Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

16 слов, которые потрясли мир (ч.2)


Первая часть

Владимир Абаринов: 28 января этого года президент США Джордж Буш выступил на совместном заседании палат Конгресса с ежегодным посланием "О положении страны". Его главной темой была угроза, исходящая от режима Саддама Хусейна, и американский ответ на нее. Среди обвинений в адрес багдадского диктатора было и сообщение о том, что Ирак пытается тайно купить за границей уран и тем самым значительно сократить время, необходимое для создания собственного ядерного оружия.

Джордж Буш: Британскому правительству стало известно, что недавно Саддам Хусейн пытался купить значительное количество урана в Африке.

Владимир Абаринов: В английском варианте этой фразы 16 слов. Эти слова стали причиной серьезных политических осложнений не только для президента Буша, но и для британского премьер-министра Тони Блэра.

После военного разгрома режима Саддама Хусейна специальные поисковые группы Вооруженных Сил США пытались найти тайные арсеналы оружия массового поражения, однако пока так ничего и не обнаружили. Ирак - страна большая, и не исключено, что доказательства наличия у Саддама запрещенного оружия еще будут получены. Однако уже сейчас ясно, что данные разведки, на которые ссылался президент США, были не совсем точными. Но если президент преувеличил угрозу, то сделал ли он это сознательно, и не выполняла ли при этом разведка политический заказ администрации вместо того, чтобы представить объективную экспертизу, основанную на надежных источниках? Острая дискуссия на эту тему развернулась в США после того, как выяснилось, что заявление о попытках Саддама Хусейна купить уран в Африке, а точнее - в Нигере, основано на подложных документах, полученных от сомнительного источника. Преувеличениями объективно занимается любая разведка: угрозу лучше переоценить, чем недооценить. Ведь была информация и о том, что иракские войска окажут ожесточенное сопротивление при обороне Багдада - она тоже не подтвердилась. Но в этом разведку никто не обвиняет. Проблема с Ираком заключалась в том, что после выдворения оттуда инспекторов ООН в 1998 году качество информации, касающейся иракских военных программ, резко упало. ЦРУ не могло подтвердить, что Ирак прекратил разработку и производство запрещенных видов оружия. В таких случаях разведка применяет "презумпцию виновности". Но речь президента не может содержать сомнительную, недостоверную или неподтвержденную информацию - тем более речь, задача которой состояла в том, чтобы мобилизовать американское и мировое общственное мнение в пользу военного решения иракской проблемы.

Возможно, вопрос не стоял бы так остро, будь ситуация в Ираке спокойнее. Однако там не проходит дня без вооруженных вылазок против американских военнослужащих. Новый командующий генерал Абизаид говорит о хорошо скоординированной партизанской войне, солдаты, стосковавшиеся по дому, ропщут, страны, согласные направить в Ирак значительные воинские контингенты, готовы сделать это лишь по мандату ООН. Несмотря на возникшие вопросы, президент не отступился от своей позиции. Он назвал ревизионистами тех, кто задним числом ставит под сомнение мотивы США в войне с Ираком.

Джордж Буш: Мы ответили на угрозу, исходящую от диктатора Ирака. Теперь кое-кто хотел бы переписать историю - я называю их историками-ревизионистами. Саддам Хусейн был угрозой для Америки и всего свободного мира в 91 году, 98, 2003-м. Он постоянно игнорировал требования свободного мира, поэтому Соединенные Штаты, их друзья и союзники приняли меры.

Владимир Абаринов: Но речь все-таки идет о другом - не о ревизии истории, а о возможном манипулировании общественным мнением, тем, что в русском политическом лексиконе называется грязными политтехнологиями. Должностные лица администрации категорически отрицают обвинения в манипулировании, но ошибку признали. По словам пресс-секретаря Белого Дома Ари Фляйшера, признал ее и президент Буш.

Ари Фляйшер: Могу вас заверить, что президент недоволен. Президент, разумеется, не может быть доволен, если он сказал в своем обращении то ли правду, то ли нет. Подобное не должно было достигнуть его уровня. Двух мнений по этому поводу быть не может. Все это признают.

Владимир Абаринов: Вместе с тем представители администрации подчеркивают, что возможные африканские закупки не были ни решающим, ни тем более единственным мотивом войны с Ираком.

