Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нефть за лояльность: идет расследование


Американские законодатели продолжают разбираться в системе злоупотреблений, которой, как выясняется, была окружена программа ООН "нефть-за-продовольствие". Этот крупнейший в истории Организации Объединенных Наций гуманитарный проект вступил в силу в 1996 году. Его целью было помочь населению Ирака справиться с трудностями, возникшими в результате введения режима международных экономических санкций. Санкции Совета Безопасности ООН, введенные в августе 1990 года, были направлены против агрессивного режима Саддама Хусейна, но никак не против 25 миллионов простых иракцев, и без того страдавших от этого режима.

Иракская пропаганда говорила о лишениях, на которые обрекли иракцев инициаторы санкций, прежде всего США - о младенцах, умирающих без детского питания, хронических больных, которым требуются медикаменты, и о том, что в условиях нефтяного эмбарго правительство Ирака просто не в состоянии прокормить свой народ. В ответ на это ООН, начиная с 1991 года, постоянно предлагала Багдаду разрешить ограниченный экспорт нефти с тем, чтобы вырученные средства направлялись на закупки за границей товаров первой необходимости, продовольствия и лекарств. Но Ирак гордо отказывался от "подачек" и согласился на условия ООН лишь тогда, когда экономике страны, всецело зависившей от нефтяного экспорта, стал угрожать полный крах.

В декабре 1996 года ООН и правительство Ирака подписали соответствующий меморандум. Программа получила название "Нефть за продовольствие". Исполнительным директором программы был назначен Бенон Севан - международный чиновник, родившийся на Кипре, учившийся в США и практически всю сознательную жизнь, почти 40 лет, проработавший в аппарате ООН. Первоначально Ираку было разрешено продавать нефть на сумму не более двух миллиардов долларов каждые полгода. В 1998 году лимит был увеличен до 5 милиардов 260 миллионов долларов, а в 1999 все ограничения были сняты - Ирак получил право продавать столько нефти, сколько он мог и хотел продать. Этот новый режим получил название "умных санкций".

Деньги, полученные от нефтяного экспорта, поступали на специальные банковские счета, подконтрольные ООН. Почти три четверти этих сумм должны были направляться на закупку гуманитарных товаров, в том числе для курдского населения севера Ирака, а из оставшихся средств выплачивались компенсации правительствам, компаниям и частным лицам, пострадавшим от иракской агрессии против Кувейта, финансировалась деятельность самой программы, а также инспекций по разоружению Ирака. Расходы ООН составляли три процента от общего объема средств.

Все контракты, заключенные в рамках программы "нефть-за-продовольствие", подлежали одобрению специально учрежденного для этой цели Комитета. Это касалось как сделок о продаже нефти, так и соглашений о гуманитарных поставках. Однако Комитет ООН только утверждал контракты - деловых партнеров себе выбирал сам Ирак. В этом и таилась системная ошибка программы. Режим Саддама в полной мере использовал ее, во-первых, для поощрения своих друзей, а во-вторых, - для собственного обогащения в ущерб потребностям простых иракцев.

Под давлением сообщений о многочисленных и масштабных злоупотреблениях генеральный секретарь ООН Кофи Аннан был вынужден в апреле этого года назначить независимое расследование. Его проводит один из самых авторитетных банкиров мира, бывший председатель Федеральной резервной системы США Пол Волкер. Расследуют обвинения и сразу несколько комитетов обеих палат Конгресса. В одном из недавних выпусков передачи "Продолжение политики" мы рассказывали о слушаниях в подкомитете нижней палаты по национальной безопасности, в ходе которых вскрылись факты особых отношений Ирака с Россией, Францией и Китаем, а также с политическими и общественными деятелями этих стран. Теперь свои слушания провел в прямом эфире сенатский комитет по делам правительства. Их вел сенатор Норм Коулман. Из выступления сенатора:

Норм Коулман: Недостатки программы "нефть в обмен на продовольствие" вызывают серьезные сомнения в способности ООН вводить санкции и осуществлять программы гуманитарной помощи в будущем. Американские налогоплательщики покрывают около 22 процентов расходов ООН. Они имеют право требовать гарантий того, что их деньги будут потрачены надлежащим образом, особенно в свете возможных санкций против других стран в будущем.

Кроме того, плохое управление программой разрушало инфраструктуру иракской экономики, что повлекло за собой значительный рост расходов США на реконструкцию Ирака после войны. Нехватка продовольствия и лекарств резко снижала уровень жизни ни в чем не повинных иракцев.

