Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Аварцы


Об истории кавказских народов часто судят по военным событиям, этапам национально-освободительной борьбы. При этом подчас упускают из виду, что гораздо больше о народе способна рассказать культура. Про аварцев очень много рассказал с помощью поэзии Расул Гамзатов.
Так я лежал и умирал в бессилье,
И вдруг услышал как не вдалеке
Два человека шли и говорили
На милом мне аварском языке.
В полдневный жар в долине Дагестана
Я умирал, а люди речь вели
О хитрости какого-то Гасана,
О выходках какого-то Али.
И смутно слыша звук родимой речи,
Я оживал. И наступил тот миг,
Когда я понял, что меня излечит
Не врач, не лекарь, а родной язык.
Мне дорог край, цветущий и свободный,
От Балтики до Сахалина весь.
Я за него погибну, где угодно,
Но пусть меня зароют в землю здесь.
Чтоб у плиты могильной близ аула
Аварцы вспоминали иногда
Аварским словом земляка Расула
Преемника Гамзата из Цада.

Первые очерки об аварцах русскими путешественниками были написаны в 18-м веке. Вот отрывок из сборника "Кавказские горцы", вышедшего в Тифлисе в 1869-м году.

"Название "аварцы" совершенно чуждо самим так называемым аварцам. Так называют их кумыки, и от них название это перешло к русским. Тюркские слова "аувар", "авар", "аварала" означают "беспокойный", "тревожный", "бродяга сварливый" и тому подобное. Такое название дали кумыки своим соседям, действительно задорным и причинявшим им много беспокойств. Сами же аварцы, не имея общего туземного названия, называют себя различно, смотря по тому, откуда кто родом. Салатавец называет себя накбакал, гумбетовец - бакхулау, житель бывшего Аварского ханства - хунзакеу, гегатлинец - гетатлеу и так далее. Словом, каждое племя, говорящее аварским языком, называет себя по имени того общества, к которому принадлежит или того селения, в котором живет. Исторические предания аварцев восходят до 9-го века по Рождеству Христову, когда арабы завоевали Дагестан и жителей его обратили в исламизм. В то время аварцы были, как и теперь, первенствующим народом в Дагестане, и тогдашний Суракат противопоставил сильный отпор арабам. По преданьям, этот Суракат, имевший местопребывание свое в Танусе, селение теперешнего Аварского округа, повелевал народами от Шамахи до Кабарды и держал в своей зависимости чеченцев и тушин.

Олег Кусов: А вот таким аварское поселение в горах увидел уже во второй половине 20-го века русский ученый и археолог Владимир Марковин.

"Аварская писательница Фазу Алиева пишет, что если в очаге одного аварца сохранилась искра огня, он передаст ее соседу, и от этой искры во всех очагах аула дружно запылают огни. И не только огнем делились жители гор, в трудные минуты, забывая раздоры, они делились куском хлеба и горсткой муки. Сейчас горское жилище - это благоустроенный дом, чистый, светлый, блистающий окнами. Комнаты обставлены современной мебелью, разве что одна из стен по традиции разгорожена на ряды полок с мелкими отделениями и в ее нишах поставлена медная и фаянсовая посуда, уложены постельные принадлежности".

Олег Кусов: Владимир Марковин описал свои впечатления от знакомства с аварскими горными обществами в книге "Дорогами и тропами Дагестана".

