Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

От августа 1991-го до августа 2001-го - успехи и неудачи

  • Елена Коломийченко

См. также: Программы РС, посвященные 10-летию событий августа 91-го

Елена Коломийченко:

Десять лет после путча ГКЧП - как оценивают значение трех августовских дней европейские политики и средства массовой информации...Независимой Украине 10 лет - успехи и неудачи. Двум этим темам посвящен очередной выпуск программы "Континент Европа".

Директор ВЦИОМ Юрий Левада в статье об отношении российских граждан к августовским событиям десятилетней давности, которую напечатала "Общая газета", пишет: "Консервативный переворот "путч ГКЧП" не был подавлен, он просто исчерпал свои возможности за неполные трое суток. Его противникам - демократам не пришлось завоевывать власть, которая валялась на земле, и оставалось лишь ее подобрать. "Заговорщики" пытались спасти советскую систему, на деле же они показали, что для ее спасения нет ни сил, ни средств. Демократический же переворот зафиксировал конец системы, но... в тот момент никаких программ предложено не было". Конец цитаты. Интересно, что по данным опросов ВЦИОМ, сегодня только десять процентов россиян характеризуют август 1991-го как победу демократической революции, покончившей с властью КПСС, а 45 процентов считают, что это был просто эпизод борьбы за власть в высшем руководстве страны. Интересно, а как видятся те августовские события в Москве десять лет назад европейцам? Начнем с Франции - Семен Мирский беседует с французским философом Андре Глюксманом. Он одна из наиболее влиятельных фигур интеллектуальной жизни Франции, автор трех десятков книг, среди которых "Кухарка и людоед" - о природе советского тоталитаризма. Летом прошлого года Андре Глюксман, которому в визе российские власти отказали, совершил поездку в Чечню. По результатам опубликованы несколько статей в "Монд". Андре Глюксман рассказывал о поездке и в интервью Радио Свобода. Итак, Семен Мирский с вопросом к Андре Глюксману:

Семен Мирский:

Чем запомнился вам лично московский заговор обреченных? И какова была реакция Запада на путч Янаева и его товарищей?

Андре Глюксман:

Я очень пристально следил в те дни за развитием ситуации в России, и я должен сказать, что меня просто повергла в ужас реакция, не Запада в целом, а реакция Франции, точнее ее президента, которого звали, как вы помните, Франсуа Миттеран. Миттеран был единственным государственным деятелем Запада, давшим некоторое подтверждение легитимности тому, что совершил Янаев и пошедшая за ним банда путчистов. Президент Миттеран выбрал для этой цели французское телевидение, выступив по которому, он направил послание лидерам путча, даже не упомянув в своем выступлении имени того, кто был в те дни законно избранным лидером СССР - Михаила Горбачева. Итак, я был в ужасе от непонимания ситуации, царившей в СССР, которую продемонстрировало в те дни политическое руководство моей страны. Добавим, что прошедшее десятилетие подтвердило, на мой взгляд, отсутствие понимания того, что происходит в России со стороны западных столиц в целом, и в особенности - со стороны американского руководства.

Семен Мирский:

Андре Глюксман, попробуйте представить себе, что путч, бездарно, кстати, подготовленный, не провалился, и путчисты действительно захватили бы полноту власти в свои руки?..

Андре Глюксман:

Послушайте, я думаю, что путч, в конечном итоге, увенчался успехом, дело в том, что те, кто стоял за этим путчем, плохо выбрали его исполнителей, да к тому же и момент для совершения переворота был плохо выбран. В остальном же путч, повторяю, увенчался успехом. Почему? Власть в стране перешла в руки КГБ, в руки командования Генерального штаба, в руки тех, кому не по душе свобода печати, право народов на самоопределение. Так что можно утверждать, что захват власти этими элементами произошел не в 1991-м, а в 2000-м году - с приходом к власти Путина. Но Путин, хоть он и моложе путчистов, хоть он и энергичнее их, разделяет, тем не менее, те же идеи.

Семен Мирский:

Андре Глюксман, вам, в отличие от меня, например, известны идеи, которые разделяет Владимир Путин, но разве не правильнее было бы утверждать, что после провала путча 1991-го года, учитывая популярность, которую сохранили в народе некоторые идеи коммунистической партии, учитывая состав российской Думы - итак, разве не правильнее было бы утверждать, что политический строй, существующий в России последнее десятилетие, в общем и целом отвечает волеизъявлению народа, то есть, отвечает основному принципу демократии?

Андре Глюксман:

Я считаю, что нельзя говорить о демократии в стране, в которой люди не обладают свободой информации. Приведу в качестве примера войну в Чечне, ставшую мотором популярности Путина. Население России не обладает объективной информацией, касающейся этой войны. Я не думаю, что в России существует сегодня свобода информации, и что российский народ выбрал своих руководителей, четко зная, кого именно он выбирает. Российская демократия еще очень хрупкая, и я не думаю, что Владимир Путин олицетворяет собой переход к демократии в России начала XXI столетия.