И, наконец, согласно утверждениям надежных источников, деньги, полученные от программы "нефть-за-продовольствие", направлялись на финансирование мятежников и террористов как в Ираке, так и по всему миру. Если эти утверждения справедливы, провал программы может оказаться непосредственной причиной потерь, которые несут американские силы, силы коалиции и наши иракские союзники.

Владимир Абаринов: Подробные показания комитету дал бывший инспектор ООН, а ныне специальный советник директора ЦРУ Чарльз Долфер. Он раскрыл не только механизм злоупотреблений программой "нефть-за-продовольствие", но и логику действий режима Саддама Хусейна.

Чарльз Долфер: В конце 1998 года был момент, когда Ирак прекратил сотрудничество с инспекторами ООН. До этого Ирак добивался снятия санкций на двух параллельных направлениях. Багдад участвовал в процессе инспекций и мониторинга и в то же время стремился ослабить поддержку этого процесса и режима санкций.

Решение Багдада прервать сотрудничество и сконцентрироваться непосредственно на политике ослабления режима санкций было принято в августе 1998 года. Полное прекращение сотрудничества с инспекциями повлекло за собой в декабре 1998 года 4-дневные воздушные удары США и Великобритании. Другие члены Совета Безопасности, в том числе Россия и Франция, были в ярости от того, что они назвали "несанкционированной военной акцией". В итоге Совет оказался расколотым.

В то же самое время программа "нефть-за-продовольствие" продолжалась, объем торговых операций вырос. Инспекции покинули страну. Как сказал по этому поводу бывший первый вице-премьер Тарик Азиз, Багдад может иметь и санкции, и инспекторов или санкции без инспекторов. Они выбрали последнее.

Владимир Абаринов: Со своими сторонниками, публично выступавшими в поддержку режима, Саддам расплачивался так называемыми ваучерами, дающими право на экспорт определенного объема нефти. Согласно иракским документам, в числе получателей ваучеров значится и исполнительный директор программы "нефть-за-продовольствие" Бенон Севан. Сенатор Коулман.

Норм Коулман: Я хочу остановиться на некоторых лицах, получивших ваучеры. Вы указали, что Бенон Севан получил 13 миллионов баррелей. Он был исполнительным директором программы "нефть-за-продовольствие", не так ли?

Чарльз Долфер: Совершенно верно. Данные, которые мы внесли в наш доклад - это данные из иракских источников. Мы не расследовали деятельность ООН. Мы просто сообщали сведения, которые содержатся в иракских источниках.

Норм Коулман: Когда вы говорите "данные источников", что вы имеете в виду?

Чарльз Долфер: Они составляли списки, кто получил нефтяные ваучеры.

Норм Коулман: Получатель ваучера мог продать его профессиональному реэкспортеру и заработать на этом комиссионные. Иными словами, если цена нефти, установленная ООН, ниже рыночной, у вас есть возможность заработать на разнице цен. Правильно?

Чарльз Долфер: Правильно. Ваучер имел монетарную стоимость, но, имея ваучер, вы не могли реализовать его самостоятельно.

Норм Коулман: Мы говорим о десятках тысяч, возможно, в отдельных случаях о сотнях тысяч долларов, которые можно было заработать, имея такие ваучеры?

Чарльз Долфер: Это, конечно, зависело от объема нефти, указанной в ваучере, и разницы в ценах. Обычно эта разница составляла от 10 до 30 центов за баррель. Таким образом, каждый ваучер был ни чем иным, как значительной суммой денег.

Норм Коулман: Далее. В вашем докладе сказано, что Владимир Жириновский, лидер Либерально-демократической партии России, получил 53 миллиона баррелей нефти. Это ведь одна из крупнейших партий, представленных в Думе?

Чарльз Долфер: Спрашивайте меня об Ираке.

Норм Коулман: Приличные деньги можно сделать из 50 миллионов баррелей нефти.

Чарльз Долфер: Да, можно. Но опять-таки - это иракские данные. Я не могу сказать вам с полной уверенностью...

Норм Коулман: Вы обнаружили иракские данные о том, что Жириновский получил 53 миллиона баррелей. Вам известно, что Жириновский - сторонник Саддама? Вы что-нибудь знаете о нем?

Чарльз Долфер: Я могу вам сказать, что иракцы были очень довольны, когда он приехал в Багдад. Они считали его влиятельным лицом.

Норм Коулман: Верно ли, - у меня нет под рукой имени - но верно ли, что среди тех, кто значится в иракских списках, есть сын российского посла в Ираке?

Чарльз Долфер: Да, таковы данные списка получателей нефтяных ваучеров, это верно.

Норм Коулман: Администрация президента России?

Чарльз Долфер: Правильно.