"Скалы становятся более изрезанными, пейзаж еще грандиознее и суше, более пасмурны его краски, серо-желтые, дымчатые. Мы в Аварии. Здесь трудно найти ровную площадку и часто можно видеть путников, которые, закутавшись в бурку, коротают ночь прямо на дороге или тропе, другого ровного места им не удалось найти. И даже дорожные домики, что стоят по обочинам главных путей, сделаны на срезах бугров. В них обычно лежат соль, спички, несколько сухих веток. Серая многоэтажная громада аула Чох. Светит луна, бесконечно огромные тени падают в лощину, а потом сиреневая предрассветная мгла сменяет блеклые краски ночи. В прохладном воздухе чувствуется легкая горклость горящего кизяка и тонкие струйки дыма поднимаются вверх. Значит женщины уже проснулись и готовят к завтраку тонкие лепешки хлеба. Постепенно селение оживает. Нарядные девушки идут по воду, слегка позванивая на ходу медью кувшинов. Гонят скот. На аульской площади появился старик, привычным взглядом охватил селение и присел на каменный завалинок. Селение Саграталь появляется сразу из-за поворота. Его желто-охристные домики, увенчанные минаретом мечети, ритмично поднимаются по склону горы вверх. Они окружены массивными конусами кряжей и там, где виден просвет между ними, заметно плоскогорье, прикрытое облаками. Здесь в 1841-м году были разбиты горцами полчища надир-шаха. Это он велел насыпать в Дербенте гору из человеческих глаз. После битвы Дагестан стал для него областью несчастий. Селение Кикуни издали совершенно незаметно, оно скрылось за зубчатой линией скал. Но стоит заглянуть за веерообразные напластования, и шумная жизнь аула предстает перед вами. Сакли села строились к выходам известняка, они встают многоэтажной стеной. Суровы земли, занятые аварцами и андацезами. Практически здесь нет пахотных земель. Но оглянитесь вокруг: склоны гор изрезаны уступами, они как лоскутное одеяло покрыли на многие километры все покатости и бугры. Это террасовые поля. Их можно было видеть и у даргинцев, но в Аварии почти нет горы, чтобы ее не пересекали площадки террас. И каждое такое поле - это гимн человеческому труду. Чтобы сделать самую маленькую террасу, надо было выровнять склон, освободить его от камней, укрепить края и принести на своей спине почву или удобрения. И уже потом жить надеждой, что поле не смоет ливень, не уничтожит обвал, и оно даст урожай. Путешественников всегда поражали эти поля. Кругом ни деревца, ни кусточка, ин травки, ни воды, только камень и камень, кое-где запаханные терраски, с большим трудом и усилиями устроенные жителями. Далее, справа и слева горы - серые, обгорелые, изрытые, будто оспа свирепствовала и исказила всю местность. Эта зарисовка, сделанная в 19-м веке, объясняет, почему многие горные селения начинают сейчас пустовать, а их жители переселяются на благодатную равнину".

Олег Кусов: Горцы в своем большинстве остаются верны традиционному жизненному укладу, неторопливо меняя свою жизнь под воздействием нового.

В советском Дагестане аварцев стали называть титульной нацией. В многонациональных республиках партийное руководство страны обычно опиралось на представителей титульных наций. Это означало, что в Дагестане аварцу было гораздо легче стать руководителем республики, чем, например, ногайцу или табасаранцу. Многое в кадровой политике зависело от численности нации. Поэтому дагестанским партийным лидерам было на руку увеличение численности своей национальности. Именно в тот период здесь появилась практика так называемого укрупнения народов. Численность аварцев было решено в партийных кабинетах увеличить за счёт малочисленных и родственных по языку и культуре андийцев и цезов. Об истории укрупнения аварской национальности рассказывает корреспондент Радио Свобода в Махачкале Магомед Мусаев.

Магомед Мусаев: Однозначно сепаратистское в глазах аварцев движение андацезов, ставящее перед собой цель признания себя в качестве отдельного этноса, стало реальностью в годы перестройки, хотя эти настроения в той или иной форме имели место и в эпоху советского тоталитаризма. Что же касается переписи прошлого года, то она впервые за многие годы дала шанс андийцам и цезам дистанцироваться от аварской нации путем указания себя в качестве представителя отдельного, отличного от аварцев народа. Это довольно уникальное по ряду причин даже для Северного Кавказа явление, воспринимается аварцами крайне негативно, как результат кем-то сознательно инспирированных действий, направленных на подрыв национальных, культурных и экономических интересов аварского народа.