Семен Мирский:

Вернемся, однако, к путчу 1991-го года, Андре Глюксман, разве не справедливо, по-вашему, утверждение, согласно которому путч ознаменовал собой окончательную гибель Советского Союза? Ведь вы помните, что в считанные дни после путча Украина, например, провозгласила государственную независимость?

Андре Глюксман:

Да, конечно, путч, как и всякое другое событие, сыграл свою роль в повороте судьбы Советского Союза, но событием, ознаменовавшим конец СССР, для меня стал не августовский путч, а взрыв на Чернобыльской АЭС, по стопам которого тогдашнее руководство Советского Союза доказало свою полную неспособность принять вызов, брошенный катастрофой подобного рода.

Семен Мирский:

Итак, не путч августа 1991-го года в Москве, а атомное облако над Чернобылем в апреле 1986-го года окончательно похоронило Советский Союз - так считает французский философ Андре Глюксман.

Елена Коломийченко:

А вот что пишут о провалившемся путче ГКЧП некоторые европейские газеты. Обзор подготовил Иван Воронцов:

Иван Воронцов:

Британская "Гардиан" замечает: "То, что 85 процентов россиян сожалеют о распаде СССР - неудивительно. Те, кто оказались в результате перехода от централизованной экономики к разбойничьему капитализму в выигрыше, без сомнения успокаивают себя тем, что критики забывают, мол, о свободе, демократических структурах и разнообразии появившихся в свободной продаже качественных товаров. Но свободы принесла преимущественно еще горбачевская перестройка, еще до коллапса СССР, а товары для большинства людей недоступны... Советское общество - его уже никто никогда не скопирует, как и условия, в которых оно появилось, но с последствиями его разрушения нам придется жить еще десятилетиями" - пишет "Гардиан".

Швейцарская "Нойе Цюрхер Цайтунг" анализирует итоги десятилетия: "Через 10 лет после неудачного путча стало ясно, что на формирование нового самосознания России уйдет жизнь не одного поколения. Простирающаяся на два континента страна вряд ли когда-либо полностью войдет в демократическую Европу - это скорее маловероятно. И, тем не менее, Западу стоит держать политические и экономические двери широко открытыми. За Россией же и ее руководством остается решение: воспользоваться ли имеющимся шансом и сопряженными с ним обязанностями, или - нет" - пишет "Нойе Цюрхер Цайтунг".

"Россияне фактически проигнорировали годовщину попытки переворота. Главным событием вчерашнего дня - 19 августа - в Москве был гала-вечер в ФСБ", - замечает лондонская "Таймс". Для молодого поколения путч - несущественное событие, эхо далекого и чужого прошлого. Для него изменения последнего десятилетия - нечто само собой разумеющееся, а кадры с Брежневым и съездами КПСС вызывают только наивные вопросы - почему избиратели поддерживали его целых 17 лет... Для людей среднего возраста попытка переворота - воплощение некомпетентности системы - даже и путч не смогли устроить как следует... Авторитарно настроенным люди старшего поколения, не скрывающим своих симпатий к прошлому, жалеть не о чем.., им близки манеры путинской администрации... Россияне привыкли переписывать историю. Ельцина, когда он был у власти, большую часть времени обвиняли в коллапсе Советского Союза, распространении коррупции, провале реформ. Сейчас начинают появляться более справедливые его оценки. Отчасти потому, что люди начинают понимать, что Москва не могла удержать империю, отчасти, потому что суматоха последних 10 лет, по крайней мере, начинает сходить на нет. Пути восстановил жесткую стабильность, которую считают нормальной многие россияне, хотя она и выглядит угрожающе для либеральной интеллигенции, правозащитников и, разумеется, чеченцев... Россияне не считают уже и Горбачева козлом отпущения. И дома и за границей он воспринимается как старый государственный муж. Горбачев был злополучным катализатором последовавшей за путчем смуты, но без него Россия никогда не добилась бы произошедших перемен такой малой кровью - полагает "Таймс".

Елена Коломийченко:

О реакции в Испании на август 1991-го рассказывает Аврора Гальего.

Аврора Гальего:

Среди испанцев, особенно - близких к событиям - во-первых, журналисты, которых 19-е августа застало в Москве, во-вторых - мир политиков, задержавших дыхание от такого спектакля в стране, где до сих пор все, что касалось власти происходило за кулисами, ну, и, в-третьих, члены компартии Испании - в силу естественного интереса к стране, которая первой в истории человечества взялась за строительство "светлого будущего". В августе 1991-го средства массовой информации Испании пристально следили за московскими событиями. За политические комментарии еще никто не брался. Ошеломительно ново было наблюдать за кризисом страны, который разворачивался на виду у всего мира. На следующий же день в газетах появился подробный отчет о событиях.