Норм Коулман: Министерство иностранных дел России, имя получателя не указано.

Чарльз Долфер: Да, верно.

Норм Коулман: Коммунистическая партия Украины.

Чарльз Долфер: Да.

Владимир Абаринов: По словам Чарльза Долфера, действия Ирака, направленные на раскол международного сообщества, приносили несомненные плоды. Однако наступил момент, когда Багдад ошибочно оценил ситуацию.

Чарльз Долфер: В 2000-2001 годах положение Ирака выглядело благополучным. Багдадские гостиницы были заполнены бизнесменами. Багдадский международный аэропорт возобновил полеты. Багдадские международные ярмарки ломились от иностранных компаний, чьи представители предлагали режиму деловое партнерство. Во многих странах Саддама воспринимали как победителя.

На встречах ОПЕК обсуждались перспективы увеличения производства иракской нефти. Багдад заполучил рычаг влияния: на рынок влияли сами предположения о том, что решит делать Ирак в дальнейшем и о том, каков будет потенциальный эффект этих решений на нефтяной рынок. Аналитики и участники нефтяного рынка заискивали, а то и пресмыкались перед иракской делегацией.

Багдад также расценивал американские усилия, направленные на введение так называемых "умных" санкций, как признак слабости. От других членов Совета Безопасности Багдад слышал, что эти шаги отвечают интересам Ирака.

Важно также отдавать отчет в том, что Багдад никогда не был надежным другом своих сторонников. Режим требовал от своих друзей все большего и часто игнорировал их рекомендации о том, как вести себя с Советом Безопасности.

Саддам допустил стратегическую ошибку. Он не осознал последствий терактов 11 сентября. Он не понял, что международная атмосфера радикально изменилась.

Только после президентского послания к Конгрессу "О положении страны" в январе 2002 года Саддам начал понимать, что больше не сможет чинить препятствия инспекциям. Он слишком поздно осознал, что возможности его друзей в Совете Безопасности теперь ограничены. И, тем не менее, он все еще пытался торговаться.

Владимир Абаринов: Фактом участия в операциях с ваучерами исполнительного директора программы Бенона Севана заинтересовался сенатор Карл Левин.

Карл Левин: Вы пришли к выводам, которые содержат весьма серьезные обвинения против Бенона Севана - обвинения, которые этот комитет намерен проверить и установить, соответствуют ли они истине. В том же самом заинтересован и Кофи Аннан. Критически важно, чтобы должностные лица ООН не брали взяток. Мы все в этом заинтересованы. Поэтому я и спрашиваю вас: установили ли вы достоверно, что это лицо получило ваучер? Вот о чем я спрашиваю.

Чарльз Долфер: Мой ответ, сенатор, заключается в том, что в нашу задачу не входило расследовать каждый отдельный случай. Наша задача была выяснить способы, которыми пользовался Ирак для оказания влияния. Мы также должны были выяснить, направлялись ли эти ресурсы на финансирование программ производства оружия массового уничтожения. В мельчайшие детали вникает комиссия Волкера. Идут и другие расследования, как, например, то, которое ведет этот комитет. Приношу извинения, но наш мандат не предусматривал изучение этих конкретных дел.

Владимир Абаринов: Сенатора Левина такой ответ не удовлетворил.

Карл Левин: Таким образом, он открыто вступал в эти соглашения, и члены ООН, в том числе Соединенные Штаты, соглашались с этими соглашениями, не так ли?

Чарльз Долфер: Этого я не знаю - не знаю, давали ли они формальное согласие. Они брали эти соглашения на заметку, особенно соглашение 1991 года с Иорданией. Но я не уверен, что кто-то одобрял их. Подозреваю, что дело обтояло далеко не так.

Карл Левин: Мы не обращали внимания, не так ли? Мы позволяли этим сделкам совершаться...

Чарльз Долфер: Мое положение не позволяет мне ответить на этот вопрос. Я не очень хорошо представляю себе содержание консульмаций на эту тему.

Карл Левин: В таком случае позвольте мне сообщить вам, что гласит закон. Закон гласит, что для того, чтобы оставались в силе наши соглашения об оказании помощи Иордании и Турции, президент, будь то президент Клинтон или президент Буш, должен подписать документ, в котором сказано, что он осведомлен о сделках Ирака с Турцией и Иорданией. И несмотря на то, что благодаря этим сделкам Ирак получает незаконные доходы, помощь этим странам надо продолжать оказывать. Разве не так? Вам это известно?

Чарльз Долфер: Мне это известно, сэр. Но, опять-таки, мое расследование концентрировалось на Ираке.

Карл Левин: Но вы в тот момент где работали - в UNSCOM?