Ари Фляйшер: Но никто и не думает, что Соединенные Штаты начали войну с Ираком потому, что Саддам Хусейн купил или не купил уран в Африке. Мы начали войну потому, что у Саддама Хусейна было химическое и биологическое оружие и потому, что он стремился возродить свою ядерную программу - не имеет значения, имела ли место попытка купить уран в Африке.

Владимир Абаринов: Действительно, дело не в уране. Вопрос в том, как работает вашингтонская бюрократия, в ее компетенции и степени отвественности. Именно с таких позиций критиковал администрацию сенатор-демократ Боб Грэм, выставивший свою кандидатуру на прездентских выборах следующего года.

Боб Грэм: Если выяснится, что эти сведения не соответствуют действительности, из-за плохого ли качества разведки или вследствие того, что разведка оказалась политизирована, это будет серьезным обвинением в глазах всего мира и американского народа.

Владимир Абаринов: Поскольку пресса хотела точно выяснить, каким образом сомнительная информация попала в речь президента, текст которой тщательно согласовывался с профильными ведомствами, высокопоставленные чиновники администрации вышли с новым аргументом. В один и тот же день советник президента по национальной безопасности Кондолизза Райс и министр обороны Дональд Рамсфелд в телеинтервью заявили, что фраза президентского послания была "технически корректной", поскольку президент сослался на публичные заявления британского премьера. Комментарии эти были даны ровно накануне визита Тони Блэра в Вашингтон.

На Британских островах тем временем разворачивался свой сюжет, связанный с иракским досье разведки. Он начался 29 мая, когда радиожурналист ВВС Эндрю Гиллиган вышел в эфир с сообщением: утверждение о том, что химическое и биологическое оружие Саддама Хусейна находится в состоянии 45-минутной боеготовности, не соответствует действительности. Советники Тони Блэра вставили его в иракское досье, дабы "придать пикантность" документу, причем сделали это вопреки возражениям разведки. Гиллиган сослался на осведомленный источник, принимавший непосредственное участие в работе над досье. Заслуживший прозвище "серого кардинала" пресс-секретарь премьер-министра Алистер Кэмпбелл, которому Гиллиган приписал авторство фразы о 45 минутах, опроверг разоблачения Гиллигана и потребовал от ВВС извинений. ВВС извиняться отказалась. 19 июня Гиллиган дал показания комитету Палаты общин по международным делам. Он отказался назвать своего осведомителя, но описал его как "старшее должностное лицо, тесно связанное с вопросом иракского оружия массового уничтожения". Он сказал также, что это лицо - один из четырех его информаторов.

9 июля имя предполагаемого осведомителя ВВС появилось в лондонских газетах. Указывали на микробиолога Дэвида Келли, бывшего инспектора ООН в Ираке, консультанта правительства по оружию массового уничтожения, в тот момент прикомандированного к Министерству обороны. Доктор Келли сам уведомил свое непосредственное начальство о том, что встречался с Гиллиганом за неделю до выхода в эфир сенсационной программы. Как объяснял впоследствии он сам, он считал это своей обязанностью - не только потому, что факт встреч имел место, но и потому, что в тексте Гиллигана он узнал некоторые свои суждения. Однако он решительно отрицал, что говорил журналисту об искажении правительством данных разведки.

После того, как имя Дэвида Келли стало достоянием широкой публики, ВВС отказалось подтвердить его. 15 июля комитет нижней палаты по международным делам вызвал микробиолога на слушания. В отличие от допроса Эндрю Гиллигана допрос Дэвида Келли показывали в прямом эфире. Публика увидела похожего на Зигмунда Фрейда настороженного человека в очках и с седой бородкой, говорившего так тихо, что члены комитета несколько раз просили его повысить голос, то и дело переспрашивали и, в конце концов, вынуждены были выключить вентиляторы. Он рассказал, что встречался с Эндрю Гиллиганом трижды, всякий раз по его просьбе. Первый раз, в сентябре прошлого года, Гиллиган собирался в Ирак по приглашению правительства Саддама и просил проконсультировать его; на двух последующих, в феврале и мае, журналист в основном рассказывал об этой своей поездке. Ни о каких разведданных, тем более об их искажении, заявил эксперт, разговора не было по простой причине: Дэвид Келли с этими данными не знаком, а его участие в работе над досье свелось к составлению хроники инспекций ООН - эта информация к категории секретных сведений не принадлежит. Ключевая фраза показаний доктора Келли звучит так: "Я не вижу, как на основании нашего разговора с ним можно было сделать такое серьезное заявление".