"Эль-Паис" - 20 августа 1991-го - под фотографией надпись: "Ельцин на танке рядом с солдатом, который по привычке прячет лицо". Из статьи в "Эль-Паис": "Несмотря на сообщения об опасности переворота, события не затронули жизнь советского политического класса и простых граждан. Вчера Москва проснулась как обычно. Люди пошли на работу. Крестьяне приступили к продаже цветов у вокзалов. Только к 10 часам стало заметно, что что-то происходит, когда десятки бронетранспортеров направились к центру столицы, где собралась толпа с флагами и транспарантами".

Первые официальные отклики после событий в Белом Доме свидетельствуют о всеобщем облегчении в политических кругах. В "Эль-Мундо" 21 августа публикуются выдержки из высказываний политических деятелей мира, начиная с тогдашнего президента США Джорджа Буша, который заявил: "Свобода и демократия победили". Лидеры других стран - британский премьер-министр Джон Мейджор: "В Советском Союзе восстановилась законность. Это стало возможным благодаря доверию, которое оказали реформаторы в СССР народу". Президент Франции Франсуа Миттеран назвал попытку переворота "опасной и нереалистической". Заявил, что "не удивлен тем, что она не удалась", и добавил, что нужно увеличить объем материальной помощи Советскому Союзу. В Бонне сообщили о том, что планируется крупномасштабная помощь СССР, ибо, как было заявлено официально, "народ, который так решительно выступил против заговорщиков, имеет право на серьезную помощь". Официальные заявления правительства Испании прозвучало следующим образом: "Решительная и солидарная позиция советского народа, его демократически избранных представителей, смелая защита конституционного порядка президентом Российской Федерации Борисом Ельциным оказалась решающим фактором в провале путча".

Испанские коммунисты, привыкшие к тому, что процессы внутри СССР прочно защищены традицией нераспространения информации, реагировали, и до сих пор реагируют, с паранойей и возмущением. Не так давно, в сентябре 1998-го года, отвечая на вопросы официальной газеты компартии "Мундо Бреро", тогдашний генеральный секретарь компартии Испании Хулио Ангита сказал: "Что произошло после того, как Запад поддержал путчиста Ельцина? Что они получили? Проституцию, убийства, политическую мафию, свержение правительств, падение Советского Союза и то, что США стали первой террористической державой мира. Террористической, я на этом настаиваю, и повторяю это при всех". Вывод, который делает Ангита - "мы должны делать ставку, как и раньше, на наши представления о том, чем должно быть социалистическое общество, и продолжать у нас борьбу идей".

10 лет спустя ясно одно. После событий в Белом Доме политические кризисы страны невозможно скрывать от всего мира, постепенно открываются архивы, тайное становится явным. Отрицание реальности - самое опасное средство для оправдания поступков, типичных для закрытых политических систем, наконец, перестало быть нормой.

Елена Коломийченко:

Кажется, кому, как не австрийцам понять события, последовавшие за провалом путча ГКЧП - развал СССР, образование на этой территории новых независимых государств: ведь Австрия пережила что-то похожее в начале двадцатого века. Как же сегодняшние австрийцы видят Россию десять лет спустя после путча? Елена Харитонова:

Елена Харитонова:

Говоря о своих впечатлениях, австрийцы часто пользуются словом "оптика" - у этого дела, мол, хорошая оптика, а у того - неважная. То есть, внешне одно дело выглядит хорошо, а другое - не очень. "Оптически" здесь смотрят на все - на города и страны, на политику и бизнес, на людей и их поступки. Я то же решила посмотреть так на Россию, какой она выглядит этим летом - как раз через 10 лет после того, как в августе 1991-го года коммунисты потеряли в СССР свою власть.

Какая оптика сложилась сейчас у России в Австрии? Я полистала в Интернете газеты и журналы, и попыталась вспомнить, что видела в последнее время по телевизору и слышала в разговорах знакомых. Сразу хочу сказать, что "особый русский путь", как и спасительная для всего человечества "евразийская соборность мышления" в русском менталитете здесь никого не волнуют. Кроме нескольких дотошных славистов тут об этом вообще никто не имеет понятия. И такое, типичное для российских разговоров, выражение, как "высокая духовность" - большинство воспринимает со стойким юмором. Народ здесь прагматичный, а интерес к России у большинства простой: опасна она для Австрии, ну и для мира тоже - или уже нет. То есть, надо ее, как когда-то Советского Союза бояться, или это уже, как здесь говорят, неактуально. И еще: насколько вообще занимательна и привлекательна эта страна и ее жители? Стоит ли, например, ехать в Россию туристом или вкладывать туда какие-то деньги. Большинство насколько я понимаю, считает, что не стоит. Как здесь сейчас шутят, "на последнем заседании руководителей "Большой Восьмерки" присутствовали семеро мощных и один скучный".