Чарльз Долфер: Да, в UNSCOM.

Карл Левин: Довели ли вы эту информацию до сведения правительства Соединенных Штатов с тем, чтобы на страны, злоупотребляющие программой "нефть-за-продовольствие", было оказано давление? Вы когда-нибудь доносили свое мнение до правительства Соединенных Штатов?

Чарльз Долфер: Сэр, я работал тогда в Организации Объединенных Наций, это, знаете ли, не входило в мои обязанности.

Карл Левин: А до сведения Объединенных Наций доводили?

Чарльз Долфер: Нет. Поскольку, опять-таки, мы тогда искали оружие массового уничтожения. Вы задаете правомерный вопрос, но это было не в моей компетенции.

Владимир Абаринов: Несмотря на вопиющие факты, операции с ваучерами не были нелегальными - Саддам Хусейн использовал лазейки в программе. Об этом - диалог сенатора Боба Грэма с Чарльзом Долфером.

Боб Грэм: В Вашем списке 270 получателей иракской нефти в виде ваучеров. Что, все эти трансакции незаконны?

Чарльз Долфер: Нет, система ваучеров - это система распределения нефти в рамках программы "нефть-за-продовольствие". Ничего нелегального или незаконного в ней нет.

Метод, при помощи которого Саддам отбирал тех, кто получит выгоду, был, с его точки зрения, законным, совершенно естественным. Я разговаривал с одним из бывших чиновников, и он сказал мне: разумеется, мы награждали своих друзей, а вы разве этого не делаете? Но награждал он тех, кто поддерживал его в Совете Безопасности, тех, кто нарушал режим санкций, потому что его целью была эрозия режима санкций. Он стремился создать ауру, в которой этим занимались бы все. И Саддам торговал, так сказать, будущим. Если ты хочешь быть моим другом завтра, когда санкции будут сняты, ты должен быть моим другом уже сегодня, получать нефтяные ваучеры, участвовать в нефтяных концессиях. Он будил алчность. Он отлично понимал, как воздействовать на скрытые пружины человеческого поведения.

Владимир Абаринов: Ваучеры - это только часть манипуляций с нефтью. О другом методе извлечения неучтенных доходов законодателям рассказал Марк Гринблатт - юридический советник сенатского комитета, тщательно изучивший вопрос.

Марк Гринблатт: Если система распределения нефтяных ваучеров была методом поощрения друзей Саддама и влиятельных мировых лидеров, схема наценок была направлена исключительно на извлечение незаконной прибыли. В середине 2000 года Саддам приказал SOMO найти способ получения дополнительной прибыли вне рамок программы "нефть-за-продовольствие". В соответствии с этой директивой SOMO начала занижать цену на нефть и требовать надбавку в размере 10 центов за каждый баррель, экспортируемый из Ирака. В последующие месяцы размер надбавки значительно вырос и в своем максимальном значении составил примерно 30 центов за баррель. Экспорт в Соединенные Штаты облагался большей надбавкой, чем продажи в любую другую страну. Эта разница в цене выплачивалась покупателем непосредственно режиму в обход счета в банке BNP Paribas, подконтрольного ООН. В результате многие традиционные экспортеры отказались выплачивать разницу. Откуда-то вынырнули никому неизвестные посредники, которые жаждали участвовать в этих операциях. Схема действовала два года, пока США и Соединенное Королевство в качестве членов комитета по наблюдению за программой не положили этому конец. Прием, который они применили, называется ретроактивное ценообразование. Краткости ради я не буду вдаваться в детали, но отмечу, что ретроактивное ценообразование оказалось весьма эффективным инструментом в прекращении практики надбавок. В течение тех двух лет, когда схема надбавок действовала, Саддам получил через нее более 230 миллионов долларов. Каждый из этих долларов был заработан незаконно, в обход программы "нефть-за-продовольствие". А теперь я расскажу, как эти доллары попадали в кошелек Саддама. Как выяснил наш подкомитет, покупатели расплачивались с режимом двумя путями. Первый метод - это перевод денег непосредственно на банковские счета, которые контролировались режимом. Второй метод - расчет с помощью третьего участника сделки. Простой банковский перевод - наиболее простой способ. Специально для этой цели режим Саддама имел счета в банках стран Ближнего Востока, прежде всего Иордании и Ливана. Некоторые компании соглашались возвращать разницу, но хотели сделать эти операции тайными, насколько возможно. Они расплачивались через посредника. Иногда эту роль исполняли получатели ваучеров - например, журналисты, о которых здесь уже говорилось. Через них переводились деньги, полученные от покупателя нефти.

