил матерям-одиночкам. Их с 1 января приравняли к бездетным неженатым гражданам, в итоге сестра самого Шредера пожаловалась на страницах одной бульварной газеты, что политика брата обойдется ей в 2400 марок в год. Сейчас канцлер начинает действовать энергично, но, по сути, Шредер все еще не нашел своей платформы и ведет себя, по словам членов правительства, как-то странно", - пишет "Зюддойче Цайтунг".

Споры и проблемы Европейского союза будоражат и общественное мнение в странах-кандидатах на вступление в ЕС, Чехии, Польше, Венгрии, Румынии, Словакии, Болгарии и других. Вот, например, взгляд из Чехии. "Ахиллесова пята Евросоюза, ЕС хочет расширяться, но экономически к этому не готов", - так озаглавил свою статью в авторитетной пражской газете "Лидове Новины" журналист Петр Фишер. "Те, кто ведут переговоры с Евросоюзом, прекрасно знают, что именно противоречие национальных интересов и федеративных идей и есть ахиллесова пята ЕС ", - пишет на страницах чешской газеты "Лидове Новины" Петр Фишер.

И снова "Зюддойче Цайтунг" - она сравнивает выбор для Европы с выбором между чумой и холерой, между дорогим расширением или расширением плохим, грозящим проблемами и болезнями. А если прием новых членов будет отложен, тогда в некоторых из стран-кандидатов люди могут проголосовать на референдумах против вступления в Европейский союз", - пишет "Зюддойче Цайтунг".

Елена Коломийченко:

В прошлый раз мы рассказывали о том, что происходит в телемире Франции. Сегодна тема телевидения - в новых записях "Венского дневника Елены Харитоновой".

Елена Харитонова:

Какая страна, такое у нее и кино с телевидением. В Австрии сейчас вспоминают любимицу Гитлера Лени Рифеншталь, она только что бодро отметила свое столетие. "Ее документальные фильмы о нацистских парадах, спортивных съездах и спортивных соревнованиях, холодные, ритмичные, завораживающие были, по сути, совершенно пустыми. Все ультраправые и ультралевые деятели горят мертвым огнем", - прочитала я у одного беспощадного критика в венской газете "Штандард". Жившие в СССР этот мертвый огонь знают.

Недавно, бесцельно прыгая по программам телевидения, я наткнулась на турецкий канал и несколько минут не могла оторваться. Кроме непонятной речи это было родное советское телевидение времен "голубых огоньков" и "сельского часа". Смирные ведущие, среди публики в студии солидные женщины со скованными движениями и робкие мужчины в пиджаках с галстуками. Все поют, танцуют, хлопают в ладоши. Рабочим из Турции это пока нравится. Играя в нарды, они с энтузиазмом смотрят Анкару в своих уже вписавшихся в венские переулки кофейнях. А сами венцы пока смотрят австрийское телевидение "ОРФ". Оно до сих пор выдерживало конкуренцию с мощными немецкими каналами, и с "ЦДФ", и с "РТЛ", и с интеллектуальным "Арте". На "ОРФ" были хорошие информационные программы и вполне приличные дискуссии и ток-шоу. Я говорю, были, потому что, по словам почти всех моих знакомых телевизионщиков, теперь будет хуже. В эту пятницу закончилась реорганизация "ОРФ". Ее затеяли правящие сейчас в Австрии партии христианских демократов и ультраправых. Как говорит одна моя очень левая знакомая, тележурналисты так часто выставляли ультраправых в глупом виде, что реорганизация была сделана, чтобы убрать с экрана неугодных ведущих. Это правда. Австрийское телевидение два года сражалось с коалицией христианских демократов и ультраправых. Большинство талантливых журналистов, если их сильно не прижать, ультраправых почему-то нигде не поддерживает, а прижимать при западной демократии сложно, легче реорганизовать.