Россия выглядит в австрийских средствах массовой информации угрюмо; что-то в ней меняется, вот и знаменитую скульптуру "Рабочий и колхозница" с серпом и молотом поставят теперь на крыше большого торгового центра, чтобы, как с иронией пишет журнал "Формат" "украшать капитализм". Но это глянцевая Москва. А в стране - рассказывают и показывают корреспонденты - грязные поезда, ржавые корабли, ненадежные самолеты, ободранные заводы. Люди толкутся на барахолках, копаются в земле, снуют с плакатами. Коммунисты на митингах орут про униженных, олигархи сращиваются с мафией, полиция в масках устраивает облавы, беженцы жалуются, а в Чечне - война, война, война... И все, ничего больше отсюда не видно.

Внимание здешних журналистов приковано к однообразному Путину - чего от него ждать. И не пора ли уже все-таки опять начинать бояться русских? Журнал "Формат" рассказывает своим читателям, что "Кремль наращивает пропаганду в советском стиле, в продаже появляются бронзовые бюсты и картины с гордо застывшим Путиным, возрожденный советский гимн и красный армейский флаг, как и разгон НТВ свидетельствуют - по мнению автора - о возникновении культа личности в сталинском стиле, хотя и с пока еще комично выглядящими деталями, среди которых экскурсия в родную деревню президента - из этого источника он, мол, пил воду, отсюда смотрел вдаль на российские просторы". Впрочем, почти все здешние тексты о том, что "благодаря усилиям бывшего гэбиста Путина возрождается сталинизм" сами себе как бы не очень доверяют - так ли это. А в недавно показанном австрийским телевидением полнометражном документальном фильме о Путине говорящий по-английски Чубайс - фильм сделан "Би-Би-Си" - формулирует следующее: "Пока в путинской России продолжают существовать и высказываться критики Путина, хотя он их и не очень привечает, есть надежда, что этот человек обучаем. Да и вообще Путин все-таки не коммунист, не быть коммунистом он уже вроде научился". Но привыкнуть к тому, что в России коммунизма уже нет, и, скорее всего, никогда не будет, недоверчивым европейцам трудно. Огромная холодная страна на Востоке вырисовывается отсюда без деталей и полутонов, и потому, может быть, еще суровее и безнадежнее, чем на самом деле. "По России, - читала я не так давно в здешней прессе, - блуждает на своем бронированном поезде боящийся летать на самолетах гость президента Путина великий вождь корейского народа Ким Чен Ир, и никто точно не знает, где, когда и зачем его поезд останавливается, и куда отбывает".

Елена Коломийченко:

Разумеется, тревожный август 91-го в Москве и вопрос, о том, что будет в СССР дальше, больше, чем кого-либо другого в Европе волновали прежних, к тому времени уже определивших курс на Европу, демократию и реформы, "братьев по соцлагерю и Варшавскому договору". В прошлый раз у нас выступал бывший посол Польши в Москве. Сегодня мы представляем реакцию в Венгрии 0 об этом из Будапешта Агнеш Геребен:

Агнеш Геребен:

"Путч - какой путч?! Когда это было и почему нам это важно"? - спросил меня раздраженно владелец популярной венгерской телекомпании. Нет, дело не в его невежестве или в неинформированности. Дело во времени, которое ощущается по-разному, я бы сказала - нелинейно. Поэтому, скажем, 40-летнюю историю с Берлинской стеной на берегах Дуная вспоминают больше и чаще, нежели марионеточный путч незадачливых ГКЧП-истов. Во-первых, потому, что Берлинская стена имела отношение к нашей судьбе, а дрожащие руки пьяного Янаева на пресс-конференции, по крайней мере, теперь это так кажется, значительно меньше касались нас в прямом и переносном смысле слова. Это вроде бы уже часть истории чужой и далекой страны. Во-вторых, потому что, в отличие от воздвижения и разрушения Берлинской стены, о московском путче мы по сей день почти ничего не знаем - кто его затеял, кто за ним стоял, какую роль в нем сыграл Михаил Горбачев и был ли вообще этот путч путчем? Был ли мальчик? - Чтобы привести литературную параллель. Этим я хочу сказать, что знаменитый венгерский продюсер вовсе не одинок в своем отношении к событиям десятилетней давности. Тогда он, как и другие работники СМИ, каждое утро будили нас с мужем в четыре утра, дабы мы успели рассказать, что же случилось в последние часы в Москве. Тогда и человек с улицы жил этими событиями, которые, в этом были уверены все - потрясли мир и сделали историю...