Магамбек Хангереев: Доктор филологических наук, профессор кафедры дагестанских языков. Есть в дагестанских языках группа андийских языков, эта группа состоит из 8 языков. Я думаю, испокон веков всегда было принято, что носители этих языков всегда, когда между собой общаются, говорили на аварском языке. В данное время некоторые андийцы ставят такую проблему отделиться от аварцев, чтобы писали или андийцами или хузаберинцами или чамалинцами. Я думаю, что это делают люди, которым нужны места или в народном собрании или в парламенте. Допустим, в паспорте у него будет написано "андиец", будут изданы книги, учебники, стихи - кто их будет читать? Возьмем андийцев - сколько человек? Максимум 20 тысяч, пусть 25. Чего они добьются этим самым? Ничего не добьются. Когда представители языков встречаются с представителями андийских языков, они общаются между собой на аварском литературном языке. Простые люди они всегда как общались, так и общаются на андийском языке. У крестьян, у горцев, у аварцев никогда не было противопоставления. Давно так было, они всегда понимали друг друга, всегда помогали друг другу, всегда выручали друг друга. У кого деньги есть, тот и рвется власти. Вот такие люди там появились, и они мутят, простому народу голову морочат.

Магомед Мусаев: В Дагестане давно распространено мнение о том, что андоцезы окончательно попали в ряды аварцев в период пребывания аварца Абурахмана Даниялова на высоких руководящих должностях с 1937-го по 1948-е годы, а с 48-го по 67-й год возглавившего в качестве первого секретаря обкома КПСС. Делалось это, якобы, исключительно с целью увеличения численности по сравнению с даргинцами и лезгинами. Примерно то же самое имеет в виду один из неофициальных лидеров андийского движения доктор исторических наук Мамай Хан-Огларов, в беседе с нами заявивший следующее: "Андийцы стали жертвами национальной политики, так называемой консолидации малых народов вокруг крупных наций. Особого размаха эта политика достигла в 50-60-х годах, одними из первых все ее прелести ощутили на себе лезгины, аварцы и талыши в Азербайджане". По мнению Огларова, все эти декларативные консолидации крайне отрицательно сказались на самочувствии малочисленных народов Кавказа, их практически стирали с лица земли, запрещая преподавание родного языка, закрывая печатные издания. Вдобавок ко всему, тем, кто отказывался сменить свою национальность, не предоставляли возможности занимать хоть сколько-нибудь значимые посты в республики. Под жернова во многом аналогичной политики, как считает Огларов, и поплыли андо-цезы в Дагестане, с ним категорически не согласен родной брат Абдурахмана Даниялова Гаджи-Али Даниялов.

Гаджи-Али Даниялов: Мой брат Абдурахман Даниялов 33 года руководил республикой, будучи председателем Совнаркома, первым секретарем. Среди аварцев насчитывается немало этнических групп, вместе с тем они проживали совместно, у них одна вера, один язык. Адбдурахман не провидел каких-либо мероприятий с целью увеличения численности народа, сами аварцы выразили подобное желание на своих сходках, собраниях. Не увеличивал он аварцев, да и надобности в этом не было. Неслучайно вы, аварцы, употребляли такое выражение - "язык народа-войска". Этот язык воинства и есть аварская речь, единый язык единого аварского народа. Вместе с тем имеются, конечно, говоры, наречия. Взяв за основу наречия, не продавайте аварский народ, укрепляйте, приумножайте аварство, не разделяйтесь. Ведь в противном случае завтра сами пальцы будете себе кусать, и грядущее поколение вам за это не благодарность воздаст, а проклятье. Поймите же наконец - вас хотят приуменьшить, сократить. Не уменьшайтесь, напротив, увеличивайтесь всемерно, создавайте миллионы, вам же самим от этого польза будет.

