Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новая избирательная система в России


Олег Кусов: По мнению некоторых депутатов Государственной Думы, новая избирательная система должна быть введена в России уже в начале 2005 года. Это означает, что места всенародно выбранных глав региона вскоре займут назначенные из Кремля чиновники. Каким образом это скажется на наиболее конфликтном в стране регионе - Северном Кавказе? Об это рассуждают участники передачи - политики, эксперты, социологи и экономисты. Известный на Северном Кавказе политик Шамиль Бено предполагает, что новая избирательная система только усилит коррупцию во властных структурах.

Шамиль Бено: Во всяком случае, как минимум два-три миллиарда долларов каждый цикл. Очень хорошо сидеть тому человеку, который будет там, в администрации президента, ФСБ, еще где-то, который будет рекомендации президента пропускать, не пропускать. Это первый результат, к чему приведет.

Олег Кусов: Шамиль Бено считает, что отход от демократических принципов затормозит развитие России. Власть, по его мнению, относится с недоверием к народу, но и народ отвечает власти тем же.

Шамиль Бено: В перспективе мы формируем полуавторитарную систему. Есть фасад демократический, а реально авторитарная система управления. Мы должны исходить не из конкретных распоряжений, конкретных законов, а вообще - это приемлемо для России или нет, возможно это реализовать или нет. Я думаю, может быть, лучше, чтобы человек имел возможность утром спокойно пойти на работу и вечером вернуться спокойно и получать свою мизерную зарплату на хлеб, на квас, на капусту - это лучше, или лучше, чтобы мы были как общество, которое выдвигает лауреатов Нобелевской премии не от случая к случаю, а почти каждый год. Чтобы мировые открытия в науке в нашей стране происходили не от случая к случаю, а происходили как в Великобритании, как в США каждый месяц по несколько десятков штук.

Появление террористов в Чечне и появление скинхедов, ксенофобии в других регионах Российской Федерации - это все стало возможным благодаря тому, что в ельцинский период нашему народу не доверяли в определенной степени. Я думаю, что все дело в этом. Мы будем иметь ту систему хорошую, когда послание нашего президента Федеральному собранию будет в содержательной его части, цивилизованно ориентированной будет хотя бы походить на выступление Джорджа Буша в своем послании. То есть не зачитывание текста, написанного неизвестным каким-то спичрайтером, а где есть ценности, ценностные ориентиры, из которых мы узнаем президента-консерватора, либерала. Мне кажется, что Россия может окончательно потерять шанс стать великой державой, если мы пойдем по пути нивелирования демократических ценностей.

Проблема в том, что власть не может позволить себе, видимо, до конца поверить обществу. Общество, которое не пользовалось доверием властей на протяжении тысячи лет, не может научиться быть ответственным в течение десяти лет. Нам нужно, чтобы свободными росли хотя бы два-три поколения. А мы на первом же поколении людей, которые хотят голосовать, мы это закрываем. Мне кажется, что это в итоге в любом случае будет плохо. Люди должны чувствовать свою ответственность. А ответственность они могут почувствовать только тогда, когда мы их обучаем этому. У нас нет ни одной федеральной программы целевой, направленной на формирование ответственного общества. Я имею в виду просвещение людей, что это такое, что такое выборы, как они должны голосовать, из чего должны исходить, когда они голосуют. То есть это означает, что власть изначально не ориентирована на формирование демократического общества.

Олег Кусов: Московский политолог Юрий Ханжин напоминает, что отказ от всенародных выборов в российских регионах антиконституционен.

Юрий Ханжин: Сам по себе законопроект, принятый по инициативе президентской администрации и послушно подержанный большинством от партии "Единая Россия", а это марионеточная партия, созданная президентом и его приближенными, является глубоко антиконституционным по существу. Российская Федерация - это союз субъектов, входящих в состав государства, имеющих свои конституции, свои уставы, свои законы. То есть это некое подобие федеральных государств. Мы знаем, например, что федерации на Западе состоят из федеральных государств. Об этом говорит конституция Соединенных Штатов Америки, где само слово "штат" в переводе значит "государство". Об этом говорит конституция Федеративной Республики Германии, где ясно сказано, что федеральная земля - есть федеральное государство в составе Федеративной Республики Германии. В швейцарской конфедерации, которая вообще считается союзом государств, безусловно, подтверждается суверенитет членов конфедерации, государств-кантонов. Любая федерация, безусловно, предусматривает, что глава входящий в ее состав части, будь то федеральное государство земля, штат или провинция, избирается народом, населением данной провинции, штата или земли. И когда президент России одним росчерком пера уничтожает право выборности губернаторов, он, в общем-то, не столько губернаторов утесняет, и не губернаторов мы защищаем, он утесняет нас с вами, избирателей. Потому что власть, которая исходит от народа, правильный ли он выбор сделал или, может быть, неправильный под влиянием каких-то внешних сил, каких-то коррумпированных сил, как это часто у нас бывает, учитывая криминально-номенклатурный характер нашей правящей элиты, все-таки эта власть исходит от народа. Теперь такого права у народа не будет.