Правда, реакция в Венгрии и тогда была противоречивой. Нашу страну тогда всего несколько недель назад покинул последний советский солдат. Уже прошли первые свободные выборы. Страной правила правоцентристская коалиция Йожефа Антала. Венгерское общество раздвоилось. Одни несколько сот тысяч человек - люди канувшей в лету коммунистической системы - после ее развала жили в страхе. Они-то не очень скрывали своего удовольствия, что словоохотливому Горбачеву придется уступить бразды правления реставраторам просталинского Советского Союза. В газета "Непсабатшаг" - бывшем органе партии - появились почти злорадные статьи о восстановлении порядка. Кстати, эти же голоса звучали, и продолжают звучать и поныне, после ухода Бориса Ельцина - по поводу правления в России Владимира Путина. Итак, сотни тысяч членов венгерской компартии, влиятельные журналисты, для приличия в полголоса - радовались. Миллионы менее влиятельных простых людей, однако, с опаской следили за сообщениями из Москвы. Даже те, которые не разбирались в политике, инстинктивно боялись при виде уличной демонстрации в Москве, танков на площадях летнего города... В Венгрии в таком случае люди старше 30 лет просто не могут не вспоминать кровавую осень 1956-го года в Будапеште.

Кстати, как раз в те дни по случаю национального и религиозного праздника тысячелетия христианства проходил визит в Венгрию Папы Римского Иоанна Павла Второго. 20 августа на огромном стадионе в присутствии политического руководства и венгерской общественной элиты, и членов дипломатического корпуса Святейший отец с осторожным сочувствием высказался в пользу демократии в России, и тогда тогдашний посол Советского Союза встал и демонстративно вышел. Помнится, при виде этой скандальной сцены присутствовавшие почувствовали страх. Но это, как сами понимаете, тоже воспоминания из прошлой жизни. Венгрия во всех отношениях далеко ушла из своего собственного "Я" в 1991-м году. Став членом НАТО, она ужа на пороге ЕС, в стране необыкновенный экономический взлет, ожесточенная борьба в парламенте, а простые граждане мало думают о политике и политиках, живя своими заботами и радостями, как и должно быть в демократии. А Москва со своим путчем и со своим Путиным далека, что вряд ли было бы так, если бы злополучные путчисты произвели бы настоящий переворот.

Елена Коломийченко:

За провалом путча в Москве последовали события, которые определили дальнейшую судьбу Советского Союза, которому оставалось жить еще полгода. Первое из таких событий - это принятие Верховным Советом тогда Украинской Советской Социалистической республики "Декларации о независимости". С 24 августа 1991-го года на карте СССР появилась независимая Украина. Это была не первая попытка Украины стать самостоятельной. 22 января 1918 года Украинская Центральная Рада провозгласила независимость и избрала президентом страны Михаила Грушевского. Тогда самостоятельная Украина просуществовала недолго. И вот, что писали тогдашние газеты: 11 января 1918 года "Киевские губернские ведомости". "В это время, когда Украинской Центральной Раде угрожает опасность, когда нормальная жизнь граждан нарушается предателями народа, которые хотят посеять анархию и безвластие, в это время мы обращаемся ко всем административным лицам и профессиональным организациям почт, телеграфа и телефона Украины и предлагаем принять все меры, чтобы не позволить этим темным и анархичным силам разрушить нашу республику". Для обороны обращайтесь непосредственно к местным украинским военным частям, а также к губернским и городским комиссарам.

23 января 1918 года, газета "Киевлянка". "В Киеве уже третий день продолжается гражданская война. По приказу большевистских комиссаров из Петрограда, часть Киевского гарнизона восстала 15 января против украинской Центральной Рады - наивысшего революционного органа украинских рабочих, крестьян и солдат, чтобы подчинить Украину власти петроградских большевиков. Они - большевики - не остановятся не перед чем, чтобы захватить власть на Украине. Киев и вся Украина переполнены посланными петроградским правительством за большие деньги большевистскими агитаторами и "красногвардейцами". Несмотря на их активные действия, главные черносотенные большевистские оплоты в Киеве взяты войсками УНР, а именно захвачены оплоты большевиков на Шулявке, возле Политехнического института, в гостинице "Прага", на почте и телеграфе".

24 января 1918-го года. Газета "Киевлянка" сообщала о результатах парламентской комиссии относительно ареста семи членов Рады несколько дней назад. На основании имеющихся документов, информирует газета, установлено, что между Советом народных комиссаров и некоторыми левыми украинскими эсерами велись переговоры о свержении Центральной Рады с тем, чтобы поставить во главе Украины большевистское правительство. Некоторым из арестованных были обещаны после переворота, должности в правительстве.

Украиноязычная газета "Свобода", издававшаяся в Нью-Йорке, вот что писала о событии 22 января 1918 года: "Украинская Центральная Рада большинством в 508 голосов при 4 против объявила о независимости Украины. При этом сообщается, что Украина направила большевикам в Петроград ультиматум, требуя признания Украинской Народной Республики и заключения с ней мира. Через несколько дней большевистский лидер Ленин заявил о необходимости подавить революционное национальное движение на Украине. А тем временем независимость Украины признали Франция и Англия". А вот несколько строчек из апрельского номера газеты: "Украинское правительство запретило употребление русского языка на территории Украины, заявив о том, что делопроизводство отныне будет вестись только на национальном языке".