Отвечая на вопрос одного из законодателей, Келли дважды повторил, что считал режим Саддама серьезной угрозой "соседним странам и интересам Соединенного Королевства". Члены комитета упорно пытались выяснить, не считает ли свидетель себя невинно пострадавшим, не думает ли он, что Министерство обороны обошлось с ним дурно, "использовало его", разгласив его имя. На эти вопросы доктор Келли отвечал одной и той же фразой: "Я принимаю случившееся как должное".

Спустя два дня Тони Блэр вылетел в Вашингтон. Во время последнего перед летними каникулами появления в Палате общин ему отчасти удалось сбить волну критики благодаря уверенной и твердой позиции - он не отрекся ни от единой буквы доклада. Официальным поводом поездки за океан была речь на совместном заседании Палаты представителей и Сената по случаю его награждения Золотой медалью Конгресса. Это высшее отличие, какого может удостоить Конгресс: достаточно сказать, что до Тони Блэра медалью был награжден только один британец - Уинстон Черчилль. Премьер-министру предоставлялась возможность выступить в благожелательной аудитории с принципиальным, программным обращением к стране и миру, одержать моральную победу над оппонентами и превратить семичасовое пребывание в американской столице во впечатляющий пролог азиатского турне.

Тони Блэр: Мы воюем не за власть над миром. Мы воюем не за христианство, а против религиозного фанатизма любой его разновидности. И это не война цивилизаций, потому что любая цивилизация вносит уникальный вклад в сокровищницу человечества. Мы воюем за неотделимое право человеческого рода - черных и белых, христиан и исповедующих другую веру, левых, правых и стоящих в стороне - право быть свободными, право растить детей в любви и надежде, право зарабатывать на жизнь и пожинать плоды своих трудов, право ни перед кем не вставать на колени, право быть самим собой в той мере, в какой это не умаляет свободы других.

Владимир Абаринов: Ключевой фрагмент речи Тони Блэра имеет прямое отношение к обвинениям в искажении ранных разведки.

Тони Блэр: Уверены ли мы в том, что терроризм и оружие массового уничтожениянайдут друга? Скажем так: если мы и ошибались, мы ликвидировали угрозу, режим, который как минимум несет ответственность за бесчеловечную жестокость и страдания. За это, я уверен, история нас оправдает. Но если ошибаются наши критики, если правы мы, а я инстинктивно чувствую всеми фибрами, что это так, если мы правы и ничего не предпринимаем, если мы дрогнем перед лицом этой опасности тогда, когда мы должны проявить лидерство, - этого история нам не простит.

Владимир Абаринов: Этой речи было суждено войти в анналы наряду с фултонской речью Черчилля. Премьер-министр сошел с трибуны Конгресса с триумфом. Затем была пресс-конференция:

Тони Блэр: Мы уверены, что наши разведданные соответствуют действительности. Мы не отступаемся от этой оценки. Тем, кто считает, что вся история о связях Ирака и Нигера - вымысел, полагаю, будет интересно узнать, что в 80-е годы, и это нам известно совершенно точно, Ирак купил у Нигера около 270 тонн урана.

Владимир Абаринов: В ходе той же пресс-конференции президенту Бушу был задан вопрос, признает ли он личную ответственность за ошибку в послании.

Джордж Буш: Да. Я беру на себя ответственность за то, что направил наши войска в бой. Я принял это решение потому, что Саддам Хусейн был угрозой нашей безопасности и безопасности других стран. Я беру на себя ответственность за принятие решения, трудного решения сформировать коалицию для отстранения Саддама Хусейна, потому что наша разведка - и не только наша, но и разведка второй великой страны - собрала ясные и убедительные доказательства опасности, которую представляет для мира Саддам Хусейн. Я говорю это, потому что он имел химическое и биологическое оружие. Я твердо верю в то, что он пытался возродить свою ядерную программу. И я напомню скептикам, что в 91 году выяснилось, что Саддам Хусейн был гораздо ближе к созданию ядерного оружия, чем кто-либо мог себе представить. Я беру на себя ответственность за противодействие этой угрозе. Отстранение Саддама Хусейна - неотъемлемая часть нашей войны с террором. Да, я беру на себя ответственность за решения, которые принял.