Олег Кусов: Более того, убежден Юрий Ханжин, предложенная Путиным схема назначения президентов и губернаторов фактически ликвидирует республиканскую систему власти в России.

Юрий Ханжин: Если, допустим, в Удмуртии, Татарстане, Карелии будет хозяйничать человек, назначенный со стороны, какая это республика? Республика означает общее дело. Само понятие "республика" предполагает выборность всех органов власти. Если во главе государства стоит назначенный человек, то, как его ни называй, это будет генерал-губернатор. Генерал-губернаторы могут быть в определенных автономных образованиях, когда эти образования входят в состав монархии, тогда они могут существовать даже в независимых фактически государствах, входящих в состав конфедеративных образований, как, например, в британском содружестве наций. Генерал-губернатор назначается монархиней Великобритании Ее величеством государыней королевой Елизаветой Второй. Но там королева не вмешивается в процесс отправления власти генерал-губернатора, во-первых, а во-вторых, генерал-губернатор - это, в общем-то, фигура скорее репрезентативная, представительская, потому что все доминионы - это не президентские, а парламентские государственные образования. Так же как Англия - глава государства там гарант Конституции, но непосредственно он не вмешивается в дела управления.

У нас совершенно другая система. В России именно исполнительная власть, которая присвоила себе львиную долю всей власти, всем распоряжается. Президент правит всей Россией, губернаторы правят в губерниях и так далее. У нас нет практически ни одного субъекта федерации, который бы являлся парламентским государством. Суверенитет, пусть даже ограниченный, пусть даже такой, о котором можно сказать, что он во многих случаях не работал, даже такой суверенитет теперь просто выбрасывается на свалку. Да и какие вообще могут быть теперь республики? Представьте себе, на Северном Кавказе с его сложившейся системой, с менталитетом кавказских народов, которые веками боролись против чужеземных генерал-губернаторов и наместников, опять будут введены наместничества. Никакого значения не имеет, будет там какое-то марионеточное собрание, что-то рекомендовать, или не будет, даже вопрос об утверждении неважен. Можно себе представить, чтобы какое-то законодательное собрание в условиях назначаемости президента и военной оккупации Кавказа осмелилось бы отвергнуть президентского ставленника? Если такие смельчаки и найдутся, то я не дам и гроша ломаного за такое законодательное собрание, оно просто будет разогнано.

Олег Кусов: Дагестан - это единственная российская республика, в которой ни разу не проходили всенародные выборы ее главы. В постсоветском Дагестане главу Государственного совета выбирали на так называемом Конституционном собрании. Дагестанские власти обосновывали подобную систему сложными межэтническими отношениями в республике. Здесь проживают несколько десятков различных народов. Махачкалинский ученый Магомедхан Магомедханов считает, что назначение президентом России с последующем согласованием с местным парламентом главы Дагестана на данном этапе позволит сохранить межэтническую стабильность.

Магомедхан Магомедханов: В целом, я считаю, что в этом есть большая доля пользы для Дагестана. Дело в том, что за советский и постсоветский период в межнациональных отношениях внутри республики Дагестан произошли очень серьезные и не всегда позитивные изменения. Так называемая нация строительства, формирование внутри дагестанского многонационального сообщества народов, произошло сегментное развитие национальностей, и сами национальности уже превратились в субъект региональной или республиканской политики. И этот процесс, мне представляется, зашел слишком далеко. И в качестве некоей недолгосрочной меры для Дагестана, я считаю, что есть такой позитивный резон. Но обратно я остерегаюсь того, что это у нас не превратилось в то, что мы уже проходили: партия сказала "да", комсомол ответил "есть". Что я имею в виду? Да, действительно, так называемое назначение, далее утвержденное народным собранием республики, может существенно снизить накал межэтнических отношений в Дагестане. Скажем, в республике уже в этом направлении работа проводится много раньше, чем в Российской Федерации к этой идее пришли. Мы знаем, что руководители городов были таким же образом назначены председателем Государственного совета республики, это в Махачкале, в Хасавюрте и других районах. И вот этот опыт все-таки позволил в какой-то мере снизить межнациональные или межэтнические напряженности.