Но была и другая причина: Австрия - единственная в Европе страна, где нет ни одного частного телеканала, и два года назад, победив, наконец, давно управлявших страной социалистов, христианские демократы пообещали рыночные, реформы, а среди них и реорганизацию телевидения, в результате которой мог бы появиться негосударственный канал. Ради этого они, говорилось, и пошли на коалицию с ультраправыми - других партнеров в Австрии, к сожалению, не нашлось. И вот, долгожданный результат. Вместо управлявшего телевидением комитета из представителей всех парламентских партий теперь создали комитет, в основном, из христианских демократов и ультраправых. Урезали права журналистов и начальников, поменяли директора, но ничего не приватизировали и не акционировали, оба австрийских канала так и остались государственными.

А для чего тогда была реорганизация? Что вообще может серьезно измениться под влиянием ультраправых? Об этом рассуждает в журнале "Формат" известный венский публицист Ханс Раушер. Сразу бросается в глаза, пишет он, что новым руководителем всех информационных программ стал приятель духовного лидера ультраправых Хайдера. В своем первом интервью он уже пообещал заменить самую популярную воскресную дискуссию "Суть дела" Зарубежными корреспондентами начнет командовать другой человек ультраправых - майор резерва военной разведки. В молодости он писал антисемитские националистические статьи в полулегальных газетках. А координировать все новости и дискуссии будет еще один офицер резерва и, как он сам себя, представляет фанатичный коллекционер оружия. Он тоже сторонник ультраправых. Правда, газеты с облегчением сообщают, что других сторонников этой партии среди новых начальников нет. Остальные - талантливые профессионалы. И Раушер согласен - совсем без талантов невозможно. Но все-таки, что теперь будет с информацией и дискуссиями? Новый генеральный директор "ОРФ" Моника Линднер пообещала что ее телевидение станет по-настоящему австрийским, но очень не хочется, пишет Раушер, чтобы австрийское представляли одни ансамбли, занимающиеся тирольским пением и танцами под гармошку. Как сказал мне один знакомый звукооператор, у них получилось как с бюджетным дефицитом - христианские демократы обещали уменьшить его за счет рыночных реформ, а под влиянием ультраправых все кончилось резким повышением налогов.

Елена Коломийченко:

Программу завершает европейский исторический календарь на февраль месяц. Микрофон Кириллу Кобрину.

Кирилл Кобрин:

Две главные проблемы нынешних мировых лидеров, да и вообще стран бывшего "первого и второго" миров - как вернуть деньги, данные некогда в долг с разными намерениями - от "хороших" до "шкурных" и: куда девать оружие, некогда произведенное в немыслимых и не пригодившихся количествах. Можно, конечно, потратить это оружие как раз на то, чтобы вернуть эти самые деньги, да не позволяют принципы Западной цивилизации, к тому же, в таком случае антиглобалисты с защитниками стран "третьего мира" разнесут в отечестве все "Макдональдсы". Где же будут питаться те же антиглобалисты, да и американские туристы, между прочим, тоже?

Если быть серьезным, то оружие девать решительно некуда, уничтожать его порой стоит столько же, сколько стоило производство, а деньги и вовсе не с кого брать - канули они в тайных финансовых империях лидеров так называемого "освободительного движения", осели где-то в Швейцарии или на Сейшелах, превратились в шикарные виллы "революционных главнокомандующих", в их коллекции японского фарфора и французской живописи. Ну а с жителей постколониальных государств взять нечего.

Проблема эта родилась в прошлом, именно - прошлом уже - двадцатом столетии. В начале века Российская империя пользовалась особым расположением кредиторов и инвесторов: экономика бурно развивалась, а политические реформы, затеянные после 1905-го года, давали надежду на преобразование романовского самодержавия в некое подобие гражданского общества. Большевики, пришедшие к власти в 1917-м году, рассудили по-иному. Деньги буржуям решили не отдавать, а собственность, включая иностранную - отобрать. Впрочем, через несколько лет хозяйственного хаоса под названием "военный коммунизм" и краха надежд на "мировую революцию" Ленину сотоварищи понадобились и буржуазные товары, и буржуазные инвестиции, и дипломатическое признание буржуазных стран. Тогда-то и началась сложная шахматная партия под названием "борьба за международное признание Советской республики".