Магомед Мусаев: Руководитель пресс-службы администрации правительства и Госсовета республики Дагестан Эдуард Уразаев в беседе с нами заявил о том, что правительство и Госсовет по мере своих возможностей идут навстречу андийцам и цезам, как по кадровому вопросу, так и по организации отдельных избирательных участников. Поэтому прежнего накала страстей, как считает Уразаев, в виде митингов, коллективных обращений и всевозможных съездов на данный момент просто нет. Андоцезская проблема по принципу взаимосвязанных сосудов в той или иной форме вполне может оказать влияние как на выборы, так и на общую расстановку сил в Дагестане. Кроме того, она способна внести дополнительную остроту и так в непростые межнациональные отношения.

Олег Кусов: В постсоветский период этнический принцип формирования власти не только сохранился, но, даже, учитывая принцип выборности, получил своё дальнейшее развитие. Сегодня в Дагестане, после десятилетия передела влияния во властных структурах, достигнута национально-кадровая стабильность. Элита определилась. Все высшие должности поделены. Глава Дагестана - даргинец, председатель парламента - аварец, председатель правительства - кумык, депутаты Госдумы - аварцы. Такие же национально-кадровые конструкции распространены и на других этажах власти. Правда, ещё совсем недавно, в мае 1998 года, эту схему силовым способом попытались сломать представители лакцев - братья Хачилаевы. Они возглавили вооружённый захват здания Госсовета республики с целью свержения, как тогда говорили, ставленников Москвы - Магомедова и его окружение. Мятеж провалился. Москва поддержала даргинца Магомедова. На его сторону окончательно перешли вчерашние оппоненты и кандидаты на должность главы республики. Среди них лидер аварского общественного движения - фронта имени имама Шамиля - Гаджи Махачев. Об одном из претендентов на лидерство в Дагестане от так называемого аварского клана, депутате Госдумы России Гаджи Махачеве рассказывает Магомед Мусаев.

Магомед Мусаев: Гаджи Махачев выходец из малоимущих слоев, долгое время с трудом вписывавшийся в глянцевую колоду представителей дагестанской правящей элиты с их почти обязательным партноменклатурным прошлым. О Махачеве обычно говорят или восторженно, или крайне отрицательно. С одной стороны, это отчаянный боец, прошедший суровую жизненную школу, включая советские лагеря. А с другой - прагматик и расчетливый стратег. В отличие от большинства косноязычных и скучных дагестанских руководителей, он не лишен живости ума, дара речи и всегда знает, что говорить и как говорить. О Махачеве нередко можно услышать, что он сколотил себе капитал неправедным путем. Однако было бы наивным полагать, что в Дагестане можно стать обладателем сколько-нибудь значимого капитала, будучи всегда в ладах с законом. Для понимания фигуры Махачева, как политика, ключевым словом является Хасавьюрт - это название небольшого городка, пограничного с Чечней, в котором он начал делать бизнес и политику. Хасавьюрт не только крайне криминализованный город, но и подчистую узел противоречий между интересами аварских, чеченских и кумыкских кланов. Причем два последних нередко объединяются против первых. Кстати, именно подобный расклад сил, а также недальновидность политики ичкерийского руководства, во многом предопределило негативное восприятие Чечни и чеченцев в аварской среде. Еще задолго до перестройки довольно распространенные в аварских массах антитюркские умонастроения быстро переросли и в античеченские. Таким образом, рост аварского самосознания в Дагестане изначально проходил на фоне обнажившихся аварско-тюркских, а затем и аварско-чеченских противоречий.