Олег Кусов: Но и в этом процессе, считает Магомедханов, необходимо соблюсти чувство меры.

Магомедхан Магомедханов: Сейчас уже идет тенденция, что если глава республики назначается, то давайте назначать глав городов, глав администраций сельских населенных пунктов. Вот здесь уже то, что будет находиться в ведении республиканских властей, здесь уже есть опасности очень больших злоупотреблений. Тут тоже могут быть свои крайности. Я же не говорю о семейственности, кумовстве, братовстве, которые пышным цветом в Дагестане процветают, о такой сельской солидарности, когда каждый пытается потянуть своего. Вообще эти назначения для Дагестана в истории совершенно не характерны. Всегда руководители и предводители сельских обществ выбирались. Причем тот, который выбирался, он должен был поклясться перед всеми выборщиками о том, что он не будет делать никакой разницы между родственниками, между богатыми и бедными, между сильными и слабыми и что он будет как бы придерживаться этой клятвы. Более того, руководить селом считалось очень большой обузой, очень большой обязанностей. Его вынуждали быть руководителем селения. По существу он являлся слугой народа. Это уже при советской власти он стал продолжением тоталитарного режима, который в нашей стране существовал.

Да, действительно, у Дагестана своя государственность. Я совершенно не согласен с теми, которые считают, что в 19 веке во второй половине 19 века эти дикие племена дагестанские или северокавказские, пришел царизм и дал нам некую форму правления, правильного правления, как тогда говорили. И что с 19 века по сей день на Северном Кавказе Россия только тем и занимается, что прививает гражданственность. Надо понимать, что мы древний дагестанский народ с древними традициями государственности. Эти традиции государственности строились на началах гражданственности, гражданского сознания. Каждый человек был гражданином своего общества, вот они и составляли некую целостность, некую государственность, которая в мирное время была лишена всякого единоначалия, а во времена опасные эта государственность проявлялась достаточно жестко. И пример имамата Шамиля об этом свидетельствует в достаточной мере.

Олег Кусов: Магомедхана Магомедханова дополняет ученый-социолог Заинди Абдулагатов.

Заинди Абдулагатов: Наши народы жили в демократических условиях, даже религия - ислам - внутри конфессиональная демократия очень развита, в отличии от христианства, например. В Дагестане всегда мулл, имама выбирали.

Олег Кусов: Заинди Абдулагатов считает, что инициатива Путина по изменению избирательной системы в стране на самом деле только юридически зафиксировала действительное положение вещей.

Заинди Абдулагатов: Наш народ по сути дела не выбирает. Последние выборы показали, что власть научилась проводить выборы так, как им это хочется. Люди по сути дела роли здесь не играли. Так что то, что президент отменил в некотором смысле выборы - это констатация факта того, что уже не выбираем, может лучше будет и назначать. Кстати, по опросам, когда я говорил с людьми об этих вещах, они говорят, одна из главных позиций - пусть лучше назначают, чем неизвестный человек, кот в мешке. Человек денежный, он покупает или депутатскую должность или президентскую или региональную власть и так далее. Мы провели опрос по данной реформе власти, показал, что 32 примерно процента считают, что главы регионов можно назначать, как это намерен сделать президент. Абсолютно против 13%. Это тоже показывает, что людям особой разницы нет. Тем более, мы знаем, что в республике никогда не выбирали президента. То есть эта ситуация, которую нам хотят узаконить, реформа власти новая, она для нас в нашей жизни реально ничего не изменит, я думаю. Доверие к власти, какая бы она ни была, какими бы путями, реформами ни была, у людей можно сказать, нет.

Олег Кусов: Но и факт назначения главы администрации Чеченской республики Ахмада Кадырова в 2000 году, по мнению профессора Руслана Хасбулатова, нельзя назвать положительным.