Владимир Абаринов: Визит в Вашингтон мог стать политической победой Тони Блэра. Но вышло иначе. В то время, когда он только летел над Атлантикой, внося последнюю правку в текст речи, в Англии, на поросшем лесом холме близ Оксфорда, уже произошла трагедия.

17 июля около трех часов пополудни доктор Келли вышел из дома в Оксфордшире, сказав жене, что идет прогуляться. Прогулки эти были у него в обычае, и хватились его дома нескоро: он, бывало, заходил по дороге в паб и садился играть в карты. (В окр?ге его хорошо знали - как члена общества краеведов, любителя верховой езды, милого и скромного человека; о том, что он эксперт правительства по биологическому оружию, что он работал в составе инспекций ООН в Ираке, соседи узнали только из телерепортажей). Но около полуночи жена встревожилась и позвонила в полицию. Наутро в роще в восьми километрах от дома Келли нашли труп мужчины. Об этом объявил журналистам представитель местного полицейского управления Дэвид Парнелл.

Дэвид Парнелл: Полиция долины Темзы в настоящее время квалифицирует этот инцидент как смерть от неустановленной причины до тех пор, пока не будут готовы результаты вскрытия и заключение криминалистов, которые продолжают работать на месте происшествия на холме Хэрроудаун.

Владимир Абаринов: О причинах смерти полицейские отказывались говорить до вскрытия.

Дэвид Парнелл: Формальное опознание тела, найденного на холе Хэрроудаун, состоится не ранее завтрашнего утра, но могу сказать, что его внешний вид совпадает с описанием доктора Дэвида Келли.

Владимир Абаринов: Спустя несколько часов стало известно, что доктор Келли покончил самоубийством, вскрыв себе вену на левой руке. Рядом с трупом нашли не только орудие самоубийства, но и коробку сильнодействующего обезболивающего средства.

Дэвид Парнелл: Тело, обнаруженное на холме Хэрроудаун вчера в 9:20 утра, официально идентифицировано как принадлежащее доктору Дэвиду Келли, 59-и лет, проживавшего на Фаррингтон-роад, Саутмур, Абингдон. Посмертным вскрытием установлено, что смерть наступила в результате кровотечения из пореза на левом запястье. Рана нанесена острым режущим предметом. Мы нашли на месте происшествия нож и вскрытую упаковку Копроксамола. Расследование продолжается. Пока не обнаружено никаких признаков присутствия на месте происшествия какого-либо другого лица.

Владимир Абаринов: Тони Блэру сообщили о кончине доктора Келли в самолете на полпути в Токио. Премьер-министр сделал первое заявление сразу же по прибытии в японскую столицу.

Тони Блэр: Это ужасная трагедия. Я глубоко сочувствую семье доктора Келли. Он прекрасно служил своей стране, и я уверен, послужил бы ей и в будущем.

Владимир Абаринов: На пресс-конференции в Японии какой-то журналист выкрикнул: "Замарали руки кровью, г-н премьер-министр? Собираетесь по этому случаю в отставку?" Блэр побледнел, но нашел в себе силы ответить на реплику единственно возможным образом - промолчать. В Сеуле Тони Блэр объявил о назначении независимого расследования, которое получит все необходимые полномочия и допуск к секретным материалам, и о том, что сам готов дать показания. В Лондоне лидер консерватором Данкен Смит отозвался на это решение комментарием.

Данкен Смит: Мы, конечно, привествуем идею независимого расследования, к проведению которого мы так долго призывали. Жаль только, что должна была свершиться эта трагедия для того, чтобы правительство согласилось с нами.

Владимир Абаринов: Данкен Смит призвал Блэра немедленно прервать турне и отозвать парламент с летних каникул для проведения чрезвычайной сессии.

Данкен Смит: Если бы я был премьер-министром, я прервал бы этот визит и вернулся. Есть очень много вопросов, на которые необходимо ответить в ближайшие дни. Думаю, я на месте премьер-министра поспешил бы вернуться, чтобы заняться ими.

Владимир Абаринов: Тони Блэр предложение вернуться и созвать парламент отклонил, как и требование уйти самому или отправить в отставку членов своего кабинета. Он заявил, что считает преждевременными разговоры о каких-либо отставках в своем кабинете до того, как будут установлены все обстоятельства смерти Дэвида Келли.