Ровно 80 лет назад, в Париже, под председательством французского дипломата и финансиста Нуланса началась конференция кредиторов России. Цель ее заключалась в подготовке к началу международного саммита в Генуе, на который Антанта намеревалась пригласить не только побежденную в Первой мировой войне Германию, но и страшную большевисткую Россию; чуть ли не Ленина самого. Помимо кредиторов из Бельгии, Дании, Японии, США, в ней принимали участие и Ассоциация британских кредиторов, и Главная комиссия защиты французских интересов. Вопрос, если сильно упростить ту дипломатическую возню победителей, был поставлен так: либо Россия признает свои долги и тогда она будет приглашена на Генуэзскую конференцию, где возможно произойдет как ее дипломатическое признание, так и выработка программы экономической помощи ей, либо конференция пройдет без нее. Кредиторы, естественно, согласились на резолюцию, требовавшую от большевиков отдать награбленное. 25 февраля того же года премьер-министр Франции Пуанкаре встретился с главой британского кабинета Ллойд-Джорджем. Тогдашние хозяева Европы согласились, что даже если Советы будут приглашены в Геную, это не означает их признания де-юре.

Прошло десять лет. За это время СССР был благополучно признан почти всеми ведущими державами, активно включился в международные отношения той поры, укрепил свой авторитет среди левых всего мира (которых, естественно, финансово поддерживал, если не содержал вовсе), а долги так и не были отданы. Впрочем, тогда, 70 лет назад, в 1932-м году, о долгах уже не вспоминали: в США разразился невиданный экономический кризис, который перекинулся потом на Европу. Обнищание и внутренняя нестабильность привели к обострению международных отношений. Версальско-Вашингтонская система, созданная в результате Первой мировой войны, на глазах расползалась по швам. Во многих странах, прежде всего, в Германии и Франции к власти рвались крайне левые и крайне правые. Напомню: в Италии к тому времени Муссолини правил уже десять лет. Лига Наций, тоже детище Первой мировой и прообраз нынешней ООН, в отчаянии созывает международную конференцию по разоружению, пытаясь реализовать некие пацифистские идеи. Конференция открылась 2 февраля 1932-го года в Женеве и продлилась более двух лет. За это время в Германии к власти пришел Гитлер и смысл дебатов о будущем мировом порядке без оружия окончательно испарился, не говоря уже о том, что все эти беседы о "дивном новом мире" происходили на фоне японского вторжения в Маньчжурию. Обращу внимание лишь на одну деталь: когда французская делегация предложила весьма экстравагантный "план Тардье", предусматривавший передачу всех стратегических вооружений той эпохи Лиге Наций, советская тут же выдвинула еще более радикальный вариант - полное разоружение в течение ближайших четырех лет. Естественно, и французы не собирались отдавать международным женевским бюрократам свои кровные бомбардировщики, тяжелые пушки и линкоры, и Сталин даже не помышлял остаться под защитой одних только ленинских директив и пятилетних планов.

Лицемерие - вот, что погубило межвоенную Европу. На фоне вечно привирающих, слабых, лукавых, неуверенных в себе политиков Гитлер и Муссолини выглядели в глазах обывателей, потрясенных Великим Кризисом, истинными рыцарями без страха и упрека. Они-то как раз делали, что говорили...

На грустные мысли наводит сегодняшний календарь. Вот и кризис к нам в Европу потихоньку переползает из Америки, как тогда, вот и бесконечные переговоры о разоружении и конференции о проблеме долга. Может, послушаться певца из группы "U-2" Боно и простить всем их долги? Это будет сильный ход, если и не по существу, то, хотя бы, - важный для имиджа западных демократий. А, значит, Европы.

XS
SM
MD
LG