Народный фронт имени имама Шамиля, лидером которого стал Гаджи Махачев, был создан в 1990-м году как раз в противовес кумыкскому народному движению Тенглик, выступавшему в тот период с крайне националистических позиций, освобождение якобы исконно кумыкских земель от горских мигрантов. Помимо кадровых и территориальных претензий со стороны Тенглика, Народный фронт имени имама Шамиля столкнулся с притеснением аварского нацменьшинства в восточной Грузии в период правления Звияда Гамсахурдиа и аналогичной ситуации в Джара-Белаканском районе Азербайджана. Гаджи Махачеву в общем-то удалось разрядить обстановку и защитить аварское меньшинство в этих республиках. В начале 1998-го года он был назначен вице-премьером правительства республики Дагестан. Гаджи Махачев сыграл положительную роль и во время драматических событий 21-го мая 1998-го года, то есть захвата здания Совмина республики Дагестан вооруженными сторонниками братьев Хачалаевых. Гаджи Махачев сумел не только вывести правительственных чиновников из здания, захваченного разъяренной толпой, но и уговорить вооруженных сторонников братьев Хачалаевых разойтись по домам. Тем самым пять погибших дагестанских милиционеров не стали благодаря позиции Гаджи Махачева, а также председателя госсовета Магомеда-Али Магомедова отправной точкой к кровавой вакханалии гражданской войны в Дагестане.

Олег Кусов: Издревле Дагестан называют "горой языков". В средних веках, утверждают историки, многие жители этого горного края не имели возможности общаться друг с другом, поскольку, например, в двух соседних селениях разговаривали на совершенно разных языках. Своеобразным языком межнационального общения в тот период истории дагестанского общества считался кумыкский, учёные алимы говорили между собой или на арабском, или на персидском языках. После окончания Кавказской войны 19 века их место занял русский. Слово постоянному автору программы "Кавказские хроники" Алексею Ващенко.

Алексей Ващенко: В одном Дагестане живет больше 137 народов, а на всем Кавказе более двухсот. Кавказ очень часто покоряли, плюс шло переселение народов, и таким образом часть народов, допустим, во время кавказской войны, они ушли с Кавказа, и Кавказ потерял и культуру. И целые народы. С другой стороны, через Кавказ шли постоянные торговые пути, например, шелковый путь, это все, естественно, на Кавказ привносило новых людей и новую культуру. Есть одна интересная легенда: когда бог раздавал языки, он шел с мешком и мешок зацепился за гору Казбек. В мешке образовалось отверстие, через которое высыпалось очень много языков. И поэтому, по легенде, на Кавказе такое разнообразие. Языковая проблема всегда стояла остро. Это была одна из проблем, которая мешала развитию экономики, развитию торговли, потому что люди не могли между собой общаться. Результатом кавказской войны стало то, что на Кавказе появился единый язык - русский. До кавказской войны, например, аварец не мог понять осетина, ингуш - не понять адыга. После кавказской войны благодаря тому, что развивался и родной язык, и в том числе появился и русский - универсальный язык.

Олег Кусов: Русская политика на Кавказе была непостоянной. Когда за дело брались талантливые и образованные наместники, позиция России, например, только укреплялась. Один из русских исследователей Кавказа конца 19 - начала 20 века рассказал случай, произошедший с дагестанским губернатором князем Чавчавадзе. Однажды у князя гостил петербургский приятель, который стал свидетелем встречи губернатора с горцами - "представителями различных ущелий". Князь сперва подошёл к самому "скромному оборванцу". Почтительно протянул руку, не взирая на огромную разницу положений, и очень долго о чём-то говорил с ним. Затем князь Чавчавадзе уверенно направился в сторону другого горца, который был одет в богатую черкеску. Горец держал себя в компании представителей ущелий надменно. Но князь, не разговаривая с ним, просто отвесил ему оплеуху. "Оба приёма, как пишет русский исследователь, возымели благотворное действие, потому что были применены с тонким знанием местных людей и отношений"- конец цитаты.

Когда политика более сильного соседнего государства на Кавказе приобретает явно выраженный силовой аспект, горцы готовы сопротивляться до конца. И тогда войны здесь могут длиться десятилетиями, в чём, к сожалению, уже мы все хорошо убедились.

XS
SM
MD
LG