О первом десятилетии независимости, об успехах и неудачах говорит Виктор Медведчук - заместитель председателя Верховной Рады Украины:

Виктор Медведчук:

Говоря о десятилетнем пути самостоятельного развития Украины, я хотел бы, в первую очередь, сказать, что, оценивая прошедшие 10 лет - я бы хотел с этого начать, нельзя забывать, с какой точки отсчета или фундамента мы начали движение. Если не быть предвзятым, а объективно подходить к оценке того, что произошло, в том числе и того, о чем вы уже сказали, то следует признать, что мы, безусловно, прошли значительно большой путь, который, если оценивать его даже в сравнении с "передовиками строительства капитализма" в некоторых странах, может быть сопоставим и в положительную сторону. В сторону, скажем, отдельных аспектов, которые сегодня могут быть и служить характеристикой дел в Украине. Главным достижением этих лет, на мой взгляд, является то, что у нас теперь есть свое государство, и перед поколениями, которые живут сегодня, поколениями, которые будут жить завтра, открываются новые возможности, о которых, скажем, поколение наше, поколение сегодняшних людей, которым за 40 за или 50, не могло раньше и мечтать...

Это не означает, что у нас все хорошо и речь идет только о положительных свершениях. Я думаю, что многие проблемы, которые остаются, связаны, в первую очередь, с тем, что, переходя от Советского социализма к рыночной экономике, мы проскочили точку равновесия между свободной экономикой и социальными гарантиями, которую нашли большинство развитых европейских стран. Поэтому они и стали, на наш взгляд, развитыми европейскими странами, на которые мы равняемся, и европейский выбор, который провозглашен сегодня Украиной, и означает построение цивилизованного и гражданского общества...

Сегодня ситуация нормализуется, и следует сказать, что последние годы действительно отмечались экономическим ростом. Более того, как юрист я не могу не сказать о том, что в последние годы, годы независимости нам удалось переориентировать традиционную советскую законодательную систему на общеевропейские приоритеты и ценности - это еще одно подтверждение нашего европейского выбора. Это свидетельство того, что мы готовимся - в первую очередь, законодательная база как фундамент государственного строительства должна быть подготовлена к вхождению в европейское правовое пространство. Для этого, безусловно, очень многое еще надо сделать. Но я не могу не отметить как факт, что многое мы уже сделали...

Среди потерь - необходимо сказать о том, что, к сожалению, энергия энтузиазма первых лет независимости,.. была использована национал-патриотами преимущественно, скажем, для самолюбования и пения осанны. Мы потеряли очень много времени, тогда как наши соседи забыли о тех проблемах, которые стояли, скажем, на одной грани, когда мы все стояли перед одинаковыми проблемами и в постсоциалистическом и в постсоветском пространстве, и это, безусловно, во многом затормозило наш путь развития... Мы, безусловно, потеряли сотни тысяч умных, трудоспособных, мудрых, талантливых наших сограждан, которые были вынуждены покинуть родину в поисках, скажем, достойной жизни, и это где-то был естественный процесс, который не смогли затронуть государственные институты и создание надлежащих условий для их работы и их деятельности. Хотя, если говорить о выводе из этой ситуации, то я бы сделал такой вывод: всего чего мы не достигли в этой стране - я имею в виду - Украину, независимую Украину, мы, безусловно, не достигли сами.

Елена Коломийченко:

Торжества по поводу юбилея украинской независимости начались с Всемирного Форума украинцев, который 18 августа открылся в Киеве. Рассказывает Владимир Ивахненко:

Владимир Ивахненко:

Около 15 миллионов этнических украинцев проживают в различных странах мира. Наибольшая украинская диаспора - в России, США и Канаде. Накануне празднования Дня независимости в Киеве прошел Всемирный форум украинцев, на который собрались делегаты и гости из 42 стран мира. Говорит один из организаторов форума известный украинский поэт Иван Драч:

Иван Драч:

Самое главное - это, что украинцы собираются, что они вот приезжают и с Дальнего Востока - так называемого "Зеленого клина". Вы знаете, когда-то была даже такая украинская республика на Дальнем Востоке. Для украинцев это очень важно - для становления этой молодой государственности, которой только 10 лет - становление всемирного такого украинского братства. Встречаются с украинцами Бразилии, встречаются с разными украинцами - из Европы, и так далее, что очень способствует тому, что это становление единого народа, единой этнической общности.