Тем временем руководство BBC, после того, как причина смерти была официально объявлена, выступило с заявлением. Текст огласил директор службы новостей Ричард Самбрук.

Ричард Самбрук: BBC глубоко сожалеет о смерти доктора Дэвида Келли. Было много домыслов по поводу того, был ли доктор Келли источником для программы Эндрю Гиллигана от 29 мая. Теперь мы можем подтвердить, что доктор Келли был основным источником Эндрю Гиллигана. ВВС уверена, что информация, которая была получена в ходе интервью с доктором Келли, была интерпретировали и изложена верно.

Владимир Абаринов: Позднее в тот же день свое особое заявление сделал Гиллиган - о том, что он воспроизвел сведения, полученные от Дэвида Келли, совершенно точно. Таким образом, показания Келли парламентскому комитету предложено считать лживыми, а репортаж Гиллигана - правдивым.

Премьер-министр не стал вступать в полемику по поводу возможных мотивов самоубийства д-ра Келли.

Тони Блэр: В настоящее время процесс принял надлежащее направление. После того, как независимое расследование изучит всю совокупность фактов, вынесет и опубликует свое суждение, мы все, разумеется, сможем вступить в дискуссию относительно этих выводов. Полагаю, это правильный образ действий.

Владимир Абаринов: Независимое расследование возглавил судья лорд Брайан Хаттон, который подтвердил, что собирается допросить Тони Блэра и министра обороны Джеффа Хуна.

Лорд Хаттон: Я намерен провести расследование в короткий срок и представить свои выводы как можно скорее. В мои намерения также входит провести бoльшую часть расследования публично.

Владимир Абаринов: Почему, в самом деле, премьер должен уходить в отставку или отправлять туда министров и советников? Наиболее радикальные критики Блэра утверждают, что премьер-министр виноват в том, что санкционировал огласку имени Келли как информатора ВВС. Огласка, в свою очередь, глубоко травмировала эксперта. Не выдержав тройного давления - своего начальства, законодателей и прессы - доктор Келли наложил на себя руки.

Все может быть. Семья утверждает, что в последние дни перед кончиной покойный, оказавшись в центре скандала, впал в глубокую депрессию. Тем не менее, мотивы самоубийства не установлены, предсмертной записки не обнаружено, электронные послания, отправленные Келли непосредственно перед роковой прогулкой, не дают ключа к разгадке и даже напротив - свидетельствуют о том, что микробиолог умирать не собирался. Перед лордом Хаттоном стоит сложная задача.

Лорд Хаттон: Хочу подчеркнуть, что это расследование провожу я. Это не расследование взимоисключающих версий, представленных заинтересованными сторонами. Я сижу здесь не за тем, чтобы разбирать противоречащие друг другу версии, а за тем, чтобы расследовать обстоятельства смерти доктора Келли.

Владимир Абаринов: "Для этой работы надо иметь плечи покрепче. У меня они как раз такие". Так ответил Тони Блэр на призывы уйти в отставку. Политические аналитики отмечают, что премьер-министр столкнулся с самым серьезным за шесть лет своего пребывания в офисе кризисом. Огонь критики обрушили на него и его кабинет не только политические оппоненты, консерваторы и либералы, но и радикальное крыло правящей лейбористской партии. По общему мнению, если премьер не сможет обратить ситуацию вспять к сентябрю, когда состоится очередной партийный съезд, лейбористам грозит раскол.

Выступая в Пекине перед китайскими студентами, Блэр еще раз объяснил свою позицию.

Тони Блэр: В конечном счете, ты должен принимать решения, которые считаешь верными, и отстаивать их. И я принял это решение, я был уверен, что поступаю правильно, и остаюсь при своем мнении, и терплю критику за это. Ведь, в конце концов, если народ моей страны не согласен со мной, он может прогнать меня, проголосовать против меня и выбрать кого-нибудь другого. Это и есть демократия.

Владимир Абаринов: Корпорация ВВС заявила, что располагает пленкой с записью интервью Дэвида Келли. Содержание пленки ВВС не разглашает, но готова предоставить ее комиссии лорда Хаттона.

Продолжение >>>

XS
SM
MD
LG