Владимир Абаринов: SOMO - это государственная организация Ирака по сбыту нефти. Нельзя сказать, что Комитет по санкциям все эти годы не подозревал ни о каких нарушениях программы. Информация об этом регулярно доводилась до его сведения. Но сложная бюрократическая процедура ООН и разногласия стран-членов Комитета не позволяли принять какие бы то ни было реальные меры. Вот отрывок из ежегодного доклада Комитета от 5 марта 2003 года.

"Комитет обсудил появившееся в средствах массовой информации сообщение, которое было представлено Комитету Великобританией и содержало утверждение о том, что Беларусь обеспечила боевую подготовку офицеров иракской армии. Комитет также изучил заявление министра иностранных дел Беларуси, в котором отвергалось это утверждение. Комитет принял решение направить Беларуси письмо с просьбой предоставить дополнительные разъяснения. Вопрос был закрыт после того, как на своем 234-м заседании 20 мая Комитет рассмотрел ответ Беларуси, в котором сообщалось о том, что, проведя дополнительное расследование в связи с данным утверждением, она вновь отвергает его".

Владимир Абаринов: А вот результат рассмотрения обвинений в адрес правительства Украины. "30 сентября 2002 года на своем 239-м заседании Комитет рассмотрел письмо министра иностранных дел Украины на имя Председателя Совета Безопасности, в котором отвергались утверждения о причастности Украины к по-ставкам в Ирак станций радиотехнической разведки "Кольчуга" и содержалась обращенная к Организации Объединенных Наций просьба провести работу в целях установления фактов. Этот вопрос обсуждался Комитетом несколько раз, в том числе после получения последующих дополнительных сообщений от Украины, а также от Великобритании и Соединенных Штатов после проведения ими расследований в связи с данным делом. В этот же период Комитет получил от Постоянного представителя Украины просьбу об участии в рассмотрении Комитетом данного вопроса. В отсутствие согласия относительно того, как поступить с просьбой Украины, и в свете противоречивых выводов, сделанных в ходе расследований, Комитет постановил оставить данный пункт в повестке дня и дождаться проведения дополнительных консультаций на уровне экспертов. Комитету не удалось достичь консенсуса по существу данного вопроса".

Владимир Абаринов: Россия обещала независимой комиссии Пола Волкера полное содействие. Однако, когда в середине ноября эксперты комиссии приехали в Москву, им не удалось получить никаких интересующих их материалов. В ответ на появившиеся в американской прессе сообщения об этом представитель российского МИДа заявил в анонимном интервью агентству ИТАР-ТАСС: "В осуществлении гуманитарной операции в Ираке "Нефть в обмен на продовольствие" российские экспортеры действовали в рамках строгого следования санкционному режиму. Членам

Комиссии было указано, что бывшему Комитету Совета Безопасности ООН по санкциям в отношении Ирака ни разу не представлялась доказательная информация о фактах нарушения санкционного режима в связи с осуществлением гуманитарной операции. Все утверждения на этот счет основывались в той или иной степени на сообщениях СМИ".

Отрицает все обвинения и Бенон Севан. Что касается сына генерального секретаря ООН, то он, как выяснилось, ввел в заблуждение мировую прессу. Его не обвиняли в получении нефтяных ваучеров - речь шла о том, что Коджо Аннан был сотрудником швейцарской фирмы "Котекна", которая контролировала исполнение программы "нефть за продовольствие" в качестве независимого аудитора. Получалось, что ООН заключила контракт с фирмой именно потому, что в ней работал сын генерального секретаря и что, возможно, фирма сознательно закрывала глаза на нарушения режима санкций. Кофи Аннан заявил, что контракт с фирмой был подписан, когда он еще не был генеральным секретарем, а его сын уволился из нее в конце 1999 года. Однако недавно выяснилось, что Коджо Аннан продолжал получать зарплату в компании "Котекна", хотя в ее штате уже не состоял. Кофи Аннан и здесь никакого конфликта интересов не видит.

Кофи Аннан: Я не имел никакого отношения к его работе, а он к моей. Кроме того, я не распределяю контракты. Если у вас есть какие-либо вопросы относительно его предпринимательской деятельности, почему бы вам не обратиться с этими вопросами непосредственно к нему. Со своей стороны могу лишь призвать проявить терпение и дождаться, пока господин Волкер завершит свою работу.

Владимир Абаринов: Доклад комиссии Пола Волкера должен быть представлен Совету Безопасности ООН к середине будущего года. Но американские законодатели ждать не собираются. Они намерены докопаться до истины самостоятельно и, возможно, быстрее, чем ООН.

XS
SM
MD
LG