Владимир Ивахненко:

Выступая на форуме, президент Украины Леонид Кучма заявил: "Мне нравится позиция тех украинцев, которые приезжают на Украину с конкретными экономическими и культурными проектами. Это гораздо полезнее, чем попытки применить к украинской действительности априорные суждения и делать на их основе безапелляционные выводы". Между тем, звучали с трибуны и достаточно необычные идеи. Президент Мирового конгресса украинцев Аскольд Лозинский предложил предоставить украинцам зарубежья такие же права, как и у граждан Украины - за исключением права избирать и быть избранными. Такая законодательная норма существует в ряде стран. Вполне возможно, что эта идея найдет отражение в Законе о зарубежных украинцах, проект которого готовится в Верховной Раде. Практически каждое выступление на форуме заканчивалось призывами к единству нации. Делегаты из разных уголков земного шара обсуждали конкретные вопросы о том, как диаспора может помочь своей исторической родине. По словам Ивана Драча, подобные форумы позволяют главное: независимо от места жительства и гражданства почувствовать себя украинцами:

Иван Драч:

Когда мы сравниваем поляков, или румын, или болгар, или даже балтийцев - литовцев, эстонцев и латышей - это несравнимые вещи с украинцами, потому что все-таки балтийцы имели государственность свою - эстонцы и литовцы, и латыши. Из-за того, что украинцы не имели возможности как-то сбиваться так, в такую серьезную структуру, из-за того, что вот государственность только начала там практически впервые появляться, как подснежники из под снега, в 18-й, 20-й годы, когда Украинская народная республика была... Проблемы все связаны с тем, что раньше не было этого государства, и украинцы по-разному себя чувствовали - одни в Российской империи, другие в Австро-Венгерской, одни в Румынии, другие - в Польше. Вот эти проблемы все - они как раз связаны с тем, что украинцы во многом себя не чувствуют как нация государственная. Становление государственности в душе каждого человека - это особенно важно.

Елена Коломийченко:

Мне хочется сказать еще об одном. Наверное, чтобы оценить события по их значению и, даже, величию необходим более долгий исторический период. Роль Горбачева и Ельцина в истории значительно больше оценена на Западе, чем на Родине. Тяготы пореформенных лет заслонили положительное, и оказалось, что надежды не сбываются в одночасье. Так и на Украине - за экономическими трудностями остается незамеченной та роль, которую в новейшей украинской истории сыграли первый и второй президенты независимой постсоветской Украины - Леонид Кравчук и Леонид Кучма. Легко создать кумира, душить его объятиями любви, и также легко, ступив один шаг, перейти от этой любви к ненависти, такой же сильной как прежняя любовь. Понятно, что людям из тоталитарного прошлого трудно сразу понять, что демократия от того так и успешна, что в ней есть процедуры, которые и дают возможность людям выразить свою волю, и только через эту процедуру. Но почему-то кажется, что демократия - это не обстоятельно подкрепленный доводами разговор или даже спор, а борьба по принципу - "все или ничего". Все это в полной мере можно отнести и к сегодняшней Украине, и к России. Но вернемся к теме. Как восприняли украинскую независимость европейские соседи? Из Варшавы Ежи Редлих:

Ежи Редлих:

Польша была первой страной, которая признала суверенитет Украины сразу же после его провозглашения в 1991-м году. Все минувшее десятилетие доказывает, что это был не пустой жест, а проявление государственных интересов самой Польши. А ведь сколько исторических предубеждений пришлось преодолеть, чтобы прийти к выводу, что независимая Украина - важнейший стратегический партнер Польши. В глазах украинцев поляки всегда были захватчиками. Это исторический факт, хотя многим полякам нелегко этот факт признать. Освободительные взрывы украинцев против Речи Посполитой считались варварскими антипольскими мятежами, в отличие от польских священных национальных восстаний против Германии и России. После Первой мировой войны, когда украинские патриоты пытались провозгласить свое самостийное украинское государство, поляки возражали против этих стремлений. Требуя права на самоопределение для Польши, поляки отрицали это право для Волыни и Западной Украины. Пилсудский, правда, вначале объявил себя союзником Петлюры в его борьбе с Советской Россией, но потом Рижский договор 1921-го года Польши с Советской Россией стал для Украины договором о ее разделе.

Многие польские националисты, в том числе и ученые, твердили, что украинцы - не нация, а "этническая группа, недостойная иметь свое государство". Украинцы подвергались дискриминации со стороны польских государственных властей. На антиукраинизм поляков украинцы отвечали антиполонизмом - и в литературе, и в народной молве. Враждебно относились к польским поселенцам, насильно насажденных в украинских селениях, доходило и до расправ над польскими поселенцами... В отместку после войны польские коммунистические власти расправились с украинцами, населявшими Польшу - изгнали их с исконных земель.