Руслан Хасбулатов: У меня лично сомнения по поводу того, что вряд ли здесь будут разумными решения, наблюдая за тем, как формировались органы власти в Чечне. Вы знаете мое отношение к Кадырову, оно было всегда резко отрицательное. Я считал, что это крайне неудачная, слабо сказано, фигура для Чечни, что это конфликтная фигура, что она сама по себе создает напряженность, усиливает эту напряженность и нисколько не приближает конец этой напряженности, а, наоборот, усиливает эту напряженность. К сожалению, так оно и произошло. Я думаю, что если бы там не Кадыров, а более удачливый был бы кадровый вопрос, то, может быть, и войны не было бы в столь серьезной форме, может быть она была бы уже и завершена. Потому что такие люди, как Кадыров, нуждаются в войне для своего утверждения, они не могут действовать в условиях мира. У меня много сомнений по поводу новых властей, которые пришли после Кадырова. Поэтому рождается обоснованное сомнение в том, что правильна ли это мера, даст ли она нужный эффект.

Олег Кусов: Профессор Руслан Хасбулатов, критикуя опыт прошлого назначения главы Чеченской республики, отнюдь не склонен полностью отвергать инициативу Владимира Путина.

Руслан Хасбулатов: Я вовсе не сторонник того, чтобы в одностороннем порядке подвергать сокрушительной критике действия президента. С одной стороны, конечно, это совершенно заслуженное право граждан иметь своего руководителя, избранного им. Но видите тот же пример Дудаева, которого якобы избрал народ. О чем это свидетельствует? О том, что не всегда волеизъявление бывает реальным волеизъявлением. Второй случай, когда избрали Масхадова, полковника российской армии. Тоже вроде бы народное волеизъявление. Когда избрали Дудаева, кстати, парламент под моим руководством признал незаконным, и мы потребовали от правительства Российской Федерации предпринять все действия, направленные на то, чтобы признать незаконными действия. Так вот, начиная с Дудаева, история России показала, что нельзя генералов близко допускать к власти. Или в Сибири, на Дальнем Востоке печать много писала о том, что там представители криминалитета приходят к власти. Конечно, с одной стороны, кажется, что президент получить возможность не допустить таких провалов откровенных, у него появляется возможность назначать людей подготовленных. Но, с другой стороны, есть и опасения, а насколько подготовлены будут эти люди, назначаемые высшей исполнительной властью. Тем более, что вызывает спорность, сомнительность права высшей исполнительной власти распускать парламенты, легислатуры субъектов федерации, республик, областей, краев. Хорошо, там назначил, не назначил должностное лицо исполнительной власти, но при чем тут легислатуры. Почему глава власти получает право распускать местные законодательные органы? Вот здесь очень много сомнений.

Олег Кусов: Московский политолог Юрий Ханжин убежден, что отход от демократических принципов построения государства со временем может привести к дестабилизации обстановки в России.

Юрий Ханжин: Что касается интересов отдельных народов или личностей или групп, то они их совершенно не интересуют. У них абсолютно другие приоритеты. Их интересуют следующие вещи: сохранение целостности российской колониальной империи, а, следовательно, и власти спецслужб, которые и являются подлинной и единственной правящей партией современной России. Все это марионеточные организации, и "Единая Россия", и так далее. Но на самом деле номенклатурно-чекистская элита, захватившая власть под прикрытием лжедемократических лозунгов, осуществляет свою власть, постепенно стараясь превратить Россию в обыкновенную классическую диктатуру. Они мечтают о том, что республики будут уничтожены, что все национальности будут растворены в каком-то субстрате. Пример Чечни показывает, что попытки подобного рода приводят к вооруженному восстанию и партизанской войне. Если нечто подобное действительно будет проводиться в жизнь, причем жесткими методами как будто бы они собираются это делать, то они получат вместо локального конфликта общекавказский. То есть будет Чечня, но в масштабах всего Кавказа от Черного моря до Каспийского.

Олег Кусов: Юрий Алексеевич, некоторые наблюдатели высказывают идеи о возможных компромиссах в отношении национальных республик. В частности, они предлагают, чтобы законодательные собрания предлагали свою кандидатуру на выбор президенту.

Юрий Ханжин: Можно предлагать прекрасные кандидатуры, только Кремль эти кандидатуры отвергнет. Кремль будет руководствоваться совершенно другими критериями. Человек, стоящий во главе того или иного региона, особенно относительно неспокойной национальной республики, должен быть, прежде всего, предан идее империалистской единой России, то есть такой России, в которой национальным правам места нет.

XS
SM
MD
LG