С другой стороны, выдающиеся польские интеллектуалы, диссиденты всегда поддерживали стремление украинцев освободиться от Советской империи. Например Ежи Гедройц -редактор польского журнала в эмиграции "Культура" - в течение полувека всегда утверждал, что без суверенитета Украины нет вполне суверенной Польши и призывал всячески поддерживать ее стремления к независимости. Он убеждал поляков, что Украина - естественный союзник Польши, а ее независимость - также залог хороших отношений Польши с Россией, потому что без Украины Россия теряет свой имперский характер.

Заветам Гедройца и подобных ему светлых польских умов, разумеется, не внимали послушные Кремлю коммунистические властители Польши. Только после обретения Польшей независимости в 1989-м году поддержка украинских стремлений к обретению суверенитета, а затем - его укреплению, стала важным элементом польских национальных интересов. Особенно ярко их представляет президент Александр Квасьневский. Он делает много для того, чтобы с Украиной считалась объединяющая Европа и всегда убеждает западных союзников в том, что Киев может быть важным стратегическим партнером не только Польши, но и других западных стран. Этот тезис еще раз прозвучал во время июньского визита Джорджа Буша в Польшу. И надо сказать, он привлек внимание американского президента. Квасьневский сыграл также некоторую роль как посредник в попытке предотвращения спора Леонида Кучмы с украинской оппозицией. Интересы стратегического партнера власти Польши защищают и в вопросе о строительстве новой линии газопровода в обход Украины. Польша не соглашается на такое решение Газпрома, которое ущемило бы жизненные экономические интересы Украины. Это, по-видимому, частный вопрос, однако, позиция Польши по нему лишний раз подтверждает, что стратегическое польско-украинское партнерство - не пустой звук.

Елена Коломийченко:

А вот как видят независимую Украину венгерские соседи - Миклош Кун из Будапешта:

Миклош Кун:

Венгрия была первой страной в мире, которая после провозглашения независимости Украины признала этот факт. И это не случайно, как не случайно и то, что первым главой государства совершившим официальный визит в независимый Киев был президент Арпад Генц. Украина и ее суверенность важна для нашей страны по двум причинам - во-первых, потому что с точки зрения официального Будапешта Украина - огромная буферная зона между Россией и Венгрией. Во-вторых, в Закарпатской Украине живет большая община этнических венгров. Произошло это вследствие мирных договоров после двух мировых войн, в результате которых Венгрия потеряла две трети своей территории и почти половину населения.

В настоящее время за пределами нашей страны в соседних государствах живут три - три с половиной миллиона венгров. Их судьба не может нас не волновать. Тем более это относится к закарпатским венграми, которых здесь считают самыми бедными, даже более бедными, чем венгры, отошедшие к Румынии с Транссильванией. Будапешт, лишенный в свое время возможности помочь своим братьям в Мукачево, Ужгороде и Берегово (помнится, в годы правления Брежнева и Кадара даже венгерскому послу в Москве не советовали ездить в Закарпатье) - словом, Будапешт со дня провозглашения независимости Украины весьма благодарен Киеву за его благожелательное отношение к культурным и экономическим связям между венграми Закарпатья и венграми по ту сторону Тиссы. Этот фактор, на наш взгляд, положительно отличает украино-венгерские отношения от связей Венгрии с Румынией, и отчасти - Словакией. Последние две страны ревностно следят за любым жестом Будапешта по отношению к тамошним венграм, не слишком довольны развитием венгерской культурной жизни за пределами Венгрии, видя в этом опасный признак сепаратизма. Официальный же Киев, напротив, так это не воспринимает. Поэтому венгерско-украинские отношения со времени дипломатического признания Будапештом Украины, исключая, пожалуй, взаимное присутствие на оптовых товарных рынках развиваются достаточно динамично. Но и в этом вопросе есть небольшой сдвиг. В ряде пограничных регионов предприниматели из Венгрии получают возможность работать в зоне свободной торговли на Украине. Три венгерских правительства со времен первых свободных выборов в нашей стране беспрепятственно смогли предоставлять материальную помощь венгерским учебным заведениям, журналам и газетам Закарпатья. Усилились и связи католических, и разного рода протестантских церквей обеих стран...

И вот, что тоже еще весьма важно: страшное наводнение этого года показало, что государственные границы в некотором отношении лишь фикция. Вода прорвалась с территории Украины на венгерскую территорию, и здешние специалисты помогали там перекрывать ее течение. А после наводнения в ряде сел Закарпатья заново строят разрушенные стихией дома - тоже с венгерской помощью. Из всего этого следует, что для официального Будапешта, так же, как и для среднего венгра, важны именно такие факты, а не очередные вести о правительственном кризисе либо политических скандалах в Киеве.

Елена Коломийченко:

Завершая сегодняшний выпуск программы, я хочу выразить соболезнование и глубокое сочувствие семьям погибших из-за воскресного взрыва донбасских шахтеров.

XS
SM
MD
LG